- -
- 100%
- +
© Текст. Рина Рид, 2023
© Иллюстрации. Визуальная новелла My Way stories, 2023
© Оформление. ООО «Издательство АСТ», 2024
* * *Пролог
У всех идеальных миров одна и та же проблема – их населяют всё те же неидеальные люди.
В бытность студентом, мне посчастливилось посетить лекцию одного антрополога, страстного поклонника психоанализа, в Беркли. В тот день он процитировал своего современника Фромма: «Человек одержим одной лишь страстью – жаждой разрушить либо себя, либо других людей». Я тут же переписал цитату в блокнот.
Не поднимая руки, я громко спросил его, как, в таком случае, нам построить совершенное общество. После того как он дал ответ, я быстро собрал свои вещи и покинул аудиторию.
Я думал об этом всю дорогу: когда зашёл в кофейню и едва не ввязался в драку из-за того, что какой-то парень пролил на меня свой капучино; когда недосчитался сдачи, выйдя из такси, и, наконец, когда в самолете взглянул на пустующее соседнее кресло, которое должна была занять девушка, что продегустировала все виды алкоголя перед посадкой.
Тогда я достал из сумки блокнот и прямо под цитатой Фромма написал: «Никак».
Только спустя годы, обнаружив эти пометки, я решил: нет ничего более совершенного, чем порок.
А. Льюис «Мозг и animus injuriandi».
Глава 1.Солнце и полумесяц
Лёжа ничком на траве, я вдыхала удушливый запах сырой земли. Казалось, голова налита свинцом. Я попыталась подняться, но тут же снова рухнула наземь. Стараясь не тревожить болевшую голову, я осторожно перевернулась на спину и стала жадно хватать ртом свежий воздух. На меня сверху вниз смотрело хмурое и тревожное небо. Смотрело надменно, будто прищурившись, как бы спрашивая: «Эй, что ты тут забыла?» Я и сама не могла вспомнить, почему я здесь, посреди леса, лежу в густой траве, одетая в короткое платье и тонкую вельветовую куртку. Не очень-то подходящий наряд для…
На этом мысли оборвались. Для чего? Я никак не могла вспомнить.
Атмосфера в лесу угнетала. Эта боль в голове сводила меня с ума! Но если я и дальше буду лежать, то так ничего и не узнаю…
Поразмыслив, я решила, что стоит ещё немного полежать, чтобы успокоиться. Закрыв глаза, я попыталась выровнять дыхание и сердечный ритм. Пульсирующая боль в голове стала медленно отступать. И вдруг звенящую тишину леса прервал новый звук: в нескольких метрах от меня хрустнула сухая ветка. Я резко вскочила и настороженно огляделась. Резкая боль снова пронзила голову, и от этого приступа я слегка покачнулась, но удержалась на ногах. Прижав пальцы к вискам, я стала быстрыми круговыми движениями растирать их – совершенно интуитивно, на автомате. На удивление, вскоре боль вновь утихла, и я зашагала вперёд, пошатываясь и стараясь не тревожить голову лишними движениями. Но надолго моих сил не хватило.
Я забралась в ближайшие кусты и притаилась, напряженно осматриваясь. Никого. Рядом не было ни единой живой души. Я облегчённо выдохнула и внимательно осмотрела себя с ног до головы: пыталась понять, кто я и как здесь оказалась. Единственной любопытной деталью была небольшая татуировка на запястье. Её тонкие линии соединялись в причудливую композицию из полумесяца и солнца с пятью лучами. Я мельком подумала о том, какими ухоженными и нежными выглядят руки. Ногти средней длины миндалевидной формы со свежим маникюром – ему едва ли было больше недели – подчеркивали изящество тонких пальцев. Но это ничего не прояснило, и я прекратила все попытки вспомнить, как оказалась здесь: каждая из них отзывалась лишь новым приступом головной боли.
Я вновь огляделась и увидела узкую извилистую тропу. Кажется, мне действительно ничего не угрожало, и я, отряхнув одежду, побрела дальше.
Дорога привела меня на другую зелёную поляну: лес становился всё более густым, а воздух стал насыщеннее, и от этого у меня неожиданно заныли лёгкие. Будто бы сам лес желал избавиться от меня поскорее. Я была бы совсем не против оказаться в безопасности и, желательно, среди людей, а не иссушённых деревьев. По-прежнему гнетущая атмосфера раскрылась для меня по-новому, когда я прислушалась и поняла, что лес не был наполнен никакими другими звуками, кроме моего учащенного дыхания. Ни пения птиц, ни треска прогибающихся под собственным весом веток вековых деревьев – всего того, что встречается обычно в лесу, который живёт своей жизнью, – ничего этого не было. Жизнь здесь словно замерла. И тогда я решила: это всё сон… Это не может быть правдой.
