Самоотвод

Глава 6

Родители приехали практически сразу же. Вера только успела вымыть руки и набрать воду в чайник.

– Ну-ка, где мой Вергун, подставляй попу. Бить буду! Не дозвонишься до тебя! – пробасил отец. А потом запнулся, с интересом разглядывая Дениса. Мальчик тоже немного растерялся.

– Здрасти. Я Денис. Верин друг.

– Привет. А я – Николай Степанович. Верин отец.

– Очень приятно, – прокомментировал парень, протягивая руку для пожатия. Николай Степанович улыбнулся и руку пожал.

Из кухни вышел Страшило. Мать Веры удивленно уставилась на собаку:

– Верочка, а это еще кто?

– Мой пес. Страшило. Вера помогла отбить его у живодеров. С тех пор мы и дружим, да, Вера?

– Как это «отбить»? – ужаснулась Галина Ивановна.

– Денис, что ты мне родителей пугаешь? – пожурила парня Вера. – Мам, да я просто крик подняла. В драку не вступала, – пояснила Вера, забирая у озабоченной матери куртку, и вешая в шкаф.

– Вера, я пойду чай заваривать. Тебе какой?

– Мы все с чабрецом пьем.

Когда Денис ушел в кухню хозяйничать, Галина Ивановна прошептала:

– Верочка, кто это?

– Он же сказал, мама. Друг. Я ему, правда, с собакой помогла. И немного с сестрой. Она заболела, – отчиталась Вера.

– А где же их родители в это время были?

– Мама умерла, а папа много работает, – перешла на шепот хозяйка квартиры.

Галина Ивановна округлила глаза и прикрыла рот ладошкой:

– Бедный мальчик.

– Угу… Мам, пап, да что ж мы в дверях стоим? Проходите, давайте…

Чаепитие удалось на славу. Денис трескал любимые пирожки с капустой и внимательно слушал разговоры взрослых. Вера как раз рассказывала родителям о деле какого-то Григорьева, в котором она была потерпевшей стороной.

– Так это, что же, суд не за горами? – подвел итог отец.

– Я надеюсь, папа. Адвокаты Григорьева, конечно, затягивают процесс, но Егор Владимирович мне пообещал подать ходатайство, в случае чего.

– Это папка, что ли? – уточнил Денис.

– Папка-папка, – подтвердила Вера.

– Если отец пообещал, значит сделает, – кивнул головой парень.

Галина Ивановна подлила чай и обратилась к Денису:

– Так твой папа, получается, новый прокурор?

– Угу. Он хороший. Взятки не берет. Если бы не случай с мамой, его бы из столицы в жизни бы не перевели.

– Какой такой случай? – уточнила женщина.

– Она умерла из-за врачебной ошибки. Папа, конечно, искал виновных, и нашел. Да только эта докторша оказалась из непростой семьи. Вот отца и поперли. Но ничего, мне здесь даже больше жить нравится. Хоть пробок нет.

Вера растерянно посмотрела на родителей. Выходит, Егор Владимирович сам побывал в ее шкуре. Знает, как это, когда управу на виновного не найти…

– Денис… – Вера откашлялась. – А тот доктор… Он, что, и дальше работает?

– Да ты что, Вера. Папка это дело до ума довел. Он у меня, знаешь, какой непрошибаемый. Ему чем только не угрожали, я их разговор с бабушкой подслушал нечаянно. Мне-то он не говорил ничего…

Вера снова переглянулась с родителями. Вот оно как, оказывается… Может, и ей все-таки удастся найти правду. В том, что Бояров ей поможет, она уже не сомневалась.

– Ох, и наелся я, – пожаловался мальчик. – Спасибо, Галина Ивановна. Очень вкусно.

Мать Веры просто растаяла от похвалы:

– Кушай на здоровье. Верочка, а ты с собой Дениске пирогов заверни.

Денис засмущался и стал отнекиваться.

– Бери-бери. И папу угости, и сестричку. Может, познакомишь нас как-нибудь, – задумчиво протянул Николай Степанович. – А ты, Вергун, тоже кушай. Смотреть на тебя уже боязно. Прозрачная вся. Как Димка погиб, так и все… – сокрушенно махнул рукой мужчина, выбираясь из-за стола. Денис навострил уши, и тоже заторопился к выходу.

– Денис, пирожки забыл! – прокричала Галина Ивановна.

– Я передам.

