Академия стражников огня

Глава 1

Москва

7 января

– Ну что, ушла пораньше?! – весело проговорила Ольга, хирург второй категории, коллега и подруга.

– Угу. Решила сэкономить на проезде и переночевать здесь, заодно и Рождество отметить, – ответила, посматривая в окно. Раннее утро. Рассвет. Белым-бело. Метель танцевала свой потрясающий танец, заметая все вокруг. Красиво и завораживающе. Еще все спали, а мы не ложились. Две срочные операции. Притом такие, что эмоционально до сих пор еще там… в операционной.

Господи, да как тут мужика найдешь? Дома почти не бываешь. Я даже с закрытыми глазами знаю, где находится ванная комната и спальня. Все! До кухни давно не доходила. Вероятно, и не дойду. Если только все косяки снесу, а у меня их прилично. Да и что туда идти? В холодильнике мышь повесилась, и все заросло пылью.

Кстати, о пыли… Мама обещала приехать.

Сердце на секунду остановилось. Забыла, как дышать.

Когда она планировала?

Напрягла память и вспомнила, что в субботу. Да, еще есть время. Уф-ф-ф…

Сегодня четверг. Нет, уже пятница. Приду и займусь уборкой, а то опять услышу о своей личной жизни много чего интересного, особенно про то, что мужчины любят… и не любят. Когда я приползаю уставшая, мне, конечно, на это плевать, но маме не объяснишь. Тогда пойдут примеры, сравнения. Вот зачем мне это все?!

Да какие мужчины, когда спать некогда?! Хотя… временного привести на ужин не помешало бы. Если только первоклассного актера, чтобы вот достал родную женщину до печенок, а мы потом плакали вместе, закусывая водку холодцом, сто раз повторяя, что и не нужно такого «счастья». И вроде как у меня появится время… чтобы его найти или подготовиться к новому потоку упреков, обид, претензий и нравоучений.

Но… мама у меня не пьет, да и я. Не потому, что давление, не могу или еще куча отговорок, а потому что в любой момент могут вызвать. А в нашем милом городе хирургов раз-два и обчелся. Так что вот не пью, не гуляю. СПЛЮ, если получается.

И вот так за тридцать перевалило. Ужас-с-с… А в душе двадцать.

Посмотрела на Ольгу и вдруг сказала:

– Слушай, а давай куда-нибудь сходим? Так… развеяться.

Она с прищуром посмотрела на меня и заявила:

– Да не вопрос! Как только договоришься с моим мужем. Он мечтает отправить меня в декретный отпуск, потому как мои внезапные вызовы на работу у него уже… – она задумалась, прикидывая, куда там этот уровень уже поднялся или опустился, и с печалью сообщила – в печенках.

«Есть куда подниматься! Можно и спросить…»

– Да уж… придется без тебя.

– А куда хотела?

– Не знаю, – устало проговорила, откидывая этот вариант как неприемлемый, и призналась: – Ко мне мама приезжает.

Смех прогремел на весь коридор. Ольга не смеялась, а ржала как лошадка. С каким-то хрипом. Ненормальным. Ей нужно предложить к Сан Санычу заглянуть. Он на втором этаже принимает. Тоже посмеяться любит, когда диагнозы ставит, чтобы поддержать. Покачала головой, пытаясь спрятать улыбку. Уже пожалела, что сказала. Блин, вот зачем?

– Утро если что… – напомнила ей на всякий случай, а то вдруг не поняла.

– Ты про мужика лишь вспоминаешь, когда мама приезжает. Даже не удивила. Может, тебе Колюнчика отправить? Он веселый и…

«До неприличия пошлый… Моя мама сразу же начнет искать в нем проблему и пытаться прочистить мозги. А парень только вошел во вкус разгульной жизни. Пусть там остается…»

– Обойдусь. И… не хочу я его найти! – не удержалась я от своей любимой отмазки. Уже надоело. Конечно, я не урод, но и не красавица. Даже рядом не стояла. И сколько помню себя: либо училась, либо работала, а бывало и спала. Пчелка.

– А может маме твоей найти, чтобы тебя не дергала?

– Конечно, – поддержала мысль, стараясь не засмеяться, – а папа потом его и тебя в изолятор за креативную идею. Но ты не переживай, я тебе по блату ежедневно буду зеленый чай в термосе таскать и про сушки не забуду. С маком, все как ты любишь.

