- -
- 100%
- +
– Это было любимым местом моей мамы, – раздался голос за спиной девушки.
– Извините, я не знала, что за этими дверями.
– Я не против, вы можете бывать здесь сколько угодно. Оранжерея заброшена с тех пор, как мама покинула свой дом. Не помню, чтобы отец хоть раз нашел в себе силы зайти сюда, а слуги не рискнули что-либо здесь тронуть. Но все эти растения не виноваты в нашей семейной трагедии. Я давно хотел найти толкового мастера, чтобы он навел здесь порядок, но так и не занялся этим делом.
– Я немного разбираюсь в цветах, и если вы позволите, то буду рада привести оранжерею в ухоженное состояние.
– Это не затруднит вас?
– Напротив, я уже не знаю, чем себя занять.
– Тогда я буду у вас в долгу. Где-то там есть стеллажи со всем необходимым. Но прошу, не перетруждайте себя работой и будьте аккуратны, среди растений наверняка есть и ядовитые.
– Не волнуйтесь, мне всегда нравились уроки ботаники, многие растения я распознаю без труда.
– Тогда я могу только порадоваться тому, что для вас нашлось занятие по душе. Не стану больше смущать вас своим присутствием.
– Вы не смущаете! – слишком поспешно воскликнула Элейн, но ей было невыносимо терпеть постоянное одиночество.
– В таком случае встретимся за ужином, – тень улыбки скользнула по лицу мужчины, но он склонил голову в легком поклоне, чтобы скрыть ее.
Когда дверь за хозяином замка закрылась, Элейн уже более смелым шагом исследовала оранжерею. Это оказалось весьма просторное помещение с дорожками, двумя фонтанчиками, искусственным водопадиком и небольшим прудиком с цветущими кувшинками и расплодившимися цветными рыбками. Она обнаружила несколько зон отдыха: мягкий диванчик, широкие качели и уютное местечко с креслами и столиком. На столике была забыта книга, рядом с которой лежали садовые перчатки. Все указывало на то, что хозяйка замка проводила среди своих растений немало времени. Может быть, она тоже не любила зиму и спасалась от ее холода и скупости цвета здесь?
Элейн разыскала замаскированный стеллаж с рабочими инструментами. Она повязала на себя длинный рабочий фартук из плотной ткани, нашла новые перчатки и вооружилась секатором. Первым делом следовало избавиться от излишне обнаглевших растений.
Сначала девушка действовала очень аккуратно, но постепенно она освоилась и уже смело кромсала растительность. Половина дорожек была завалена срезанными стеблями, ветками и длинными плетями. Утирая пот со лба, Элейн решительно приблизилась к особо густому участку зарослей. Смело дернув за пучок переплетенных стеблей, девушка вскрикнула от боли – ядовитый сок брызнул на нее, разъедая на своем пути ткань и прожигая кожу. Элейн бросилась к фонтанчику в надежде смыть жгучий сок, но вода не помогала, а, кажется, наоборот усиливала яд, давая ему распространяться. В отчаянии Элейн побежала на улицу, хлопая на своем пути всеми дверями. Она выскочила на крыльцо, спустилась по скользким ступенькам и упала коленями в снег, стараясь хотя бы холодом облегчить свою боль. Кажется, примочки из снега немного помогали, но все равно было ужасно больно, а красные отвратительные следы на поврежденной коже вызывали слезы отчаяния.
– Элейн, что с вами? – на крыльцо выбежал Дарксеус.
– Я обожглась. Не надо, не смотрите на меня!
Элейн дернулась в сторону, стараясь прикрыть изуродованную кожу на шее, руках и в дырках на прожженном платье.
– Не глупите, кто, кроме меня, сможет вам помочь?
– Если бы не эта дурацкая печать! – с досадой произнесла девушка, ее магия точно бы справилась с этими глупыми ожогами.
– Не волнуйтесь, я сейчас все излечу. Просто повернитесь ко мне.
