Внебрачный сын олигарха

Глава 3 Арина

Анатолий Андреевич принимает меня на работу после получасовой беседы. Вернее, он даёт мне тестовое задание: перевести деловое письмо от постоянного клиента. А учитывая тот факт, что сам руководитель владеет английским языком в совершенстве, то ему не составляет труда мгновенно понять мой уровень знаний.

– Арина, я восхищён! – восклицает мужчина, хлопая в ладоши. – Это был довольно сложный текст. Расскажите немного о себе. Кстати, вот анкета. Это формальность, но заполните её, пожалуйста.

– Конечно. – Я убираю в сумочку два листа бумаги. – В свободное время посещаю спортзал и читаю книги на разных языках.

– На русском не читаешь? – Анатолий Андреевич улыбается.

– Читаю, но только те книги, которые написаны на русском языке. Я люблю оригиналы. Но большинство имеющихся у меня дома произведений на английском, – пожимаю плечами. – Такое вот у меня хобби.

– А что насчёт семьи, детей? – интересуется мужчина, что-то печатая на компьютере. – Извини, срочное сообщение. Нужно ответить.

– У меня есть ребёнок. Пока не замужем, – тихо отвечаю я.

Анатолий Андреевич продолжает что-то печатать, и я сомневаюсь, что он слышит ответы на свои вопросы. А мне, честно говоря, это даже на руку. Какое-то время мой работодатель молчит, быстро набирая текст на ноутбуке, после чего откидывается на спинку кресла и возвращает взгляд ко мне.

– Так, вам запись в трудовой книжке нужна? – интересуется он.

– Да, – честно отвечаю я. – Мало ли как в жизни сложится.

– Весьма прагматично, – одобрительно кивает головой. – Арина, я хотел…

Мужчина собирается задать ещё вопрос, но стук в дверь обрывает его на полуслове. В проёме показывается Кирилл Воскресенский.

– Проходи, Кир. Я тебя уже заждался. Думал, и не приедешь вовсе. Здорово! – мужчины пожимают друг другу руки, и взгляд Анатолия возвращается ко мне. – Арина, основные детали мы обсудили, всё остальное можно и позже.

– Тогда я пойду? – Я встаю со стула.

– Да, завтра к девяти жду у себя. Наконец-то разгребем завалы, – он разводит руки в стороны.

– До свидания. – Я уже закрываю за собой дверь, как вдруг голос работодателя заставляет меня остановиться.

– Арина, я забыл сообщить, завтра вечером состоится праздник по случаю дня рождения компании. Мне бы хотелось, чтобы вы обязательно присутствовали на нём, как раз познакомитесь с коллективом, – широко улыбается мужчина, но я никак не могу сосредоточить на нём свой взгляд. Присутствие Воскресенского слишком отвлекает.

– Хорошо, я буду, – быстро киваю я, намереваясь поскорее покинуть кабинет начальника.

– Мы будем ждать вас.

Я наконец захлопываю дверь кабинета и выдыхаю. Надеюсь, Кирилла и этой ненормальной не будет на корпоративе. Я делаю шаг в направлении лифта, но резко останавливаюсь. Эти двое говорят обо мне.

– Кирилл, где ты откопал этот самородок? Девчонка такая умничка. – Я прислушиваюсь и, сама того не желая, жду ответа Кирилла.

– Да, она хорошо знает материал, отличница во всём. И требует от других того же, – отвечает Кирилл.

– Учились вместе? – звучит очередной вопрос.

– Нет, встречались. Так, лёгкая интрижка, ничего серьёзного, – доносится из кабинета.

Я мигом срываюсь с места. Меня жалит обида. Неужели те полтора года, что мы были вместе, не значат и не значили для Воскресенского ровным счётом ничего?

Внезапное желание рассказать о сыне буквально бьёт обухом по голове. Я никогда не думала о том, чтобы раскрыть Кириллу правду о ребёнке, потому что он был ему попросту не нужен. До сегодняшнего дня.

– Он должен узнать о Марке, – шепчу про себя, входя в кабину лифта. – Но не сегодня.

