Призраки внутри нас

Иногда возникало желание позвонить Алисе. Но это было как-то неловко, они же не дружили!

Ей хотелось снова почувствовать себя умной, успешной, востребованной… Хоть чуть-чуть. Поэтому когда ей позвонил ассистент Тронова, она сказала, что готова рассмотреть новое предложение о сотрудничестве. Да, ей будет тяжело и страшно – без вариантов. Но порой она была готова согласиться на все, лишь бы вырваться из этой трясины.

В один солнечный сентябрьский день Катя не выдержала. Вроде как объективных причин для плохого настроения не было, но… Девушка с самого утра поняла, что что-то пойдет не так. Взгляд у Олега был бегающий, он просил не звонить ему днем, на работу ушел раньше… как будто и отпроситься оттуда собирался раньше!

Несмотря на его просьбы, Катя попыталась ему позвонить. Начала в двенадцать, закончила в два, но реакции не было. По коже шли мурашки, и становилось как-то тошно, а остановиться она не могла.

С работы ее отпустили без проблем, стоило ей только сказать, что она плохо себя чувствует. Там Катю любили и беспокоились за нее даже больше, чем в родной семье. Дорога до дома пролетела быстро, как никогда раньше. Может, потому, что ей не хотелось приезжать…

Но повернуть назад она не могла и скоро уже стояла у своего дома. Спокойно открыла дверь своим ключом. Почти не удивилась, увидев в коридоре женскую обувь и валяющиеся на полу вещи. Квартира была однокомнатная, так что искать эту парочку долго не пришлось.

Если в этой ситуации что и представляло для Кати интерес, так только то, как выглядела ее таинственная соперница. Воображение рисовало роковую брюнетку, высокую, тощую, яркую – такую, какой Катя никогда не была. Реальность оказалась прозаичной. Роковая брюнетка с дьявольской сексуальностью на ее пухловатого, лысеющего Олежика не позарилась. А позарилась миниатюрная блондиночка – стройнее Кати и вместе с тем старше лет на десять.

Они что-то говорили. Пытались оправдываться… извинялись даже. Катя не слушала и не слышала их. Как будто ей уши заткнули. И внутри расползалось онемение – ей было просто все равно. Чему тут удивляться, если она знала?

– Уходите, – только и сказала она.

Потом пошла на кухню, делать чай. Эти двое говорили о чем-то, но ей было все равно, она не разбирала слова. Блондинка все-таки убралась, и этого хватало.

Потом был разговор с Олегом. Муж сперва пытался оправдываться, но когда понял, что Катя просто не в состоянии повысить голос, перешел в наступление. В чем-то там ее винил и называл плохой женой. Катя не спорила, она вообще ничего не говорила. Сидела, кивала, пила чай.

Они продолжили жить вместе, но уже как чужие люди. Развод не обсуждался, и на первый взгляд все продолжалось, как раньше: она готовила ему, делала всю работу по дому. Они даже спали в одной постели! Но они почти не разговаривали, о сексе и речи не шло.

Судя по тому, что Олег быстро привык к такому раскладу и не высказывал претензий, с любовницей он помирился. Теперь у него был уютный дом, вкусные обеды и регулярный секс на стороне. Конечно, вряд ли он верил, что ситуация останется такой навечно. Скорее всего, ожидал, что Катя перебесится и все забудет – просто примет это как данность.

Катя же просто жила так, будто плыла по течению. Она ждала. Когда ей в следующий раз позвонил Тронов, она на все согласилась, незамедлительно подписала документы. В детском саду ей дали неоплачиваемый отпуск на месяц – сделали для нее исключение. Коллеги-то сразу поняли, что что-то идет не так.

В назначенный день Катя уехала на общее собрание. Олегу она об этом не сказала ни слова.

Дамир все еще не был уверен, что поступает правильно. Но уже знал, что если бы не согласился, то сожалел бы больше. Ему не нравилась идея с реалити-шоу, однако покидать проект он не хотел.