Краснея от стыда, Элейн убрала руки и отвела глаза. Ей было неловко от того, что мужчина видит ее кожу изуродованной, но вдвойне неловко еще и оттого, что она хвалилась своими знаниями в биологии, а сама умудрилась обжечься в тот же день. Не следовало так увлекаться работой!
– Вот и все, даже следа не осталось, – Дарксеус убрал свои руки от уже чистой кожи. – Позвольте, я помогу вам встать, снег холодный.
Элейн вложила свою ладонь в протянутые руки.
– Благодарю вас.
– Не стоит. Это моя вина. Мне не следовало оставлять вас одну. Но сейчас стоит переживать не об этом. Ваше платье промокло. Вы можете простудиться, нужно вернуться в дом и велеть слугам приготовить для вас горячую ванну.
– Вы слишком заботливы.
– Напротив. Я недостаточно заботлив. Но обещаю, я буду стараться это исправить.
– Вы не обязаны, – смутилась Элейн.
– Может, и так, но я уже говорил вам, что не хочу, чтобы вы считали меня своим врагом. Ужин вам подадут в ваши покои. Незачем разгуливать по холодному замку после ванны.
Элейн лишь кивнула, по интонации дракона было непонятно, наказание это или забота. Но ей точно предстоял еще один вечер в одиночестве.
Лишь погрузившись в горячую воду, девушка поняла, насколько она замерзла. А как следует распарившись и завернувшись в мягкий халат, почувствовала, что сил идти куда-то у нее нет. Получается, хозяин замка все же проявил заботу. Но как испытывать благодарность к тому, кто стал виновником ее заточения, тому, кто пытается разрушить ее жизнь?
Кроме горячего ужина слуги принесли еще несколько книг, и теперь Элейн не оставалось ничего другого, кроме как лечь в кровать, завернуться в мягкое одеяло и погрузиться в чтение.
Глава 5
После завтрака Элейн вновь направилась в оранжерею. Из-за вчерашней неудачи сдаваться она не собиралась. На этот раз девушка подготовилась лучше, надев удобное платье и кожаные перчатки по локоть: кто знает, какие еще сюрпризы могут поджидать ее в гуще зарослей?
Но, как бы Элейн ни готовилась, такого сюрприза она не ожидала. В оранжерее ее ждал хозяин замка.
– Я решил, что вам понадобится моя помощь. Честно говоря, я и сам уже не помню, какие растения тут могут скрываться, но уверен, эта оранжерея еще найдет чем нас удивить.
– Право, не стоило. Это слишком отвлечет вас от ваших дел.
– Я вполне могу позволить себе небольшой отдых. К тому же я лишь помогу вам с основными зарослями и постараюсь отыскать опасные растения, вся остальная работа остается за вами.
– Тогда приступим, вы знаете, где взять секатор?
До обеда они успели проделать большую работу, в оранжерее стало заметно светлее и просторнее. А вскоре слуги принесли подносы с едой. Дарксеус подошел к столу и заметил книгу с перчатками, которые никто так и не посмел тронуть. Черные брови мужчины сдвинулись, а рука медленно коснулась книги.
– Ваша мать когда-нибудь навещала вас? – участливо спросила Элейн.
– Нет.
– А письма? Она писала вам?
– Ни разу.
– Это ужасно, – искренне произнесла девушка.
– Я думаю, ей просто запретили любое общение с нами.
Дарксеус наконец взял в руки книгу и открыл ее. Несколько мгновений он вглядывался в текст, а потом захлопнул.
– Это ее дневник. У меня никогда не хватит сил, чтобы прочесть его, – мужчина отложил находку в сторону. – Мы хорошо потрудились и заслужили плотный обед, – Дарксеус сделал пригласительный жест.
