Научно-практический комментарий к Постановлению пленума Верховного суда РФ «О практике применения судами Закона Российской Федерации „О средствах массовой информации“. Издание 2-е, доп.
- -
- 100%
- +
На момент принятия Постановления, в третьем пункте статьи 152 ГК РФ речь шла о праве на опубликование ответа лишь в случае распространения сведений, которые ущемляют любые законные права и интересы гражданина, а пункт 7 переносил это правило и на юридических лиц. Распространение тех или иных сведений может не составлять правонарушения, за которым следует публикация опровержения, но при этом незаслуженно вредить гражданину, в силу этого и предусмотрено право на ответ.
В результате объединения норм ГК РФ и Закона о СМИ Верховный суд РФ пришёл к мнению, что право на ответ возникает в одном из двух нижеперечисленных случаев, когда происходит:
1) распространение фактических ошибок и неточностей, даже описок (в названии должности интервьюируемого, его имени, годе рождения и т.п.), которые будут признаваться несоответствующими действительности сведениями в смысле статьи 46 Закона о СМИ, но только при условии, что эти неточности привели к утверждению о фактах, событиях, которые не имели места в тот период времени, к которому относятся распространённые сведения – даже если их распространение не нарушает прав и законных интересов лица, требующего ответа;
2) распространение неполно или односторонне представленных, хотя формально и соответствующих действительности сведений (тенденциозно подобранных фактов, одностороннего освещения события и т.п.), которое ведёт к искажению восприятия реально произошедшего события, факта или последовательности событий – но только если распространение этих сведений нарушает права, свободы или охраняемые законом интересы гражданина (или организации), требующего ответа.
Действующая редакция статьи 152 ГК РФ (второй пункт) говорит о праве на ответ, как существующем наряду с правом на опровержение в той же ситуации распространения сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию. При этом десятый пункт статьи указывает на возможность использования этого права в случае «распространения любых не соответствующих действительности сведений о гражданине, если такой гражданин докажет несоответствие указанных сведений действительности».
Именно в таких случаях пострадавший вправе по норме Гражданского кодекса РФ обратиться в суд, либо – по Закону о СМИ (ст. 46) – в редакцию с требованием бесплатной публикации его ответа. Порядок его распространения установлен в том же законе и идентичен порядку публикации опровержения.
Существование двух схожих прав защиты репутации – на опровержение и на ответ – вносит сумятицу: в чём между ними различия? Почему недостаточно одного из них, ведь ответ опровергает, а опровержение отвечает на уже распространённые сведения? Действительно, в большинстве европейских стран действует лишь право на ответ (right of reply), которое включает в себя и право на опровержение. Право на опровержение впервые появилось в начале XIX века во Франции как право государства, потерявшего в результате Великой французской революции власть над прессой, бесплатно публиковать сообщения о своей версии общественно важных событий, критически освещавшихся журналистами. Право государства на опровержение было дополнено в 1822 году правом каждого в срочном порядке, в определённом объёме и также бесплатно сообщить через то же издание об ошибке или искажении в опубликованном о нём материале, то есть правом на ответ. Реализация этого права не мешала требовать законной компенсации в денежном выражении.
Перейдя в отечественное законодательство о СМИ и в гражданский закон, эти два права получили свою специфику, заключающуюся прежде всего в том, что право на опровержение возникает при распространении недостоверных сведений, прямо наносящих вред репутации лица, а право на ответ возникает в ряде других случаев. Так обстояло дело до 2013 года.
Новая формулировка статьи 152 ГК РФ о праве на ответ принципиально отличается от норм закона о СМИ о праве на ответ, практика пока не показывает, как суды будут применять их.
Возможно, что в своём новом виде право на ответ будет действовать только в отношении выражения мнения, распространяемого в комментариях, и не будет распространяться на порочащие утверждения о фактах. В постановлении «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» пленум Верховного суда РФ указал, что лица, которые полагают, что высказанное оценочное суждение или мнение в СМИ затрагивает их права и законные интересы, могут использовать право на ответ «в целях обоснования несостоятельности распространённых суждений, предложив их иную оценку»24. Это не противоречило бы и нормам статьи 46 Закона о СМИ («Право на ответ»).
