- -
- 100%
- +
В общем, выглядел человек под стать голосу. Комарик, решивший, что он разукрашенный паук.
– Дорогу, примитивные лизоблюды, – вальяжно попискивал он, высоко задрав подбородок. – Пришли посмотреть на Лихория? Так пропустите его к заслуженным почестям и славе.
Люди неохотно расступились, открывая дорогу к калитке в заборе.
Понятно. Это пугало тоже на турнир прибыло…
Разглядел эмблему на груди – худой гибкий зверёк на задних лапах, держащий в руках клинок.
Ну и плевать. Пошёл в открывшуюся брешь. И так получилось, что забора достиг раньше будущего соперника.
– Посмотрите, какой сопляк, на турнир прибыл… – сказал разодетый. И обращался он явно ко мне. – А не рано тебе со взрослыми во взрослые игры играть? На что ты рассчитываешь, примитивный?
В груди проснулся жар.
Спокойно Ан. Контролируй себя.
Легко сказать… Дело даже не в смысле слов… Дело в интонациях и голосе. Разодетый откровенно и показательно издевался.
Увидел стойло для лошадей по ту сторону забора. Открыл калитку и вошёл…
– Рапиру мне в сердце… Я думал, это шутка такая, а он, правда… Хе-хе. Смотрите, примитивные, один из вас решил потягаться силами с Лихорием…
– Врежь ему парень, – послышался крик из толпы.
– Да, врежь этому фазану, – новый крик.
По скрипу калитки понял, что этот мерзавец зашёл следом.
Плевать. Не оборачивайся, Ан. Пусть говорит что хочет. Это только слова. Дела – вот что важно.
– Хотите, чтобы Лихорий показал своё искусство? Увы и ах… Здесь нет достойного соперника. Только прыщ под ногами, надевший форму солдата…
Спокойно. Это он не тебе. Да. Лучше думать так. Не хватало ещё, чтобы глаза засветились.
Хотя… Я же в землях Графа. А они с Альфой не совсем ладят… Так что, подумаешь, смертник пришёл на службу наниматься.
– Я тобой горжусь, Ан, – сказала Ами. — Не уверена, что сдержалась бы на твоём месте… А то я. А тут ты.
Закончил привязывать Конфетку и повернулся. Лихорий смотрел поверх моей головы.
– Закончил, сопляк? Вот, возьми, – он протянул мне поводья своего коня. – Привяжи вон там, ближе к краю… Клин не любит соседства с беспородными клячами.
Жара стало больше.
Спокойно, Ан. Ты встретишься с ним на турнире. Там и накажешь…
Зрители притихли в предвкушении.
Я опустил голову и пошёл туда, где сражались другие.
– Ты оглох, мелкий паршивец? – крикнул вслед этот мерзавец. – Тебе оказана честь коснуться Боевого Клина, коня самого Лихория… А ты отворачиваешься?
Плевать. Пусть говорит что хочет. Надо только пройти мимо него и сдержаться.
– Чего ещё ожидать от примитивных и их воспитания… Ты вообще знал своих родителей, сопляк? Или твоя мать подрабатывала шлюхой в борделе и понятия не имела…
Договорить у него не вышло. Как у меня не вышло сдержаться.
В два прыжка подскочил к нему, выхватил Ами и врезал по носу. Так и не понял, нарочно я лезвие плоской стороной повернул, или случайно вышло…
– Да как ты посмел?! – завизжал человек, зажимая нос рукой.
– Хо! Так, ему, фазану графскому! – закричали из толпы.
– Легко, – сказал я и снова врезал. – Вот так.
Теперь уже точно нарочно плоской стороной.
Попал по рукам.
– Мелкий невоспитанный прыщ! Бросаешь вызов Лихорию?! Лихорий ответит на него!
Он отскочил в сторону. Его конь, надо отдать ему должное, совершенно невозмутимо на нас покосился и отошёл подальше. В руке Лихория появился клинок с очень узким, но острым лезвием.
