Кристофер Клин и ловушка иллюзий
- -
- 100%
- +
– Морского колдуна, – твердо сказала Марта.
Кристофер сжал губы, с трудом удерживаясь от резкого ответа.
– Господин Освальд скорее всего был неправ, когда поссорился со своим единственным другом, но разве он виноват в том, что тот заключил с колдуном сделку на свою душу и души членов команды?
– Не хочу об этом говорить! – резко оборвал ее Кристофер. – Ты готова лезть в портал?
– Никогда не буду готова, – вздохнула Марта. – Но выбора-то нет.
– Хочешь, я буду держать тебя за руку? – спросил Кристофер. – Мне не трудно.
– Не надо, – качнула она головой. – Ты ведь не сможешь всегда помогать мне. Я должна сама научиться.
Кристофер пожал плечами и шагнул в дверь.
«Вроде не в первый раз, а все равно неприятно», – подумал он, когда его тело погрузилось в противное желе.
Портал выплюнул его и Марту куда-то – они не сразу поняли куда. Кристофер скривился от боли, ударившись коленом о каменный пол.
– Вы опять опоздали, – услышал он самый противный голос в Лонгрене – голос Зельды. – Может, нам придумать вам наказание?
– Куда уж больше… У нас и так не жизнь, а праздник, – прошептала Марта, потирая плечо, огляделась и тихо спросила Кристофера: – Где мы на этот раз? Кажется, это не тот зал с золотыми люстрами, где мы были позавчера.
Все вокруг было серое: никаких картин, пушистых ковров, обитых бархатом кресел и всего того, что обычно было в залах, куда они являлись по зову Совета. Только голые стены и три фигуры в белых балахонах.
– Понятия не имею. Никогда тут не был, – ответил Кристофер.
– О чем вы там шепчетесь?! – возмутилась Зельда.
Но раздался глубокий спокойный голос Мейтланда, Верховного мага Совета:
– Мастер Клин, помогите леди Марте подняться.
– Я и сама могу, – сказала та, пытаясь встать на ноги.
Но Кристофер все-таки придержал ее за локоть и гневно бросил:
– Может, хватит уже пользоваться этими треклятыми порталами? Вы губите жизни, чтобы их создавать, и калечите тех, кому приходится ими пользоваться.
– Совет сам решает, чем ему пользоваться и как поступать, мастер Клин, – холодно ответила Эмилия, третий член Совета.
– Кстати, насчет твоего друга, – проговорил Мейтланд; сцепив руки за спиной, он прохаживался взад и вперед. – Мы ведь отправили множество рыцарей на его поиски…
– При чем здесь Саймон? – вздернул бровь Кристофер.
– А при том, глупый мальчишка, – провизжала Зельда, – что нам достаточно щелкнуть пальцами, и все, кто за ним отправился, вернутся обратно! Искать его будет некому.
Кристофер хотел огрызнуться, но Марта дернула его за рукав. Он вздохнул и медленно кивнул.
– То-то же, – усмехнулась Зельда, обнажая кривые зубы. – О, попадись ты мне на два столетия раньше, я бы из тебя всю дурь выбила!
– Перейдем к делу, – вновь вступил Мейтланд. – Как бы нас всех ни радовали эти встречи, их количество придется сократить.
«Слава Трефам, а то сил моих больше нет», – подумал Кристофер и искоса посмотрел на Марту. В ее взгляде читалось то же самое.
– Мастер Клин, – продолжил Мейтланд. – Вам следует знать, что я единственный, кто может спасти Лонгрен от несчастий, которые грозят ему из-за попустительства его правителей. И мне приходится все держать под контролем! Предыдущим королям до этого не было дела.
– Но вы Верховный маг, а не король, – подала голос Марта. – Король Томас…
– Безмозглый идиот! – взмахнула руками Зельда. – Отдать половину Темного леса Лешему по первой же его просьбе?! Мы столько лет сдерживали эту злобную корягу, а он подписал указ, ни с кем не посоветовавшись! И это на третий день правления!
