- -
- 100%
- +
– Я не хотел вас напугать, приношу свои извинения, – снова подало голос покрытое ряской нечто.
– Можете отнести их обратно, только отпустите меня!
– Я вовсе вас не держу.
– Держите!
– Только чтобы вы не упали.
Морально собравшись, я поймала баланс на ослабевших ногах и медленно отстранилась. Хтонь и правда меня не удерживала и попыток напасть не предпринимала. Тогда я сделала несколько торопливых шагов назад и теперь уже с безопасного расстояния стала разглядывать то, что вынырнуло из воды.
Огромный змеиный хвост сросся с мужским обнаженным торсом, а лицо закрывала путаница из белоснежных волос, водорослей, тины и кокетливо примостившихся сбоку круглого листика и кувшинки, словно шляпка водяного.
– Простите, что предстал перед вами в таком виде. – Наг стал поспешно стряхивать с себя водяной мусор, открывая весьма привлекательное лицо. – Вы спасли меня от смерти. Теперь моя жизнь принадлежит вам.
– Я просто наступила вам на хвост. Не нужно преувеличивать! – возмущенно возразила.
– Что здесь могло угрожать твоей жизни? – Лютику тоже не понравилось заявление нага.
– Я уже почти утопился, когда вы споткнулись.
– Утопился? Зачем?
– Это крайне печальная история. Я любил девушку, но она отвергла меня.
– Пф, из-за этого топиться? Встретите еще другую… – Негодуя, я взмахнула руками.
– Вы не понимаете. Меня прокляли и лишили яда. И раз даже Ладзилель отвергла меня, ни одна другая женщина точно не согласиться взять меня в свой гарем.
– Ну начинается. «Отверженные», том второй.
– Раз так, то дело и правда серьезное, – посочувствовал Ран. – Ты просто не знаешь обычаев нагов. Наг без яда – это как мужчина-евнух. Женщины нагов получают большую часть удовольствия от яда, и чем ядовитее мужчина, тем ярче ощущения.
– Ты назвал меня евнухом? – возмущенно сжал кулаки змей.
– Я всего лишь пытаюсь объяснить, как важен для вас яд. Ивета, к сожалению, ничего не знает о вашей расе.
– То есть возлюбленная отказалась от него потому, что без яда она не сможет получить достаточно яркие эмоции?
– Именно так.
– И это при том, что кроме нашего неудавшегося утопленника у нее в гареме есть еще мужчины?
– Ага.
– Это жестоко. Могла бы оставить для красоты, ну или задушевных разговоров… – Я заинтересованно оглядела представителя необычной для меня расы.
Змей я не боялась, но и какого-то особого восторга от них не испытывала, потому мощный чешуйчатый хвост вызывал спорные эмоции, инстинкты кричали об опасности, и мне хотелось сделать пару шагов назад. Но широкий мускулистый торс, с которого еще скатывались капельки воды, красивые мужские руки и изящное, немного грустное лицо притягивали взгляд. Глаза нага были похожи на расплавленное серебро с вытянутым вертикальным зрачком и, вполне вероятно, имели гипнотические свойства, потому что, встретившись с мужчиной взглядом, мне потребовалось приложить усилие, чтобы вновь отвести глаза и собраться с мыслями.
– А как вы получили свое проклятие?
Возможно, было невежливо спрашивать об этом, но я чувствовала себя как братья Гримм, только они собирали сказки, а я проклятия.
– По своему статусу я должен был войти в гарем королевы, но я любил другую. Я дал обещание Ладзилель, что буду только ее. Когда королева велела провести церемонию моего вхождения в гарем, я сообщил ей о своем отказе. Это разозлило ее, и она наложила проклятие. После этого я отправился к любимой, но, узнав о проклятии, Ладзи прогнала меня прочь.
– Мне жаль, возлюбленная разбила тебе сердце, но поверь, это не повод для того, чтобы лишать себя жизни. В конце концов, занятие любовью не главное, в мире есть много других интересных вещей.
– Вы правы, теперь я посвящу свою жизнь служению вам. – В одно мгновение мужчина обрел ноги и опустился на одно колено, между прочим, абсолютно голый, если не считать длинных волос и остатков водорослей.