Такой же, как на гербе.
– Клянусь Татиком, ты накормишь кровью мою рапиру, – сказал Лихорий.
– Ему мало, парень. Врежь ещё! – кричали люди по ту сторону забора.
– Врезать Лихорию?! Этот прыщ напал исподтишка. Примитивно и низко. Теперь, когда я готов, у него нет шансов.
Нет шансов, говоришь? Это мы посмотрим.
Жар в груди требовал действовать.
Шаг вперёд.
– Знаете ли вы всё, что Лихорий из дома Хорновых? Да, вы не ослышались. Знаменитый дом Хорновых… Не будь вы все примитивными лизоблюдами, узнали бы герб дома на моей груди, – он выпятил грудь, демонстрируя герб толпе. На меня он совершенно не смотрел. – И надо ли упоминать, что я с детства держу рапиру в руках и ежедневно фехтую… Дважды в день. Иногда даже трижды!
Хватит. Достал!
Бросился вперёд.
И чуть не поплатился.
Призрак Лихория ушёл в сторону и нанёс резкий колющий удар. Двигался он так быстро, что еле заметил.
В сторону!
Вскрикнула какая-то девушка. Но я ушёл от удара.
Лихорий стоял напротив и улыбался.
Мразь!
– Вы какого кактуса тут устроили?! – от центра к нам хромал здоровенный бородатый мужик в рогатом шлеме вместо головного убора.
Люди за забором разочарованно загудели.
Хромал мужик, потому что вместо одной из ног у него торчал деревянный штырь.
– Позже всё решим, прыщ примитивный, – сказал Лихорий и обернулся к шагающему. – Распорядитель Григорий, я полагаю?
Теперь ты точно мой!
Бросился вперёд, намереваясь воткнуть Ами промеж лопаток.
Но отлетел в сторону и врезался в забор, спугнув людей, которые на него облокачивались.
Снова вскрикнула девушка.
– Я спросил, какого кактуса вы тут устроили?!
– Я не поняла, Ан. Как он это сделал?!
Одноногий стоял там, где раньше был я.
Действительно, как? Даже на двух ногах люди так быстро не перемещаются… И не врезаются в других людей, отшвыривая их прочь…
– Ничего, что не могли бы решить сами, – сказал Лихорий. – Примитивный…
– Здесь нет примитивных! – заорал одноногий. – Каждый, кто вошёл на мою арену – воин! И драться он может по моей команде и никак иначе! Увижу ещё раз – выгоню! Обоих! Ясно выражаюсь?!
– Кажется, дело в его деревянной ноге… Посмотри, на ней символы оранжевые… Почти как на броне Аскеллов.
– Предельно, ясно, – сказал Лихорий, скуксившись, словно, съел кислого.
Одноногий повернулся ко мне.
– Я не слышу твоего ответа, воин!
– Понятно мне всё, – сказал я, поднимаясь на ноги.
Одноногий посмотрел на меня и нахмурил брови, которые почти полностью спрятали глаза.
– Тогда жду, для регистрации! – бросил он и похромал прочь.
– Сойдёмся позже, прыщ, – едва слышно сказал Лихорий и пошёл к своему коню.
А я пошёл следом за Григорием, пытаясь утихомирить бушующий внутри пожар.
Хорошо хоть про глаза никто ничего не сказал. Наверняка же сейчас свечу ими, словно лампочками древних…
Григорий хромал к громоздкой деревянной конструкции, возвышавшейся с другой стороны арены.