Элейн села, но ее аппетит куда-то пропал. Ей было искренне жаль мужчину, сидевшего напротив. Она все чаще видела перед собой ребенка, потерявшего обоих родителей и росшего с этим чувством утраты. Бледная кожа и тонкие сжатые губы, черные, пронизанные тоской глаза… Сейчас Элейн могла понять ту ненависть, которую он испытывал к дракону, забравшему его мать и разрушившему семью. Наверное, это неправильно. Она должна злиться, должна отстаивать свое право на свободу, но с каждой новой встречей она все больше проникалась симпатией к замкнутому черному дракону.
Правда, и он прилагал немало усилий, чтобы завязать между ними дружеские отношения. Так стоит ли отгораживаться от этой дружбы и враждовать? К тому же она не слишком сильно тоскует по своему несостоявшемуся жениху. Возможно, истинность не гарантирует всепоглощающей любви? Или же это только она такая ветреная?
Может быть, Артикус ищет ее днями и ночами, не складывая свои золотые крылья? А она здесь сидит и проникается чужим горем вместо того, чтобы искать выход из сложившейся ситуации. Конечно, ей жаль того блестящего будущего, которое ждало ее, выйди она замуж за золотого дракона. Но с другой стороны, Дарксеус наверняка в чем-то был прав, и Артикус не так прост, как хотел бы казаться. Но разве станет такой выдающийся дракон ущемлять свою супругу, свою истинную, мать своих детей, даже если он полон амбиций и грандиозных планов?
Точного ответа у Элейн не было. В драконьих семьях царил патриархат, и никто не распространялся о том, что происходит за закрытыми дверями. Но, став женой, она будет обязана исполнять волю своего мужа, нравится ей это или нет. Элейн с детства мечтала о том, что ее муж будет добрым и отзывчивым, но обладал ли этими качествами племянник короля?
Обед прошел в молчании, а после они снова принялись за работу. Элейн заканчивала с обрезкой, а Дарксеус исследовал оранжерею, разыскивая ядовитые растения и помечая их палочками с яркой лентой.
Так незаметно прошел день, а за ним и молчаливый ужин в компании хозяина замка.
Следующим утром Элейн вернулась в оранжерею одна. Работы предстояло еще много, но спешить было некуда, потому девушка просто получала удовольствие от своего занятия. Обед снова подали прямо в оранжерею, и, когда Элейн села за стол, ей на глаза попался забытый дневник. Интересно, мать Дарксеуса оставила его здесь специально или просто забыла? Может быть, там есть что-то важное? Элейн открыла дневник и пробежала глазами по изящному почерку.
Имеет ли она право это читать? С одной стороны, Элейн очень хотелось узнать больше про удивительную женщину, а с другой – кто она такая, чтобы читать чужие откровения. И все же Дарксеус оставил дневник здесь… Может быть, он даже хотел, чтобы она прочла его? Решив все-таки поддаться своему любопытству, Элейн забрала дневник вечером с собой.
Изольда обладала не только хорошим почерком, но и приятным слогом. Элейн зачиталась до поздней ночи, порой даже забывая, что она читает дневник, а не книгу, написанную от первого лица. Перед ее глазами всплывали восхитительные свидания в красивых местах, юношеские шалости, лучезарные надежды. Она словно своими глазами видела свадьбу двух влюбленных, затем вместе с молодой матерью держала на руках крохотный сверток с маленьким дракончиком, смеялась от радости при первых шагах малыша, а потом вновь и вновь просила его повторить свое первое слово «мама». А затем наступили темные времена, когда любимый муж и отец отправился на войну. Она с замиранием ждала вестей и убаюкивала на своей груди подрастающего малыша. Она переживала и в то же время была полна надежды. Одиночество в этом большом замке Изольде тоже давалось тяжело, ее отрадой был сын и цветущая оранжерея, в которой они проводили много времени.
