Любимый враг
- -
- 100%
- +
Медленно поднялась со стула. Развернулась и обиженно посмотрела на нее, обдумывая свои слова, Я боялась потерять любовь и заботу Лидии, поэтому не знала, как себя вести, хотя в груди все бушевало от негодования.
– Осуждаешь? – спросила она и закрыла дверь.
– Зачем? – спросила, желая знать. До меня не доходило. – Зачем ты это сделала?
– Как по-другому заставить вас успокоиться? Это ребячество мне надоело. Пора взрослеть.
– Серьезно? И ты решила нас оставить на сорок минут в ледяном подвале. А почему не на день? Можно и на трое суток. Мы бы точно успокоились, подхватив пневмонию.
– Я понимаю, что долго. Да, я забыла про время. Я не хотела так долго вас держать, но у меня появилось неотложное дело, – сказала она, поправляя короткие волосы.
Стало обидно. Очень обидно. Да что за черт?!
Но не могла все высказать. Не могла.
Меня хоть кто-то любил, заботился. И потерять это из-за своего вспыльчивого характера я не хотела. Ни за что!
Я просто пошла на выход, не желая больше разговаривать. И когда уже прошла мимо, она окликнула:
– Яна, постой!
Остановилась, но не обернулась. Не могла. В моих глазах, как и на лице, бушевали агрессивные эмоции.
– Я хотела, чтобы вы подружились. Вы переходите границы.
– И чем же я перешла? – уточнила у нее. – Тем, что поставила ему новый пароль на телефон? Ничего страшного, разблокировала бы, когда перестал гадости про меня писать.
– Ты стала заходить под его учеткой! – возмущенно начала она. – Ты заблокировала три чата, взломав их. Ты кем себя возомнила?
– Они обсуждали, у кого какой размер груди. А еще… кто с кем спал или хотел перепихнуться.
– Тебя это не должно волновать. Я тебя не для этого учила. Ты должна вести себя достойно, чтобы из тебя получился хороший человек. Понимаешь? – воскликнула женщина и направилась к своему стулу.
– А чем я плоха? – спросила, уже обернувшись.
– Я уже не рада, что научила тебя всему. Ты перешла границы.
– Я… никогда не делаю гадости просто так, – не согласилась с ней и пошла следом.
– Ты выставила видео в сеть, – буркнула она и устало прижалась всем телом к спинке стула.
– Нет. Это не я.
– Но Громов уверяет…
Почти подлетела к ней и с обвинением выдала:
– Ты ведь можешь за несколько минут найти того, кто его выставил. Если я знаю, кто этот умник, то ты… тем более. Но ты видишь только плохое…
– Я не хочу, чтобы ты стала такой, как я, – вдруг закричала она и отвернулась, облокотившись на стол руками, опуская голову.
Осторожно потянулась рукой к ее плечу и, дотронувшись, спросила:
– А какая ты?
– Я… – она покачала головой и начала быстро говорить. Всегда так делала, когда нервничала. – Ты должна быть веселой, общительной и милой. Тебя должны все любить. Все! А ты что делаешь? Взяла и послала обличающее видео Елене. Я надеялась, что она тебя заберет к себе, а ты все испортила!
– Ты хотела, чтобы меня забрали? – еле слышно спросила, убирая руку, прижимая к своей груди. Я боялась ее ответа. Как же так? Ей плевать, где я буду?
Усиленно стала тереть пальцами лоб, сожалея, что зашла в спальню Лиды. Лучше бы ничего не знала.
– Да, потому что я скоро уеду… – донеслось до меня. – И я хотела, чтобы ты была под защитой.
Приблизилась почти вплотную к ней и проговорила:
– Я буду хорошей, только не уезжай. Пожалуйста.
– Я наследила… – в отчаянии призналась она, задрав голову к потолку, закрывая глаза. – Теперь у меня нет выхода.
– Наследила?
– Не придирайся к словам! – громко сказала она и поднялась со стула. – Просто ты зря натравила Елену на мужа. Вот зачем? Она ведь была бы тебе замечательной матерью.
– А я не хотела, чтобы потом меня сдали, так как ей нужно бы было уже мужа искать, а не ребенка. Тем более, это у него проблемы с бесплодием, а не у нее. Я видела анализы.
– Яна! – возмутилась женщина. – И зачем… всему научила?
Вопрос она задала скорее себе, чем мне.
– Что Яна? Что я сделала не так?