Одно из немногих дел о признании права на ответ подтверждает эту гипотезу. В нём речь шла об иске о защите чести и достоинства в связи с публикацией материала о фашистско-бендеровской «пятой колонне» в пос. Михнево, сопровождаемой иллюстрациями с изображением истицы. Придя к выводу о том, что из опубликованной статьи не усматривается связь порочащей информации с истицей, так как её фамилия, имя и отчество в публикации не упоминались, суд исковые требования об опровержении отклонил. Сославшись на международные и национальные нормы о свободе мнения, суд полагал, что изложенные в статье сведения являются оценочными суждениями, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ. В тоже время он указал на положения пункта 24 Постановления и на то, что истец при изложенных обстоятельствах, имеет право на ответ, закрепленный положениями статьи 46 Закона о СМИ.25
В этом контексте стоит обратить внимание на определение апелляционной инстанции по судебному решению в споре депутата районного Собрания и муниципальных изданий в связи с публикацией ими критических статей в его адрес. Судебная коллегия областного суда пришла к выводу о том, что в статьях содержатся не соответствующие действительности сведения, допущено неполное и одностороннее предоставление информации, которая ведёт к искажению восприятия произошедшего события и негативно характеризует действия истца, поскольку приписывает ему совершение действий, вызывающих явное осуждение окружающих. Решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении требований о признании права на ответ, обязании опубликовать ответ было отменено, а от ответчиков Судебная коллегия потребовала в десятидневный срок опубликовать подготовленные истцом ответы26.
Надлежащие ответчики
Пункты 8 и 13 Постановления разъясняют судам, что процесс производства и распространения массовой информации не одномерен и состоит из нескольких этапов, в том числе производства и выпуска средства массовой информации, производства продукции средства массовой информации, а также распространения этой продукции. Участниками правовых отношений на этих этапах будут, скорее всего, различные лица: редакция, издатель, распространитель и т. п. С учётом этого к участию в деле следует привлекать лишь тех лиц, которые ответственны за соответствующий этап. Верховный суд РФ особо отметил, что ни издатель, ни распространитель продукции средства массовой информации не являются надлежащими ответчиками по делам, вытекающим из содержания распространённой информации, поскольку исходя из положений Закона о СМИ эти лица не вправе вмешиваться в деятельность редакции, в ходе которой, собственно, определяется содержание сообщений и материалов (п. 13).
Разъяснение Верховного суда РФ положило конец судебной практике, когда ответчиком за содержание материалов СМИ назначался издатель или распространитель. Например, в судебном деле по иску о защите чести, достоинства и деловой репутации суд отказал возложить на ответчика, ООО «Красногорская типография», ответственность за распространение порочащих сведений в статье «Странности Таганской власти», опубликованной в печатном издании «Таганка.pro». Суд указал, что «Красногорская типография» в силу положений Закона о СМИ и заключённого ею договора не вправе вмешиваться в деятельность редакции, в ходе которой и определяется содержание сообщений и материалов.27
В пункте 12 Постановления Верховный суд РФ напоминает, что согласно абзацу девятому части 1 статьи 2 Закона о СМИ производство и выпуск средства массовой информации осуществляет редакция, которой может являться организация, гражданин либо объединение граждан. Редакция осуществляет свою деятельность на основе профессиональной самостоятельности (ч. 1 ст. 19 Закона о СМИ), то есть без участия учредителя, издателя или распространителя. С учётом этого Верховный суд РФ разъясняет, что если возникшие правоотношения связаны с производством и выпуском СМИ (в том числе с содержанием распространенных сообщений и материалов), то к участию в деле может быть привлечена именно редакция СМИ. В случае, когда редакция не является ни физическим, ни юридическим лицом (т.е., является объединением граждан), к участию в деле может быть привлечен учредитель данного средства массовой информации, а также главный редактор.
На практике, суды действительно отказывают в неправомерных исках к учредителю. В соответствующих ситуациях они обращают внимание на то, что оспариваемый материал не является «заявлением учредителя», учредитель не вправе вмешиваться в профессиональную деятельность редакции (ст. 18 и 19 Закона о СМИ), редакция является юридическим лицом, а следовательно иск следует предъявлять редакции и (или) автору материала28.
В Постановлении (п. 12) также отмечается, что главному редактору не требуется доверенность или иное специальное оформление своих полномочий представлять редакцию в суде, поскольку такое право главного редактора основано на положениях части 5 статьи 19 Закона о СМИ. Под главным редактором, напоминает Верховный суд РФ, следует понимать лицо, возглавляющее редакцию (независимо от наименования должности) и принимающее окончательные решения в отношении производства и выпуска средства массовой информации (абзац десятый ч. 1 ст. 2 Закона о СМИ).