– Зельда! – фыркнула Эмилия. – Прекрати трепать языком! В Лонгрене не осталось никого, кто не знал бы об этом, и все благодаря тебе.
При упоминании о Лешем Кристофер вздрогнул.
– Как бы то ни было, Зельда права, – проговорил Мейтланд, потирая виски. – Томас, к сожалению, не обладает необходимыми королю качествами.
– Кто же тогда должен быть королем? Может быть, вы? – спросила Марта.
– Ну что вы, леди Марта, – улыбнулся Мейтланд, и шрамы на его лице, к которым Кристофер за два с половиной месяца успел привыкнуть, стали как будто больше и страшнее. – Главная цель Совета – поддерживать мир. Мы найдем того, кто сможет проявить себя достойным правителем, и станем его советниками.
– Иными словами, вы собираетесь править вместо него, – сказал Кристофер, сложив руки на груди. – Безмерно рад, что у вас столь грандиозные планы, но при чем тут мы?
– Мастер Клин, какой же вы все-таки нетерпеливый, – с досадой заметил Мейтланд. – Скажите, о чем мы с вами беседовали все лето?
– О том, что мы – ваше самое опасное оружие, – пробормотала Марта, уставившись себе под ноги.
– Будущий рыцарь, в котором пробудились сразу две стихии, и дева, что предсказывает будущее, – негромко проговорил Мейтланд, будто обращаясь к самому себе. – Это необычно даже для меня.
– Вы так и не объяснили, что это значит. Заперли нас в Академии, оторвали от семьи и друзей, заставили тренироваться день и ночь – и для чего? Неужели вы и правда думаете, что мы с Мартой сможем одолеть Пикового короля?
– Конечно, нет, – усмехнулась Эмилия. – Вы и двух минут против него не продержитесь.
– Тогда зачем? – взмахнул руками Кристофер, которого этот разговор раздражал с самого начала.
Больше всего ему хотелось поскорее переодеться и лечь в постель. И не думать о том, что завтра в Академию вернутся все его знакомые.
– Как совершенно справедливо заметила леди Марта, – медленно заговорил Мейтланд, посмотрел на нее колючим взглядом, – я полагал, что вы всего лишь оружие. Но оказалось, что вы – нечто большее. Как идея… символ…
«Что за чушь он несет?» – пронеслось в голове Кристофера.
– Чуть позже вы поймете… Вы всё поймете, когда придет время, – продолжил Мейтланд. – А пока для вас есть задание.
– Какое? – спросил Кристофер, внутри у него все клокотало от гнева.
Если бы не сдерживающие магию чары, которые Совет накладывал на все комнаты и залы, в которых они встречались, его пламя давно вырвалось бы на свободу.
– Вы должны стать нашими глазами и ушами в Академии, – невозмутимо сказал Мейтланд. – Вы будете рассказывать нам все, что происходит в замке. Особенно что касается Эддрика Батта и Освальда Тобина.
– Что?! – воскликнула Марта. – Вы предлагаете нам следить за дедушкой Гилберта и за тренером? Зачем вам это нужно?
– Не твоего ума дело! – воскликнула Зельда, брызжа слюной. – Слушай, что тебе говорят! Это не предложение, а приказ.
Будто не слыша ее, Мейтланд продолжил:
– Об этом не должна знать ни одна живая душа, ясно? Если кто-то из вас проговорится – пеняйте на себя.
Кристофер напрягся. Все происходящее ему совсем не нравилось.
– Что именно вы хотите знать? – спросил он.
– Кристофер! Ты что, согласен? – в ужасе воскликнула Марта. – Мы не можем!.. Это неправильно и противоречит всем законам рыцарства.
Но Кристофер даже не посмотрел на нее.
– Нам нужно знать, о чем они говорят друг с другом, – ответила Эмилия. – Но только если речь идет о чем-то важном. Не стоит пересказывать нам всякие пустяки. Если кто-то из них всегда пил ванильный грог, а теперь стал пить только воду, нам это знать не обязательно.