– Это не твое дело! Поняла? Не твое! Есть вещи…
– Я помогла ей. Я не хотела, чтобы она жила с предателем! – от эмоций я уже кричала. – Она заслуживает нормального мужчину. Она добрая и отзывчивая.
– Ты себе жизнь загубила. Себе! Ты бы жила в роскоши, а не здесь.
– Но я хотела быть с тобой. С тобой! – воскликнула и замолчала, отмечая, как она отвела взгляд. В этот момент я поняла, что она не испытывает ко мне подобных чувств. Не желая расплакаться, что Лида считала слабостью, я отвернулась и бросилась из спальни.
Очнулась, когда оказалась в игровой комнате, сидя на стуле за шахматным столом. Обычно успокаивалась здесь, играя в игру. Лида меня научила. Ее любимая игра, когда отходила от компа. Глянув на фигуры, задумалась о том, кто играет. Обычно только мы, и все. Никто в детском доме не умел играть, кроме нас. А больше Лида никого не учила, а я тем более не собиралась это делать, чтобы с ней никто так близко не общался. Вероятно, эгоистично с моей стороны, но я не хотела ни с кем ее делить.
И… кто-то все же пытался играть. Отмечая расположение фигур, решила сделать ход «вилка конем». Это ход, при котором конь атакует сразу несколько фигур. В данном случае белый конь нападает на две фигуры (двойная вилка): короля и ладью. Король вынужден спасаться от шаха, а белые забирают ладью.
Довольно ухмыльнулась, когда вдруг вбежала Рита. Она из соседней квартиры, но я ее знала. Вечно болела, поэтому все мероприятия пропускала. Моего возраста, очень даже смышленая. Девочка подбежала ко мне и с восторгом выдала:
– Представляешь? К нам приехали две полицейский машины. Две!
Стало не по себе. Моментально подумала про Лиду. Что она там говорила про то, что наследила? Как она наследила?
Была мысль, но она совсем не радовала…
– Следователи ФСБ ищут Галину Петровну. Требовали ее в таком тоне, что мне стало страшно. Представляешь? – сказала Рита, рукой махая перед лицом. Вроде как ей жарко.
– Зачем? – спросила, надеясь, что они, действительно, приехали к Огневой. Вдруг это родственники директора? Почему нет, когда очень хочется…
– Не знаю, но у них есть бумажка для обыска, как они сказали охраннику. Дед Макар только пожал плечами и пропустил их. Но я видела, как он испугался. Его руки дрожали. Знаешь, мне даже показалось…
– И где они сейчас? – перебила ее, ощущая, как сердце забилось сильнее. Плохое предчувствие вмиг охватило все тело.
– Один огромный мужчина ищет что-то в кабинете директора, а второй шастает по комнатам, где есть компьютеры с высокой производительностью. Я слышала их разговор. Так они сказали.
Задумалась. Они ищут компьютеры с высокой производительностью. Только у Лиды компьютер с операционной системой Linux, остальные оставляют желать лучшего, напоминая мамонтов.
Сглотнула и, поднявшись, быстро направилась из игровой комнаты, не реагируя на зов Риты. Шаг за шагом, и я уже бежала по коридору. Мне нужно было предупредить Лиду. Неважно, что она сделала, я хотела ее спасти.
Вбежав к ней в комнату, увидела, что она сидит на кровати и рассматривает что-то в телефоне. Медленно приблизилась, желая знать, что именно. Оказалось, что наши фотографии, когда были в органном зале на мюзикле Эндрю Ллойда Уэббера «Призрак оперы».
На душе потеплело, а на лице появилась улыбка. Я тогда переболела простудой, а на губах еще остались последствия от герпеса. Такой красавицей была, что можно только в фильмах ужасов показывать.
И сейчас Лида с нежностью в глазах рассматривала мое лицо, что не могла не заметить.
Ей не все равно на меня!
Она… любит меня.
Я бы еще так тихонько стояла, наблюдая за ней, но нужно было предупредить ее о следователях.
– Следователи ФСБ в здании. Они обыскивают все комнаты в поисках компьютера с высокой производительностью, – громко сообщила, не желая тянуть кота за хвост. Сейчас все узнаю.
Отмечая, как побледнела Лида, я поняла, что оказалась права. Родная женщина сделала что-то плохое и наследила, оставив след, который привел сюда полицию.
– Это ведь за тобой, да? – еще тише спросила.
Она кивнула, а потом стала растерянно оглядываться по сторонам.