Арена… Читал я в сорок шестой саге про арену далеко на востоке… И эта ничуть не походила на ту, что описывалась в Книге. Там поле для битвы устроили на дне исполинской воронки, каменные стены которой небольшими террасами убегали вверх на высоту в сотню человеческих ростов. Одинокие крики эхо превращало в гул, а единый восторг толпы, становился рокотом, от которого дрожал пол. Мне тяжело было представлять подобные масштабы…
Зато местные… Легко. Земляная площадь овальной формы, утоптанная до твёрдости каменных пород. Ряд смежных бревенчатых построек с одной стороны, и деревянный забор по пояс с другой. Навес с кучей лавок под ним, стоявший у построек. Люди, на этих лавках. Сооружение с башней в два меня высотой и двумя трибунами по обе стороны от неё.
Всё.
А нет, ещё поединщики в центре площади.
Их, кстати, осталось всего двое. Оба странные. У одного к рукам и ногам, поверх одежды крепились металлические стержни, сходившиеся на спине в контейнер размером с мой рюкзак. Второй… Второй лысеющий, загорелый босоногий старик в лохмотьях.
Стояли они на расстоянии пяти шагов друг от друга, но человек со стержнями замахнулся и нанёс удар. Казалось бы, глупо, но нет… Стержень на руке удлинился, посылая металлический кулак, которым заканчивался, в сторону старика. Но тот легко подпрыгнул на высоту своего роста, перекувыркнулся в воздухе, сократил дистанцию и ударил в ответ. Ладонью. Второй механический стержень отделился от руки и перехватил удар.
– Всё, хватит, на кактус вас посади, – прервал бойцов Григорий. – Убедили. Беру обоих. Шагайте к остальным.
Поединщики улыбнулись и пошли в тень навеса с лавочками, где сидело человек тридцать. Понятно… Будущие соперники.
Григорий шагал прямо, направляясь к башне на противоположном конце «овала», а я присмотрелся к людям.
Странные. Все.
Некто с ног до головы закованный в металлические доспехи, покрытые синими символами… Девушка с очень длинными волосами…
Мой взгляд пересёкся с другим. Человек в форме солдата Альфы смотрел, не отрываясь.
И чего ему надо… Форму знакомую увидел?
Или понял, что я гный?
Даже если и понял, открыто не нападёт, так что плевать на него.
Приблизившись к башне, увидел, что на вершине под навесом стоят несколько мягких кресел.
Понятно. Места для знатных зрителей.
Григорий подошёл к столу, который стоял в тени от башни, уселся за него, повернулся ко мне и окинул цепким оценивающим взглядом.
– В гвардию хочешь, да… – сказал, а не спросил он. – Уверен? И на турнире убить могут, а дальше хуже.
– Уверен. Правил только не знаю.
Распорядитель усмехнулся.
– Правила… – пробормотал он и поиграл рукой с бумагами, лежавшими на столе. – Смертник говорит о правилах…
Вздрогнул от этих слов. Но Григорий произнёс их совершенно будничным тоном.
– Побеждай соперников! Вот тебе главное правило! Два финалиста попадают в гвардию баронов и становятся молодыми Стеблями. Остальные… Остальные уходят. Если могут…
– Если ты кого-нибудь убьёшь мной, то мне должно хватить энергии на сюрприз, о котором говорила, – вставила Ами.
– Но сначала – отбор на участие… – пальцы Григория всё ещё перебирали стопки бумаг. Он помолчал, прежде чем продолжить, – Иди-ка ты против Огарда. Да… Выстоишь хоть раунд – возьму.
Я только кивнул.
Распорядитель повернулся к лавкам с людьми под навесом.
– Эй, Огард!
Некоторые бойцы вели беседу, другие сидели молча, но на зов никто не повернулся.
– Огард, на кактус тебя посади! Тебе в уши нассали?!
Вот теперь отклик был.
В нашу сторону повернулась большая лысая голова. Ну и урод. Череп неправильной формы, да и лицо… Голову будущего соперника хаотично покрывали бугры шишек, делая его похожим на мутанта. В глуповатой ухмылке сверкали слишком острые зубы, а кустистые брови и черты лица чем-то напоминали Дикого… Возможно, полукровка.