И вот наконец пришли хорошие новости: драконы возвращаются, а среди них и великолепный черный дракон, конечно же ее возлюбленный муж. Изольда была готова снять печать. Она мечтала, что скоро взмоет в небо вместе с любимым, и ей откроется так много нового и удивительного. А ее магия – она теперь всегда будет ей доступна! Сколько надежд и ожиданий было связано с возвращением хозяина замка. Но на злосчастном пиру случилось немыслимое. Короткие фразы, которыми Изольда описала это событие, указывали на то, что женщина находится в шоке от случившегося. Вся ее жизнь рушилась. Все, что она любила – у нее отнимали. И никто не мог спасти ее или защитить.
«Я не представляю, как буду жить дальше. Да и зачем мне нужна жизнь без вас? Но я надеюсь, что вы, мои любимые мальчики, сумеете поддержать друг друга в этой трагедии, что настигла нашу семью. У меня не хватает слов, чтобы описать, как я люблю вас. Дарк, мой дорогой сын, всегда помни, что мое сердце с тобой, что бы ни было дальше, я люблю тебя, до самых звезд и обратно. Виртеус, душа моя, вместе со своим дневником я оставляю здесь все свое счастье, все свои мечты и надежды. Этим утром за порог дома шагнет лишь моя оболочка. Мое сердце разрывается от боли, но стоит ли об этом писать, ведь ты и сам страдаешь не меньше. Но я прошу тебя, найди в себе силы жить дальше ради нашего малыша, нашего сокровища. Он – воплощение нашей любви. Прошу, защити и согрей его. Расскажи ему о наших мечтах. Возможно, он сумеет сделать то, что не успели сделать мы. Люблю и всегда буду любить. Только твоя, Изольда».
Элейн плакала над прощальными словами несчастной женщины. Интересно, читал ли это отец Дарксеуса? Что, если он зачах от черной хвори только потому, что не нашел в себе силы открыть дневник жены? Если бы и отец, и сын прочитали эти строки, могло бы это изменить их жизнь?
Но с другой стороны это всего лишь слова. Они не могли заполнить той пустоты, что образовалась после ухода любимой матери и жены. Элейн заснула с тяжелым сердцем и всю ночь металась в каких-то кошмарах.
Глава 6
После прочтения дневника у Элейн было такое чувство, будто она гуляет по замку из своих сновидений. Ей то и дело представлялись картины того, как в малой столовой обедает маленькая счастливая семья, как маленький Дарк бегает по длинным коридорам, в которых эхом разносится его смех, она видела, как мать с сыном проводят время в ухоженной оранжерее, читая книги и кормя рыбок. У Элейн возникло такое чувство, будто Изольда была одной из ее подруг, с которой она училась в женской академии. Но в то же время девушка ощущала неловкость перед хозяином замка, она словно бы вторглась в его личную жизнь, не спросив на то его разрешения.
Ее смущение дало о себе знать стыдливым румянцем, когда Дарксеус неожиданно пришел на обед в оранжерею.
– Здесь становится все ухоженнее и опрятнее, а мне все больше вспоминаются те дни, которые мы проводили здесь с мамой, – произнес мужчина, садясь за стол.
– Это и правда удивительное место. Столько труда было вложено, чтобы создать этот уголок зелени.
– Мои родители были мечтателями, для них не было ничего невозможного, пока они оставались вместе. Вы не переутомились от работы, у вас нездоровый румянец на щеках? Может быть, вы отравились каким-нибудь растением?
– Нет, дело не в этом, – Элейн опустила глаза и еще сильнее покраснела. – Я должна извиниться перед вами.
Девушка решила, что лучше будет самой признаться, ведь дневник Изольды остался в ее комнате, и Дарк в любой момент может заметить его отсутствие.
– Дело в том, что я прочитала дневник вашей матери.
Лицо мужчины окаменело и, кажется, стало еще более бледным.
– Полагаю, вас это развлекло, – холодно произнес он.