***

Первое рабочее утро, мягко говоря, не задаётся. После того, как я отвожу Марка в детский сад, примерно на половине пути у меня ломается автомобиль. По правде сказать, машина уже давно нуждалась в ремонте, но мне всё никак не удавалось добраться до автомастерской. Вот и результат.

– Паш, доброе утро! У меня тут катастрофа, – едва не плачу я.

– Привет! Что случилось? – взволнованно спрашивает Лазарев.

– Машина сломалась, а сегодня мой первый рабочий день. – Я пытаюсь завести двигатель, но мои попытки не приносят успеха.

– Риша, чёрт, я в другом конце города, уехал на встречу, – сокрушается он. – Тебе быстрее такси вызвать, потому что я смогу приехать часа через полтора в лучшем случае.

– Ладно, сейчас что-нибудь придумаю, – говорю я и сбрасываю вызов.

Выхожу из машины, со всей силы захлопываю дверь. Тянусь к мобильному, который только что бросила в сумку, и набираю номер такси. Чёрт возьми, везде ожидание около часа. Ещё бы! С моим-то везением.

– Арина? – Из окна белого внедорожника высовывается до боли знакомое лицо.

– О чёрт! Только его-то мне здесь не хватало, – бурчу себе под нос. Распрямляю спину и, чуть вздернув подбородок, громко произношу: – Привет, Кирилл! Что ты здесь делаешь?

– Живу, – он скользит по мне оценивающим взглядом. – А ты? Кажется, место твоей работы находится далеко не здесь.

– У меня сломалась машина, – скрестив руки перед собой, киваю на свой автомобиль. – И я не смогла добраться до работы.

– Садись, подброшу, – предлагает он. – Я как раз еду в ту сторону.

В голосе Кирилла слышится серьёзность, которой не было и в помине три года назад. Этот мужчина определённо изменился. И сейчас от него веет самоуверенностью и решительностью.

– Спасибо. – Поскольку ситуация патовая, то мне ничего не остается, кроме как сесть на переднее сиденье его внедорожника. – Не хотелось бы в первый рабочий день опоздать.

– Толян не любит опозданий, – чётко, почти по слогам произносит он и трогается с места.

Я вжимаюсь в кожаное сиденье, разглядывая меняющиеся картинки за окном. Кирилл больше половины пути разговаривает по телефону, решая, судя по всему, какие-то важные вопросы, крепко сжимая руль одной рукой. Его голос твёрд, в нём нет весёлых ноток, как раньше, да и напряжённая поза рисует человека делового с головы до ног.

– Твой мужчина не может отремонтировать машину? – Я резко вздрагиваю от неожиданности, не заметив, в какой момент Воскресенский перестал говорить по телефону.

– Что? Он не механик, – грубовато отвечаю я.

– Оно и видно. Даже не ныряя под капот, очевидно, что автомобилю нужен механик. В автомастерскую он тоже не в состоянии отогнать? – с хамским выражением лица продолжает эту тему Кирилл.

– По-моему, это не твоё дело, Кирилл, – даю понять, что не желаю говорить об этом.

– Дело не моё, машину жалко, – безразлично тянет он, увеличивая скорость. – Тачка хорошая. Дать номер хороших механиков?

– Нет, спасибо. Я разберусь как-нибудь сама, – отрезаю я, отворачиваясь к окну.

– Твоё право, – тёмные густые брови сходятся на переносице, и выражение лица мужчины принимает сосредоточенный вид.

Всю оставшуюся дорогу мы едем молча, вот только ощущение, что Воскресенский хочет сказать что-то ещё, не покидает. Навязчивые воспоминания тянут меня в прошлое, в которое больно возвращаться.

– Этот неудачник и есть отец ребёнка? – тихо говорит он, останавливаясь напротив входа в бизнес-центр.

Запястье Кирилла покоится на руле, а взгляд сосредоточивается на моих глазах. Нечто похожее на сожаление мелькает на его хмуром лице, заставляя меня ощутить в теле лёгкую дрожь.

– Моя жизнь не касается тебя, – холодно отрезаю я. – Спасибо что подвёз, – неестественная улыбка трогает мои губы, после чего я пулей вылетаю из внедорожника Воскресенского.