Да, папа у меня начальник тюрьмы, мама психолог. В общем, когда я мечтала, как все, выйти замуж, им никто не нравился, а теперь, наверное, даже моему пропитому соседу будут рады, считая, что если мне его немного взять в руки, то будет идеальным мужем. Ведь руки золотые, а с моим характером и занятостью больше ничего не нужно.

Но это так… мысли вслух. Честно говоря, надеялась, что это моя бурная фантазия. Хотя непонятно, зачем мне постоянно кого-то подыскивают? Навряд ли найдут. Уже раз прошла этот путь, теперь точно любой их вариант заочно буду откидывать в сторону.

– Слушай, а что Пашка?

«Пашка-суралмашка-изменяшка. Козлина еще тот. Точнее, я, олениха рогатая…» – речь идет о моем бывшем мужчине. Подлец и скотина, если выразиться конкретно и по делу. Папин с мамой протеже. Жили вместе пять лет, копили на квартиру. Все он говорил, что нужно пожить для себя, дети подождут, лучше по странам полетать. Оказалось: у него есть трехлетний сын от проводницы, и еще вторая гражданская жена на сносях. Стоит отметить, убалтывать он мог. Соловей. И ведь верила, пока девочка не пришла с огромным животом, утверждая, что я забираю ее счастье. А позже и проводница позвонила, попросила денег в виде компенсации, что она ни на что не претендует.

И вот так закончилась моя семейная жизнь. Что смешно и противно – я даже не поняла, когда упустила момент. Вечно на работе, на вызовах. А он понимающий безработный и такой заботливый. Казалось – он ценит и любит. Но… все не так.

– А что Пашка? – уточнила, чтобы случайно не выйти за рамки ее вопроса.

– Нравится ему семейная жизнь без тебя? Женился на своей девочке?

– Не знаю.

– А я знаю! – гордо заговорила она. – Не женат, а на суде заявил, что ребенок не его. Кстати, вот недавно произошло. К тебе случайно не просился?

Скривилась. Да уж. Понятно, почему вчера его пропущенный увидела. Жить негде. Действительно, не соскучился же.

Послышались шаги. Бежала медсестра. На лице волнение, в глазах ужас.

– Что-то случилось, – со вздохом буркнула Ольга.

– Операция…

Милая и невероятно добрая Иришка, которая работала у нас год, отдышалась и выдала:

– Там… девушка! Она… она…

– В приемной?

Кисаева кивнула и поторопилась по коридору. Притом она успевала при этом нам кричать:

– Я такого не видела! Никогда! Ее словно проткнули стрелами. Там столько наконечников…

Повернулась и посмотрела на Сидорину Ольгу. Она на меня. Не думали, что у Иришки такая бурная фантазия. Не выспалась – однозначно.

– Нет, честное слово, – будто прочитала наши мысли. – У нее все тело в них… – она задыхалась от своих эмоций. – И одежда странная… с карнавала.

Прикинула, что вроде как Новый год прошел, и пробубнила:

– Может, она до сих пор отмечала?

– Ага… неделю, – Ольга бежала рядом, успевая тыкать пальцами в экран телефона. Она все успевала. Хорошо хоть на операции его не брала.

– Нет… одежда, маска – вы сейчас увидите.

Вошла в небольшую светлую комнату и моментально застыла на месте, увидев на кушетке девушку, захлебывающуюся собственной кровью. Бросилась к ней и только потянулась к груди, где было нечто в виде сеточной кольчуги, но тут почувствовала твердый захват. Девушка с такой силой сжала руку, что удивилась. При такой-то ране?! Бегло просканировала и повела головой. Да ее искромсало так, что можно было задаться вопросом: «Как еще дышит?» И эта маска… почти полностью закрывала лицо. То, что видела, было в грязи и крови.

Не теряя времени, потянулась к ней и сорвала, тут же удивляясь белоснежной коже. Не сравнить с верхней частью. Словно девушка никогда не снимала маску. А тело… Живого места не было. Не представляла, где можно получить такие ранения.

– Спаси их! Это он… подставил всех, – она на мгновение закрыла веки, что далось ей тяжело, и с отчаянием прошептала: – Марк… только он смо…

– Успокойтесь, – посмотрела на медсестру и показала жестом, чтобы та не стояла с открытым ртом. Есть у нее такая привычка – пораженно зависать. Ирина очнулась, а я уже пальцами пыталась снять наряд раненой. Странные застежки нужно было открыть.

Тяжело, но все же получилось. И когда получилось рассмотреть – открыла рот, пытаясь напомнить себе, что для меня это вроде как обычное дело.