Я старательно отвела свой взгляд в сторону, потому что мужчина был очень далек от состояния евнуха.
– Мм… Я не думаю… – растерянно протянула.
– Ты не можешь отказаться, иначе он… – шепнул мне Лютик, показательно проводя рукой по шее.
– Что ж… Тогда… – Я совсем не хотела, чтобы кто-то посвящал свою жизнь служению мне, но в этом мире все было слишком сложно, и, видимо, у меня не было выбора.
– Простите, я не представился, мое имя Серпантиум. Вы должны сказать, что принимаете мое служение, пока долг жизни не будет выплачен, – не поднимая головы произнес обнаженный блондин.
Так, серп есть, остался молот. Я постаралась удержаться от смешка в такой ответственный момент.
– Я принимаю твое служение, Серпантиум, пока долг жизни не будет выплачен, – произнесла я не слишком внятно.
– Я буду служить достойно, моя госпожа. – Наг подхватил мою руку и запечатлел на ней поцелуй.
– Только давай без всех этих «госпожей» и на «ты».
– Как пожелаете, моя госпожа. – Наг не торопился отдавать мою руку. – Я спасу вас!
Мужчина молниеносно поднялся и одним рывком прижал меня к себе, разворачивая и закрывая собой от неведомой мне опасности. Опешив от неожиданности, я посмотрела за его спину. Волк, который отходил позавтракать, вернулся и веселыми скачками несся к нам, но увидев меня в объятьях незнакомца, его пасть ощерилась, а взгляд выбрал своей целью пятую точку моего нового знакомого.
– Дружок, фу! – закричала я, пытаясь предотвратить трагедию.
Волк остановился, щелкнув зубами в миллиметре от голого зада нага.
Готовность Серпа закрыть меня своим телом приятно удивила, а от его еще влажных волос вкусно пахло миндальным печеньям, и я бы, может быть, не спешила вырываться из крепких объятий, но сверлящие меня две пары глаз вынуждали.
– Хм… это Дружок, он мой друг, – произнесла я, намекая, что опасность миновала. – Но за попытку спасти меня спасибо.
– Вы уверены, что он вас не тронет?
– Меня да, а вот тебя не знаю. Лучше отпусти меня. И давай все же на «ты».
– Прости. – Серп медленно разжал руки и позволил мне отстраниться.
Наг развернулся к оборотню и натянуто улыбнулся, теперь его положение стало куда более уязвимым.
– Похоже, мы все теперь в одном гареме… Я хотел сказать – отряде. Давайте знакомиться, – прервал неловкую паузу Лютик.
Я бросила возмущенный взгляд на эльфа. Эта оговорочка по Фрейду мне не понравилась. Заводить мужской гарем ни морально, ни финансово я была не готова, хотя и Серп, и Лютик были очень привлекательными, а Дружок – пушистым и теплым. Но необходимо отогнать от себя ненужные мысли и перестать сползать глазами на упругий обнаженный зад нага. На самом деле я не просто так любуюсь, мне было завидно, где была я, когда небесная канцелярия раздавала такие шикарные ягодицы?
– Я оставил свои вещи в тех кустах, сейчас я оденусь, и вместе отправимся в путь.
Большую часть разговора я пропустила, опомнившись лишь после того, как загипнотизировавшая меня пятая точка пришла в движение. Я поспешно отвела взгляд, делая вид, что разглядываю камешки под ногами. Наг вернулся быстро, одетый в плотный халатик, напоминающий кимоно. Видимо, чтобы беспрепятственно менять ноги на хвост. А его пояс украшали два изогнутых клинка. Теперь понятно, откуда взялось такое подтянутое тело. Видимо, моим защитником стал умелый воин. Все вместе мы отправились в путь. Но сил передвигать ногами и поддерживать разговор у меня не было, зато Лютик с радостью рассказывал о нашем знакомстве и о том, что я не местная. А когда Серп узнал, что я три дня нормально не ела, то пообещал как следует накормить меня вечером на привале. И слово свое сдержал. Впервые в этом мире я засыпала сытая и довольная.