Вера схватила сверток и помчалась за мальчиком. Тот как раз цеплял на шею Страшиле «поводок».

– Пирожки забыл.

– Вера… А кто такой Дима? Твой муж?

– Нет. Сын, – прошептала женщина.

– Он умер, да? Ты поэтому с папкой познакомилась?

– Его сбила машина, Денис. И да… поэтому.

– Прости. Я не хотел…

– Все нормально. Пирожки не забудь!

– Завтра пойдешь с нами гулять?

– Пойду. Беги, Денис. Уже поздно, отец будет волноваться.

Денис мчался к своему дому, прижимая к груди сверток с самыми вкусными пирожками на свете. И не мог перестать думать о том, что у Веры погиб ребенок.

– Явился, наконец! – прокомментировал Егор появление сына. – Лапы…

– Помою. Это тебе, – протараторил Денис, стаскивая ботинки.

– Что это?

– Верина мама тебе пирогов собрала.

– А ты что, опять к ней в гости напросился? – нахмурился Егор. – Так нельзя, Денис.

– Почему напросился? Вера сама меня позвала. Я с ней просто погулять хотел. Со Страшилой. А к ней родители нагрянули. Вот… Накормили меня от пуза. И тебе перепадет. Нет, чтоб спасибо сказать, что хоть сын в доме добытчик, все бурчишь…

Егор криво улыбнулся. Из комнаты, волоча зайца за ухо и жуя какую-то бумажку, вышла Ася.

– Пап, по-моему, она опять порылась в твоем портфеле, – заметил Денис, указывая на сестру.

Егор, чертыхаясь, помчался к дочке, выхватил обмусоленную бумажку из цепких ручонок:

– Ася, ну что ж ты за демон-то такой в юбке! Тебе сколько раз папа говорил не брать его документы! – принялся вычитывать дочь. А та забавно надула губку, картинно закатила глаза и заревела жалобно. Без слез. На публику играла отменно. Получше многих оскаровских лауреатов. Как же дико он устал! С Денисом все кувырком, Ася то болеет, то внимания требует, а он разрывается между работой, детьми и обязанностями по дому. И порой такое отчаяние берет. И злость… Даже на актрису-Аську. Хотя и понимает, что не на что злиться, но сил уже нет. Хоть об стенку головой бейся.

Усадил хнычущую Асю в детский стульчик, уселся за стол сам. Открыл увесистый сверток с пирогами. Сглотнул. Они просто одуряюще пахли! Ася тоже заинтересованно уставилась на еду. Даже рыдать перестала. Хитрюга.

– А плаксам пирожки не полагаются.

Губа дочки снова подозрительно задрожала.

– Ладно-ладно. Бери. Тебе какой? – тут же пошел на попятную Егор.

Ася схватила первый попавшийся пирожок, засунула в рот.

– Денис, ты чай будешь? – прокричал вглубь квартиры.

Сын заглянул в кухню:

– Не. Я и без того от пуза наелся. Страшило только покормлю, вот, кто у нас действительно голодный. Николай Степанович запретил кормить его со стола.

– А кто такой Николай Степанович?

– Отец Веры. Вот такой мужик! – пояснил сын, показывая руку с поднятым вверх большим пальцем. – Пап… А почему Вера вынуждена была к тебе обратиться?

– Ее сына сбила машина. Преступник долгое время увиливал от наказания.

– И как же ему это удалось?

– Он был начальником местного отдела полиции, – нахмурился Егор.

Денис присвистнул:

– Напоминает нашу ситуацию, да?

Егор промолчал. Отвернулся к окну, активно работая челюстями. Он не хотел обсуждать с сыном «их» ситуацию. Не для ребенка была эта тема. Денису и так пришлось повзрослеть раньше времени из-за этого всего… Зачем ему грязные подробности? Та докторша, что убила Лену… Она была дочкой депутата. Так что Егору тоже пришлось едва ли не наизнанку вывернуться, чтобы наказать бездарь от медицины. От работы ее отстранили надолго. Только разве этим Лену вернешь? Двое детей растут без матери. И он тоже один. А впереди старость… И ведь самое страшное то, что после того, как справедливость восторжествовала, ему не стало лучше. Наоборот. Когда была четкая цель добиться справедливости, жилось как-то проще. А после…

– Эээ, дамочка, а корки кто будет есть? Ну, не умница ли – одни серединки трескать! – шутливо возмутился Егор, доедая за дочерью сдобу.

