Паранормы. Ты мне нужна

Ее приближение он почувствовал сразу, как и эмоции: удивление, узнавание, озадаченность… «Не выходи!» – мысленно попросил он, и Майя затаилась в зарослях.

Илья специально не стал встречаться с подопечными сразу же, в первый день. Хотел, чтобы они понервничали. Прошлых наблюдателей они постоянно испытывали на прочность, и он решил выяснить, чего от них ожидать в состоянии стресса.

Подопечных было трое: качок-третьекурсник Алексей, умеющий наводить иллюзии, долговязый пятикурсник-поисковик Глеб и похожая на испуганного зайца третьекурсница Ася, у которой был самый сильный из всех троих дар – умение блокировать воздействие. Пользоваться им она толком не умела по причине излишней суетливости.

Появление этой троицы Илья тоже почувствовал на расстоянии – они попытались пробить защиту, но не смогли, а потому выбрались на поляну мрачные и злые.

– Это точно он? – спросил качок у девчонки.

Та затравленно кивнула.

– Вы о чем? – спросил Илья.

– Она сказала, что ты раньше работал в зачистке. По-моему, она врет.

Упоминание о том, что хотелось забыть, неприятно кольнуло. Это был давний, короткий и не самый лучший период жизни, о котором знали немногие.

– А с чего она это взяла? – спросил Илья.

Качок снова зыркнул на приятельницу и требовательно произнес:

– Ну?

– Просто знаю, – взъерошилась та.

– И что же ты знаешь? – поинтересовался Илья.

– Ну-у, – девчонка замялась, но все-таки рискнула продолжить. – Что ты виноват в том, что случилось со Стасом.

Смелость ее слов Илья оценил. И решил не разочаровывать ожидающих ответа товарищей.

– Раз вы всё знаете, представляться не буду. О вас и ваших проделках я тоже наслышан, поэтому перейдем к главному: мне нет никакой радости с вами нянчиться. Вы мне никто, и выгораживать вас я не буду. Накосячите – пеняйте на себя.

– Да что ты можешь нам сделать? – тут же вскинулся качок, решив задавить массой. О его несдержанности Илья тоже был в курсе.

«Не вмешивайся!» – мысленно произнес он, обращаясь к Майе. В другой ситуации он бы выбрал иные методы, но сейчас стоило закончить встречу как можно скорее, чтобы не подставлять Майю под удар. Блокировка жизненно важных функций – и качок запаниковал, сломался.

И тут перед глазами вспыхнула картинка: затаившаяся в зарослях Майя, и ее напряженное, перепуганное лицо крупным планом.

«Кажется, твоей подружке не нравится то, что здесь происходит. Отпусти Алексея, иначе кое-что не понравится тебе», – послышался в голове незнакомый голос.

– Только попробуй, и ты труп, – ответил Илья, глянув на долговязого старшекурсника. Поисковик оказался с сюрпризом.

– Глеб, не надо, ты его разозлишь, – вклинилась Ася, и долговязый снова удивил – шарахнул взглядом так, что бедняга на ногах не удержалась. Похоже, об истинных способностях этого парня Контора была не в курсе.

Понимая, что пора заканчивать, Илья отпустил качка, и все трое наконец убрались.

Осталось самое сложное. Вздохнув, он произнес:

– Майя, выходи.

И обернулся, чтобы посмотреть ей в лицо. Как будто чувств, которые улавливал, недостаточно.

– Что это было? – спросила Майя, подходя ближе… и замерла, глядя в глаза. Нахмурилась, а потом произнесла: – Неважно. Можешь не отвечать. Я не буду спрашивать.

«Что же они с тобой сделали?» – с горечью подумал Илья. Предполагалось, что после модификации памяти Майя всего лишь забудет о Конторе и обо всем, что с ней связано. В реальности все оказалось сложней.

– Почему не будешь? – спросил он. – Хочешь сказать, тебе все равно?

– Нет, – Майя покачала головой, – не все равно. Но ты не хочешь отвечать, я же вижу.

– Скорее не могу.

– Тем более.

«Ну вот и все, – подумал Илья. – Сейчас она меня пошлет и знать больше не захочет».

В груди зашевелился уже знакомый колючий ком.

– Да, мне не все равно, – повторила Майя. – Но кое-что можно понять и без объяснений.

– И что же ты поняла? – Илья знал, что все кончено, просто хотел отсрочить неизбежное, хотя бы на чуть-чуть.

– Поняла, что вы все вели себя как младенцы в песочнице. Устроили конфликт на ровном месте. Вам, как я понимаю, в этой песочнице еще играть и играть. А вы только влезли и сразу давай друг в друга песком швыряться. Глупо.

Илья растерялся. Такого ответа он не ожидал.

– И тебе ничего не показалось странным? – осторожно спросил он.

– Ну почему же, показалось. Только ваши фокусы меркнут по сравнению с той дичью, что вы тут наворотили.

– Хочешь сказать, ты не станешь бежать от меня со всех ног? – напрямик спросил Илья.

– А ты хочешь, чтобы я сбежала? – насторожилась Майя.

– Меня это до чертиков пугает, – неожиданно для себя признался Илья.

– Значит нас таких двое, – Майя уселась рядом. – Мне тоже все время кажется, что ты сбежишь. Найдешь какой-нибудь повод или просто так. Сегодня мне приснилось, что ты просто исчез. Раз – и всё, как будто тебя никогда не было. Жуткое ощущение, такая пустота внутри… Ты если в самом деле решишь уйти, предупреди заранее, ладно? Чтобы не так внезапно.

– Я не уйду, – ответил Илья.

В эту минуту он действительно в это верил.

Остаток дня прошел вполне мирно, словно и не было никакой встречи. А ночью ему приснился Демьян.

– Красиво Майя тебя сделала, согласись?

– Пошёл вон из моего сна! – заявил Илья, но гость никуда не делся.

– Ладно, не кипятись, я к тебе не просто так. В Конторе новое крупное дело намечается. Скорей всего тебя тоже дернут, а потом под шумок и про Майю расспросят. Так что ты там подумай заранее, что говорить будешь.

– Да чего думать-то, я и сейчас могу тебе сказать…

– Стоп, – Демьян мгновенно подобрался. – Мне ничего рассказывать не надо. А то, как знать, я перед тобой или кто-то другой, кто мною прикидывается? Да-да, и не надо на меня так смотреть, я знаю как минимум двоих, кто на такое способен. Официально оба мертвы, но я бы за это не поручился, так что держи рот на замке.

– А чего это ты обо мне беспокоишься? – спросил Илья, чуя подвох.

– А я не о тебе. Не только ты один с Майей связан.

Илья усмехнулся.

– Так шеф все-таки копает под тебя, – догадался он.

– Не под меня, и не шеф, и не факт, что вообще кто-то копает, но бдительность проявить нелишне. У нас в конторе, сам знаешь, любят собирать компромат.

Утром, проснувшись, Илья удивился странном сну, после чего благополучно о нем забыл.

Спустя две недели его вызвали в Контору.