Замуж за дракона. Свадьба

Сшить свадебное платье за половину дня главный королевский портной, конечно, не успел. Как только я согрелась после купания в пруду, Эйнор проводил меня в покои восточной части дворца. Западное крыло закрывалось, и комнаты претенденток переделывались обратно в гостиные, музыкальные салоны и танцевальные залы. Король жил на своей половине. В тридцати пяти комнатах, обставленных с невероятной роскошью. Как выяснилось, десять из них в кремовых и зеленых оттенках уже давно приготовили для будущей королевы. В мой любимый цвет не попали. Я предпочитала синий.

А выходила замуж в белом. Моветон и отъявленное хулиганство для Элезии. Белый в королевстве – цвет траура. Но главный портной безумную затею поддержал. Теперь мне предстояло увидеть, как разгулялась фантазия Бьорна. Он обещал украсить традиционный траурный балахон.

– Ленты! – ворчливо пробормотал он, врываясь в мою новую спальню. – Я просил все, что у нас есть белого цвета. Где они?

– Уже несут, господин, – запыхавшись, оправдывался один из подмастерьев. – Мы потеряли госпожу Аллатаиру. Искали её в восточном крыле.

– Она здесь! Всё, работаем!

Глаза Бьорна светились демонической страстью. Он был настолько не в себе, насколько это вообще возможно. Размахивал руками, отдавал короткие команды, и очень скоро комната стала напоминать небо с пушистыми облаками. Подмастерья порхали над ними, как маленькие розовощекие купидончики. Правда, такие же взмыленные, как Бьорн, и наполовину безумные.

– Переодевайте! – приказал он. – Будем заканчивать на королеве.

Меня превратили в манекен. Гори прогнали сразу же, он прислуживал претенденткам, а королеве полагалась своя свита. Но, увы, после свадьбы. Сейчас меня раздевали и заново одевали в белое платье помощники портного. Грудь затянули тугим корсетом. Она приподнялась и стала выглядеть так, что я краснела, отворачиваясь от зеркала.

– Ножницы! – командовал Бьорн, а мне слышалось: «Зажим. Пинцет. Тампон. Спирт. Спирт. Спирт. Всем спирт. Помянем».

Юбку укорачивали прямо на мне. Лишнюю ткань портной сам срезал, а подворачивали и подшивали край его мальчишки. Втроем. Сразу со всех сторон. На лифе расцветали кружевные цветы. На изысканную вышивку времени не было, но несколько крупных бусин и золотых лепестков Бьорн пришил.

– Безумие, – бормотал он, ловко и очень быстро прокалывая ткань тончайшей иглой. – Свадьба в тот же вечер после смотрин! Его Величество бешеные собаки покусали? Никакого терпения.

Я улыбнулась, подозревая, что громкий выпад был самым цензурным и терпимым из всех мыслей, проносящихся в голове портного. Да уж, Эйнору горело взять меня в жены прямо сейчас. Боялся, что дракон вырвется из подвала, снова посадит меня на шею и улетит? Ему вообще позволят присутствовать на свадьбе? Или он будет видеть все глазами короля? Слышать его ушами, чувствовать, осязать и обонять? Я не представляла, как можно так жить. Каждый день, год за годом.

– Господин Бьорн! – ворвался в спальню ещё один подмастерье. – Нас торопят.

– Подождут, – прорычал в ответ портной. – Или пусть начинают без королевы. Как думаешь, решатся? Вот и я считаю, что дураков нет. Майло! Не спеши. Ты прекрасно обметываешь петли, не позволяй себе все испортить. Мы же не хотим, чтобы у Её Величества пуговицы расстегнулись прямо во время церемонии?

– Никак нет, господин Бьорн.

Кудрявый Майло вздохнул и продолжил уже медленно и тщательно. Без нас не начнут, портной прав.

Меня все-таки превратили в большой свадебный торт. Поверх плотной белой юбки накинули блестящую полупрозрачную ткань и собрали её глубокими складками. Получились красивые волны, каскадом спускающиеся из-под нижнего края корсета до пола. Лиф сверкал камнями в сердцевинах цветов и золотился листьями. Я не знаю, как Бьорн угадал моду моего мира, наверное, он все-таки был немного магом.