– Ну и вкуснотища! – справедливо заметил мужчина. Давно он не ел ничего такого. Только в столице, где ему с детьми помогали бабушки. Без их вездесущего контроля, конечно, жилось намного лучше, но вот с готовкой была беда.

– Аська, вот прожора! Наутро оставь, – возмутился Денис аппетиту сестры. – Я лично манку есть не собираюсь. Хотя… Можно к Вере на завтрак напроситься.

– Не смей, – прервал мечтания сына Егор. – Что ты, как попрошайка, совсем. Еще, чего доброго, подумает, что я вас совсем не кормлю.

– А ты, что, кормишь? – сделал круглые глаза сынок.

– Сейчас ремня всыплю. Будешь знать, как с отцом пререкаться.

– Это не педагогично, – заметил Денис, усаживаясь возле подстилки Страшилы.

– Зато действенно.

– Ну и методы у тебя, папочка! С Аськой такой номер не прокатит, что тогда будешь делать?

Шутки – шутками, но Егор и сам постоянно задавался этим вопросом. Ася – девочка. Ей нужна мама. Сейчас он еще как-то справляется, но когда дочь подрастет… Можно было бы жениться, как ему намекала мать. И проще было бы с хозяйством справляться, и не так паскудно одному. Да только кому нужен такой жених «завидный»? Который на работе пропадает день и ночь, и у которого дети в самом интересном периоде. Один – подросток со скачущими гормонами, а вторая – младенец, что не день, то сюрприз… Да и не будет чужая любить его детей, как своих. А зачем ему мачеха в доме? В общем, запутано все. И безрадостно.

– Ты бабушке Наде позвонил?

– Не-а. О чем мне с ней разговаривать?

– Денис! Она твоя бабушка.

– Я позвоню, – пробурчал сын.

Если бы мог, Егор и сам бы не общался с тещей, да только не осталось у них с тестем никого, кроме внуков. Вот и приходилось, хотя его порядком бесили тещины нравоучения. Советы по делу и без, навязчивые рекомендации. Асеньку почему не пеленаешь? А в комнате почему так холодно? Заморозишь ребенка! А почему питание из баночки, кто это придумал?! А Денис бы лучше не на карате ходил, а на шахматы… И так далее, по списку. Пока Лена была жива, он как-то даже не замечал тещиной навязчивости. А потом она как с цепи сорвалась. Вот и Дениса достали. Даже звонить им не хочет лишний раз. И ведь не докажешь, что не он сына против родни настраивает! В общем, чем дальше, тем веселее.

Глава 7

Следующим утром Вера снова вышла на прогулку вместе с Денисом и Страшилой. А ведь раньше она бы в жизни не пошла гулять в мороз. Ей бы такое даже в голову не пришло. Впрочем, сегодня потеплело. Плюс три, если верить термометру. Да и ветер как-то поутих. И весной повеяло. Вообще это утро было каким-то совершенно необыкновенным. Вера с удивлением отметила, что день ощутимо прибавился. Возможно, поэтому на душе было так светло? Или это Денис своей болтовней отвлёк её от горестных воспоминаний? В общем, утро задалось. На работу Вера ехала с лёгкой улыбкой. Даже хамы, которых на дороге всегда хватало, не смогли испортить её хорошее настроение. И, видимо, не на неё одну весна подействовала. Третьекурсники, у которых Вера читала лекции сегодня, тоже были улыбчивыми и оживлёнными. Как будто проснулись после зимней спячки. Не день, а сплошное удовольствие. Главное, чтобы его не испортили абитуриенты, у которых Вера должна была читать последние две пары.

– Вера?! А ты что здесь делаешь?

Вот это да! Денис! Ну, где бы они ещё встретились?!

– Я здесь работаю, – улыбнулась женщина, – а вот что здесь делаешь ты – вопрос.

– Так ты, что же, наша новая математичка?! – восхитился парень.

– А ты, что же, мой новый слушатель?

– Ну, ничего себе, совпадения, – присвистнул Денис.

– Проходи на место, совпадение. Пара вот-вот начнётся.

Вера не могла перестать улыбаться, пока вела занятие. И Денис, который уселся в первых рядах, тоже сиял, как лампочка. При этом довольно бойко отвечая на все ее вопросы. Парень неплохо разбирался в интегралах, что сразу же и кинулся демонстрировать. Мелкий выпендрежник. Вера снова улыбнулась. Два часа пролетели незаметно.