***

Сегодня в течение дня я отвечаю на целую тьму писем, практически не поднимая головы. Паша отгоняет машину в автомастерскую и предлагает забрать Марка из детского сада.

– Паша, спасибо большое за предложение, но я договорилась со Светкой. Она Марусю будет забирать и Марка заодно. Сын давно просился к ним в гости, – быстро отвечаю я, не отрываясь от писем.

– Риш, когда же ты уже поймёшь, что я никуда не денусь из твоей жизни? И я очень хочу, чтоб ты наконец стала частью моей. Ты даже не даёшь мне возможности хоть немного сблизиться с Марком, – сокрушается Паша.

– Давай поговорим об этом позже, – я отвлекаюсь от текста, осознавая, что он прав. Видимо, на каком-то интуитивном уровне я не подпускаю мужчину к сыну, потому что он не является его отцом.

– Хорошо. Я могу забрать тебя с корпоратива, – говорит Лазарев.

– Тогда я позвоню, как освобожусь. Не думаю, что задержусь там надолго, – соглашаюсь я, возвращаясь к письмам.

Отрываю голову от монитора, когда часы показывают пять тридцать. Устало потираю виски и наконец встаю из-за стола. Горжусь собой. В первый же день я успела сделать гораздо больше, чем поручил Анатолий Андреевич.

– Так, Арина, ты всё ещё здесь? – восклицает начальник, распахивая дверь в мой кабинет. – Через полтора часа начнётся мероприятие, а ты торчишь здесь, – продолжает он шутливым тоном.

– Я никак не могла оторваться, – честно признаюсь я, улыбаясь в ответ.

– Я очень люблю трудоголиков, но отдых – дело святое. Поэтому давай поторапливайся. Всё остальное завтра.

– Хорошо, уже убегаю, – мы выходим из кабинета и вместе направляемся к лифту.

Слишком мало времени остаётся до корпоратива. Разумеется, съездить домой я уже не успею по двум причинам: у меня нет автомобиля, а на такси поездка вместе с ожиданием займет в лучшем случае два часа. Поэтому я топаю в сторону ближайшего торгового центра. Именно там я смогу полностью собраться на мероприятие.

Ровно в семь часов вечера я вхожу в двери одного из самых популярных ресторанов нашего города. Довольно приятная молодая женщина, администратор заведения, с улыбкой встречает, желая отличного вечера, и провожает меня к столику, где красуется табличка с моим именем.

– Добрый вечер! – я протягиваю руку пока что единственной сидящей за столиком женщине. – Я Арина Самойлова. Переводчик.

– Здравствуйте! Ну наконец-то Толя нашёл человека. Свершилось! – она поднимает глаза вверх, сцепляя ладони в замок, после чего пожимает мою руку. – Я Ирина Савельева. Главный бухгалтер.

– О! Рада познакомиться с вами! – я удивленно таращусь в её сторону.

– Удивлена? – её ровно очерченные губы расплываются в красивой улыбке.

– Пожалуй, это была бы последняя должность, о которой я подумала, глядя на вас! – усмехаюсь я.

– Не выкай, Арина! Мы с тобой примерно одного возраста. Мне в начале года стукнуло тридцать.

– Мне двадцать семь, – киваю. – Осенью двадцать восемь исполнится.

– Вот и замечательно. Ты же совсем недавно здесь? Пару-тройку дней? – интересуется Ира.

– Сегодня первый день. Но мне кажется, будто я проработала тут всю свою жизнь, – разглядываю входящих в зал сотрудников.

– Это очень хорошая организация, Арина. Толя отлично платит, не скупится на корпоративы и премии. Да и коллектив, за исключением парочки личностей, тоже подобрался что надо. – Я возвращаю взгляд к своей коллеге, а она кивает в сторону входа. – Вот одна из них.

Я замираю, рассматривая вошедшего в ресторан Кирилла Воскресенского. Мужчина одет с иголочки. Белоснежная рубашка выгодно подчёркивает его рельефное тело, а безупречно выглаженные брюки служат идеальным дополнением.