– Шею я оставил открытой, – объяснял портной, разглядывая свой шедевр издалека. Тихо стало в комнате, даже подмастерья замерли. – После церемонии её украсит символ королевской власти.

– А можно мне фату сверху на волосы? – осторожно спросила я, руками показывая то, без чего дома не обходилась ни одна свадьба.

– Посмертную вуаль? – переспросил Бьорн и слегка нахмурился. – Я подумал, что это уже слишком.

– Нет, пожалуйста, – я умоляюще сложила руки перед грудью. – Будет хорошо. Ещё один отрез полупрозрачной ткани и всё. Ничего шить не понадобится.

Обычаи Элезии не совпадали с нашими настолько, что меня никто не понимал. Но я все детство мечтала проплыть по дворцу бракосочетания белым облаком. И если дома больше нет, ЗАГСа нет, мамы, папы, подружек невесты, выкупа, фотографий у фонтана, тамады в кафе, украденной туфельки, танцев до утра, то пусть останутся хотя бы платье и фата. Чтобы в чужом мире на миг появилась частица того, к чему я привыкла.

– Да будет так, – уступил Бьорн и кивнул одному из подмастерьев.

Отреза материи хватило бы на шлейф, как у принцессы Дианы, но я испугалась запутаться в фате. Очень быстро, буквально в два заклинания, закрепила ткань в волосах и опустила на лицо. Мир сразу стал загадочным. Сквозь белесый туман проступали желтые огоньки свеч, темно-синие одежды портных, зеленая обивка мебели. Словно краски вылили на палитру и размазали широкой кистью. Тишина стала удивлять. Мы ведь куда-то торопились?

– Вы прекрасны, госпожа Аллатаира, – прошептал рядом со мной Бьорн. – Элезия едва ли заслужила такую королеву. Простите своего слугу за дерзость, но я говорю то, что думаю.

Главный портной низко поклонился и вслед за ним все подмастерья встали на одно колено. Кого они во мне увидели? Деву, принесенную в жертву дракону? Чудом выжившую, но решившую в знак траура добровольно заковать себя в хрустальный саркофаг? Я была готова поклясться, что мертвых девушек хоронили с цветами на груди. Такими же, что сделал мне из лент Бьорн. Посмертная вуаль, прозрачная дымка вокруг платья, как сравнение с тем самым саркофагом. Портной не просто выполнил просьбу, он превратил свадебный наряд в произведение искусства, а меня в символ. Все, кто считал смотрины казнью, Эйнора захватчиком, а его власть преступной, увидят зашифрованное в платье послание. Я надела траур за всю знать королевства. Сама превратила себя в мертвую царевну, уснувшую вечным сном от страшного колдовства. Стала невестой чудовища. И единственное, что меня удерживало от слез и сожаления – вера, что когда-нибудь я проснусь. Воскресну для новой жизни. А в ней найдутся ответы на все вопросы. «Кто ты, Тень? Кто вы, Ваше Величество?»

– Спасибо за платье, Бьорн.

– Для меня великая честь сшить его для вас, госпожа. Распорядители торжества ждут. Позвольте проводить вас до главного зала.

Прикасаться он ко мне больше не мог. Шел чуть позади, а перед нами открывались узорчатые двери. Музыка играла в глубине дворца. ещё тихая и медленная, но наше приближение почувствовал даже оркестр. Фата ограждала меня от жадных взглядов толпы, тяжелого молчания или шепота в спину. Бьорн кивнул на прощание, и перед последней дверью я осталась одна. Сердце против воли затрепетало в груди. Я выходила замуж. Всерьез. Прямо сейчас. Обратной дороги нет. Я всю жизнь проживу с тем, кого называют Эйнором Завоевателем или овдовею. Я уже не знала, чего боялась больше. Вздохнула, мысленно перекрестилась и двери распахнулись.

Трубы грянули на весь дворец, в воздух полетели лепестки цветов. Они выстилали мне дорогу и показывали, куда идти. Распорядитель, похожий чем-то на Дувра, произносил речь о величии момента. Регистратор в ЗАГСе, не иначе. Пусть говорит, лишь бы церемония не затянулась до утра. Я слабела от волнения, ноги заплетались, воздуха под вуалью почти не осталось. Я подняла голову выше и увидела черный силуэт Эйнора. Неужели, так и не сменил камзол? Нет, он темно-вишневый, а не черный. Переоделся. Уложил волосы после купания в пруду и стоял весь красивый. Хорошо мужчинам, их сборы на свадьбу не длятся часами.