– Безумие! – продолжала возмущаться Марта. – Это безумие!
Кристофер, помолчав, спросил:
– По-вашему, они будут обсуждают что-то важное, когда мы рядом? И как узнать, что именно по-настоящему важно?
– Я уверен, вы разберетесь, – улыбнулся Мейтланд.
– Просто блеск, – фыркнула Марта. – Я отказываюсь в этом участвовать.
Мейтланд многозначительно посмотрел на Кристофера, будто хотел сказать: «Ты же понимаешь, что у тебя нет выбора?»
– Мы свободны? – спросил Кристофер. – Завтра начинаются занятия, нам нужно подготовиться.
– Ах да, уже третий учебный год, – понимающе кивнул Мейтланд и громко произнес: – Пламя знаний светит, сжигая…
«Сгорая в нем, свечу другим», – закончил Кристофер про себя.
– Леди Марта, – обратился к ней Мейтланд. – Не могли бы вы ненадолго оставить нас с мастером Клином? Есть еще одно дело, которое мы хотели бы с ним обсудить.
Марта испуганно взглянула на Кристофера. Тот кивнул ей и прошептал: «Все будет в порядке», и она нехотя направилась к двери.
– В чем дело? Мне придется следить и за Мартой? – спросил Кристофер, когда ту затянул портал. – Или что еще похуже?
– Нет, мастер Клин, дело в другом.
И Мейтланд с фальшивой обеспокоенностью проговорил:
– В этом году ваша тетушка не внесла плату за обучение. Кажется, есть некоторая вероятность, что вас отчислят. И лучше бы вам с этим разобраться, если не хотите нас разочаровать.
* * *– Ты шутишь?
Марта выглядела настолько изумленной, что, если бы не ужасные новости, Кристофер рассмеялся бы.
– Это что же получается… – Марта расхаживала по коридору перед дверью в его комнату. – Совет дает нам странные задания, требует шпионить за наставниками! Нам придется нарушать законы Академии, законы рыцарства, возможно, придется нарушить законы Лонгрена, но вот закрыть глаза на то, что твоя тетушка не оплатила обучение, они не могут!
– Выходит, что так, – пожал плечами Кристофер.
– Думаешь, Совет может повлиять на Академию? – с сомнением посмотрела на него Марта.
– Мейтланд сказал, что не всё в их власти.
– Что за глупости! – фыркнула Марта. – Вздор!
– Не злись, – сказал Кристофер, хотя сам был вне себя от возмущения. – Что-нибудь придумаю. Может, написать тетушке письмо? Хотя… вряд ли это хорошая идея.
Марта вопросительно взглянула на него.
– Ну, сама посуди: сначала меня украли пираты и она сходила с ума от беспокойства. После возвращения я попал в больницу, а оттуда не в «Мёрф» поехал, а сразу отправился в Академию. Ей хоть и сообщили, что я в порядке, но увидеться со мной не дали. Я думаю, она заподозрила неладное, поэтому и не заплатила. Но объяснить ей, в чем дело, я не могу. Сама понимаешь.
– И что нам делать? – спросила Марта.
– Нам? – удивился Кристофер. – Нет уж, с этим я сам справлюсь. Не хватало еще тебя впутывать!
– Кристофер! Вряд ли за каждым углом тебя будет ждать дружелюбный лепрекон с горшочком золота! – нахмурилась она. – Давай я попрошу Августа поговорить с отцом?
– Даже не думай! – замахал он на нее руками. – Клянусь всем огненным зефиром на свете, если ты заикнешься об этом хоть кому-то из своей семьи, я с тобой больше разговаривать не буду!
И он мрачно посмотрел на нее.
– Хватит показывать, какой ты гордый, – фыркнула она. – Сейчас не до того.
Кристофер вздохнул.