Глава 8
Мягкие губы нежно прикоснулись к моим губам, оставляя на них едва уловимую сладость абрикоса. Легкие касания дразнили, заигрывали, не давая ощутить их вкус полностью. Словно капризная бабочка, они перепорхнули мне на шею, а затем пощекотали ключицу. Мою улыбку поймали чуть более требовательные губы со вкусом миндального печенья. Было очень необычно чувствовать двойную ласку, но миндальные губы так требовательно и жадно сминали мои, что задумываться о чем-то мне было некогда. Я погружалась в поцелуй, тонула в нем, наслаждалась. Абрикосовые губы соскользнули к моей груди, подразнили языком быстро твердеющий сосок. Мой легкий стон удовольствия тут же поглотили миндальные губы, разгорячились от него, проникая в мой ротик языком. Четыре руки поглаживали мое тело, а я таяла, словно воск, отдаваясь волнам поднимающегося желания. Язык миндальных губ оставил на моей шее влажную горячую дорожку и захватил в свой плен второй сосок. Я застонала от двойного удовольствия, как же это было пьяняще. Мужские губы посасывали, дразнили, играли с моей грудью, наполняя низ живота томлением. Чья-то рука опустилась между моих бедер и надавила на клитор, вторая рука последовала за ней, и тонкие длинные пальцы проникли в мою уже влажную, дырочку. Я млела от удовольствия, постанывая, слегка двигаясь навстречу пальцам. Мне хотелось большего, намного большего. Хотелось, чтобы меня заполнили, растянули, надавили на самые сокровенные и чувствительные точки. Кажется, мое желание было услышано, разогревшие меня пальцы исчезли, а внутрь, растягивая мое лоно, плавно скользнула головка члена. Я громко застонала, поддавшись бедрами вперед…
И проснулась. Пред глазами застыло равнодушное звездное небо, костер почти догорел, и я мысленно возрадовалась, что все спят, не заметив звуков, которые я могла издавать в предательском сладком сне. Но, повернув немного голову вправо, я встретилась с удивленными зелеными глазами.
– Что случилось? У тебя что-то болит? – Голос Лютика был полон искреннего волнения.
– Н-нет…
– Тебе приснился сон? – раздался голос слева; судя по интонации, Серп о чем-то догадывался.
– Да. Кошмар. – Повернувшись, я посмотрела на него с вызовом. Пусть только попробует намекнуть.
– Я могу приготовить отвар для крепкого сна. Видимо, тебя сегодня сильно испугал Серп, когда выскочил из воды.
– Ты хотел сказать, отвар для вечного сна? Нет, спасибо, я предпочту спать, как обычно, и видеть сны.
– В нем нет ничего опасного. Правда!
– Ай! Ой-еей!
– Что случилось?
– Ногу свело… – Икру и правда свело острой болью.
А все потому, что чья-то наглая жирная тушка улеглась у меня на ногах. Я с трудом вытянула ногу из-под волка и схватилась за нее, жалобно поскуливая, мне хотелось кататься по земле от боли.
– Не вертись, я сейчас разомну мышцу. – Эльф взял мою ногу и стал уверенно проминать сведенную икру.
Стало легче, массаж у Лютика получался куда лучше, чем отвары.
– Ты непривычно много ходила, недоедала и была отравлена. Ничего удивительного, что тебе сводит ноги. Вторую лучше тоже промассировать, чтобы не ждать, когда она заболит, – сказал наг и принялся за мою вторую ногу.
Правда, от икры он быстро переместился к бедру, чередуя продавливания точек с двусмысленным поглаживанием. Отвлеченная утихающими спазмами, я потеряла бдительность, и рука нага скользнула на внутреннюю сторону бедра, а затем коснулась меня между ног.
– Может, моя госпожа желает расслабиться? – прошептал наг, гипнотизируя своим взглядом.
– Еще раз так сделаешь, получишь коленом в лоб. – Я возмущенно оттолкнула его руку.
То, что я видела во сне, впечатленная, так сказать, последними событиями, еще не дает никому права лапать меня в реальности.