Я замерла возле ступеней тронного возвышения и попыталась поднять пышную юбку, чтобы не наступить на подол. Ко мне кинулись слуги, но король остановил их и сам подал руку.

– Вы произвели впечатление на двор, госпожа Ирина, – сухо произнес он. – А я в замешательстве. Вы так сильно меня боитесь, что мечтаете сразу после свадьбы покончить с собой?

«Да, конечно, – захотелось съязвить мне. – Уже и саван сшила. Королевский. Краснеть перед подданными не придется».

– Что вы, Ваше Величество? Я скорблю о потерянной молодости. Девушка становится женщиной после свадьбы и сразу будто бы стареет на несколько лет.

– Вам это не грозит, – ответил король, и я по тону поняла, что речь не о старости.

Гад ползучий. Он меня каждый день собрался попрекать, что не досталась ему девственницей? А не пошел бы он в… библиотеку? Разбираться с тем, кого считал соперником. Ах, да, ведь его сначала нужно выпустить из подвала.

Я поднялась по ступеням, опираясь на руку короля. Распорядитель выдержал паузу и продолжил заунывный монолог о традициях предков.

– Я скажу портному, что не все ваши капризы обязательны к исполнению, – вполголоса пообещал Эйнор. – Хорошо, что повар не успел выслушать высочайшие пожелания. А то ели бы сейчас лягушек в соусе из тараканов.

У меня тошнота к горлу подкатила, стоило это представить. Специфическое чувство юмора и манера цепляться к словам выдавала Эйнора с головой. Где бы ни сидел Тень, королем он сейчас не управлял.

– Тараканы? – так же вполголоса переспросила я. – Побойтесь гнева богини Даяны, Ваше Величество. Какая мерзость. К тому же, закажи я подобное блюдо в меню, вы бы обязательно накормили меня лягушками, как пирожками с магическими метками. Зачем рисковать?

– Вы правы, незачем, – кивнул Эйнор. – Поэтому признавайтесь сразу. Платье – единственная попытка сорвать свадьбу или будут ещё?

– Разве это зависит только от меня? – под вуалью я вдоволь гримасничала. – Неужели? Наш с вами общий знакомый достаточно силен, чтобы расстроить десять свадеб сразу. А тут одна. Да ещё и впопыхах. Он до сих пор не вырвался на свободу?

– Нет, – скрипнул зубами король. – Хотите правду? Я обещал вам после смотрин, наш договор в силе. Вот вам первый фрагмент. Тень сидит в подвале по доброй воле. А теперь поднимите вуаль и улыбайтесь. Нас обручают друг с другом.

Распорядитель выдал высокую ноту и замолк, зрители заволновались, а у меня сердце ушло в пятки, как у обычной невесты, но, увы, по необычной для свадьбы причине. В смысле «дракон добровольно сел в подвал»? Так бывает? Эйнор, конечно, всячески намекал, что Тень не против нашей свадьбы, но чтобы настолько? Это как вообще? В памяти сразу вспыли другие намеки Его Величества. Обещание показать, что умеет не только ревновать, но и любить. Тень меня предал? Добровольно отдал мерзавцу и забыл все, что говорил в башне?

Я не верила. До сжатых кулаков и слезинок в уголках глаз не верила. Король сам поднял вуаль и увидел опаленные жаром щеки.

– Повторяйте за мной, госпожа Аллатаира, – не в строчку влез со своими церемониями распорядитель. – Я принимаю тебя, мой муж, и клянусь в вечной верности…

Чего стоила верность, когда вокруг один обман? Дракон снова стал жертвой или он никогда не переставал ею быть? Ведь это он уговорил меня на свадьбу с королем, я не хотела соглашаться. Он твердил о «притворимся и потянем время». Рассказывал о том, как трудно слить из тела Эйнора драконью кровь. Он вообще собирался её сливать или навешал мне лапши на уши?