Верховный суд РФ указал, что дела о прекращении деятельности средства массовой информации затрагивают права и интересы не только учредителя, чьё свидетельство о регистрации СМИ может быть признано недействительным (аннулировано). Удовлетворение требования регистрирующего органа о закрытии СМИ влечёт недействительность и устава редакции (ч. 6 ст. 16 Закона о СМИ). Следовательно, оно затрагивает права и интересы всей редакции, которая (если СМИ не освобождено от регистрации по нормам статьи 12 Закона о СМИ) в силу части 1 статьи 8 названного Закона вправе осуществлять производство и выпуск средства массовой информации только с момента регистрации (и следовательно обязана прекратить эти действия с момента лишения регистрации). С учётом этого к участию в деле о прекращении деятельности средства массовой информации суды должны привлекать как его учредителя (соучредителя), так и редакцию.
К сожалению, данное указание оказалось не воспринятым на практике: в подавляющем большинстве случаев, ответчиком по такого рода делам выступает лишь учредитель, редакцию же ликвидируемого СМИ Роскомнадзор и суды игнорируют29. Судебные решения показывают, что редакцию (главного редактора) привлекают в качестве ответчика в делах о признании свидетельства о регистрации СМИ недействительным, лишь когда сам учредитель ликвидирован или скончался и не может выступать в суде30.
Название СМИ
Статья 13 Закона о СМИ устанавливает возможность отказа в регистрации средства массовой информации на том основании, что указанные в заявлении сведения не соответствуют действительности. В пункте 2 части 1 статьи 10 того же закона говорится, что в заявлении о регистрации СМИ должно быть указано название средства массовой информации.
В связи с применением этих норм российскими судами наше государство в 2007 году проиграло в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ) спор с журналистом Джавадовым. Жалоба журналиста была направлена по поводу согласия национальных судов с отказом государственного органа зарегистрировать независимую белгородскую газету «Письма Президенту»31. Отечественные органы правосудия сочли, что вынесенный отказ в государственной регистрации на том основании, что название «Письма Президенту» могло ввести читателей в заблуждение, был оправдан. Аргументами послужило то что, во-первых, предложенное название якобы предполагало, что газета является официальным изданием Администрации Президента РФ, что не соответствовало действительности.
Во-вторых, в газете предполагалось освещать более широкий круг тем, чем утверждалось в названии. Российские суды сделали в своё время вывод, что отказ в регистрации СМИ допустим и в случае «несоответствия действительности» его названия. В свою очередь, Европейский суд по правам человека посчитал, что такая слишком широкая трактовка не была основана на какой-либо статье закона, которая это чётко разъясняет, и что заявитель не мог разумно предвидеть её. Следовательно, то как «формальности» для регистрации были истолкованы и применены к свободе выражения мнения заявителя, не отвечало стандарту «качества закона» по Европейской Конвенции о правах человека.
Пленум Верховного суда РФ фактически вторит правовой позиции, изложенной в постановлении ЕСПЧ по этому делу. Он разъясняет российским судам, что основная функция названия СМИ «заключается в идентификации средства массовой информации для своей аудитории и потенциальных потребителей на рынке средств массовой информации. Поэтому название средства массовой информации не подлежит оценке с точки зрения соответствия или не соответствия действительности (ср. с п. 38 постановления по делу Джавадов против Российской Федерации). Отказ в регистрации средства массовой информации в связи с несоответствием его названия действительности является незаконным» (п.10).
При этом Верховный суд РФ делает оговорку о том, что название СМИ всё же может оцениваться с точки зрения наличия или отсутствия злоупотребления свободой массовой информации (в смысле ч. 1 статьи 4 и п. 3 ч. 1 статьи 10 Закона о СМИ). Например, название не должно содержать призывы к осуществлению террористической деятельности, пропагандировать порнографию, культ насилия и жестокости (п.10).
Далее в том же пункте Постановления, Верховный суд РФ обращается к проблеме клонирования названий СМИ, а точнее – к судебным спорам об оспаривании отказа в регистрации СМИ на основании, указанном в пункте 4 части 1 статьи 13 Закона о СМИ (когда регистрирующим органом ранее уже было зарегистрировано СМИ с теми же названием и формой распространения массовой информации). Верховный суд РФ напоминает, что Закон о СМИ исходит из того, что под тем же названием средства массовой информации понимается название, буквально совпадающее с тем, которое было зарегистрировано ранее. Из этого делается вывод, что отказ регистрирующего органа на том основании, что название СМИ в заявлении о его регистрации является сходным до степени смешения с названием средства массовой информации, зарегистрированного ранее, не может быть признан судом законным. Тем самым Верховный суд РФ отказал Роскомнадзору в праве судить о схожести или несхожести названий СМИ и на этом основании отказывать в регистрации СМИ.