Как раз в эту секунду из глубины леса раздались приглушённые мужские голоса.
– Напомни мне не брать тебя с собой в лес, Франклин. Если бы ты вёл себя тише, девушка бы от нас не сбежала!
Не осталось сомнений: они шли за мной. Сорвавшись с места, я побежала куда глаза глядят. Пусть даже это был сон, я не хотела знать, что будет, когда они меня найдут. Трава была скользкой, а мои лёгкие ботинки точно не были готовы к пробежке. Я осторожничала, хотя и не имела права делать это. Сзади слышался шум – преследователи не отставали. Один из них крикнул:
– Стой!
В голове мелькнула шальная мысль: «А вдруг они хотят помочь мне?» Но я тут же отмела её. Риск был неоправданным… Я обернулась, чтобы одним глазком взглянуть на преследователя. Это был высокий широкоплечий юноша, который двигался на большой скорости, но ему тяжело давались манёвры: он с трудом огибал деревья. Хотя я лишь мельком успела взглянуть на его лицо, оно не показалось мне дружелюбным. Нужно было что-то делать, и быстро!
Я сильно рисковала, когда на бегу немного нагнулась, чтобы поднять с земли небольшой, но достаточно острый камень. Обернувшись, я, почти не прицеливаясь, бросила его прямо в своего преследователя. Снаряд угодил ему прямо в живот и, хотя не причинил ему боли, но всё же сбил дыхание. Я понеслась вперёд, по звуку шагов поняв, что преследователь немного отстал и сбился с ритма. Послышалось его рычание:
– Ах ты… дрянь! Остановись… не то… уф-ф… хуже будет!
У меня не было намерений выяснять, что может быть хуже, чем когда тебя в пустом и незнакомом лесу преследует здоровенный мужик, и я побежала дальше. У меня в запасе оставался ещё один манёвр.
На полной скорости я свернула в ближайшие кусты. Противнику, явно уступавшему мне в ловкости, пришлось сбавить скорость, чтобы повторить за мной. Я выиграла несколько секунд и поняла, что это верная тактика, а потому вновь свернула там, где, как мне показалось, когда-то была тропинка. Затем я сделала это ещё раз и ещё… Вскоре противник потерял меня из виду, поэтому я перешла на шаг. Впереди забрезжил свет. Я догадалась, что лес заканчивается, и с облегчением выдохнула… Наконец-то!
Однако радость моя была недолгой. Впереди меня ждала только блестящая водная гладь, а я как раз не могла вспомнить, умею ли плавать. Солнце уже клонилось к закату, разливая алую краску по всему горизонту. Зрелище было одновременно эффектным и пугающим, и холодок побежал по спине, когда я поняла, что скоро ночь отберёт у меня возможность сбежать отсюда. Лихорадочно размышляя о том, как избавиться от преследователя, я металась по берегу из стороны в сторону.
Вдруг сзади раздались шаги. Я обернулась, чтобы взглянуть в глаза своему преследователю. Юноша, хищно ухмыляясь, медленно приближался. Он знал, что загнал меня в ловушку, и наслаждался моей беспомощностью со странным огоньком в глазах. Я попятилась, не сводя с него испуганного взгляда, до тех пор, пока не почувствовала, как намокли ноги.
– Отвяжись, или я прыгну в воду!
Он не останавливался. Я повернулась лицом к воде и смело шагнула вперёд.
– Эй, стой! Куда ты, ненормальная?
Игнорируя преследователя, я продолжала медленно идти, заходя всё глубже… Вдруг раздался другой голос – вкрадчивый и немного насмешливый.
– Я бы не советовал… Кто знает, кто там водится. Может, акулы? Или, что вероятнее, целый набор неприятных заболеваний. В любом случае, оно того не стоит, милая леди.
Повернувшись, я увидела небольшую группу людей, стоящих на берегу. Все они держали в руках оружие: в основном тяжёлые луки. Среди них был и мой широкоплечий преследователь, который теперь держался чуть поодаль и нетерпеливо ковырял носком ботинка золотой песок. Но один подошёл ближе всех и почти касался ногами стоячей воды. Он был немногим выше моего преследователя, поджарый и статный. Каштановые волосы были зачёсаны вправо, и пряди в закатном солнце отливали золотом. Притягательная внешность и дразнящая улыбка в любое другое время могли бы растопить моё сердце, но сегодня я предпочла усомниться в его намерениях.