– Ты должна удалить все файлы, как я тебя учила, – с волнением выдавила из себя Лидия, когда смогла говорить. Она опустилась на корточки и вытащила из-под кровати спортивную сумку, бросая ее на кровать. Следом перешла к одежде, немедленно натягивая джинсы и хватая куртку.
А раньше я не понимала, почему ее верхняя одежда находится в спальне. Теперь дошло.
– Возьми меня с собой, – громко проговорила, понимая, что больше не увижу ее.
Лида обернулась и резко сказала:
– Яна, я тебя о чем-то попросила. Забыла? Помоги мне!
Кивнула и быстро подошла к компьютеру, включая его.
– Ты ведь помнишь, что нужно сделать? – услышала я в момент, когда вошла в систему, после того, как забила пароль.
– Да. Использовать консольный метод.
– Дальше… – уточнила она, чем-то громко шурша.
– После зачистки файлов попробую восстановить их любой программой для восстановления удаленных данных, чтобы убедиться, что это невозможно.
– Умница. Приступай! И загрузи игру, если вдруг они придут раньше…
Сглотнула и, кивнув, стала работать. В левом нижнем углу в строке с лупой ввела «cmd» и в открывшемся меню выбрала командную строку, запуская ее от имени администратора.
– Возьми меня с собой, – тихо проговорила, в появившемся окне прописывая задачу на английском языке.
– Я не могу. Это опасно, – услышала свой приговор.
– Почему? – не могла не спросить, запуская процесс, при котором все данные на диске перезапишутся нулями.
Вдруг меня крутануло, и я увидела Лиду, полностью собранную, со спортивной сумкой на плече.
– Чтобы тебе не говорили про меня плохое, знай, что мне не оставили выбора. Какой бы умной ни была, я оказалась слабым звеном в этой чертовой системе. Я сломалась, без шанса бороться и сопротивляться. Как ни печально, но всегда есть слабое звено в цепи.
– Ты не такая!
– Такая… – с отчаянием выдала она. – Но ты другая. Я бы не подпустила тебя к себе, если бы не видела в тебе стержень. Не ведись на шантаж, не верь мразям. У них нет чести. И главное: никогда не причиняй вред другим с целью обогатиться. Никогда! Ты поняла? Тогда ты увязнешь в этом…
– Хорошо, – хрипло согласилась.
– Обещай! – потребовала она, встряхнув меня за плечи.
– Обещаю. Я не причиню вред для своего обогащения.
– Правильно. Твои знания должны помогать…
– Помогать… – повторила, ощущая, как по щекам стекают слезы. Она резко обняла меня со словами:
– Я люблю тебя! Прости, если обидела…
– И я…
– Спасибо тебе, – поспешно выдала Лида и направилась к окну, а мне только оставалось смотреть, как она залезает на подоконник и спрыгивает. Отмечая, что еще идет зачистка файлов, поднялась и, схватив халат Лидии, который она бросила на стол, вытерла им следы. Несколько секунд смотрела в окно, где уже никого не было, и тихо проговорила: – Я найду тебя. Непременно найду.
Раздался писк, предупреждая о том, что зачистка прошла успешно.
Не теряя времени, закрыла ставни и отшвырнула халат к шкафу. Поспешно вернулась к рабочему месту и принялась за проверку, чтобы убедиться, что я все безвозвратно удалила. Процесс не быстрый, но подводить Лидию не хотела. Ко всему прочему скачала первую попавшуюся игру, устанавливая по умолчанию на компьютер.
Мне казалось, что время тянется, поэтому то и дело прислушивалась, в страхе, что сейчас зайдут в спальню.
А здесь я…
Но этого не случилось.
Пока…
Как только убедилась, что ничего не сохранилось, в том числе и камеры, я удалила программу для проверки, оставив ферму. Уже через две минуты в игре бараны громко издавали «бее-е-е», требуя еды, а я пыталась понять, как их накормить.
Послышались шаги, и моя рука застыла на мышке, не в силах пошевелиться. Дверь распахнулась, и в комнату вошел мужчина в деловом костюме черного цвета, а за ним стоял Андрей Громов.
Глава 3
– Убери руки от клавиатуры! – раздался приказ, заставивший меня вздрогнуть. Высокий поджарый мужчина привык командовать. Выглядел он внушительно и мощно. Я бы даже сказала агрессивно.
Послушалась, искренне опасаясь мужчину. С таким шутки плохи, что понимала каждой клеткой своего тела. Повернулась к нему и тихо проговорила:
– Я играю в ферму.