Во многом это был самый эффективный способ заработать. Дамир большую часть жизни верил, что навсегда свяжет свою судьбу с хирургией. Это ему было близко и понятно, это манило с детства. Он чуть ли не с интернатуры начал добиваться серьезных успехов, ему пророчили большое будущее!

Но он на собственной шкуре узнал, что лучше не верить, что жизнь твоя распланирована. Дамир попал в серьезную автомобильную аварию, выжил, но получил травму головного мозга. Теперь стресс мог в любой момент спровоцировать приступ – легкий, в виде дрожи в руках, или тяжелый… врачи предупреждали, что если он не будет осторожен, то может дойти до эпилепсии.

А для Дамира даже дрожь в руках приравнивалась к приговору. Он же хирург! Дрогнувшая рука во время операции могла привести к чьей-то смерти. Поэтому он был вынужден уйти из профессии.

Он понятия не имел, что делать дальше. Заниматься грубым физическим трудом ему было нельзя, его образование было узкоспециализированным – а медицина оставалась для него закрытой. Тут еще и жена ушла, решив, что быть вместе в радости гораздо приятнее, чем в горе. Дамир оказался в тупике.

Проект Тронова все изменил. Это было не весело и даже не безопасно, но Дамир снова почувствовал себя живым. Он принимал решения, он менял ситуацию, от него многое зависело! Он стал нужным. Не все там прошло гладко, и сразу было понятно, что некоторые участники и не подумают о возвращении. Однако у него ситуация была особенная.

Это усугублялось и тем, что Алиса лично позвала его в проект. Ему было приятно. Дамир не любил открыто выражать симпатию, он просто делал выводы для себя. Ему было комфортно работать с девушкой, а раз она обратилась к нему после проекта, ей это сотрудничество тоже нравилось.

Так что единственным поводом для сомнения оставался новый формат. Однако поразмыслив, Дамир решил, что лучшей альтернативы у него нет. Поэтому на общее собрание он шел уже с подписанными документами.

Теперь он сидел в конференц-зале офиса Тронова, уже знакомом ему по первому этапу, и украдкой разглядывал тех, кому предстояло стать его конкурентами.

Алиса, устроившаяся рядом с ним, за эти месяцы не изменилась – да и с чего бы ей меняться? Разве что волосы немного отросли, а она не спешила их стричь… В целом она казалась жизнерадостной.

А вот Катя – нет. Дамир вообще не ожидал встретить ее здесь, а уж тем более – в таком мрачном настроении. Раньше она напоминала ему большого ребенка, этакого внезапно ожившего резинового пупса с голубыми глазами и светлыми кудряшками. Теперь же ее взгляд стал более… взрослым, что ли. Видно, что-то произошло в ее жизни, но Дамир не собирался спрашивать об этом. Он считал, что только близкие друзья имеют право задавать такие вопросы.

Из первого этапа в проект вернулись лишь они трое. Еще четверо участников были новичками.

В одном ряду с ними сидела женщина лет шестидесяти на вид. Средней полноты, с коротко остриженными завитыми волосами, в спортивном костюме, она казалась типичной дачницей, которой сейчас пора было картошку копать. Да и сама женщина оглядывалась по сторонам с легкой растерянностью, будто просто ошиблась дверью.

Дамир решил не делать преждевременных выводов относительно ее. Он и Катю раньше считал абсолютно бесполезной, а она очень помогла ему!

Напротив пенсионерки сидел весьма колоритный персонаж. Мужчина лет тридцати, широкоплечий, подтянутый, определенно активно пользующийся абонементом в тренажерный зал. У него была светлая кожа и угольно-черные волосы. Художественно выстриженная бородка, очерчивавшая скулы, показывала, что мужчина либо работает в шоу-бизнесе, либо у него очень много свободного времени. Глаза у него были светло-серые, и от этого они казались прозрачными. Одет мужчина был ярко, по-цыгански: в черную водолазку и пестрый пиджак, сверкающий блестками.