«Ничего подобного! Такого я еще не видела!»

Грудь девушки была в горошек. А вместо этого горошка – сломанные наконечники, выпускающие черную жидкость в раны, отчего они начали гноиться.

Принюхалась и скривилась. Запаха нет. Какой-то яд.

Тут же заострила внимание на глазах девушки – геморрагии (кровоизлияния) на сетчатке глаза. Характерный признак отравления рицина.

Вдруг девушка выдала странный звук и схватилась за рот, отвлекая меня от обследования.

– Ее рвет, – пискнула Ольга.

– Нужно прочистить желудок, – понимая, что яда много, притом неизвестного, добавила: – Ей потребуется провести переливание.

– У нее отравление?

– Да, а еще многочисленные колотые ранения, причиненные метательным оружием. Задеты… – прищурилась, желая посмотреть ее спину, как вдруг девушку скрутило от боли. Она закричала, а потом ее затрясло, на что было страшно смотреть.

– Бесполезно. Большая доза плюс… – начала Ольга.

– Ольга Ивановна, – грубо рявкнула. Коллега моментально повернулась, понимая, что я недовольна, – соберитесь, и готовимся к операции. Немедленно!

– Да… но ведь…

– Мы справимся, – говорила твердо, хотя сама понимала, что это нереально. Но не смотреть же, как она тут выплевывает свои внутренности.

Мы справимся. Должны.

Через час стояла в ординаторской, загадочно улыбаясь. До сих пор не верила, что справилась. Конечно, не все так просто, нужно наблюдать, лечить, но я верила, что с ней все будет хорошо. Теперь можно кофе выпить. Чтобы к обходу выглядеть нормально.

Трель телефона заставила вздрогнуть. Такую душераздирающую мелодию поставила на маму – чтобы не пропустить звонок. А то она впечатлительная, начинает сразу в больницу звонить, объясняя каждому, кто ее дочь, требуя соединить для важного разговора, касающегося жизни и смерти. Примерно так и говорит, только более эмоционально. В этом с ней никто не сравнится.

«Пожалуй, без кофе обойдусь. Сейчас взбодрюсь…» – решила и поспешила к шкафу. В сумочке взяла телефон и сразу ответила на звонок.

– Наташа, ты где? – услышала я родной голос любимой женщины.

– Мам, я на работе.

– Милая, у меня для тебя сюрприз.

Так… Новый год прошел, восьмое марта не наступило, до моего дня рождения еще как полгода – для подарков повода нет. И вот такие фразы меня настораживали. С 25 лет. И все потому…

– Дядя Коля наконец-то приехал к нам!

Так, для справки – мама говорит о лучшем друге отца. Все они мечтали детей поженить. Но – у папы друзей много, у тех сыновей еще больше, а я такая одна. Не разорваться же мне. Пришлось всех немножко припугнуть: кого скальпелем, кого клизмой, желая проверить нервишки и оценить чувство юмора. Я, конечно, девушка серьезная, особенно в работе, но всегда на позитивной волне. Стараюсь находить плюсы абсолютно во всем.

– Он каждый месяц к вам заглядывает… – уточнила на всякий случай. Вдруг запамятовала.

– Так он не один!

«Начинается…»

– Мама, давай я сама…

– А со своим сыном! Помнишь, вы с ним за ручки держались?

– Я в садике со всеми в группе держалась за ручки. Даже в туалет вместе ходили. Почти родня, получается.

– Ну, ты не знаешь самого главного – его сын, Павел, развелся со своей мегерой, ну той, у которой трое детей, и сейчас холост. Ему нужна…

Я точно не нужна! Точнее – он мне. Если мать троих детей от мужика ушла – тут нужно подумать, а что там за мужик? Отважиться одной воспитывать и поднимать малых деток не каждая осмелится.

– Мама, я на работе! – даже не хотелось узнавать требования и стандарты этого богатея к женщинам. Я однозначно не подхожу. Конечно, не ангел, но и не ведьма. К тому же есть оправдание – в моей работе бесхребетной быть нельзя.

– А мы к тебе собираемся! Раз уж такое дело, нужно всем нам встретиться!

Чего?! Как ко мне?! Ко мне нельзя! Тараканы сбежали в другие квартиры от голода, а мама гостей наприглашала. К себе пусть приглашает! А ко мне БЕЗ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ нельзя. Если бы предупредила – другое дело. Я бы организовала себе смены.