– Не бойся, я не причиню тебе вреда, милая. Ну же, выходи из воды.
Я покачала головой, не желая поддаваться ему. Он лишь мягко улыбнулся и через плечо бросил:
– Парни, опустите оружие и отойдите. Вы пугаете девушку!
Спутники немедленно подчинились. Он медленно приблизился, не боясь промочить обувь, и галантно подал мне руку. Я с сомнением приняла её. Он помог мне выбраться на берег. От одной только мысли, что я окружена мужчинами, держащими в руках оружие, дрожь пробежала по телу. Мужчина, всё ещё державший меня за руку, расценил это по-своему.
– Ты замёрзла…
Он быстро стянул с себя гладкую коричневую кожаную куртку и, не позволив мне сопротивляться, накинул на плечи. Юноша, преследовавший меня в лесу, закатил глаза. Когда мне вновь подали руку, я решительно отвергла её.
– Я умею ходить.
– Что ж… Ладно.
За спиной мужчины тихо посмеивались его спутники, но он, казалось, не обратил на это внимания.
– Как тебя зовут?
Я открыла было рот, чтобы ответить, когда вдруг поняла, что… я не знала. Я не могла назвать своё имя, потому что не помнила его, как и то, почему оказалась здесь, посреди леса, в столь поздний час. Первое, о чём я подумала, когда пришла в себя, было «почему я здесь», но прежде нужно было спросить себя, а кто я вообще такая. Пришлось незаметно ущипнуть себя за руку, чтобы осознать: я не во сне.
Пауза затягивалась. Мне не хотелось признаваться в том, что я не помню ничего о себе. Застигнутая врасплох, я попыталась выиграть хоть немного времени.
– А тебе какое дело?
– Люблю знакомиться с красивыми девушками.
– Не думаю, что преследование – это хороший способ познакомиться.
– А я думал, что девушки любят, когда за ними бегают!
Я насупилась, но он не унимался и продолжал смотреть вопросительно. К счастью, неожиданно на ум пришло одно имя.
– Обри… Меня зовут Обри.
– Одри?
– Обри, – повторила я, игнорируя желание продиктовать по буквам.
– Красивое имя… Под стать его обладательнице.
Он ещё несколько раз тихо произнёс моё имя, словно пробуя его на вкус, и только потом сообразил, что не представился сам.
– Меня зовут Чарльз. А это мои ребята. Мы поддерживаем тут порядок.
Он указал на присутствующих, и я наконец сосчитала: их было пятеро. Все, как на подбор, крепкие и атлетичные. Чарльз, заметив мой недовольный взгляд, направленный на преследователя, улыбнулся…
– С Франклином ты уже знакома.
– Доставила мне хлопот! – рыкнул пресловутый Франклин.
– Ты меня напугал! – воскликнула я.
Франклин смотрел на меня с превосходством. Мои слова обрадовали его. Словно он наслаждался тем, что поиграл со мной в кошки-мышки.
– Где мы находимся?
– Неужели ты не узнаешь Нью-Йорк, красотка? Хотя… Я понимаю, этот остров видел далеко не каждый. Не переживай, очень скоро этот остров станет для тебя родным домом, и ты изучишь каждое дерево в этом лесу. Но сперва, Обри, тебе нужно завести правильных друзей, – сказал широкоплечий.
– Например, тебя?
– О, я польщён твоим предложением. Но не только я управляю этим островом… и всем этим миром. Все мы… – он показал рукой на своих спутников, – стараемся охранять живущих здесь людей от тех, кто может им навредить.
– О ком ты говоришь? – удивилась я.
– О тех отбросах, которые хотят от нас избавиться, – Франклин шагнул вперёд и сморщил нос, будто почувствовал дурной запах.
– Франклин… Это грубо. В мире всегда должен быть баланс между добром и злом. Правда, Обри? – тут же осадил его Чарльз.
Я пожала плечами, чувствуя, как невольно проникаюсь к Чарльзу доверием. В нём было нечто дурманящее и загадочное. Он слегка наклонился ко мне и заговорил тише:
– Вот что я тебе скажу: ты можешь стать одной из нас. Мы будем заботиться о тебе. С нами ты…
Он осекся на полуслове. Я повернула голову в сторону леса и увидела мужчину, спешащего к нам. Он кивнул Чарльзу, но подошёл к Франклину, чтобы что-то шепнуть ему на ухо. Тот удивлённо вскинул брови, и на лице его отразилась неприятная ухмылочка, от которой у меня засосало под ложечкой.