– Госпожа, – шепнул распорядитель надо мной, – все в порядке?

– Да, – выдохнула я и прикрыла на мгновение глаза. – Я принимаю тебя, мой муж, и клянусь в вечной верности…

– Не убоюсь препятствий на нашем пути, преодолею невзгоды и приумножу подаренную тобой радость…

Как же ловко меня провели. Не понравился злой король, подсунули доброго дракона. Он обучил меня магии, раскрыл потенциал и помог продемонстрировать черный уровень на публику во всей красе. Создал Эйнору достойную невесту, а потом по его приказу ушел в тень. Зачем спать-то со мной было? Дракон слишком увлекся и забыл, зачем его послали? Нет, рассыпалась теория, как карточный домик от дуновения ветерка.

– Не убоюсь препятствий на нашем пути…, – эхом повторяла я фразы за распорядителем. После пятой дошла очередь до Эйнора.

– Я принимаю тебя, моя жена, и клянусь вечно защищать наш дом и нашу семью, – говорил король без подсказок суфлера. – Сохранить тебя от бед и печалей, не дать слезам пролиться из глаз. Быть примером для сыновей и ласковым отцом нашим дочерям. Отныне и до конца моей жизни ты – её смысл.

Красивая клятва. Я чуть не ахнула вслед за впечатлительной женщиной у помоста. Жаль, что слова лживые. Все мои беды и печали шли от Эйнора. Он показал свое истинное лицо, а теперь зачем-то взялся играть роль идеального мужа. Надолго ли? Черт, да что же он задумал?! Как узнать?

– Корону Её Величеству, – скомандовал распорядитель, и мальчишка-слуга поднял вверх на мягкой подушке изящную диадему. Золото, четыре мелких изумруда и один крупный. Эйнор помог себе магией, чтобы закрепить диадему на волосах вместе с фатой. Аплодисменты заглушили музыку, кульминация свадьбы наступила, но король жестом попросил тишины.

– Я хочу поцеловать невесту.

Видимо, тоже не принято, раз предупреждает заранее. Где узнал про такой обычай? В мой мир заглядывал? Тогда почему белому платью удивился? Нет, импровизировал. Распорядитель вытаращил глаза и чуть не икнул от удивления.

– Ваше Величество…

– Чтобы скрепить наш союз, – пояснил король и обернулся ко мне.

– Вы же обещали, – выцедила я сквозь зубы, – что не тронете.

Тошнота к горлу подкатывала, стоило вспомнить, как мерзко мне было в янтарной гостиной от его поцелуя. Никакой выдержки не хватит пережить это молча ещё раз.

– Я обещал, – шепотом подтвердил король. – Но речь шла о физической близости. О поцелуях я не сказал ни слова. Это моя последняя слабость на сегодня. Клянусь.

На сегодня. Ценное уточнение, спасибо. Завтра будет новая последняя слабость, потом ещё одна, ещё. «Нет, ну, а чего ты хотела? – проворчала бы подруга Катька. – Вышла замуж, целуйся, давай. У алтаря это святое. Чё ломаешься-то?»

У алтаря – ладно, она права. Я получила свое платье, ЗАГС, фату и кое-что задолжала законному супругу. Будет ему поцелуй, не сдохну. Я зажмурилась и подставила губы.

Дышать перестали даже зрители и полноватый распорядитель. Оркестр опустил трубы и смычки, лепестки цветов из корзинок девушек тихо упали на пол. От Эйнора пахло шоколадом и мятой. Я не сразу поняла, почему аромат показался таким знакомым.

Меня целовал дракон, ошибиться невозможно. Робкие прикосновения, затаенная нежность, так не похожая на то, что позволял себе Эйнор. Голова закружилась, я растаяла в объятиях и обняла его за шею. Жесткие волосы вместо чешуи, бархатная кожа, мягкая ткань камзола.

– Представляй, кого хочешь, я не против, – прошептал он и вернулся к моим губам.

Все смешалось в мыслях, реальность ускользнула далеко под своды дворца, а я полетела за ней, как на крыльях по облакам. Мой принц сидел в подвале, но сейчас был рядом. Я не знала, как у него получилось, как хватило наглости и силы. Он всех обманул и меня тоже. Потом буду злиться. Кажется, я все-таки вышла замуж за того, за кого хотела. Только он делил трон, тело и разум с другим человеком. И мне нужно их развести по разным углам или навсегда соединить вместе.