– Подвезете, Вера Николаевна? – нахально поинтересовался Денис.

– Куда ж тебя денешь, – хмыкнула женщина. – Пойдем, я только пальто на кафедре заберу.

Они вышли из корпуса, и поскользнулись одновременно. С трудом удержали равновесие, с удивлением глядя под ноги:

– Гололед. Наверное, опять мороз.

– Да уж. Представляю, что сейчас будет на дорогах, – раздосадованно прокомментировала Вера, подходя к машине.

– Хорошо, что я тебя встретил. На автобусе сейчас вообще, наверное, не доехать.

– Терпеть не могу раннюю весну!

Так, возмущаясь вмиг испортившейся погодой, Вера вырулила на дорогу. Трафик был действительно плотный, проехав основное скопление машин, женщина уже было выдохнула, как навстречу им на достаточно приличной скорости из-за поворота выскочила старая десятка. Времени на обдумывание собственных действий не было совсем – машину занесло, и она неслась прямо на них. Единственное, что успела сделать Вера – это резко вывернуть руль, выводя из-под удара пассажира.

Егор как раз поил Асю лекарствами, когда зазвонил телефон. В полупустой квартире телефонная трель прозвучала непривычно громко и гулко. Резанула по нервам.

– Папа! – прокричал в трубку сын. – Скорее приезжай на перекресток, мы с Верой попали в аварию. Она без сознания, папочка!

– Какая Вера?! Ты как сам? Цел?!

– Цел-цел! Скорее, папочка! Пожалуйста, миленький…

Звонок сына подорвал что-то в Егоре. Чуть с ума не свел. Желание убедиться, что с Денисом все в порядке, перекрывало собой все другие мысли. Скорее! За две минуты одевает Аську, одевается сам. Выбегает на улицу, едва не падает. Точно так же балансируют на льду редкие прохожие. Теперь понятно, почему случилась авария. Впрочем, непонятно, как в машине Савельевой оказался Денис! Дура безмозглая! Одни проблемы от нее! Максимально осторожно едет по улице, добирается, наконец, до перекрестка, где образовалась приличная пробка. Видит искореженные машины. Сердце останавливается. Вдалеке замечает худую фигурку сына. Подбегает к нему, как безумный, шарит взглядом, отыскивая возможные повреждения. Впереди мигает огнями скорая, на носилках кто-то лежит.

– Папа, – Денис рыдает, не в силах взять эмоции под контроль. Ася, встревоженная происходящим, тоже начинает всхлипывать.

– Ты в порядке? – хрипло спрашивает Егор, обнимая сына свободной рукой.

– Д-да… Там Вера. Она спасла меня. Спасла… Он на меня несся, а она себя под удар подставила… – сыпал бессвязными объяснениями сын. Егор нахмурился, утыкаясь в макушку ребенка.

– Ты точно в порядке? – уточнил на всякий случай.

– Вера заставила меня пристегнуться. Ну, пойдем же, пап. Она одна там… Без сознания. – Голос Дениса снова сорвался.

– Полиция приехала?

– Еще нет. По городу много аварий.

Егор достал телефон и набрал дежурную часть:

– Бояров. Перекресток Майской и Гагарина. Пострадала моя семья, немедленно пришлите людей. – Не дожидаясь ответа, нажимает отбой. Почти бегом устремляется к носилкам, которые уже грузят в карету скорой.

– Вера! Верочка…

Женщина приоткрыла глаза:

– Все хорошо, Денис. Жить буду.

– Вы поедете с пострадавшей? – на ходу поинтересовался врач.

– А… нет. – Егор посмотрел на Асю, которая круглыми глазами наблюдала за всем происходящим.

– Папа! – возмутился Денис.

– Не спорь. Ася болеет. Мы не можем таскать ее по больницам.

– Значит, я сам поеду, – настаивал сын.

– Не сходи с ума. Ты тоже после аварии.

– Она меня спасла! Я не могу ее бросить одну! – закричал Денис срывающимся голосом.

Чертыхаясь, на чем свет стоит, Егор пошел узнавать, куда увезут Савельеву.

– Егор Владимирович…

– А… Что? – резко обернулся мужчина.

Вера указала взглядом на свою машину:

– Там, в сумочке, телефон. Позвоните, пожалуйста, моему отцу. Сообщите, – прохрипела женщина и снова отключилась.