– Прости, – он неловко обнял подругу. – Но я не шутил.
– Ох, Кристофер. Мы с тобой не в том положении, чтобы так легко разбрасываться друзьями. Обещай, что ты подумаешь над моими словами?
Он помедлил, но так ничего на это и не ответил.
– Тебе нужно отдохнуть, Крис, – вздохнула Марта. – Постарайся не проспать торжественную церемонию.
– Конечно, – сказал Кристофер, открывая дверь в комнату.
Но едва Марта скрылась за поворотом, он проговорил:
– Олли, даже не вздумай будить меня завтра!
Глава 2
Удивительные чернила
Стук становился все громче, Кристофер натянул одеяло на голову. Он попытался не обращать на него внимания и вновь провалиться в сон, в котором крохотные лепреконы водили вокруг него хоровод и наперебой предлагали мешочки с золотыми монетами, но ничего не вышло: дверь ходила ходуном.
– Кристофер, открывай! – послышался знакомый голос. – Я знаю, что ты дрыхнешь!
Он даже не шелохнулся.
– Мастер Клин, не кажется ли вам, что лучше все-таки послушаться мастера Батта, пока он не проломил дверь или не вышиб ее? – раздался из-под кровати раздраженный голос Олли. Тот все лето страдал из-за присутствия в Академии гномов, которые сутки напролет стучали молотками и вечно что-то пилили. – Не похоже, что он собирается сдаться.
Словно в подтверждение его слов, Гилберт грозно заявил:
– Крис, я могу здесь хоть целый день провести. Тебе же хуже будет, если не откроешь прямо сейчас!
Кристофер что-то невнятно простонал и высунул голову из-под одеяла.
– Который час? – спросил он у Олли.
– Полдень, мастер Клин, – отозвался тот. – Вы проспали и сбор гостей, и торжественную церемонию, и даже завтрак…
Кристофер потянулся, потер сонные глаза и уставился в потолок. Трещина, шедшая от самой стены, была новой, или он просто раньше ее не замечал? В углу подрагивала едва различимая тонкая паутина…
– Все, хватит! Я тебя предупредил. На счет три я выбью дверь! – прогремел голос Гилберта. – Ну, или попытаюсь!
– Мастер Батт! – заорал Олли. – Мастер Батт, немедленно прекратите!
– Раз… Два…
– Да иду я, иду! Зачем так орать?! – недовольно пробурчал Кристофер и вылез из кровати. Завернувшись в одеяло, он, морщась от холода, прошлепал по каменному полу к двери.
На пороге стоял Гилберт. Выглядел он так, что Кристофер от удивления окончательно проснулся. Его друг, оруженосец третьего года обучения, был похож на два овоща сразу. Во-первых, на луковицу: его наряд состоял из пяти – не меньше! – слоев одежды, торчавших один из-под другого. А во-вторых, на спелый томат, таким красным было его лицо.
– Зайти-то можно? – выпалил Гилберт, поправляя очки, съехавшие почти на самый кончик носа. – Или мне так на пороге и стоять?
– Э-э-э… Судя по твоему виду, не войти, а вкатиться…
С этими словами Кристофер отошел в сторону, пропуская Гилберта в комнату.
– Очень смешно. Просто обхохочешься, – мрачно заметил тот, обшаривая комнату взглядом. – Где у тебя кувшин с водой? Из-за всех этих тряпок меня сейчас тепловой удар хватит.
– Посмотри у окна, – бросил Кристофер и уже хотел закрыть дверь, как вдруг увидел Робба Коллинза, выходившего из комнаты напротив.
Робб сильно изменился за лето: вытянулся и был теперь чуть ли не на голову выше Кристофера. Его русые волосы потемнели, стали почти каштановыми и закручивались внутрь – казалось, что Робба постригли под горшок. На нем была расшитая золотом красная шелковая рубашка, на глазу красовалась такая же повязка.