– Моя королева, – улыбнулся он, и зрители снова взорвали главный зал аплодисментами.

Свадьба продолжалась. Эйнор или Тень, не давая мне опомниться от поцелуя, громко пригласил всех гостей на королевский пир. Мы возвращались в сад. Каким бы ни был огромным дворец, а на свежем воздухе места больше. Кажется, половина королевства приехала, чтобы отпраздновать знаменательное событие. Ну, и поесть бесплатно. Я придержала юбки и позволила Эйнору помочь мне спуститься с помоста. Эйнору ли? Тень его отпустил? Как мне теперь понимать, кто рядом со мной? По каким признакам? Мамочки, как такое вообще возможно? Марионетка управляла кукловодом. Давно ли?

Я специально замедлила шаг, чтобы успеть подумать. Теоретически это возможно. В книге Нетты говорилось, что фиолетовая магия давала власть над мертвой плотью. Ключевое слово здесь – власть. А живая или мертвая плоть дело десятое. Дракон не просто так угрожал королю смертью. Он остановил его в янтарной гостиной и не дал совершить надо мной насилие, а потом обещал мгновенно отреагировать, если Эйнору захочется причинить мне вред. Отреагировал. Помешал сопернику поцеловать меня. Перехватил контроль и сам все сделал. Интересно, Эйнор понял это? Почувствовал? Черт, почему он такой спокойный?

Или мне привиделось и Его Величество гениальный актер? Дракон не знает, как целуются опытные мужчины, а король наверняка помнит себя в молодости. Ему ничего не стоит изобразить робость и смущение. Обмануть меня. Зачем? Поцелуй был публичным. Знать, воспрявшая духом, что королева мысленно за них, увидела, как я таяла в объятиях короля. «Облом, дорогие. Белое платье – всего лишь эпатаж, а на самом деле невеста влюблена в тирана. Вот, смотрите, какой страстный поцелуй!» Черт, долбанный манипулятор! У меня скоро крыша поедет от версий, как он может использовать меня.

Так, всё! Задача первоочередной важности – научиться определять, кто в данный момент идет рядом: Тень или Эйнор? Хватать постоянно за грудки и трясти его с криком: «Кто ты?! Признавайся!» – не вариант. Пару раз ответит, трижды соврет, а в шестой раз пошлет далеко и надолго. Голос и манера речи – уже теплее. Эйнор язвит, грубит и постоянно пытается подколоть, Тень нет. Первый целуется так, что его постоянно хочется ударить, второй нет. Один зол и не сдержан, второй взвешен и спокоен. Блин, это все – ерунда! Характерный признак должен быть один и со стопроцентной гарантией правдивого результата. Иначе все мои дни и ночи превратятся в похабную интерпретацию песни группы Фабрика: «А тому ли я дала ту-ту-ру-ру-ту-ту обещание любить?» Лягу в постель, думая, что в объятия дракона, а он в середине процесса станет Эйнором. И удовольствие получит, и нарушать данное мне обещание не придется. А потом, когда все случится, будет уже поздно каяться. Как я догадаюсь, с кем спала? Одновременно с двумя? По очереди то с одним, то с другим? Сколько раз они менялись местами? Тень становился королем, а король Тенью или наоборот? Господи, я свихнусь!

– Ваше Величество, – прошептала я уже в саду, усаживаясь в кресло с высокой спинкой. – А есть книги, где описываются заклинания, доступные только черному уровню? Хочу знать, чем я принципиально отличаюсь от других магов.

Это единственная существенная разница между мужчинами. Их уровень. Хотя дракон обмолвился, что может колдовать вместо короля. Подхватывать его заклинания. Блин! Цензурных ругательств давно не хватало. С такой жизнью не захочешь – заматеришься.

– Любое заклинание с черным уровнем будет отличаться от обычного, – ответил король, размеренным повествовательным тоном напоминая мне лекции Тени в библиотеке. – Вы же помните, как сработало заклинание подчинения на испытании? При желании можно взломать и переделать любое плетение.