– Игры закончены. Чей это компьютер? – но вопрос он задал не мне, а Андрею. Когда тот не ответил, следователь громче выдал: – Андрей, ты слышишь?
Парень кивнул и, оценив взглядом комнату, ответил:
– Да, дядя. Это комната ночного воспитателя Сусловой Лидии Петровны.
Вот это поворот!
Дядя? Я не ослышалась?
Следователь ФСБ – дядя Громова?
Вот это да!
Не верилось…
Так чего Андрей в детском доме делает? Пусть бы дядя к себе его забрал. Все мне меньше проблем.
Неважно. Главное: выйти отсюда.
– Лидии? – презрительно выдал мужчина и подошел к компьютеру, на что я поспешно отошла. Он сел на стул и принялся проверять файлы. Но что там проверишь? Там ничего нет. – Значит, она женщина… Надо же! Невероятно!
Злость в голосе подсказывала, что Лидия ему поперек горла. Только почему?
Облизнула сухие губы и, глянув в непроницаемое лицо Андрея, вновь сосредоточилась на его дяде.
– Кто она? – спросила, надеясь услышать ответ. От Лиды ведь не узнаешь.
Тем временем мужчина убедился, что никаких данных нет, и ударил кулаком по столу. Получилось громко и даже свирепо.
– Проклятье!
Вдруг он вновь полез в компьютер, целенаправленно направляясь в журналы Windows. Сглотнула, понимая, что он желает посмотреть последние действия на компьютере.
Ох…
Мужчина задумался, а потом глянув на время, сравнив данные, медленно повернулся ко мне. Несколько секунд оценивал, затем дернул меня за руку, притягивая к себе.
– Удалили совсем недавно! Недавно! Несколько минут назад! Говори, куда вышла эта Лида?
– Дядя! – послышался резкий тон Андрея. Парень совсем не отличался характером и поведением от своего дяди.
Молчать нельзя. Чем быстрее скажу, тем быстрее пойду в свою комнату. От напряжения голова раскалывалась.
Указала на дверь и громко проговорила:
– Она вышла в коридор. Там есть запасной выход.
На мои слова Андрей нахмурился. Не верил?
– Она тебе что-то говорила? – продолжал следователь, крепко сжимая мою руку. Однозначно будут синяки.
– Я пришла поиграть в игру, как обычно, и она разрешила, – ответила, пытаясь вырвать руку.
– Ты обманываешь меня! Зачем? – не успокаивался мужчина.
– Я не знаю… – пробормотала, ощущая страх, пока на руку мужчины не легла ладонь Андрея.
– Отпусти ее. Ты делаешь ей больно! – потребовал Андрей, оказавшись рядом.
Фраза парня следователя не порадовала. Он злобно кивнул и нехотя отпустил. Мне же оставалась только обхватить себя за плечи, чтобы больше меня никто не лапал.
– Пойми, это важно, – уже мягче начал мужчина. – Это не Лида, а черный хакер под псевдонимом «Призрак».
– Я не знаю… – честно выдала, уже не желая знать. Я так боялась разочароваться. Неужели Лида сделала что-то ужасное?
– Когда ты пришла, что она делала? Что говорила? – вдруг закричал следователь. – Она опасна! Понимаешь? Преступница. Ты не должна ее защищать.
– В чем она обвиняется? – вдруг спросила я, хоть запретила себе это делать.
– Она? Да во всем. Эта дрянь – проклятье нашей страны. Она устроила DoS-атаки на объекты критической информационной инфраструктуры России.
– Нет, она не такая… – прошептала, уже не желая слушать. Моя Лида не могла.
– Призрак разработал специализированное вредоносное программное обеспечение, предназначенное для шифрования файлов и данных без ведома и согласия пользователей, и использовал программу для шифрования данных коммерческих организаций с последующим получением выкупа за дешифрование. Призрак…
– Хватит, – раздалось со стороны. В комнату вошла Галина Петровна. – Допрос несовершеннолетнего свидетеля, не достигшего 14 лет, проводится в присутствии законного представителя.
Сглотнула, радуясь присутствию директора. Как же она вовремя! Никогда так не радовалась ее приходу, как сейчас.
И да… мне почти четырнадцать. Через месяц.
Но сейчас было очень удобно быть тринадцатилетней.
– Информацию снесли совсем недавно и грамотно, – отчеканил мужчина. – Я не видел никого выходящего из двери. Если бы девчонка была старше, я бы решил, что это она провела чистку файлов.
Глянув на меня, директор стиснула зубы и проговорила:
– Это не дает вам право давить на девочку. У нее стресс.