– Придётся отложить разговор, Чарльз. У нас особенная гостья, – он вальяжной походкой приблизился к Чарльзу и подмигнул ему.
– Звучит многообещающе! Дорогая Обри, кажется, ты попала в самую гущу событий, – улыбнулся Чарльз.
– Мы возьмём её с собой? – игнорируя меня, сказал Франклин.
– Конечно, Франклин. Позволишь, Обри? – уверенно произнёс Чарльз.
Он подал мне руку, и на этот раз я приняла её с большей охотой. Внезапное появление незнакомки, кем бы она ни была, показалось мне удачей. Сладкие речи Чарльза могли бы растопить лёд в моем сердце и повлиять на трезвость моих суждений о нем и о том, что здесь происходит. Пока что я рассудила так: на одном из островов Нью-Йорка, название которого мне так и не сообщили, орудовала странная банда, которая теперь желала видеть меня в своих рядах. Довольно странно было осознать, что мне известно: Нью-Йорк – это крупнейший американский город, и находится он в одноимённом штате, расположенном на северо-востоке страны. Но что по-прежнему было неведомо, так это собственное, настоящее, имя.
Я шла в середине небольшой цепочки людей. Франклин замыкал процессию. По левую руку шёл Чарльз. Он аккуратно придерживал меня под локоть и без стеснения разглядывал. Казалось, я интересую его больше, чем то, ради чего мы возвращались в лес. Чарльз сканировал меня взглядом с ног до головы, уделяя особое внимание наряду.
– Стильная одёжка, но не очень практично, ты не находишь? – спросил он.
– Почему это?
– Неужели ты ещё не поняла, куда попала?
– Намекаешь на то, что мне сложно будет щеголять в этом наряде по лесу?
– Лес – это меньшее из зол.
По его тону я так и не смогла понять, шутил он или говорил серьёзно.
– Может, объяснишь уже, что тут происходит? Ты ведёшь себя странно.
– Пока что тебе нужно знать лишь то, что я тебе не враг. Когда доберёмся до безопасного места, я всё тебе объясню.
– А здесь нам что угрожает? Зловещая тишина?
Чарльз мой сарказм не оценил. Он лишь смерил меня суровым взглядом.
– Поверь, всё не так просто, как кажется на первый взгляд.
Мы наконец дошли до места назначения. Первая часть колонны расступилась, пропуская Чарльза вперёд, и я проскочила за ним, ловя на себе любопытные взгляды спутников Чарльза, которых он так и не потрудился представить. На поляне нас ожидали ещё трое парней из компании Чарльза. Двое из них держали за руки темноволосую девушку, чьи волосы были закреплены в высокий, туго перетянутый резинкой хвост. По её костюму из грубой кожи я сразу поняла, что она не принадлежит к кругу друзей Чарльза. Догадка подтвердилась, когда он, едва взглянув на неё, ехидно улыбнулся.
– Здравствуй, милая Герта. Вот ты и попалась!
Он подошёл ближе и дотронулся рукой до щеки Герты. Девушка плюнула ему под ноги.
– Пошёл к черту, Чарльз! Убей меня, и покончим с этим!
– Убить тебя? – он рассмеялся и повернул голову ко мне. – Как думаешь, стоит?
Но его вопрос был встречен молчанием. Голова у меня снова заболела. Чарльз продолжал настаивать:
– Смелее, Обри. Я просто хочу понять, как ты мыслишь.
Мы с пленницей обменялись взглядами: мой был любопытным, её – полным ненависти и презрения. Даже стоя на коленях перед толпой вооружённых людей, она выглядела куда опаснее их всех. Казалось, что сейчас её налитые гневом глаза разожгут пламя, от которого нам не спастись. Я с трудом отвела взгляд.
– Я даже не знаю, что она вам сделала!
Франклин сжал руки в кулаки.
– Она шпионила за нами! И из-за неё погибла моя сестра!
– Франклин говорит правду. Она мятежница. Такие, как она… они пытаются бороться с установленными порядками, считая, что могут управлять миром лучше. Но на самом деле они лишь кучка бандитов, которые размахивают оружием и безжалостно избавляются ото всех, кто стоит на их пути.