Отец Савельевой оказался человеком непростым. Заведующий отделением центральной травматологии. Вера не зря попросила его набрать. К тому моменту, как Егор закинул детей домой и по пробкам добрался до больницы, Савельевой уже оказали первую помощь. И перевели в палату.

– Время для посещений с девяти до двенадцати, и с пятнадцати до девятнадцати, – отрапортовала бойкая медсестричка, пресекая все попытки мужчины навестить потерпевшую.

– Ох, и строга ты, Наденька, – заметил крепкий кряжистый мужик, выходя из палаты. И, обратившись к Егору, добавил: – Это вы, наверное, мне звонили?

– Все верно. Бояров Егор Владимирович. Можно просто Егор. Ваша дочь мне сына, похоже, спасла.

Мужчина нахмурился, кивнул:

– Имели мы возможность познакомиться. Хороший у вас парень. Осмотреть бы его тоже не мешало.

– Да в порядке он. Руки, ноги на месте. Испугался маленько. Да за Веру очень переживает. Как она, Николай Степанович?

Мужчина нахмурился ещё сильнее:

– Сотряс у неё конкретный. Рука сломана, пара рёбер. А так… Ничего. Жить будет. Вы, пойдемте, Егор, здесь нам больше нечего делать, а парня вашего посмотреть все-таки стоит. Оно-то, конечно, хорошо, что руки и ноги на месте, да только из-за шока можно было упустить кое-что похуже.

Егор сглотнул. Ужас подкатил к горлу.

– Да вы не бойтесь так. Скорее всего, все и вправду обошлось. Это я в силу профессии такой перестраховщик.

Егор кивнул. Пошел вслед за мужчиной.

– Вы меня подвезете? Что-то не хочется мне за руль, – поинтересовался Николай Степанович, машинально поглаживая грудь, в которой невыносимо пекло.

– Не вопрос, – кивнул Егор, пикая сигналкой.

Наученный горьким опытом, мужчина поехал дворами, минуя основные пробки. Уже через полчаса Егор парковался у дома. Денис ждал отца едва ли не у двери:

– Ну, слава Богу, что ж ты так долго?! Как Вера?! – И тут же, завидев гостя: – Ой… Николай Степанович!

– Нормально Вера, – отчитался мужчина. – Завтра станет домой проситься. С детства больницы на нюх не переносит. А ты что же? Почему врачам не показался? – продолжил, снимая обувь.

– Так не пострадал я…

– Не пострадал… – передразнил мальчика доктор. – Иди, хоть посмотрю тебя, горе луковое. Где я могу вымыть руки?

Удостоверившись, что с ребенком все в порядке, Николай Степанович устало осел на табуретку:

– Задолбался, – прокомментировал он. – Четыре операции сегодня. Ноги не держат, а эта авария и вовсе подкосила.

Телефон мужчины зазвонил.

– Бл… блин, – вовремя спохватился Николай Степанович. – Забыл жене перезвонить. Она с ума, наверное, сходит!

– Галочка… Все хорошо, милая. Не волнуйся! Да… Нет… Ничего не надо. У нее все есть. Нет, сегодня ехать не стоит…

В комнату вошла хнычущая Ася, и Егор перестал следить за ходом разговора. Дочке уже давно следовало отдыхать.

– Денис, уложи, пожалуйста, Асю. Справишься?

Денис нехотя кивнул. Было очевидно, что ему не терпелось узнать о состоянии Веры более детально, но он не стал пререкаться с отцом. Взял сестру на руки и вышел из комнаты. Одновременно с этим Николай Степанович закончил свой разговор с женой. Спрятал телефон в карман и снова потер грудь. Мужик был на грани. Егор его хорошо понимал.

– Может, по пять капель? – предложил хозяин квартиры, извлекая из шкафчика бутылку хорошего коньяка.

Николай Степанович бросил заинтересованный взгляд в сторону бутылки, а потом решительно махнул рукой:

– Черт с ним! Наливайте!

Егор разлил коньяк, нарезал лимон. Заглянул в холодильник. Предложить гостю особо нечего, а ведь и у него навряд ли было время поужинать. Сам Егор жрать хотел просто смертельно. Достал колбасу, кусок грудинки, бородинский хлеб. Попилил большими кусками. Водрузил в центр стола нехитрую закуску, стаканы.

– Ну, чтоб Вера скорее поправилась. – Первый тост.

Коньяк обжигает пустой желудок и распространяется по телу теплой волной.