– Я не ядовит, но, несмотря на это, умею доставлять женщине удовольствие. – В голосе нага прозвучала обида, кажется, он неправильно понял причину моего отказа.
– Я не сомневаюсь в тебе как в мужчине. Но я не занимаюсь этим с тем, кого едва знаю.
На лице Серпа отразились растерянность и недоумение.
– Ивета любит узнавать про детство, – так вовремя вставил свои пять копеек эльф.
– Детство?
– Да нет же! Я просто хочу узнать вас получше, прежде чем… Ой. Нет, все не так. Я не хочу вас вообще! В смысле, не вас, а… Я не встречаюсь вот так сразу, и вообще вас двое, трое… если считать его. Он ведь все понимает, да… Ох, стыдобища… – Я густо покраснела после своих необдуманных слов, глядя на растерянные лица и морду.
Со всегда радостного лица эльфа сползла улыбка. Кажется, в один миг его хрустальный замок надежд рухнул, разбившись на мелкие осколки. Бедняга, видимо, верил, что, когда он расскажет мне снова про свое детство, между нами случится столь долгожданная для него близость.
Мое сердце предательски сжалось от жалости.
– Я не говорю «нет», просто у нас так не принято. Люди должны сначала выбрать, кто им нравится, потом повстречаться, сходить на свидание, где они часто рассказывают друг другу про свое детство, а потом первый поцелуй, потом обнимашки, совместный просмотр кино, что-нибудь романтичное, и только после этого близость. У нас ухаживания могут длиться не один месяц. И принято встречаться только с одним. А вас двое, и вы оба очень красивые. – Волк возмущенно чихнул. – Да, ты тоже пушистый и милый.
– Зачем такие сложности? Я же не осмеливаюсь просить тебя взять меня в мужья. Я просто хотел доставить тебе удовольствие, – удивился Серп. – Ты моя госпожа, и я готов служить тебе во всем. А для здоровья, красоты и крепкого сна женщинам необходимо получать удовольствие. Это так же естественно, как принимать пищу. Но если ты хочешь, чтобы я рассказал тебе о своем детстве, то я расскажу.
– Сначала моя очередь, – насупился эльф, он еще не понял, имеет ли смысл склеивать свои надежды вновь, но готов был побороться за место в списке.
– Я обязательно выслушаю ваши истории, но не сегодня. Уже очень поздно, а нам завтра опять предстоит провести весь день на ногах.
Я повертелась, устраиваясь на уже примятом и оттого твердом мхе. Очередной раз прокляла про себя ночевки на земле, вспоминая про свои юношеские мечты отправиться в поход, и, наконец уснула.
Следующий день оказался пасмурным и ветреным. Облака сгущались над нашей головой, угрожая дождем. Доев остатки холодного жесткого мяса, мы поспешили двинуться в путь. Мои спутники переговаривались, вспоминая ближайшие места, где мы бы могли найти укрытие, если дождь все-таки вынудит нас остановиться на привал.
Припомнив горную гряду с рядом пещер, Лютик и Серп устроили спор о ее местонахождении, они размахивали руками, перечисляли ориентиры и настаивали на своем. Я собралась уже присесть на пенек, ожидая, когда они определятся, но Дружок толкнул меня сзади, а затем, легонько прикусив рукав, потянул за собой. Похоже, он точно знал, где находится нужное место, и не собирался впустую терять время. Пожав плечами, я последовала за ним. Когда среди листвы я стала замечать проблески серых скал, переругавшиеся эльф и наг догнали нас.
Первая капля упала, стоило моей ноге ступить на каменную насыпь. Чуть выше, на уступе виднелся вход в пещеру.
– Отправляйся внутрь, а мы быстро соберем хворост и раздобудем еду, когда дождь разойдется, будет уже поздно, – обратился ко мне Серп.
Я кивнула, в пещере наверняка холодно, и костер не помешает, заработать в этом мире цистит, сидя на холодных камнях, мне совсем не улыбалось. Тогда придется пить отвары Лютика, и не факт, что я после этого выживу.