– Какая ирония, Чарльз, что именно ты говоришь об этом, – оскалилась девушка.
На скулах Чарльза заиграли желваки, и он подал мужчинам знак. Они поставили девушку на колени передо мной. Тугие верёвки, стягивающие её руки за спиной, были ничтожны в сравнении с той ненавистью, которой она пронзила меня, едва я оказалась рядом.
– Давай, Обри… Что нам следует с ней сделать?
Я почувствовала, как сам лес давит на меня. Чарльз смотрел на меня с любопытством, будто пытаясь предугадать, хватит ли мне смелости предложить что-то неожиданное. Но уж что я точно не собиралась делать, так это решать судьбу незнакомого мне человека.
– Ты что-то говорил про баланс. Добро и зло – это все относительно, верно? Я хочу узнать и её точку зрения.
Гнев на лице девушки сменился удивлением. Чарльз молча вскинул бровь. Он не выглядел разочарованным.
– Ну, думаю, она расскажет тебе свою историю. Если успеет… Франклин, забирай Герту и веди её в камеру. Я сам с ней… поболтаю.
– Думаешь, всё так просто, Чарльз?
Герта скривилась. Чарльз бросился к ней, грубо схватил за воротник куртки и рывком поднял с земли. Они не смотрели друг на друга, а боролись взглядами. Казалось, ещё мгновение, – и Чарльз перережет ей горло прямо на этой симпатичной полянке, окропив её кровью изумрудную траву. Но в эту секунду над его ухом просвистел метательный нож. Он вонзился прямо в ствол дерева позади Франклина, и тот стал нервно оглядываться по сторонам. Засуетились и остальные: один даже повалился на землю, испуганными глазами ища противника.
Я машинально пригнулась и шагнула за спину одного из приятелей Чарльза. Сам он развёл руки в стороны и с ухмылкой выкрикнул:
– А я уже начал волноваться. Думал, ты не придёшь за своей подружкой, Дэниел!
Едва он закончил предложение, как из леса появились люди. Их было не больше трёх человек. Слишком мало, чтобы одержать верх над превосходящим по числу противником.
– Что происходит?
Мой вопрос повис в воздухе. Безоружный Чарльз бросился к Франклину, чтобы забрать свой лук… Но дорогу ему преградил высокий крепкий мужчина. Они сошлись в мощном кулачном бою. Краем глаза я заметила Герту, повалившую наземь противника. Все они были так увлечены друг другом, что не замечали меня. Даже парень, за спиной которого я притаилась, бросился на помощь Чарльзу, напрочь забыв обо мне.
Я легла на землю и медленно поползла вперёд, глядя по сторонам. Противники вокруг сцепились в яростной схватке. Мужчина, что боролся с Чарльзом, одним ловким движением бросил Герте кобуру с ножами, и она на лету поймала её. Не успела я восхититься этим манёвром, как она уже сделала бросок. Один из приятелей Чарльза – тот самый, который пришёл с новостями, – повалился навзничь. Тонкая струйка крови стекала по его лицу на зелёный ковер из листвы, а глаза так и остались открытыми. Я обернулась, чтобы посмотреть на Чарльза. В его руке блеснул нож, и я зажмурилась, ожидая, что он ударит…
Но вдруг кто-то болезненно вскрикнул. Я распахнула глаза и увидела Чарльза: он упал, прижимая руку к бедру, из которого сочилась кровь. Над ним возвышался противник с ножом. Я подумала, что его противник не упустит шанса, но он отступил.
– Герта, уходим!
Девушка кивнула и, придерживая раненого приятеля, двинулась в сторону берега. Я лежала на краю поляны и молилась об одном: чтобы все забыли про меня. Страх сковал всё тело. Все приятели Чарльза были обезврежены, а сам он скрючился, опираясь на ствол дерева. Неожиданно он разглядел меня среди зелёной травы, и это не ускользнуло от внимания сурового мужчины, только что чуть не убившего его. Он негромко сказал:
– Забирай девчонку, Сэм.
Грубые мужские руки схватили меня за талию. Я сопротивлялась, но враг был сильнее.
– Отпустите! Что я вам сделала?
Он пошарил по карманам, легко удерживая меня на весу одной рукой, после чего накинул мешок мне на голову. Теперь перед глазами была только темнота. Я отчаянно кричала, пытаясь вырваться. Грубая мужская рука приподняла край мешка. Нащупав точку у меня на шее, мужчина надавил на неё. Я почувствовала сонливость. Мои глаза медленно закрылись…
* * *Я попыталась приоткрыть веки, но сухость глаз спровоцировала резкую боль, и я потёрла их руками. Однако властный голос заставил меня замереть.