Эта позиция нашла отражение и в судебной практике. Так, Арбитражный суд Московского округа признал, что сходство в наименовании заявленного к регистрации СМИ – информационного агентства Голос/News agency Golos – с ранее зарегистрированным сетевым изданием (см. ниже) Голос/Golos не могло служить основанием для отказа Роскомнадзором в удовлетворении требования заявителя о регистрации СМИ. Вывод судов нижестоящих инстанций о том, что истец предполагал выпускать сетевое издание, основано на предположении и не соответствует представленным в дело доказательствам. Суд третьей инстанции указал, что информационное агентство и сетевое издание являются разными формами распространения массовой информации. Признав незаконным решение Роскомнадзора, он обязал его устранить допущенное нарушение прав заявителя, зарегистрировав средство массовой информации с этим названием32.
При этом Верховный суд РФ в своём Постановлении признал существование проблемы клонирования названий. Он подтвердил, что использование сходных до степени смешения названий может вводить в заблуждение потребителей (аудиторию). В этом случае защита прав лиц, обладающих правом на название средства массовой информации, осуществляется способами, предусмотренными действующим законодательством, регулирующим вопросы использования средств индивидуализации, прежде всего частью четвёртой Гражданского кодекса РФ и Федеральным законом «О защите конкуренции»33.
Возвращаясь к основанию, указанному в пункте 4 части 1 статьи 13 Закона о СМИ (см. выше), Верховный суд РФ напомнил, что в соответствии с формулировкой Закона о СМИ34 к одной и той же форме – периодическому печатному изданию – относятся и газета, и журнал, и сборник, и альманах, и бюллетень (п.10). Все они являются видами одной и той же формы. В силу этого тот же закон запрещает регистрировать печатные СМИ одного из этих видов, если другой вид уже имеет то же название (хотя читателю, видимо, сложно перепутать газету со сборником или журналом).
Правовые особенности регулирования деятельности Интернет-СМИ
Верховный суд РФ сделал смелый шаг и примерил нормы Закона о СМИ, принятого задолго до массового появления в России сети Интернет, к отношениям, возникающим в связи с распространением массовой информации в виртуальной среде – важнейшем явлении современного медиапространства. Сам текст этого закона к тому времени не изменялся с целью учёта возникших правоотношений. В результате царившая здесь до принятия Постановления правовая атмосфера могла характеризоваться как весьма неопределённая и позволяющая толковать нормы права противоречивым образом. Смелость Верховного суда РФ заключается как раз в том, что он логически применил нормы Закона о СМИ к правоотношениям в сфере Интернета.
а) Регистрация Интернет-СМИ
Авторы проекта Закона о СМИ неоднократно подчёркивали35, что нормы части 2 статьи 24 («Иные средства массовой информации»)36 почти пророчески описали надлежащий правовой подход к Интернет-СМИ. Пленум, не отрицая применимости статьи 24 к Интернет-СМИ по аналогии закона, сделал это с рядом оговорок. Он, в частности, указал на необходимость учитывать при применении Закона о СМИ к периодическому распространению массовой информации «через телекоммуникационные сети (информационно-телекоммуникационные сети), в том числе через сеть Интернет» особенности распространения информации через такие сети (п. 6).
Главной же особенностью названо отсутствие продукции средства массовой информации при распространении массовой информации через сайты в сети Интернет. Раз нет продукции СМИ, то нет и собственно СМИ как формы её распространения. Эта не бесспорная логическая конструкция37 повлекла за собой важные правовые последствия. Главным из них является указание Верховного суда РФ на то, что сайты в сети Интернет не подлежат обязательной регистрации как средства массовой информации. Тем самым Постановление закрепило сложившуюся в отсутствие чётких норм правовую традицию, когда регистрация Интернет-СМИ проводилась только на добровольной основе.
Это указание Постановления было фактически отменено поправками в Закон о СМИ в ноябре 2011 года. Статья 24 была отменена, а в новой редакции статьи 8 («Регистрация средства массовой информации») теперь говорится:
«Сайт в информационно-телекоммуникационной сети „Интернет“ может быть зарегистрирован как сетевое издание в соответствии с настоящим Законом. Сайт в информационно-телекоммуникационной сети „Интернет“, не зарегистрированный в качестве средства массовой информации, средством массовой информации не является».
В этих двух предложениях говорится одно и то же: регистрация Интернет-СМИ в государственных органах является добровольным делом – при желании вы имеете такую возможность. При отсутствии такого желания принуждения не будет, но сайт в таком случае не будет рассматриваться как СМИ.