«Вот кому деньги девать некуда», – подумал Кристофер, разглядывая его черные штаны, расшитые не только золотом, но и драгоценными камнями. А сколько стоит такая обувь – с выделкой, из кожи, – даже подумать страшно… Он вздохнул и тут же на себя разозлился: «Еще Роббу завидовать не хватало! Совсем, что ли, из ума выжил?!»
– Чего тебе надо? – неприветливо спросил его Робб. – Чего уставился?
– Ничего! – огрызнулся Кристофер. – Иди куда шел.
– Вообще-то, никуда я не шел, – надменно ответил Робб. – Я жду Оливера. Он теперь будет моим соседом по комнате.
– То есть как соседом? – удивился Кристофер. – А как же…
Он оборвал себя на полуслове. Ну да, конечно. С первого дня обучения Робб был соседом Саймона, но теперь-то Саймон пропал. Значит, к Роббу подселили кого-то еще… Не всем так повезло, как Кристоферу, который жил один. Если не считать Олли.
– Уф-ф-ф, наконец-то полегчало! Я уж думал – все, сейчас в обморок грохнусь, – пропыхтел у него за спиной Гилберт. – Целый кувшин выпил!
В этот момент из-за угла появился Оливер с огромным мешком в руках. Кристофер захлопнул дверь.
– Зачем ты меня разбудил? – сердито спросил он Гилберта, сел на кровать и нахохлился. – Я выспаться хотел.
– Шутишь, что ли? – отозвался Гилберт, утирая рукавом пот со лба, поставил глиняный кувшин на пол и тут же чуть сам не опрокинул его. – Скажи спасибо, что я уговорил Марту со мной не приходить. Она была настроена куда решительней меня.
– Уж кого я не боюсь, так это Марты, – Кристофер плотнее завернулся в одеяло. – Зачем ты ко мне ломился? Так в дверь колотил, что Олли перепугал!
– Вернее будет сказать, заставил сомневаться в благоразумии мастера Клина при выборе друзей, – со сдержанным недовольством в голосе заметил Олли. – Мастер Батт, если вы явились не для того, чтобы сообщить нам какие-нибудь срочные новости, то я даже не представляю, что вы можете сделать, чтобы я вас… кхм… простил.
– Олли, приношу вам свои самые глубокие извинения, – отозвался Гилберт, потирая голову. – Вас я совсем не хотел потревожить.
– А меня? – возмущенно взмахнул руками Кристофер, и одеяло упало с его плеч. – Ты вообще меня слышишь?! Зачем пришел?
– Для начала не кричи на меня, – сказал Гилберт, пытаясь что-то вытащить из-под своего многослойного одеяния.
В его руке оказался свиток, перевязанный тонкой бечевкой, и Кристофер вскочил на ноги. Он выхватил свиток и развернул его…
– Не за что, – буркнул Гилберт.
Не обращая на него внимания, Кристофер жадно смотрел на пожелтевший лист плотной грубой бумаги, пропахший солью и водорослями. Он и мечтать не мог, чтобы она прислала ему письмо! Это же она? Кто еще мог… но… где же текст?
– В чем дело? – вздернул бровь Гилберт. – Что-то не так?
– Да что с тобой такое? – нахмурился Кристофер, поднимая на него глаза. – Вламываешься ко мне в каком-то странном тряпье, приносишь это, заставляяменя думать, будто она прислала мне письмо! – он взмахнул свитком. – А теперь еще издеваешься? Тут же ни слова не написано. Гил, я тебе сейчас врежу, клянусь!
– Успокойся, а то лопнешь от злости, – Гилберт невозмутимо смотрел на побагровевшего Кристофера. – Лучше попробуй намочить бумагу. В кувшине осталось немного воды.
– Что там за письмо? От кого оно, мастер Клин? – раздался голос из-под кровати. Не оставалось никаких сомнений, что Олии тоже вот-вот лопнет – от любопытства.