– Не стоит так делать.
Мой крик наверняка услышали даже в соседнем штате. Проморгавшись, я наконец разлепила веки. Рядом с моей кроватью стояла женщина: вполне безобидная на вид, если не считать того, что она угрожающе нависла надо мной. Я собиралась снова закричать, но она поднесла палец к губам.
– Тише-тише.
Я быстро осмотрела комнату в поисках способа сбежать. Это был гостиничный номер с выцветшими обоями и вышедшей из моды мебелью. Интерьер не менялся давно: может, с 80-х, но комната была чистой и прибранной. Мой взгляд упал на мешок, валявшийся на полу, и куртку, что лежала рядом. Гладкая коричневая кожа…
– Чёрт, неужели это был не сон…
Наверное, я сказала это вслух, потому что женщина тут же наклонилась ко мне и участливо коснулась плеча.
– Я понимаю, тебе страшно… Но я обещаю, что не обижу тебя.
– Кто Вы?
– Меня зовут Бриджит. Я… – она на секунду замолчала, а затем улыбнулась краешком губ. – Знаешь, никогда не задумывалась об этом. Наверное, я местная медсестра. По крайней мере, я не сражаюсь, ничего не добываю и ничем не управляю. Так что… Да, я определённо медсестра.
Бриджит сидела спиной к окну. Шторы были задёрнуты, но сквозь них пробивалась полоска света. Небо было залито кровавым заревом. Точь-в-точь таким я видела его раньше, на том злосчастном берегу.
– Я вырубилась на целые сутки?
– Что?
Она проследила за моим взглядом и понимающе кивнула.
– Ах, ты об этом. Нет, здесь всегда так. В этом мире время течёт иначе… Мы так и не смогли определить, сколько длится день. По моим ощущениям, чуть более месяца.
Бессвязный бред, который несла Бриджит, вызвал у меня только улыбку. Класс! Я попала в плен к психам. Нет, к вооружённым психам. Лучше и не придумаешь!
Моё молчание показалось Бриджит подозрительным. Она вдруг изменилась в лице.
– Ты не понимаешь, о чём я… Как странно!
– Слушайте, я не хочу проблем. Просто отпустите меня.
– Куда?
– Ну… домой!
– И где находится твой дом?
Бриджит оказалась мудрее Чарльза, а потому застала меня врасплох. Я всё ещё не знала ответа на этот вопрос. Бриджит заговорила вновь. Её голос стал мягче.
– Как ты думаешь, где ты сейчас?
– В Нью-Йорке.
– Верно. А что с тобой случилось? Из-за чего ты впала в кому?
– О чём Вы говорите? Какая ещё кома?
– О, ты на стадии отрицания. Я тебя понимаю. Когда я узнала о коме, то чувствовала себя глупо. Я ведь проигнорировала очевидные симптомы своей болезни! Но ты… почему мне кажется, что с тобой всё не так-то просто?
– Я ничего не понимаю. Ни в какую кому я не впадала. Кажется, я просто сошла с ума… Точно! Я сошла с ума и попала в больницу. А Вы, наверное, моя соседка по палате.
– Разумное предположение. Знаешь, мне бы даже хотелось, чтобы это было так. Но давай сейчас сосредоточимся на другом… Что последнее ты помнишь? До того, как попала сюда.
– Я не могу. Ничего не помню… – слова против воли вырвались из уст.
Что-то во взгляде Бриджит заставило правду вырваться наружу. Она смотрела на меня без ехидства, злости, суровости. В её прямом изучающем взгляде был только интерес. Услышав правду, она глубоко задумалась, сдвинув тонкие изящные брови к переносице.
– Хочешь сказать, что у тебя не осталось никаких воспоминаний?
В ответ я только пожала плечами.
– Но ты смогла назвать свое имя…
– Придумала.
Бриджит нахмурилась и замолчала, а я воспользовалась паузой, чтобы получше разглядеть её. Медсестре на вид было за пятьдесят. Морщинки вокруг глаз придавали её лицу мягкость и нежность. Если бы не привычка то и дело поджимать сухие тонкие губы, я бы и вовсе могла забыть о том, что попала сюда не по своей воле. Впрочем, я и так уже многое забыла. Например, своё…
– Откуда вы знаете про имя? – спохватилась я.