«Еще какой! Можно я в кроватку пойду? К куклам. Они заждались… под кроватью», – подумала, вспоминая, что у меня нет таких игрушек. Вообще никаких. Кроме шахмат и компьютера я ничем не увлекалась. Но сейчас искренне захотелось схватить куклу и прижать к груди, чтобы поделиться своими страхами. А для чего они еще нужны?
– Мы ищем опасного преступника. Мне нужно ее допросить…
– Я понимаю… – начала женщина и посмотрела на меня. – Она подойдет через десять минут и ответит на ваши вопросы, а пока ей нужно успокоиться. Андрей, отведи ее.
Отмечая, как хищно дядя уставился на племянника, стало не по себе. Не хотелось, чтобы этот шпион меня куда-то отводил.
Но выбора у меня не было, так как Андрей перехватил мою руку и повел из спальни.
* * *Не успели прийти в мою комнату, как парень подтолкнул вперед и закрыл дверь. Пока я хлопала ресницами, он начал наступать, напоминая хищника. Очень даже живо видела в нем сейчас тигра.
Но с какой стати?
Совсем обнаглел? С чего так осмелел?
– Вот кто тебя научил всяким премудростям, да? А я-то не понимал, как может сопливая девчонка так виртуозно взламывать аккаунты. Наивный! А это издевалась маленькая хакерша, которую всему обучила виртуозная преступница.
– Не говори так о Лидии! – злобно выкрикнула, не желая слушать гадости про ту, что дорога. – Ты ничего не знаешь!
– Будешь защищать преступницу? – спросил, приблизившись почти вплотную, что еще больше возмутило. Ему места не хватает? Вечно он прет танком на меня. Замечу, не видел он границ только со мной, с другими соблюдал дистанции. Обнаглел…
– Я… не защищаю. Как я могу, когда ничего не знаю? Да и никто не знает! Не ты, не твой дядя! Кстати, о дяде… Чего ты здесь торчишь, когда у тебя есть родственники?
Парень скривился, явно не желая отвечать.
– Не твое дело, – услышала грубый ответ.
– Тогда Лидия – тоже не твое дело. Не лезь ко мне, – сказала, дергаясь на него. Он меня сейчас так раздражал. Хотя, почему сейчас? Он меня всегда бесит.
– Да ты представляешь, что сейчас будет? Ведь все знают, что ты к ней ночью бегала и постоянно в комнате у нее зависала. А учитывая, что ты без проблем пробиваешь защиту…
– И что? Не понимаю, куда ты клонишь…
– Ты ведь вечно с ней торчала, бегала за ней. Дети в игровой со всеми, одной тебя никогда нет. Значит, ты знала про нее.
– Я ничего не знала! – возмущенно крикнула и толкнула его в грудь, но неожиданно Андрей перехватил мою руку и, сжав в своей, дернул на себя.
– Да если она тебя азбуке Морзе научила, то что уж говорить о том, чтобы управлять чужим телефоном или выставить видео в сеть? Как плюнуть, да?
Опять он за свое! Да сколько можно?!
– Видео выставила не я, а другой человек, – прокричала почти ему в губы, потому что он не оставил расстояния между нами.
– Ложь.
– Я клянусь, что это не я.
– Тогда кто?
Да почему я должна молчать? Скажу!
Но я знала, что он мне не поверит…
– Это Ольга Воронина.
– Что? Оля что тебе сделала? Решила добрую девчонку подставить? – возмутился Громов, защищая всеобщую любимицу и красавицу нашего детского дома.
Началось…
Именно поэтому я не хотела открывать, кто именно выставил видео. Ольгу все любили за доброту и красоту. Она даже паучков жалела, сокрушаясь на тему бедных насекомых, которые обречены на смерть. Вся такая добрая и хитрая, как оказалось. Я ведь пришла к ней и потребовала рассказать правду про видео, а она с чудесной улыбкой на устах заверила, что мне никто не поверит, ведь она этого не делала. А на мои доказательства только мило рассмеялась и на ушко прошептала, что никто в этом не понимает и я только упаду в глазах других за нападки на нее.
Стерва.
Не зря говорят, что тихая вода берега подмывает. Когда-то и я верила в искренность и доброту этой интриганки. Теперь же, наблюдая за поведением Ворониной, пыталась разгадать ее истинные цели.
А кто ее научил, я сразу же выяснила. Мать Ольги работала ведущим программистом в крупной компании, затем ушла по просьбе руководства за воровство и стала вести кружок программирования для детей. Естественно, она научила дочь некоторым тонкостям.