– Нет, что вы! У меня не было злого умысла. Я лишь хотела побольше узнать о той невероятной женщине, про которую вы мне рассказывали. Она и правда оказалась удивительной, как и вся ваша семья. И я искренне сочувствую тому несчастью, что вас постигло.
Дракон лишь кивнул, похоже, мужчина не был готов обсуждать свои эмоции с гостьей.
– Знаете, в конце ваша мама просила о том, чтобы вы с отцом заботились друг о друге, – несмело продолжила Элейн. – Как вы думаете, если бы ваш отец прочел эти строки, могло бы это что-либо изменить?
– Слова не могут залечить разбитое сердце. Вы хотя бы представляете, что он чувствовал? Его жену, возлюбленную, мать его сына забрал другой дракон. Другой мужчина теперь обладал ею по праву, выше законных уз, а он ничего не мог с этим сделать. Боль, ревность и гнев разъедали его изнутри. Знаете поговорку «тонкая ива долго гнется, а толстый дуб быстро ломается»? Отца надломило обрушившееся несчастье. Он никогда не представлял своей жизни без нее, без той, которую так горячо любил. Он одолел сотню великанов, победил в войне, но не смог защитить свою семью! Какой дракон смог бы жить с этим? – голос мужчина наполнился гневом.
– Простите, я не хотела… – на ресницах девушки блеснули слезы.
Дарксеус встал, обошел столик и сел на корточки напротив девушки, он взял ее руки в свои и коснулся нежной кожи невесомым поцелуем.
– Это вы простите меня, я не имел права так с вами разговаривать. В том, что случилось с моей семьей, нет вашей вины.
Элейн удивленно подняла глаза.
– Знаете, если бы все драконы хоть чуточку были похожи на вас, жизнь в нашем мире была бы куда лучше.
– Что вы, я…
– У вас очень доброе и отзывчивое сердце. Это богатство, которого слишком многие лишены. Думаю, маме было бы приятно знать, что ее дневник прочла и разделила ее эмоции такая девушка, как вы.
– Я не достойна таких похвал, – теперь Элейн зарделась от смущения.
– И все же я говорю искренне. Но, похоже, я лишил вас аппетита, а вам нужны силы для работы, давайте вернемся к обеду и больше не будем вспоминать плохое.
После трапезы мужчина поднялся.
– Я жду не дождусь, когда здесь все вновь станет утопать в цветах…
– Кстати, об этом, мне нужны удобрения, почва истощена. Лучше всего подойдет драконий навоз.
– Простите, что?
– Драконий навоз, он наиболее богат питательными веществами…
– Вы же не надеетесь, что я…
– О нет, что вы! Навоз можно купить уже готовый, в бочках.
– Никогда не слышал о таком. Даже интересно узнать, кто занимается его производством…
– Я как-то никогда не задумывалась об этом. Но в наших теплицах садовники все удобряют таким навозом.
– Я раздобуду это удобрение, если вы уверены, что будете его использовать. Могу ли я еще оказать какую-нибудь помощь?
– Нет, благодарю, пока что это все.
Дракон ушел, озадаченный новой для себя информацией, а Элейн вернулась к прерванной работе. К сожалению, не всем растениям удалось выжить, многие из тех, что стояли в отдельных горшках, давно высохли и погибли. Сейчас девушка вытряхивала землю из горшков и выкидывала сухие останки. Из одного горшка неожиданно выкатилось что-то овальное, напоминающее своим видом пересохшую потрескавшуюся землю. Разглядев находку получше, Элейн поняла, что это яйцо. Вот только чье именно? Хотя имеет ли это значение, зародыш, скорее всего, давно погиб.
И все же в конце дня Элейн прихватила яйцо с собой, надеясь показать за ужином свою находку Дарксеусу.
– Я не слишком хорошо разбираюсь в животных, – сказала девушка по окончании трапезы. – Может быть, вы знаете, чье оно? Я нашла его в горшке с землей.
Элейн протянула мужчине свою находку, которая до этого лежала завернутая в шаль.