Такое буйство красок определенно смущало участника, сидевшего рядом с ним. Этот мужчина был постарше лет на пять, хотя и сам при этом не склонялся к консерватизму – судя по майке с костями и пирсингу в ушах и на лице. При этом внешность у мужчины была непримечательная, среднестатистическая, и он просто терялся на фоне собственных аксессуаров.

На месте сбоку устроилась дама лет сорока пяти. Она сидела на краешке стула и вытянулась струночкой – и этим напоминала Дамиру курицу на насесте. Да и черты лица у нее были птичьи: темные, близко посаженные глаза на круглом лице, маленький ротик и крупноватый нос. Она то и дело поправляла остриженные на уровне плеч волосы, а они все равно оставались безнадежно взлохмаченными. Взгляд у дамы был нагловатый и туповатый, и Дамир решил бы, что она тут явно лишняя… Но ведь все участники проходили тест, Тронов хвалился тем, что нужно обладать особыми способностями, чтобы попасть на его проект! Значит, способности есть и у этой дамы, но скрыты они очень глубоко.

Последним в зал вошел Тронов в сопровождении двух мужчин. Одному было около шестидесяти, может, чуть меньше. Он отличался тяжелой кряжистой фигурой, седой бородой и полным отсутствием волос на голове. Второй мужчина был раза в два моложе, обладал теми же чертами, что и первый, включая очень крупный нос и водянистые глаза, и тоже лишился волос на затылке – проплешина на голове по непонятным причинам поблескивала.

Тронов стал во главе стола, тогда как его спутники устроились в гостевых креслах.

– Добрый день, – он улыбнулся с неизменной вежливостью. – Я рад видеть вас всех. Особенно тех, с кем мы работали раньше. Я знаком со всеми вами, вы друг с другом преимущественно незнакомы. Но этот пробел будет закрыт позже, когда проект уже начнется.

– А что, он еще не начался? – поинтересовалась курицеподобная дама.

– Нет. Нынешний разговор – ваш последний шанс покинуть проект. Даже несмотря на то что вы уже подписали документы, я предоставляю вам возможность свободного выхода. Я еще раз объясню вам правила, их окончательный вариант, а вы мысленно взвесите свои силы. Готовы ли вы к этому? Пойдете ли до конца? Разумеется, вы сможете выйти из игры и в процессе. Но и я, и мои партнеры будем очень строго следить за соблюдением соглашения о сохранении тайны. Штрафы прописаны у вас в договорах, и я вас уверяю, никаких послаблений не будет.

Дамир уже читал новый договор и сразу отметил, что штрафные санкции по сравнению с прошлым разом возросли. Но это и понятно! Любая информация о проекте теперь превращается в товар.

Остальные тоже не спешили уходить. Не факт, что они полностью понимали ситуацию. Возможно, они просто еще не осознали, насколько это серьезно.

– В начале проекта вам будет предоставлено настоящее уголовное дело, – продолжил Тронов. – Им занимаются полицейские, вы будете работать параллельно с ними. Они вам не помешают, вы им – тоже. Потому что весь проект пройдет в замкнутом пространстве.

– Как это? – удивилась Алиса.

– Получив исходные данные, вы отправитесь в здание, принадлежащее моему партнеру. После вашего входа здание будет полностью запечатано. У вас будут достойные условия жизни, вам предоставят еду и все необходимое. При этом у вас не будет никакого способа связи с внешним миром.

– А если что-то случится? – осведомился Дамир, невольно вспомнив первый этап проекта.

– Тогда, конечно, помощь вызовут, вас выпустят. Вас могут выпустить, и если вы решите покинуть проект, но обратного хода уже не будет. Поэтому я прошу вас тщательно взвешивать каждое свое решение. С вами будет находиться мой представитель, Степан, с которым вы уже знакомы, а также представитель владельца здания. Они будут иметь непосредственный контакт с внешним миром, вы – нет.