Погруженная в тревожные мысли о своем здоровье, я поднялась по пологому склону и ступила под каменный свод. Мои шаги гулко отразились от камня, порыв ветра буквально подтолкнул меня в спину, и я поспешила укрыться от непогоды. Я успела пройти еще несколько шагов, как что-то огромное резко взвилось из-под ног, окатив меня острой каменной крошкой и пылью, завертелось в узком пространстве, мечась из стороны в сторону. Меня несколько раз подбросило, а потом сильно сжало между кольцами длинного чешуйчатого тела, затем швырнуло в одну стену, а после, в другую. Что-то неприятно хрустнуло у меня в спине, когда я упала на каменистый пол. Ошеломленная произошедшим, я заметила удаляющийся силуэт китайского дракона, зигзагами летящего по небу. Такой красивый, красно-оранжевый. Впервые вижу дракона, но, кажется, эта встреча для меня оказалась первой и последней. Я стала ощущать странный холод, расползающийся по телу, а должна была бы чувствовать боль. Страшная догадка стала закрадываться в сознание. А когда я не смогла пошевелить ни рукой, ни ногой, опасения подтвердились: у меня переломан позвоночник.
Глава 9
Знакомая тень стала медленно надвигаться. Кажется, я уже даже могла различить силуэт в капюшоне. В пещеру вбежали мои перепуганные спутники.
– Ивета, что произошло, ты ранена? – склонившись, спросил Ран, пока Дружок обнюхивал мое лицо.
– Кажется, да, – слабо отозвалась я, моя голова кружилась, а сознание норовило покинуть, наверное, я получила еще и сотрясение.
– Где у тебя болит?
Я видела, но не чувствовала, как Серп ощупывал мои ноги.
– Нигде. Но мне так холодно…
Эльф и наг тревожно переглянулись, Дружок тихонько заскулил, аккуратно устраиваясь так, чтобы согреть меня, но не причинить дополнительной травмы.
– Нужно развести огонь. – Серп схватился за принесенные ветки.
– Я сейчас сделаю отвар, ты только потерпи немножко, хорошо? – Лютик стал перетряхивать свой мешок.
– Не надо отвара. Дай мне умереть спокойно. – Ироничная улыбка, кажется, не удалась, потому что эльф всхлипнул, пряча лицо в рукаве.
– Попытайся сделать хоть что-то! – Серп толкнул в плечо эльфа.
– Я попробую, но…
Еще раз шмыгнув носом, Ран положил на меня руки и стал что-то шептать.
– Как вообще это произошло? Откуда здесь взялся дракон? – недовольно бурчал Серп, не зная, чем он может мне помочь.
– Он был такой красивый… – прошептала я синеющими губами.
– Если случится непоправимое, даю слово, что я отомщу! – Наг встал на колено и обнажил одну из своих сабель.
– Не надо. Я сама виновата. Дракончик просто испугался.
– Дракончик испугался? Драконы ничего не боятся! Я только вчера дал клятву защищать тебя, а сегодня уже теряю свою госпожу. Лучше я погибну, пытаясь отомстить за тебя, чем буду жить, осознавая свое полное ничтожество.
– Не надо всего этого, просто побудьте со мной. Мне холодно и страшно.
Попытки эльфа исцелить меня не приносили никаких результатов, потому, осознание своей скорой смерти сжимало душу. Мне совсем не хотелось умирать вот так, в холодной пещере. Да и Лютик… Он мне так и не рассказал про свое детство, как же он теперь без меня-то? Неужели будет вынужден прожить свою долгую эльфийскую жизнь девственником? Одинокая слеза прочертила дорожку на покрытом пылью лице.
Увидев это, Ран разрыдался, уткнувшись в свои колени, возможно, та же мысль посетила его рыжую голову. Веки сильно потяжелели, меня невыносимо клонило в сон, когда на пороге пещеры появился мужчина.
– Вы кто такие?! Как вы посмели нарушить мой покой?! – загремел его грозный голос под сводами.
– Это ты убил мою госпожу! – воскликнул Серп и, выхватив сабли, бросился на противника.