– Ох, и напугал меня Денис… Чуть с ума не сошел, пока к ним доехал. Еще и Аська болеет. Дочка моя… Пришлось с собой тащить, – зачем-то пояснил хозяин, разливая коньяк по новой.

– Я тоже здорово струхнул. Благо, ты объяснил все четко и по делу. Наверное, у тебя это профессиональное, – перешел на «ты» гость.

– Наверное, – согласился Егор.

– Вера рассказывала, что ты наш новый прокурор.

Егор кивнул:

– Есть такое дело.

– Спасибо тебе, Егор. От всей нашей семьи. Хороший ты мужик. Уважаю.

– О, меня, вроде, десять минут не было, а вы уже друг друга зауважали, – ехидно заметил вошедший в кухню Денис, бросая неодобрительный взгляд на бутылку.

Мужики одновременно хмыкнули.

– Много ты понимаешь!

Глава 8

Утром Егор проснулся ни свет ни заря. Бутылка коньяка, что они распили с отцом Веры, ушла, как в сухую землю. Егор заварил кофе. Следом за ним в кухню подтянулись Страшило и Денис.

– А ты-то чего не спишь? – удивился мужчина. – Может, болит что?

Денис отрицательно помотал головой, отпил кефир прямо из бутылки, заставляя Егора поморщиться.

– Когда можно будет навестить Веру?

– Сегодня.

– Ну, пап!

– Еще рано. Аська спит, куда нам торопиться?

Денис зло уставился на отца. Много он понимает! Это ведь не ему Вера жизнь спасла! Денис чуть не умер, когда это все случилось. Когда он обернулся, и увидел ее неподвижное тело со струйкой крови на красивом лице. Он не был дураком. Сразу смекнул, что она собой пожертвовала, чтоб его спасти. И от этого влюбился в нее еще сильнее. А вообще он полюбил Веру с первого взгляда. Еще тогда, когда она помогла ему со Страшилой. А как было не влюбиться в такую девушку? Красивая, отважная, веселая! Не то, что заносчивые одноклассницы. У тех только одно на уме: парни и социальные сети. А Вера не такая. Она настоящая…

– Ты как хочешь, а я поеду прямо с утра. В котором часу открывается больница? В восемь? Значит, уже можно…

– В девять. И я действительно не понимаю, к чему такая спешка. Сейчас сядем, позавтракаем нормально…

– Я не могу завтракать, когда она одна там лежит! – сорвался на крик Денис.

– Не ори! Асю разбудишь.

– Ася-Ася… Все время только Ася!

– Начинается. – Егор закипает, но сдерживает себя. – Денис, прием посетителей начинается с девяти часов. Все равно еще рано, как ни крути. Давай мы не будем ругаться. Ты погуляешь со Страшилой, я приготовлю завтрак. Ася проснется, мы поедим, и поедем. Как тебе такой план?

Денис нахмурился, отвернулся к окну. Гулять с собакой без Веры не хотелось совсем. Это, конечно, неправильно, но он и Страшило оставил, как лишний повод с нею видеться, а теперь…

– Ладно, – пробурчал нехотя, цепляя собаку на «поводок».

– Денис… Не волнуйся. С Верой все хорошо.

Парень кивнул и вышел за дверь. Он шёл по двору и вспоминал своё первое знакомство с Верой, каждый миг, который они провели вместе. Денис теперь вообще постоянно о ней думал. И ревновал! Прежде всего – к мужу. Вот, кого он невзлюбил буквально с первого взгляда! Утешало только одно – Вера находилась на грани развода. Он своими ушами слышал, как она шушукалась об этом с матерью. Конечно, Денис понимал, что некрасиво радоваться в такой ситуации, но и по-другому не мог. Когда Вера разведется, у него появится шанс! Он непременно сумеет ее завоевать. Плохо только, что ему всего шестнадцать… Вот если бы он был хоть немного старше! Он мог бы делать все, что угодно, не оглядываясь ни на отца, ни на Аську! Да и Веру было бы проще завоевать. А так…

– Фу, Страшило, что ж ты жрешь все подряд! – шикнул на собаку.

Побродив ещё немного, Денис вернулся домой. Аська проснулась, и теперь смотрела в кухне мультики. Отец жарил яичницу. Ну, хоть не манку – и то дело.

– Вот. Держи, как ты любишь – глазунья. Только колбасы нет, – почесал в затылке Егор. – Все вчера съели с Николаем Степановичем.