В той же статье Закона о СМИ сказано, что редакция СМИ осуществляет свою деятельность после его регистрации за исключением предусмотренных в нём случаев освобождения от этой процедуры. Исключение составляют перечисленные в статье 12 Закона о СМИ случаи освобождения средств массовой информации от государственной регистрации, которые к сетевым изданиям, если только они не учреждены органами государственной власти и местного самоуправления для издания их официальных сообщений и материалов, отношения не имеют.
Итак, Закон о СМИ следует читать следующим образом: «редакция сетевого издания осуществляет свою деятельность после его регистрации». Если у Интернет-СМИ есть действующая редакция, но нет регистрации, то нарушается закон.
Необходимо помнить и о норме статьи 17 Закона о СМИ, которая гласит, что права и обязанности учредителя и редакции возникают с момента регистрации средства массовой информации. Здесь вновь содержится указание на то, что редакция как таковая может действовать только после регистрации СМИ.
Следовательно, Верховный суд РФ полагал, что редакция Интернет-СМИ может функционировать без регистрации, которая должна быть добровольной. При этом без регистрации редакция теряет права и обязанности, предусмотренные Законом о СМИ. Законодатель же в 2011 году решил, что регистрация остаётся добровольной, но если сайт действует как редакция Интернет-СМИ, то регистрация неизбежна.
Заметим, что работающие в зарегистрированных СМИ авторы приобретают статус журналиста со всеми полагающимися ему правами. Редакции зарегистрированного Интернет-СМИ легче получить аккредитацию, на неё распространяются нормы статьи 57 Закона о СМИ об освобождении от ответственности. В силу этого некоторые Интернет-ресурсы стремятся получить государственную регистрацию СМИ в органах Роскомнадзора. Сделать это стало легче в силу положения Постановления о том, что «регистрирующий орган не вправе отказать в регистрации сайта в сети Интернет в качестве средства массовой информации, если его учредитель выразит желание получить такую регистрацию» (п. 6). Другими словами, регистрация не обязательна, но при желании её всегда можно получить.
С другой стороны, при появлении регистрации в качестве СМИ у тех же работников редакции возникают обязанности журналиста, а сетевое издание может получить предупреждение регистрирующего органа за нарушение норм статьи 4 Закона о СМИ о недопустимости злоупотребления свободой массовой информации и, по крайней мере, теоретически быть закрытым по суду, как и традиционное СМИ. Это обстоятельство, вероятно, удерживает многие Интернет-ресурсы от обращения за такой регистрацией.
На него также указывает замечание пленума о том, что «лица, допустившие нарушения законодательства при распространении массовой информации через сайты в сети Интернет, не зарегистрированные в качестве средств массовой информации, несут уголовную, административную, гражданско-правовую и иную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации без учёта особенностей, предусмотренных законодательством о средствах массовой информации» (п. 6). Эти особенности, в частности, заключаются в более суровом наказании за распространение через СМИ публичных призывов к осуществлению экстремистской деятельности (ч. 2 ст. 280 УК РФ), а также клеветы или оскорблений (ч. 2 ст. 129 и ч.2 ст. 130 УК РФ), хотя в последнем случае, скорее всего, сведения с любого сайта в Интернете всё равно будут признаны «публично демонстрирующимся произведением», рассматриваемым законом наравне с материалом СМИ. На это замечание Постановления нередко ссылаются суды при рассмотрении гражданских дел о защите чести, достоинства и деловой репутации38.
Ещё одной особенностью распространения информации через сайт, зарегистрированный в качестве средства массовой информации, является то, что её должен сопровождать более краткий перечень выходных данных, чем это требует Закон о СМИ в статье 27. Постановление говорит о необходимости указывать, в частности, орган, зарегистрировавший Интернет-СМИ, и его регистрационный номер39. Очевидно, что нет необходимости и возможности указывать на сайте такие сведения, как дата выхода в свет (в эфир) и номер выпуска; тираж программы; цену, либо пометку «Свободная цена», либо пометку «Бесплатно». Отсутствие этих данных не может служить основанием для привлечения лиц, осуществляющих периодическое распространение массовой информации через сайты в сети Интернет, зарегистрированные в качестве СМИ, к ответственности за нарушение порядка объявления выходных данных средства массовой информации, заключает Постановление (п. 6).
В редакции 2011 года статья 27 Закона о СМИ была изменена. В отношении сетевых изданий конкретных указаний о выходных данных не появилось. Правда, на них распространяется норма о том, что любое зарегистрированное средство массовой информации обязано указывать в выходных данных название зарегистрировавшего его органа и свой регистрационный номер. Закон здесь последовал минимальным требованиям, впервые предложенным в Постановлении.