– Убил? – Мужчина спокойно сделал шаг в сторону, из-за чего Серп пробежал мимо. – Ты же эльф, почему не можешь исцелить эту женщину?
– На мне проклятие. Я ничем не могу ей помочь. – сдавленным от горя голосом ответил Ран.
– Я смотрю, вы тут все особо «одаренные», – буркнул дракон, уклоняясь и ставя подножку нагу, который пошел на второй заход.
Серп рухнул на землю, проехав вперед пару метров. А мужчина с длинными красными волосами решительно направился ко мне, взгляд у него был такой, будто он собирается меня добить, чтобы не мучилась.
– Не подходи к ней! – Наг швырнул что-то похожее на сюрикен.
– Успокойся, мальчишка! – рявкнул дракон, в очередной раз уклонившись.
Остановившись напротив, он опустился на колени, волк предупреждающе зарычал, но красноволосый даже бровью не повел, он вытянул руки и стал водить ими вдоль моего тела, нашептывая заклинание. Золотистый свет начал литься из-под его ладоней, очень медленно нависающая надо мной тень стала отступать, а по телу тонкой струйкой потекло тепло. От прикладываемых усилий на лбу дракона выступил пот, но меня уже засасывало в спокойный лечебный сон. Опасность миновала.
Проснулась я, обнимая теплого волка, в пещере уютно потрескивал огонь и пахло мясом. В душе я ощутила легкую эйфорию, приятно было осознавать себя живой и невредимой. Если бы не магия, то после перелома позвоночника меня бы ждала долгая и мучительная реабилитация, а возможно и инвалидная коляска. Как хорошо, что можно исцелить одними руками. С другой стороны, если бы не магия, в этой пещере не было бы никакого дракона, а лишь какой-нибудь заурядный медведь. От представившихся моему обогащенному воображению картин, где меня раздирает на части свирепый косолапый, мне стало дурно, от чего я нервно подскочила на своем месте.
– Ивета, ты проснулась! Как ты себя чувствуешь? – Ко мне тут же подбежал Ран.
– Госпожа, ты, наверное, проголодалась! – Серп наколол на кинжал кусок сочащегося мяса и устремился следом.
Дружок тоже встрепенулся и стал нализывать мне ухо.
– Что вы с ней так носитесь? Жива, и ладно. – Голос дракона был переполнен презрением.
– Вы едва меня не убили, могли бы и извиниться. – Меня неприятно укололи слова и тон мужчины.
Медленно, с какой-то угрожающей грацией, дракон поднялся и направился ко мне. Я подскочила на еще подрагивающие слабые ноги, но все равно смотрела снизу вверх на застывшую рядом со мной фигуру.
– Чтобы я извинился перед женщиной? Да ты знаешь, кто я такой?
– Нет. Но, кажется, догадываюсь. – Я повертела головой, словно разглядывала его. – Ну да, точно. Царь Горох собственной персоной!
Лицо мужчины пошло пятнами гнева. Он медленно протянул руку и взял двумя пальцами мой подбородок, приподнимая его, но разница в росте все равно оказалась слишком большой, потому мужчине пришлось наклониться к моему лицу. Я отчетливо увидела огненные искры в его глазах.
– Больше всего на свете я презираю и ненавижу женщин. – Тихий и отчетливый голос, кажется, было слышно в каждом уголке этой пещеры. – Но ты настолько жалкая, нелепая и грязная, что я едва ли чувствую в тебе женщину.
Я не успела понять, когда моя рука взлетела для замаха, но звук пощечины раздался в тишине пещеры словно выстрел. Отливающие золотом глаза сузились в узкую полоску чистой ярости.
– Это я слышу от ящерицы, спавшей в пыли? – Мое чувство самосохранения ойкнуло и вышло из чата, оставляя мой язык, видимо потерявший после сотрясения связь с мозгом, самостоятельно копать себе могилу.
– За подобное я мог бы разорвать тебя на куски и съесть, но боюсь, что от такого чучела я могу подцепить глистов.
– Хам! И этим существом я еще восхищалась! – воскликнула я, срываясь с места.