Гилберт взглядом указал на кровать, а затем медленно покачал головой: мол, даже не вздумай ему рассказывать. Затем что-то высыпал в кувшин, покачал и покрутил его из стороны в сторону, перемешивая воду, и протянул Кристоферу.
– Подожди, Олли, потом расскажу, – сказал Кристофер, заметив предостережение Гилберта.
Затем брызнул водой на бумагу и увидел, как на ней медленно проступают буквы.
Дорогой мастер Клин!
Я давно хотела Вам написать, еще в середине лета, когда нам наконец удалось напасть на след «Удачи», но не могла придумать, как сделать так, чтобы никто не смог перехватить письмо. И самое главное, прочитать.
Но однажды я услышала от Кэт о волшебных чернилах, рецепт которых изобрели маги воды. Для этого нужна морская вода, напуганная голубая каракатица и щепотка волшебства. Как Вы понимаете, все это у меня нашлось!
Все, написанное такими чернилами, сразу же исчезает, представляете?! Оказывается, именно так придворные дамы в Медном замке переписываются с возлюбленными. Еще и покупают эти чернила за бешеные деньги у путешественников и купцов.
Как Вы уже поняли, прочитать написанное можно, только намочив бумагу, и желательно морской водой. Конечно, подойдет и обычная, главное, добавить соли, но я решила не рисковать. Именно поэтому я отправляю еще и маленькую колбу.
Кристофер нахмурился: никакой колбы к письму приложено не было. Он посмотрел на Гилберта, но тот увлеченно чесал нос и ничего не заметил.
Однако хватит об этом!
У нас все хорошо. Сначала управлять кораблем только вдвоем было довольно трудно, но сейчас мы уже знаем его как свои пять пальцев. Я учу Кэт разным морским секретам, а она рассказывает мне истории из дворцовой жизни, которым, кажется, нет конца. Но я совсем не злюсь, мне даже нравится ее празднословие. Во-первых, это помогает коротать время, а во-вторых, я узнаю такие подробности, о которых раньше и не слышала (и не только про чернила). Даже немного жалею, что не интересовалась придворной жизнью, когда жила в Черном замке. Я бы многое могла там изменить… Но что уж теперь, верно?
Я бы очень хотела узнать, как дела у вас всех: как отец, как чувствует себя леди Марта… Знаю, что Вы не сможете мне ответить, и я пишу эти вопросы в пустоту.
Мастер Клин, хочу предупредить, что в порту Ларройо (рядом с Рынком Теней) неспокойно. Подобные злачные места стали мне теперь вторым домом. Прошу не осуждайте меня – только там можно узнать что-то важное. Нередко оказывается, что это всего лишь сплетни, но кое-что стоит того, чтобы проверить. Сейчас все только и говорят, что об ученике, которого взял к себе Пиковый король, и о том, какого могущественного мага он собирается из него сделать. По слухам, именно для этого они и отправились странствовать в полную опасностей Пустыню иллюзий. Хотя некоторые считают, что у Пикового короля иные цели. В пустыне сейчас все время бури, и, говорят, в небе над ней видели ярко-алые вспышки. Все это, конечно, не к добру.
Умоляю, будьте осторожны, прошу. Не бросайтесь в пекло.
У меня заканчивается место, да и время подходит к концу. В порту Ларройо есть маги, которые используют порталы-хлопки́, с помощью которых почту можно доставить хоть на Край Света. Волшебство это опасное и непредсказуемое (а Кэт говорит, что это не маги, а мошенники, и меня обвели вокруг пальца!), но я буду верить, что Вы сможете прочитать это письмо. Отправлять его обычным путем кажется мне опасным. Адресатом я назначила Батта-младшего.
Предупреждение: как только Вы прочитаете письмо до конца, оно сгорит.
Всегда Ваша, капитан Мидри Эр, она же леди Мелайора.
Стоило Кристоферу дочитать последнее предложение, как бумага вспыхнула. От неожиданности он выпустил свиток из рук, и тот в мгновение ока сгорел.