– На тебе этот мелкий. Оружие учебное. Слышишь меня, смертник? Учебное, значит, деревянное! Вон там на стойке возьмёшь.
Глуповатая ухмылка Огарда стала шире.
А потом он встал…
Воин его порази, это же сколько упражняться надо, чтобы таким стать?! Мышцы вздувались под кожей, словно вулканы, готовые к извержению. Я и понятия раньше не имел, что у людей столько мышц…
– Вон там. Стойка. На ней оружие. Бери и выходи, – повторил распорядитель, показывая пальцем в направлении лавок.
Посмотрел.
С торца навеса действительно стояла длинная стойка, пестрившая, наверное, всеми разновидностями оружия, придуманными человеком.
Пока шёл, чувствовал изучающие взгляды, направленные на меня.
– Ты же не оставишь меня одну? – спросила Ами.
– Сказали деревянное оружие… – пробормотал я, едва разжимая губы.
– Ты можешь не вынимать меня из ножен.
– Не уверен, что выйдет…
– Так постарайся, Анатор!
– Я не могу с тобой разговаривать при всех. Обещаю, что ненадолго.
– Я буду кричать, ты меня знаешь!
– Отвлечёшь, и меня прихлопнут. Окажешься в чужих немытых руках.
Это подействовало, Ами замолчала.
Когда подошёл к стойке, Огард уже выбрал оружие. К моему удивлению, это оказалась не тяжёлая дубина, а обычный деревянный меч, который смотрелся в его лапе немного нелепо.
Проходя мимо, Огард слегка кивнул мне. А потом накрыл своей тенью.
Выстоишь хоть раунд…
Пф. Делов-то. Наверняка у такой горы мышц плохо со скоростью. Мне даже нападать не надо, стой себе, избегай атаки…
Стоп! А не в этом ли испытание? Распорядитель знает, что я смертник. Настоящий смертник не может не напасть… А смогу ли я? Я ведь почти смертник.
Вот сейчас и узнаем.
Отстегнул Ами с пояса и поставил на стойку.
– Постарайся, чтобы тебя не прихлопнули, Анатор, – дала она напутствия перед боем.
Взял один из деревянных мечей и пошёл к сопернику. Рукоять сидела в ладони совсем неудобно. А ещё скользила. И это я пока не вспотел… К тому же меч был раза в полтора тяжелее Ами. При меньших размерах.
Так себе, в общем, оружие.
Хорошо, что не придётся им махать.
Наверное.
Здоровенный урод обернулся и ждал меня. Совершенно обыденно. Словно каждый день так делал. Хотя, наверное, и делал…
Интересно, сколько длится этот раунд… Может, стоило спросить?
– Скрестить мечи с тобой – честь для меня, – сказал урод и слегка склонил голову.
А потом встал в стойку.
– Спасибо, если что, – сказал я, растерявшись от таких фраз.
И тоже встал в стойку.
Ну. Полудикий красавчик. Нападай. Мне не надо. Я подожду.
Он напал.
Да как напал! Плохо со скоростью… Ха! Деревянный меч атаковал чуть ли не со всех сторон.
В сторону! Присесть! Перекат! Встать! Отступить! Ещё! Ещё! Снова! В сторону!
Призрак лишь ненамного опережал движения хозяина тела, и мне с трудом хватало реакции для уклонения. Чужой меч рассекал воздух. И это сопровождалось таким гулом, что стало понятно – больше одного попадания ему не понадобится.
Может, зря я не активировал осознанное предсказание? Знал бы чего ожидать…
Вжух!
Чужой меч пролетел над головой, слегка задев мои волосы.
Ах ты ж тварь! Ну, получай!
Со всей силы врезал деревяшкой сопернику в колено.
Раздался глухой стук, оружие отскочило.
Воин его разорви! Да тут не меч нужен, а топор! Чтобы эти колонны срубить.
Или Ами, с её остротой.
Грудь наполнил жар.