– И что, нас куда-то увезут? – поинтересовался обладатель пестрого пиджака. – Что за изолированное здание?

– Само здание находится в Москве. Ближе к центру, я бы сказал, поэтому если кто-то уже успел подготовиться к долгому путешествию – я вас разочарую. Но технические особенности здания таковы, что оно может быть полностью изолировано от внешнего мира.

В этом была определенная ирония… Находиться в центре Москвы, среди толпы людей, но не иметь возможности достучаться до них. Дамир понимал, что ситуация жутковатая. А вот другие участники, судя по взглядам, находили ситуацию забавной. Что ж, пусть тешат себя иллюзиями. Скоро сами во всем разберутся.

– Съемка будет вестись постоянно, – добавил психолог. – Но не в прямом режиме. Все ваше пребывание там будет записано, после мы смонтируем результат. Для этого будут использованы внутренняя система наблюдения, уже имеющаяся в здании, и дополнительные скрытые камеры. Они будут установлены в ваших комнатах, но вы не будете знать, где именно они находятся. Естественно, в местах личной гигиены никаких камер не будет.

– А нам позволят посмотреть, что в итоге получилось, до эфира? – спросила Алиса.

– Мы можем учесть некоторые ваши пожелания, – уклончиво ответил Тронов. – Также вы должны помнить, что реалити-шоу будет позиционироваться как прямой эфир. Так что на время его выпусков вы должны будете покинуть страну. Это прописано в вашем контракте, условия и необходимые выплаты мы гарантируем. Ни во время проекта, ни после него вы не должны сообщать третьим лицам информацию о нем. Записи будут показаны только на специальном сайте с платным доступом. Для дополнительного эфира мы подпишем с вами новый контракт, если понадобится. Но реклама шоу будет размещена в открытом доступе в интернете.

Вот это Дамира и раздражало. Как минимум из-за этой дурацкой рекламы его друзья, родные и знакомые могут узнать, чем он занимается! А некоторые из них настолько любопытны, что обязательно полезут посмотреть, что же там, на записи!

Но у него и Алисы ситуация еще терпимая. Близких родственников, которых это могло бы расстроить, нет, коллег теперь тоже нет. У Кати все иначе… А она не уходит. Нет, что-то определенно случилось!

Тронов обвел взглядом собравшихся:

– Мне приятно наблюдать, что вы все еще здесь. Это я воспринимаю как окончательное согласие на участие в проекте. Тогда не будем терять время, перейдем сразу к делу!

Он посторонился, открывая им обзор на экран, занимавший половину стены. Включился проектор, размещенный под потолком, и на экране появилось изображение здания. Это была зеркальная высотка, очевидно новая – и очевидно дорогая. Дизайн у здания был простой, коробка из стекла и металла, но за счет использования хороших материалов и грамотной подсветки смотрелась постройка все равно достойно.

– Это отель «Оранжерея», – пояснил Тронов. – Недавнее дополнение к архитектурному пейзажу Москвы. Проект, во многом не имеющий аналогов. Чтобы вы лучше понимали, что собой предоставляет этот отель, я передаю слово его владельцу, а также одному из основных инвесторов реалити-шоу, в котором вы участвуете. Богдан Федорович Ероев, прошу.

С кресла приподнялся старший мужчина, подошел ближе. Тронов сделал шаг в сторону, но место его не занял.

– «Оранжерея» – это действительно уникальный проект, скажу без ложной скромности. Москва – один из самых дорогих городов мира. Поэтому каждый, кто открывает что-то новое для туристов, должен привлекать либо классом, либо ценой, либо эксклюзивом. Но хороших премиум-отелей у нас хватает, дешевизну я не люблю, к тому же мне хотелось сделать нечто особенное. Так и появилась идея «Оранжереи».