– Это еще что такое? Вы опять там что-то поджигаете, мастер Клин? – принюхался Олли, громко фыркая.
Но Кристофер не ответил. На его руках остались лишь следы пепла, и он растер их между пальцами.
– Интересные новости, правда? – проговорил Гилберт. – Просто восторг!
– Ты что, прочел его? Письмо было адресовано мне. Ты не должен был! – с возмущением воскликнул Кристофер.
– Я прочитал первые строчки, мне хватило! Откуда мне было знать, что оно адресовано тебе?! – рассердился Гилберт. – За все лето никто из вас не удосужился мне и пары строк написать! Ни записки, ни клочка бумаги от друзей! – он расхаживал по комнате, сутулясь и засунув руки в карманы. Одежда на нем топорщилась, и он был похож на взъерошенную пурпурную курицу. – И наконец мне доставили свиток! Конечно же я решил, что у вас проснулась совесть. Подумать только, отправить мне письмо, когда я уже еду в карете! Направляюсь в Академию, и вдруг мне на голову откуда ни возьмись падает колба, а следом этот треклятый свиток. – Он остановился, переводя дух. – Полная карета взрослых, которые все лето глаз с меня не спускали, и вот, пожалуйста. Спасибо вам большое, тебе и леди… Ой, все!
Кристофер никогда не видел друга таким раздраженным и уж тем более не думал, что может сам стать причиной его гнева.
– Я же ничего не знал о письме! И для меня это такая же неожиданность, как и для тебя.
– Да, да, рассказывай! – махнул рукой Гилберт. – У тебя всегда так! Сначала делаешь и только потом думаешь. Договариваешься с кем-то о чем-то, а мне все это расхлебывать…
– Мастер Батт, – подал голос Олли. – Я, конечно, с вами согласен… но…
– Олли, не лезь, пожалуйста! – прервал его Кристофер. – А ты!.. – он ткнул в Гилберта пальцем. – А ты думай, что говоришь. Я никогда и ни о чем не договаривался за твоей спиной.
Слова эти были произнесены тоном, не вызывавшим сомнений в том, что он говорит правду. Вот только сам Кристофер знал, что это чистой воды ложь.
– Да ты хоть понимаешь, что матушка мне чуть голову не оторвала, когда увидела, в каком ужасном состоянии я был в конце прошлого года? Я остался один, отрезанный от вас, и она взяла с меня слово, что с этих пор я буду держаться от вас как можно дальше. Она сказала, что убьет меня, если я умру!
Кристофер улыбнулся, но тут же пожалел об этом.
– О, так тебе весело? – вспыхнул Гилберт. – Хорошо, я понял!..
Он направился к двери, но Кристофер остановил его, схватив за какую-то часть одежды – он бы даже на спор не смог сказать, за какую.
– Не так быстро! – холодно произнес он. – Я правда ничего не знал об этом письме, – он посмотрел Гилберту в глаза. – Ты же сам читал и знаешь, что она… – он понизил голос. – Она сама не знала, что ей подвернется случай написать мне.
– Я не дочитал, – отвел взгляд Гилберт. – Как только понял, что это тебе, сразу же остановился.
Кристофер замер. Ему вдруг стало ужасно стыдно.
«Мог бы и сам догадаться, письмо же сгорает, если его прочитать до конца», – корил он себя.
– Несколько строк, Кристофер, – тихо сказал Гилберт. – Несколько строк от вас с Мартой. Неужели это было так сложно? – он вздохнул. – А сегодня ты не явился на торжественную церемонию, и что, по-твоему, мне оставалось думать? Я такое успел до завтрака вообразить, что если бы не Марта… Я тебя уже почти похоронил!
– Гил… Я поступил неправильно. Но, понимаешь… столько всего произошло! Совет не отпустил нас с Мартой отсюда. Нас заперли в Академии и запретили писать родным и друзьям. И я был уверен, что господин Эддрик все тебе рассказал. Он бывал здесь летом, хоть и нечасто.