Нет, Ан. Спокойно. Это не враг. Это соперник.
Значит, буду бить, чем имею. Пока не срублю.
Отскочил в сторону и нарастил дистанцию.
Но уродец был тут как тут и снова махал своей деревяшкой, вынуждая уклоняться. И я уклонялся. А ещё бил сам. Примерно в одну точку в области колена. И плевать на пот, заливающий глаза… Плевать, что не вижу результата… Я срублю эти колонны, чего бы мне это ни стоило.
И я рубил.
Внезапно Огард прекратил замах и опустил своё оружие.
Ему же хуже.
Вперёд!
Но стоило сделать шаг, как отлетел в сторону и прокатился по земле.
На моём месте стоял Григорий.
Толкнул! Снова!
Жар полыхал…
Где моя Ами?! Сейчас покажу ему, как толкаться!
Катаны на поясе не оказалось…
Ну и плевать. Буду бить этой деревяшкой.
Нет! Стоп! Спокойно, Ан! Это распорядитель! Не враг! И даже не соперник!
Сквозь волны жара стал пробиваться голос Григория:
– …в уши нассали?! Здесь моё слово – закон! Если я говорю, что бой закончен, значит, он закончен. Всё ясно?!
Да. Это распорядитель. Мне надо участвовать в турнире, чтобы попасть в замок. Значит, нельзя его бить.
Как бы ни хотелось…
А за спиной распорядителя стоял Лихорий с мерзкой усмешкой на лице…
Если сдержусь сейчас, то получу возможность законно его избить…
Я улыбнулся этой мысли.
– Не слышу ответа! Всё ясно?!
– Да понятно мне, – проворчал я поднимаясь.
На Лихория старался не смотреть. Чтобы не набросится.
– Имя или прозвище? – потребовал Григорий.
– Анатор.
– Анатор? Это всё?
– Да.
– Слабо. Будешь… Будешь… Будешь Смертник. И класть я хотел на самом деле ты гный или нет. Глаза светятся как у смертника, значит, будешь Смертником.
Одноногий развернулся и пошёл обратно к своему столу.
Лихорий улыбнулся, подмигнул, провёл пальцем по горлу и пошёл следом.
Мразь.
– Ты хороший боец, Анатор, – раздался рядом густой бас. – Я Огард.
Уродец протягивал мне свою лапу.
Я посмотрел на руку. Посмотрел на её владельца. И пожал. Сейчас гены смертника на громилу не реагировали. Возможно, потому, что сражался не с ним целиком, а с его ногой… Да и ту победить не смог.
– Ты ловкий и быстрый. Но ты должен много тренироваться, чтобы удары стали ударами, – сказал громила. – Бьёшь неточно. Нужна хлёсткость и резкость. Мало практики, да?
– Эмм… – промямлил я.
Ему то какое дело до моей практики?
Огард выпустил мою руку и повернулся к навесу с остальными бойцами.
– Ничего, если попадёшь к баронам, быстро научишься. Говорят, у них там чёрный Аскелл за мастера…
– Ага, – только и сказал я, шагая следом за громилой.
Как бы там ни было, первая часть плана позади. Я попал на турнир.
Теперь надо стать одним из двух победителей.
Глава 6
На лавках мы просидели до самого вечера. Периодически приходили новые кандидаты, которым одноногий Григорий устраивал испытания боем. Хоть какое-то развлечение. Часть эти испытания проходила и присоединялась к нам на лавках, часть проваливала и удалялась.
Кстати, Лихория никто не испытывал. По крайней мере, на моих глазах… Может быть, это происходило, пока дрался с Огардом… Подобное мне не нравилось. На свежую голову стал склоняться к мысли, что он специально задирается, выставляя себя заносчивым мерзавцем. Слишком выверенным и быстрым был тот удар, который он нанёс. Если бы не предвестие… Я бы умер. Так что, вполне возможно, он просто избавляется от конкурентов заранее…
А раз так – нельзя его недооценивать.