– У меня…

– Я уже все уточнила у твоего… главврача. Ты выходная! Так что до пяти доработаешь и домой. Мы тебя будем ждать.

– Мам, ты зачем опять ему звонила? Александр Петрович занятой человек. Не нужно к нему по пустякам! Что за глупости?

Возмутило. Честное слово. Мама переборщила.

– А кто еще скажет тебе правду? Ты же всегда занята. В общем… мы вечером будем. Ты там не готовь, а то я тебя знаю. Лишь бы удивить, да повкуснее. Такая мастерица! Я все возьму.

Это она о чем? Кто любит готовить? Я?! Какая шутница. Да я бы заказала. Главное – дом привести в порядок. Но как поняла, она вроде как меня хвалит перед этим сыночком. Обманывает… Вот как может? Ведь взрослая женщина. Но все мамы такие. Простительно. Пусть… Значит, еще и готовлю превосходно. И что же такой бриллиант до сих пор не в огранке? Просто поразительно!

– Мама!

– Наташ, а вдруг? – сказала она очень тихо. – Ты ведь не страшилище и не дура.

«Так поддержать может только моя мама! Она у меня с чувством юмора…»

– И на том спасибо.

– Быть всегда одной не дело, а без меня ты вообще забудешь, что такое личная жизнь. Нельзя все время работать и учиться. Нужно и для себя пожить.

Дверь открылась и в кабинет заглянула медсестра. Спасительница моя!

– Наталья Александровна, там пациентке плохо.

– Мне нужно идти, – твердо выдала, зная, что мама быстро реагирует когда нужно.

– Иди, но помни о том, что я сказала. И… – пауза, – не обижайся. Мы ведь любим тебя.

Улыбнулась. Вот такая у меня мама! Сейчас я бы ей даже простила, если она со свадебным нарядом примчалась. Выкинула бы потом…

– И я вас очень люблю, – проговорила и отключилась. Некоторое время смотрела на трубку, а потом повернулась к Вере, что уже вышла на утреннюю смену.

– Там девушка… с колотыми ранами.

Моментально застыла на месте.

– Что случилось?

– Она бредит. Вы… посмотрите.

– Да.

Замечая, что у нее в руках пробирки, проговорила:

– Ты иди, я сама.

– Хорошо.

Она поспешила в лабораторию, а я направилась в восьмую палату. Только зашла, как увидела стройного брюнета в белоснежной мантии. Он стоял над девушкой и… душил ее.

– Вы что творите? – прокричала и бросилась к пациентке, отмечая белый дым, распространяющийся по кровати.

Мужчина пораженно смотрел на меня, словно приведение увидел. Даже на секунду задумалась, так ли это. Когда оказалась рядом, толкнула его, но мужчина даже не сдвинулся.

– Нет! Уходи! – злобно рявкнул и еще сильнее начал давить.

«Он ее придушит!»

Понимая, что еще чуть-чуть и спасать будет некого… начала усиленно убирать руки мужчины, откидывая их, царапая и раздирая до крови. Было плевать – лишь бы девчонку спасти. И тут… нащупала ошейник, на который давил мужчина. Получается, он ей его прицепил. Широкий и… золотой. Раздался щелчок, и в следующую секунду все перед глазами поплыло. Попыталась отойти, но не смогла. Мои руки приросли к украшению и тот жар, что шел от него, превратился в огонь. Я закричала, а в следующую секунду свет в глазах потух, сознание отключилось.

Глава 2

Академия стражников огня

Больничное крыло

Просыпалась с трудом. Голова гудела с такой силой, что мечтала ее оторвать и выкинуть. Шутка. Неудачная. Но от таблеточки я бы не отказалась. Выдала стон и нахмурилась, чувствуя запах трав.

«К бабуле приехали?» – напрягла память, понимая, что такого не может быть. Ее уже как пять лет нет в живых. И на сон совсем непохоже.

Открыла глаза и уставилась в высоченный потолок темного цвета с балками. Надо же, какая интересная конструкция. Как будто в замке на экскурсии. Сглотнула слюну и облизнула губы. Жарко. И еще эта тряпка… Боже, какая вонь от нее. Медленно высунула руку и попыталась снять, но нет, ее как будто замотали на мне. Притом несколько раз. Начала дергать, как тут услышала:

– Давина, перестань!

«Что же он так орет мне в ухо? Пусть бы Давине своей и кричал. Нет, в мое горланит…» – подумала, пытаясь повернуться. Тело так болело, что чувствовала себя раздавленным помидором.