– Разумеется, знаю! Но как, откуда? – странное возбуждение охватило дракона. – Это же яйцо ящурыска! Я все детство мечтал о таком…
– Как можно мечтать об этом? – Элейн, слегка нахмурившись, вспоминала описание достаточно уродливого каменистого ящера.
– На самом деле это потрясающее животное. Ящурыск невероятно живуч и вынослив, не боится засухи и голода. У этих животных хорошая память и они очень преданны.
– А еще у них ядовитая слюна и крупные когти, их мощная челюсть перемалывает кости, а своим весом они могут раздавить.
– Да, я же говорю, они потрясающие.
– Что ж, мне жаль, но, скорее всего, это яйцо давно мертво…
– О, я уверен, что нет. Яйца ящурыска могут лежать годами, ожидая благоприятных условий. Если мы вернемся в оранжерею и польем яйцо водой, то, скорее всего, детеныш вылупится.
– Вы уверены, что стоит это делать? Откуда вообще там взялось яйцо? Возможно, это чьи-то козни?
– Вы напрасно волнуетесь. Я полагаю, его спрятала там моя мама, скорее всего, она хотела подарить яйцо мне, но не успела.
– Что ж, если вы уверены, что справитесь с этим животным…
– Ящурыски очень преданны, никаких сложностей с ним не возникнет, если мы случайно не обидим или не испугаем его.
Элейн на это только обреченно вздохнула и пошла следом за драконом, который впервые за время их знакомства выглядел таким воодушевленным и радостным.
Глава 7
В оранжерее Дарксеус положил яйцо на землю, взял лейку и обильно полил его водой. Яйцо потемнело, а потом зашаталось, раздался хруст, и на свет показалась голова еще маленькой ящерки. Она высунула раздвоенный толстый язык, пробуя воздух вокруг себя на вкус.
– Что они едят? – заинтересованно спросила Элейн.
– Ящурыски абсолютно всеядны. В сложный период они могут питаться даже землей и камнями, но вообще предпочитают мясо.
– А как быстро эта ящерка вырастет?
– Это зависит от условий. Если в среде будет безопаснее оставаться маленькой, то ящурыск замедлит свой рост, если же среда будет благоприятна для крупного животного, то он вырастет довольно быстро. Нет существа более способного к адаптации и выживанию, чем они. Кроме того, они меняют оттенок чешуи, стараясь всегда сливаться с почвой или камнями. Это поистине уникальные животные.
Дарксеус осторожно погладил ящерку, доедавшую скорлупу от своего яйца.
– Прикоснитесь к нему, не бойтесь. Сейчас его память наиболее восприимчива.
Нельзя сказать, что Элейн очень хотелось трогать малопривлекательное существо, но будет лучше, если ящерица ее запомнит и потом не воспримет за врага. Девушка протянула руку и осторожно коснулась чешуи, но уже через секунду ее палец пронзила боль.
– Ай! – воскликнула Элейн, пытаясь стряхнуть вцепившуюся в ее руку ящерицу.
– Он признал вас! – голос дракона прозвучал разочарованно. – Не трясите рукой, опустите ее на землю, и ящурыск сам вас отпустит.
– Он отравил меня? – испуганно спросила девушка, когда ящерица все же отцепилась от нее, но продолжала буравить ее своими блестящими темными глазками.
– Сейчас его укус практически безопасен. Может быть, немного поднимется температура, но не более того.
– Зачем он это сделал?
– Он выбрал вас своим компаньоном. Теперь он всегда сможет вас найти, и его яд не будет для вас смертельным. А я так надеялся, что эта честь достанется мне.
– Я бы с радостью уступила вам это почетное звание.
– Ящурыски не обсуждают свой выбор и не меняют его. Я уже говорил, что это очень преданные животные. Поздравляю, теперь он ваш. Вам стоит придумать ему имя.
Мужчина явно был разочарован, но старался не показывать этого.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.