Огард всё время сидел рядом и комментировал каждое редкое сражение. И каждый раз он с ходу определял плюсы-минусы соперников, анализировал, рассуждал и предполагал чужую стратегию. И никогда не ошибался в предсказании итога. Всё это не очень вязалось с внешностью страхолюдного увальня.
– Он бы мог многому научить тебя, Анатор, – сказала Ами, после очередных комментариев гиганта.
Разумеется, я забрал её со стойки и положил рядом.
С остальными соперниками не разговаривал. И с Огардом бы не общался, но он сам подсел. Какой смысл… Завтра придётся с ними драться. Некоторые это понимали и сидели обособлено, излучая ауру силы и уверенности в себе. Например, тот гладковыбритый мужчина в форме Альфы, который продолжал на меня таращиться. Другие переговаривались, как, например двое с металлическими коробами на спинах, один из которых дрался с босоногим стариком.
А сам старик спал, растянувшись на лавке и не обращая ни на что внимание.
Лихорий так и вовсе ушёл к своему белоснежному коню на другой конец арены. Чему я был только рад.
– Ну вот и закончили… – сказал Григорий в конце дня, встав напротив лавок. – Или начали… Это с какой стороны подойти. Теперь вы – кандидаты. Никаких драк без моей команды. В остальном – отдыхайте. Пока можете. Казарма за вашими спинами, заходите, селитесь. Класть я хотел, как вы там жить будете. Главное, чтоб без драк. Всё ясно?
– Нет, – сказал Огард. – Неясно, когда кормить будут.
Со всех сторон послышался одобрительный гул. Да я и сам был согласен.
– И лошадей, куда деть… – крикнул ещё кто-то.
– А бабы будут? – новый голос.
– Заткнулись, все, на кактус вас посади! – заорал Григорий.
Гул сразу стих.
– Бабы будут, – сказал распорядитель. – Но завтра. Лошадей, позже уведут в конюшню. Кто жив останется, там заберёте. Вещи только снимите. Кормить… Это вон туда, – он указал на один из домов за башней с трибунами для гостей. – Как расселитесь – идите, жрите. Завтра делайте что хотите, но только друг с другом не деритесь. Раньше времени… И местных не задирайте. Хотя они у нас тут кроткие, бароны научили уму-разуму… А послезавтра начнём… Для кого-то и закончим. Всё, пошли прочь с глаз моих.
И мы пошли. Все, дружно.
Казарма – длинное бревенчатое здание, разделённое на бревенчатые секции. Внутри слегка воняло затхлостью. Длинный коридор с отдельными комнатами без дверей, оплывшие огарки свечей в светильниках на стенах и грязь на полу. Много грязи. Интересно, когда здесь в последний раз убирались.
Зашёл в одну из комнат. Запах затхлости стал сильнее, во рту появился кислый привкус.
Видимо, тогда же, когда и жили.
Три деревянных кровати возле трёх деревянных стен и одно окно напротив входа. Всё. Даже свечей нет. Спасибо хоть матрасы на кроватях лежат. Надеюсь, в них никто не живёт.
Подошёл к окну.
За ним задний двор, зажатый между стен построек, а на нём несколько деревянных фигур людей.
Понятно. Для тренировок. Можно подумать, кому-то в здравом уме приспичит тренироваться перед боем.
– Как всегда, – раздался сзади голос Огарда.
Обернулся. Громила зашёл следом и смотрел на кровать у правой стены.
Похоже, он мне в друзья набивается.
Огард вздохнул, подошёл, схватился за деревянный борт кровати и с треском его отломал.
– Надеюсь, нам не придётся с ним сражаться на турнире… – прокомментировала Ами.
– Чтобы ноги не упирались, – пояснил Огард свои действия. – Никогда никто не думает о тех, кто чуть крупнее…
Чуть крупнее…
Ага. Совсем чуть. Ему бы ещё в ширину кровать нарастить, чтобы плечи не свисали. Или грудная клетка… Если набок ляжет.