«Так… на чем я остановилась? Точно, тряпку снять. Дышать ведь нечем…» – и вновь потянулась, как уже тот же мужской голос рявкнул мне в ухо:

– Ты не понимаешь?! Успокойся и не трогай! Хочешь открыть свое лицо, чтобы все увидели? Я увидел?! Жениться на тебе я не собираюсь!

«Чего? Травы нанюхался?» – заставила себя повернуться и уставилась в зеленые глаза парня. Рыжий, в веснушках и… в маске, только белого цвета. Медик, что ли? И одежда у него нечто вроде мантии белоснежного цвета.

– Ты кто? – вырвалось у меня. Чересчур странный парень.

– Забыла? Я Грэг. Помощник лекаря.

«Лекаря?! Меня взяли в плен староверы?! Что за бред? Ладно, пусть галлюцинации, но вот слышу я идеально. А он меня назвал…»

– Кто я?

– Ты Давина, – с грустью сказал он, чуть ли не вздыхая. Даже стало жалко эту Давину. Такая никудышная?

– Угу. Поняла. И что я тут делаю? – Ну что уж… нужно ведь узнать, что за бред и как из него выйти. Все же подозревала, что я сплю. Самый ужасный вариант – в коме. Другого объяснения не видела.

– Ты что? Ничего не помнишь? Мы нашли тебя на горе Абдухия. Там на тебя напали. Уверен, это мятежники. Чтобы стрела Митирана пронзила их насквозь.

«Какой добрый парнишка! Вестернов насмотрелся?» – подумала, открывая рот от удивления, моментально втягивая огромную дозу пахучей травы. Однозначно, эту тряпку смочили в воде с полынью.

– Можно мне пить?

– Тебе нельзя! Пока не разрешит мастер. Только с его разрешения.

«Понятно. Умирать придется раньше времени… Не нравился мне мой сон. Слишком вот раздражал».

Прочистила горло и прохрипела:

– Если пить не принесешь, стрела Митирана тебя пронзит.

Все! Ударила в точку. Рыжий парнишка весь побледнел, покраснел, а потом рванул в сторону. То ли испугался, то ли за водичкой. Пусть последнее.

Как же мучила жажда. Невыносимо. Температура в помещении просто зашкаливала. Явно к тридцати. Сжариться можно.

Так… нужно посмотреть, что у меня там с телом. Очень интересовал вопрос, почему не могу подняться. Кое-как подтянулась и открыла чуть простынь.

«Хм, обмотана, перемотана и пропитана невыносимой вонью чудодейственной мази… Убивает микробы и все живое своим ароматом», – принюхиваться долго не могла, тем более когда поняла, что кровь на бинтах. Нужна перевязка. Кто тут главный? Почему не видим?!

Пока мысленно ругалась, уловила… запах лекарств. Странно. Не вписывалось в сложившуюся обстановку.

Послышались шаги, и тут… увидела того мужчину, что стоял над девушкой в палате. Пригляделась: очень даже красив внешне, молод, физически сложен. И… следует отметить – мужчина без маски. Почему?

Наши взгляды встретились – и я кое-как сдержала себя от вопросов, криков, возмущений. Промолчала, что далось мне очень тяжело.

Вот это новость! Что он тут делает? Почему со мной? И вроде не хотел душить… Ничего не понимала.

– Как она? Отошла? – грубо спросил он.

«Волнуется, переживает?! Если так, то перевязку нужно организовать… Может, не такой он плохой?!»

– Да, но ведет себя странно, – в тон ему ответил парень. Подумала, что он пытается походить на своего мастера. Руки сложил на груди, прищурился – очень старался. Но у него отвратительно получалось.

– Что ты хочешь сказать? – спросил тоном господина душегуб в белой мантии.

– Она не помнит ничего.

– Хм… такое возможно. Ее матери сообщили, что она жива? – лениво протянул он.

– Да, Савина приходила, когда Давина спала.

– И что?

– Ну… как обычно… – еле слышно промямлил он, намекая мастеру о таком, что знают они вдвоем.

– Хорошо. Дай ей настойку перед сном, – говорил и буквально презрением меня осыпал. Мне хотелось задать массу вопросов, но сдержалась. Дурой не стоит себя выставлять, когда ничего не понятно. Что это не сон, я уже поняла, а вот что конкретно – нужно разбираться.

Мужчина повел челюстью и быстро пошел к выходу. Парень за ним. Думала, они ушли, но вдруг услышала:

– Как полностью очнется, приведи ее ко мне.