Ольгу два года назад направили к нам. Несчастный случай произошел с матерью, а родственников больше не было. В графе «отец» стоял прочерк.
– Я проверила. Это она! – убедительно заявила.
– И как ты проверила? Тебя этому научила Лидия? – не успокаивался Андрей.
Надоело! Я никогда не отличалась смирным характером, а сейчас у меня наступил перелимит терпения.
– Думай что хочешь. Я не буду объясняться. Не веришь – твои проблемы, – буркнула и стала дергать руку, чтобы освободиться от захвата.
Неожиданно парень подался ко мне, отчего на секунду забыла, как дышать, так как мы находились совсем рядом. Вот прямо глаза в глаза. Сглотнула, боясь что-то сказать, чтобы не шевелиться, особенно когда он так свирепо на меня смотрел.
Будто съесть хотел…
Не ужинал, что ли?!
Я вот тоже, но как-то сдерживаюсь…
– Это ведь ты все удалила, да? – хрипло произнес парень. – Лидии не было в коридоре. Я смотрел, когда дядя ходил по комнатам.
– Плохо смотрел… – чудесно просветила этого глазастого.
– Маленькая обманщица!
– Да хоть большая! Мне все равно.
– Еще бы! Ты такая же, как твоя любимая Лидия. Яблоко от яблони.
Да сколько можно об одном и том же?
Пусть шурует к дяде!
Прищурилась и подалась вперед, цепляясь зубами в его руку, кусая, чтобы отцепился от меня. Парень охнул и, крутанув меня, спиной прижал к своей груди.
– Дикарка! – отчеканил он, пытаясь спасти свою руку. Но куда там? Если уж я вцепилась, то ничего не отдам! Так что пусть приготовится жить без руки, если не отступит.
Послышались шаги, и мы застыли на месте. Я с зубами на руке парня, а он, сжимающий мою талию, при этом второй рукой перехватив за грудь. Вроде как пытался оторвать меня от своей конечности.
Так нас и застала Ольга, счастливая улыбка которой скисла за секунду.
* * *– Что вы делаете? – спросила с писком любимица нашего детского дома, неизвестно что надумав про нас в своей голове. Понятно было по ее глазам, что она возмущена, но сдерживалась.
Правильно, пусть эта милая и добрая молча наблюдает, без возможности прямо сказать. Здесь уж кто какую тактику выбрал…
Оставила в покое руку Громова, но он вот не отпустил, чем возмутил меня. Поэтому я незамедлительно наступила ему на ногу, чтобы он понял быстрее. И пока до него медленно доходило, я коварно улыбнулась Ольге в белом платьице в горошек.
Замечу, что такой холод в здании, а она вечно в белых платьях или сарафанах. Вроде как ангел во плоти.
Ага, как же. Если только с рогами и копытами.
– Я в своей комнате, если ты не в курсе. А ты чего здесь забыла? – спросила у нее, хищно прищурившись.
– Ну как же? Я пришла тебя поддержать.
Мое лицо наглядно продемонстрировало, что я думаю по этому поводу. Она со своей помощью и поддержкой пусть шагает куда шла. Сердобольная наша.
– А я не нуждаюсь в этом… – чудесно порадовала ее.
– Ну как же? Твоя Лидия… – понимающе защебетала она, действуя своим соловьиным голосом мне на нервы. Распелась здесь как оперная дива.
– Дверь там, – вновь перебила ее. В любом случае не хотела слышать ее наигранные слова поддержки.
Взглянув с обидой на меня, Оля покорно кивнула, заглушая истинные эмоции, и, опустив голову, продолжила:
– Прости, я не знала, что ты так остро реагируешь. Просто я посчитала…
– Мне по барабану, что ты там считаешь. Дверь за твоей спиной, – грубо выдала, не собираясь дальше слушать фальшь.
Ольга замолчала, а потом бросила задумчивый взгляд на меня, затем на Андрея, чего-то ожидая, но, не дождавшись, вышла, оставив дверь приоткрытой.
Еще и криворукая…
– Руки самостоятельно уберешь или мне твоего дядю пригласить? Пусть видит, как его племянник пристает к несовершеннолетним воспитанницам детского дома! – громко выдала, рассчитывая на мгновенную реакцию парня.
Громов не разочаровал. Он моментально убрал руки и отошел.
– Нравится быть грубой? Или у тебя такая защитная реакция? – спросил Андрей, сложив руки на груди.