Словно в ответ на мои слова, Огард слегка отодвинул койку от стены.
Я сел на свою кровать. Ту, что под окном.
Мягко… Не знаю, чем набит матрас, но определённо не соломой.
Последним соседом по комнате стал тот самый загорелый босоногий старик в обносках.
– Есть пойдём? – спросил Огард, когда старик занял свободную койку. – Есть надо много… Организму требуется энергия, чтобы работать. Завтра неплохо бы потренироваться, а нас голодом морят.
Потренироваться? Вот и нашёлся человек не в своём уме…
Старик хихикнул.
– Молодые… – сказал он без злобы. – Внутри тела есть все, что нужно для развития.
Его губы растянулись в улыбку, наплодив целую армию морщин.
– Если не есть, не будет развития. Тело состоит из микроэлементов, которые нужно получать извне, – возразил Огард.
– А кто говорит о развитии тела? Сила приходит не снаружи… Она внутри.
Старик подогнул под себя ноги, выпрямил спину и закрыл глаза.
– Кажется, ему есть не надо… – заметила Ами. – Странные у тебя соседи, Анатор. Оба.
В этом здании все странные. Я в том числе.
– Сила, она всегда сила. Что снаружи, что внутри, – пробормотал Огард и перевёл взгляд на меня. – А ты идёшь есть?
– Иду.
Не знаю, о чём там говорил старик, да и знать не хочу. Еда – это еда. Когда её нет мне плохо. Это всё, что нужно понимать.
А сейчас еды не было уже давненько.
Но сначала дела…
– Как вещи от стойла перенесу, так и иду, – сказал я.
– Я помогу, чтобы быстрее… – сказал Огард.
Это несколько насторожило. Но отказываться не стал. Что-то в этом громиле располагало к себе. Даже стыдно стало, что его уродом называл. Да, не красавец, но… Не знаю, что, «но», но уродом звать его больше не буду.
Если не заслужит…
– Не нравится он мне… – сказала Ами.
Что ж, её понять можно. Ей всегда все не нравятся.
Конфетка обрадовалась моему появлению и тряхнула головой… Воды в поилке было вдоволь, но ни сена, ни травы… всю траву на площади вытоптали давным-давно.
Неподалёку возились пацаны. Одни отвязывали разгруженных лошадей, другие уводили их за одно из бревенчатых зданий.
Видимо, в конюшню.
Значит, и о Конфетке скоро позаботятся.
Надо только сумки снять.
– Из Альфы, значит… – сказал Огард, кивнув на оружие, когда мы сняли все сумки. – А зачем на турнир пришёл? У Альфы плохо живётся?
– Плохо. Мрази они все.
– В их поступках мало чести… – громила взвалил на спину большую часть поклажи и пошёл. – Поэтому я рад, что ты их покинул.
Посеменил следом.
Мало чести… Да они там и слов-то таких не знают.
Этот здоровяк нравился мне всё больше и больше.
– А ты зачем пришёл на турнир? – спросил я.
– Чтобы сильнее стать. Я же говорил… По слухам, Стеблей обучает чёрный Аскелл. Хочу к нему.
– Почему только по слухам? Это такая секретная информация?
Он остановился и обернулся.
– Это замок баронов Стеблевых, – сказал он так, словно это всё объясняло.
– Знаю.
Он повернулся и пошагал дальше.
Понятно. Видимо, более информативного ответа мне не дождаться.
А вообще, сам Татик послал мне это знакомство. Вот у кого можно расспросить все подробности о предстоящем турнире.
Старик сидел в комнате в той же позе. Он даже не шелохнулся, когда мы скинули груз на мою кровать и вышли. Было немного не по себе оттого, что оставлял вещи вот так вот, без присмотра. Но не носить же всё на себе…