«Зачем?»

– Может, не стоит? Она ведь слабая…

– Ты знаешь что делать. Приготовь все.

«Пожалуй, я и от водички откажусь. Как-нибудь…» – подумала и потянулась к маске. Не передать, как мне хотелось сорвать ее. Прямо не могла удержаться. Руки чесались откинуть ее в сторону и прикоснуться к лицу. Я, конечно, тоже постоянно в масках: на работе, на улице, как-никак масочный режим из-за коронавируса, но ЭТО просто вот это можно было назвать удушающими тряпками. Как бы не задохнуться.

Сглотнула и с печалью посмотрела в окно. Как раз напротив. А там туман с оттенками дымчатого и синего. Погода в тон моему настроению. Еще голова гудела.

Послышался кашель, напоминающий собачий лай. Поблизости. Застыла, пытаясь понять, где именно, пока не увидела кровать чуть дальше. Там кто-то лежал, накрытый одеялом.

И вновь послышались лающие звуки.

Туберкулез? Ларингит? Бронхиальную астму сразу отмела. При таком заболевании кашель не просто лающий, он сухой и непродуктивный.

Не в силах терпеть, еще выше приподнялась, отчего стало четко видно, что там лежит… девушка. По золотистым волосам предположила.

Больную прямо трясло, а кашель совсем не радовал.

И еще такая жара. Вот зачем?

Тут нужно проветрить помещение, напоить теплой жидкостью (лучше обычная вода, чай с медом или молоко). Еще бы попарить ноги в ванночке с горячей водой. Но нет – она тут задыхается.

Мне бы только увидеть анализы крови, биохимию, томографию и рентген. Тогда бы понятно было, что такое и как бороться.

Так… и как к ней доползти? Не могла я тут спокойно валяться, когда там девочке плохо. А потом до окна доползу. Открою его, чтобы хоть свежий воздух пошел.

Нащупала рукой спинку и только попыталась привстать, как услышала:

– Надо же… такая мразь выжила, а твоя сестра умирает. Где справедливость?

Нахмурилась и повернулась на голос. В коридоре у двери увидела двух парней в масках на лице, полностью в черном одеянии, напоминающей военную форму. Тот, что говорил, был среднего роста, худого телосложения, но голос приятный. А вот второй – мощный как гора. Спортсмен. Не могла сказать, красив или нет, так как только глаза видела. Но то, что в них пылало, заставляло меня бояться.

«Странно… обычно подобного не испытывала. Страх – абсолютно не мое. Не унываю никогда. Всегда рискую, за что порой получаю. Но тут…»

Не знаю, кто он, но вот парень смотрел на меня с ненавистью и презрением. Явно я ему не нравилась. Ненависть с первого взгляда. У него. Мне без разницы. Только одно важно – где я и как вернуться домой.

– Марк, вам сюда нельзя! – заверещал рыжий парень, выбегая перед ними. – Ты же знаешь…

– Здесь моя сестра, – произнес парень и направился к кровати, где лежала больная девушка.

Марк твердой походкой двигался к своей цели, а я наблюдала. Что-то было в нем дикое, первобытное, захватывающее, что заставляло бояться и восхищаться. Тут же себя поругала. О чем думаю? О напыщенном пацане! Смешно. Видимо, хорошо головой ударилась, раз такие мысли и сны. Скорее бы очнуться. А там мама…

Как мне ее не хватало. Уж она бы быстро меня успокоила и все разрулила. Хоть и не маленькая, но вот знала точно – родная женщина за меня горой. Да и отец, только он всегда на работе, по делам, с друзьями, но когда нужно… всегда рядом.

Кстати, а если я попала в отсталый параллельный мир, то как выбраться? Считала себя дурой, но вот надо же найти хоть какое-то объяснение.

Тем временем мощный парень наклонился и нежно провел по волосам девушки. Раздался стон, и блондинка легла прямо, схватившись за его руку, вновь начиная громко лаять. И тут я увидела, что она в маске.

«Вот идиоты! Это еще мягко сказано. А что сразу не задушили? Гуманнее будет. Чтобы не мучилась…» – хотелось возмутиться, но не сейчас. Была уверена, что мой комментарий останется без ответа в режиме игнорирования. А кто знает их правила? Что этот Грэг говорил про женитьбу? Что не собирается на мне жениться, если он увидит. Но разве жизнь не важнее, чем замужество? Мертвой ей будет не до женихов.