Пока он говорил, снимки на экране сменяли друг друга. Там появлялись роскошные номера, просторные рестораны, СПА и бассейны… Но это как раз было банальным. Дамир сразу понял, о каком эксклюзиве идет речь.

Отель был полон живых существ. Во всех помещениях размещались террариумы, аквариумы, клетки, тропические сады. Многие клетки еще пустовали, но в другие уже заселили обитателей.

– «Оранжерея» – это уголок дикой природы прямо в центре мегаполиса! – с гордостью заявил Ероев. – Когда я решил инвестировать в это деньги, многие не поняли меня. Но я не пасую перед трудностями. Да, реализовать все это, соблюдая при этом нормы безопасности и гигиены, было очень дорого. И все же я доволен результатом! И судя по интересу, уже проявляемому иностранцами, доволен не только я. В этом отеле вы и будете жить, пока не завершится шоу! Совершенно бесплатно – уже это, я считаю, огромная удача!

– Мы будем жить там не просто так, – напомнила Алиса. – Произошло преступление…

– Увы, – помрачнел владелец отеля. – Я ожидал, что будут какие-то диверсии от конкурентов, но… Произошло нечто непредвиденное. Поэтому в проекте Алексея я вижу для себя двойную выгоду: мы получим зрелищное шоу в шикарных декорациях, а вы определите, есть ли угроза моему бизнесу и откуда она исходит.

Дамир, который сидел близко к Кате, не мог не заметить, что она побледнела. Еще бы! Даже на фотографиях тропические пауки и извивающиеся змеи смотрелись устрашающе. Жить с ними рядом… Тут особый склад ума надо иметь.

– Во время съемок вы будете в отеле не одни, – предупредил Ероев. – Помимо моего представителя и ассистента Алексея с вами будет необходимый минимум персонала. Их задача – поддерживать отель в достойном состоянии, вам они мешать не будут. Я очень надеюсь, что вы добьетесь успеха. Я уже и так вынужден был перенести открытие на декабрь! Этот отель дорог мне, и я не хочу отступать. Он будет открыт! А вы поможете этому.

Он вернулся на свое место, снова переключая все внимание слушателей на Тронова.

– Как видите, условия для вас созданы премиальные, и не думаю, что вы ощутите острый дискомфорт от своего вынужденного заточения, – сказал психолог. – А теперь перейдем к неприятной части этой истории – к уголовному делу, в котором вы должны разобраться.

Шикарные интерьеры на экране сменились портретом молодого мужчины – лет тридцати пяти, не больше. Фото определенно было постановочным: мужчина был одет в странный балахон, стоял в окружении сизого дыма, а в руках держал человеческий череп. Судя по напряженному лицу, все это должно было выглядеть очень таинственно.

– Это Эндерс Линн, гражданин Америки русского происхождения. Во втором поколении. Его профессия в нашей стране не слишком привычна. Мистер Линн работал медиумом. Для тех, кто не посвящен в тему, поясню: это некий профессионал, который утверждает, что может общаться с потусторонними силами.

– Короче, фокусник, – буркнула «курица».

– Да, этот термин нам привычней. Но мистер Линн был завсегдатаем знаменитых шоу Лас-Вегаса. Там очень внимательно относятся к любого рода фокусам. Публика привыкла к магии и требует строгой градации своих развлекателей. Кто-то достает голубя из шляпы, кто-то обучает трюкам тигров. Мистер Линн заявлял, что может общаться с умершими людьми. Этим летом он приехал в Москву по приглашению сети гостиниц. Его шоу прошли хорошо, после этого он взял отпуск и остался в России. Своим знакомым он заявил, что хочет навестить дальнюю родню. Имеющиеся у нас сведения показывают, что он действительно сделал это. В сентябре мистер Линн вошел в состав тестовой группы, приглашенной в «Оранжерею».