Потрясений на сегодня было с избытком, и стерпеть оскорбления моя расшатавшаяся психика уже не смогла, слезы тугим комком подступили к горлу, но позволить увидеть их этому отвратительному созданию я не могла. Я выскочила из пещеры под дождь и бросилась бежать, не разбирая в сгущающихся сумерках направления. Вслед мне что-то кричали, но я не слышала, несясь сквозь мокрые листья и ветки.
Я остановилась, лишь когда в легких стало жечь. Раздавшийся шорох за спиной заставил меня вздрогнуть, но, обернувшись, я увидела Дружка. Мокрый, с поджатыми ушами, он смотрел на меня виновато, хотя его вины как раз ни в чем не было. Я села прямо на размокшую от дождя землю и громко зарыдала, оборотень приблизился, самоотверженно подставив мне свой бок вместо платка.
Жалость к самой себе душила. Этот чудный новый мир, а лучше было бы сказать чудно́й, каждый день проверял меня на живучесть. Но, несмотря на то что я была не расчесанной, не накрашенной и два дня немытой, потому что боялась раздеваться в присутствии Рана и Серпа, опасаясь, что они начнут весьма сокращенно и наперебой рассказывать мне о своем детстве, обзывать меня чучелом у этого надменного дракона не было никакого права!
Я считала, что вполне неплохо справлялась с ситуацией – не истерила, не скандалила, не впадала в отрицание. Я терпела голод, холод, ночевки на голой земле. Я была стойкой, как солдат Джейн, особенно если бы меня не подкосил отвар Лютика, ну тут уж ни у кого не было шансов. Так с какой стати какой-то противный ящер говорит, что я жалкая и нелепая?
Промокнув до последней нитки под дождем, я стала дрожать, сумерки перетекли в ночь, а мокрая шерсть, в которую я уткнулась лбом, неожиданно для меня превратилась в горячее мужское плечо. Мое лицо приподняли и стали сцеловывать смешанные с дождем слезы.
Глава 10
– Ты очень красива, а твой запах и вовсе сводит меня с ума, – горячий шепот мужчины обжог ухо.
– Кто вы? – Я попыталась отстраниться, но крепкие руки не пустили.
Вместо ответа мужчина повалил меня на землю, затыкая рот поцелуем. В принципе, такой напор мне нравился, всегда потом можно сказать «невиноватая я, он сам пришел!». А еще он был очень горячим, и каждое его прикосновение дарило толику тепла моему замерзшему телу. Для приличия я попыталась упереться в тугую мужскую грудь руками, но мои руки поймали и прижали над головой. Требовательные губы жадно сминали мои, а свободная рука вольготно гуляла по прижатому к земле телу. Пробравшись под мокрую кофточку, большая ладонь сжала мою грудь, я слегка застонала и выгнулась в пояснице, почувствовав животом внушительное возбуждение оборотня. Низ живота налился тяжестью, я устыдилась своей распутности и снова дернулась. Правда, не слишком сильно, чтобы случайно не вырваться. Мужчина тихо рыкнул на меня и рывком разорвал несчастную мокрую тряпочку, которую я называла одеждой. Сдвинув кружево лифа, он оголил затвердевший от возбуждения и холода сосок и припал к нему губами. У него во рту было так горячо… Он сосал мою грудь, катал языком чувствительный сосок и слегка покусывал его. Я прикусила губу, чтобы не застонать от удовольствия, но беспомощно чувствовала, как между ног становится влажно. Свободная рука негодяя-совратителя скользнула под пояс ставших мне свободных за эти дни брюк. Слегка надавив на клитор, он стал терпеливо играть с ним, вызывая в моем теле волны возбуждения. Мои бедра сами подались навстречу его руке, честно, я тут ни при чем. Чуткие пальцы скользнули немного ниже, но тонкая ткань трусиков стояла на страже моей уже влажной дырочки. Искуситель дразнил меня через ткань, заставляя изгибаться и постанывать. Мокрые брюки и висящая на руках разорванная кофта раздражали кожу, хотелось все с себя сбросить и прижаться к такому горячему, мощному телу.