– Кто он? – я сглатываю, опасаясь услышать вполне ожидаемый ответ.

– Хозяин, разумеется.

Глава 4 Арина

Примерно к половине восьмого в зале не остается ни одного свободного места. Удивительно, как быстро меняется атмосфера этого заведения с появлением сотрудников компании. И, несмотря на большое количество незнакомых людей, в помещении становится уютно.

Новость о том, как именно Кирилл связан с компанией, выбивает меня из равновесия. Не понимаю, по какой причине он не стал сообщать эту информацию. В голову приходит только одно слово – месть. Месть за то, как я обошлась с ним в прошлом. А теперь он мой работодатель, и я полностью в его власти. Хотя надежда, что моя работа по большей части будет связана с Анатолием, не покидает.

– Ира, когда я устраивалась на работу, собеседование проводил Анатолий. Я и думала, что он владелец, – произношу я как бы невзначай, когда на сцене появляется мой начальник.

– Кирилл Юрьевич, – она натянуто улыбается, показывая свое истинное отношение к нему, – вернулся совсем недавно. Он жил за границей, а всеми делами заведовал Толя. Так уж вышло, что несколько лет назад Кирилл и Толя купили небольшую загибающуюся компанию и развили её вот до такого уровня. Поначалу работали вместе. Я, конечно, считаю, что в этом основная заслуга Анатолия Андреевича, хотя и Кирилл иногда был задействован в рабочих процессах. А потом, как я уже сказала, он резко уехал за границу, и всё упало на плечи Анатолия.

– А как давно они выкупили? – с придыханием спрашиваю я, глядя на сцену, куда следом за Толей поднимается Воскресенский.

– Четыре или пять лет назад, – отвечает она. – За это время компанию не просто поставили на ноги, но и вывели на должный уровень.

– Это здорово! – одними губами шевелю я, искренне удивляясь.

Он никогда не рассказывал мне об этом, хотя в то время мы были парой. Я всегда принимала Кирилла Воскресенского за человека, который способен устраивать праздники и организовывать вечеринки, но не за человека, который вливался во что-то серьёзное и работал на износ, выжимая из себя все соки. Но, похоже, он гораздо глубже, чем казался мне тогда.

Кирилл смотрит на меня в упор. Он не ищет глазами, он точно знает, за каким столиком я сижу. Кажется, будто он не видит больше никого вокруг. В его взгляде пляшут огненные искры, направленные в мой адрес, и я понимаю, что они означают.

«Смотри, я не ничтожество, как ты когда-то дала мне понять».

Я чувствую, как щёки вспыхивают, покрываясь ярким румянцем. К счастью, из-за приглушённого света этого никому не видно. Компания за столиком травит профессиональные шуточки, весело смеясь и в перерывах поглощая изысканные блюда.

Меня отвлекает голос коллеги, сидящего справа. Он начинает рассказывать какую-то забавную историю из жизни компании и уже подходит к кульминации, но резко замолкает, переводя взгляд мне за спину.

– До чего же сладкая парочка! – неожиданно выдает Ира, кривя рот в неестественной улыбке. В голосе проскальзывают нотки сарказма, а по реакции других коллег за столом сам собой напрашивается вывод и об их отношении к Кириллу с Олесей.

– Работает здесь? – прищуриваюсь я, отпивая из своего бокала.

– Что ты! Боже упаси! – со смехом произносит мой сосед. – Эта дамочка не создана для работы, посмотри на неё.

Я украдкой разглядываю девушку, которая практически висит на Кирилле. Олесе даже не надо открывать рот, по одному выражению её лица ясно, что она из себя представляет. Циничная стерва. Единственная дочка богатых родителей, на которую им глубоко наплевать. Её образ расфуфыренной куклы, к несчастью, и обусловлен полным безразличием со стороны близких людей. Это печально, учитывая, что Леся очень красивая девушка с правильными чертами лица.

– Арина, может, потанцуем? – предлагает коллега.

– С радостью! – Я вкладываю ладонь в его руку, и мы вместе перемещаемся в середину зала.

Уже через секунду на танцполе становится тесновато. Не понимаю, что мной движет, но я не могу перестать наблюдать за «сладкой парочкой». Воскресенский предлагает руку Олесе, и они выходят в центр, располагаясь через пару от нас. Кирилл не был бы собой, если бы остался сидеть на месте. В прошлом его невозможно было вытащить с танцпола, поэтому его частенько называли «королём танца».

Мне становится душно. От количества людей и от воспоминаний. Извинившись перед коллегой, я быстрым шагом удаляюсь из зала. Быстро двигаюсь в сторону уборных, не замечая, что кто-то идёт за мной следом. В конце коридора вижу приоткрытую дверь, ведущую на улицу, и устремляюсь к ней.

Останавливаюсь и перевожу дыхание. Я думала, что избавилась от этого наваждения, вылечилась. Но почему тогда мне так трудно вынести его присутствие в обществе другой женщины?

– Арина? Ты в порядке?

– В полном, – уверенно отвечаю, удивлённая появлением Воскресенского. – В ресторане слишком душно и шумно. Захотелось выйти на улицу. Что ты здесь делаешь?

Кирилл встаёт рядом и засовывает руки в карманы тёмных брюк. Он сосредоточенно разглядывает покачивающиеся ветви деревьев, игнорируя посторонние шумы. Какое-то время молчит, но по напряженному выражению лица становится понятно, что натянутая маска безмятежности является мнимой.

– Помнится, ты любила шумные тусовки, – игнорирует вопрос. – Почему сейчас предпочла сбежать?

– Стало очень душно в помещении. Мне понадобился свежий воздух, – отрывисто повторяю я. – Всё меняется, Кир, но тусовки я любить не перестала.

– Ты ведь не из-за духоты вышла сюда? – его дыхание учащается, но я едва успеваю заметить это, потому что мужчина моментально натягивает на себя личину безразличия. – Кого ты пытаешься обмануть?

– Хочешь сказать, что причина ты? – закатываю глаза, незаметно одёргивая платье. – Представляешь, Воскресенский, весь мир крутится не только вокруг тебя одного.

– Одного твоего взгляда достаточно, чтобы понять, насколько ты сожалеешь об упущенном, – прищуриваясь, произносит он.

– Что? – буквально задыхаюсь от наглости этого человека.

– На месте Олеси ведь могла быть и ты, если бы однажды не вышвырнула меня из своей жизни, – озорные смешинки пляшут в тёмно-синих глазах.

– Я бы никогда не хотела оказаться на месте твоей Олеси, – вздёрнув подбородок, грубо произношу я. – И, похоже, у тебя совсем плохо с памятью, если ты не помнишь, кто и кого вышвырнул.

Кирилл хмурится, но ничего не отвечает. Тень сомнения проскальзывает на его мужественном лице, и мне начинает казаться, будто он не понимает, о чём я говорю. Спешу перевести тему, потому что я не испытываю никакого желания копаться в грязном белье прошлого.

– Почему ты не сказал, что компания твоя, Кир? – Я сокращаю полутораметровое расстояние между нами.

– Не посчитал нужным, – холодно отвечает он, возвращая взгляд к деревьям. – Собеседование было всего лишь формальностью. Я в курсе твоих способностей, Арина.

– Да, в курсе, – эхом отзываюсь я.

Кажется, больше нам не о чём говорить, и в то же время хочется столько всего сказать. Но вопросы застревают поперёк горла, а его присутствие становится почти невыносимым.

– Компания не только моя. Тем более Толян взял ведение бизнеса на себя, я лишь курирую некоторые отрасли, – его кадык нервно дёргается. – Разве есть разница, Арина, на кого работать?

– Разницы нет, – чеканю каждое слово. – Почему ты решил вернуться сюда?

Он подходит ко мне настолько близко, что я на несколько секунд перестаю дышать. Даже по прошествии стольких лет мне не удалось научиться иначе реагировать на его близость. Кирилл прищуривается и, склонив голову набок, немигающим взглядом смотрит на меня. Его губы растягиваются в натужной улыбке, а глаза остаются серьёзными.