– И даже создать новое? – с восторгом спросила я, чувствуя, как наклевывается решение.

– Да, вполне, – кивнул Эйнор и жестом разрешил слугам подавать блюда.

Пока в моей тарелке появлялись холодные закуски и деликатесы, я придумывала новый язык общения с драконом. Король магию не видел, если нарисовать плетением послание, то его поймет только Тень. Нужно что-то вроде метки. Опознавательного знака. Я взяла линии силы и попыталась сплести заклинание подогрева еды в виде башни. Той самой, где мы провели с драконом нашу единственную ночь. В итоге настолько исковеркала плетение, что оно рассыпалось. Ох, ладно, никто не обещал, что получится с первого раза. Я сосредоточилась и постаралась нарисовать башню ещё раз.

– Ирина, вы не любите рыбу? – участливо спросил король. – Попросить заменить вам блюдо? Не стесняйтесь, сегодня еды достаточно на любой взыскательный вкус. Не стоит морить себя голодом даже назло мне.

Я, наконец, увидела, что лежало в тарелке. От сочного филе с овощами и белым соусом слюнки потекли. Чуть-чуть я блюдо все-таки нагрела, и восхитительный аромат стал даже ярче.

– Нет, все в порядке, – пробормотала я. – Хотя от яичницы с беконом я бы не отказалась.

Озвучив намек, я продолжила рисовать башню. Ну же, Тень, ты видишь мир глазами короля, разгляди послание!

Эйнор щелкнул пальцами и передал слуге заказ на яичницу с беконом. Башня у меня снова рассыпалась. Я почти отчаялась воплотить придуманную затею, как рядом со мной из красных искорок драконьей магии сложилось то, что я так долго и безуспешно пыталась изобразить. Башня с площадкой для посадки дракона и узкими окнами-бойницами. Ох, мне до мастерства Тени, как до Луны пешком! Потрясающе! Петли заклинания изогнулись, башня раздалась вширь и превратилась в клубок нитей. Пока король ел, дракон незаметно от него колдовал. На расстоянии. Сидя в подвале. Феноменально! Нити сложились в цветок и буквы под ним. «Рисуй лилию. Она проще».

Да! Получилось! Я потрачу несколько дней, чтобы освоить алфавит, зато потом мы с Тенью сможем общаться прямо под носом у короля. Постепенно и о знаках договоримся, и как слить драконью кровь из Эйнора выясним.

Глава 2. Первая брачная ночь

Свадебное застолье набирало обороты. Пока гости ели, в королевском саду появились артисты, одетые в яркие костюмы и загримированные под животных. Разыгрывались старые сказки, переделанные, как я поняла, на взрослый лад. Волк застал дома свою волчицу с дровосеком и гонялся за ними, лавируя между столами. Ругательств я не услышала, но шутки были на грани. Гости хохотали и требовали новых сказок. В саду, наконец, стемнело, и маги запустили в ночное небо шары света. Гулять собирались до утра.

Яичницу с беконом по просьбе короля мне все-таки принесли. Главный повар умудрился сделать простое блюдо праздничным. Сложил из бекона стебель цветка, желток стал сердцевиной, а фигурно нарезанный белок лепестками. Даже поздравление красным соусом написал. Вот какие блюда нужно в Инстаграм выкладывать, а не банальную пасту и пиццу. Интересно, а местных кулинаров можно научить делать суши и роллы? Рыбу к королевскому столу подавали. Риса я не видела, но кто сказал, что в Элезии нет его аналогов? Моё техзадание, фантазия главного повара и осколок прошлой жизни прочно обоснуется в нынешней.

В середине праздника объявили ещё одну церемонию. Гости остались за столами, а нас с Эйнором пригласили под навес для скучных официальных формальностей. Распорядители разворачивали свитки, выкладывали перед нами древние книги и вполголоса объясняли, какие записи в них внесли и где нужна печать короля. Я получала титул без реальной власти и становилась первой в очереди наследования трона. Примечательно, что основателем династии считался Траггар Безумный. С перерывом в тысячу лет, но его власть все-таки перешла к сыну. А тех, кто правил Элезией после него, просто вычеркнули из всех документов. Стерли, вырвали страницы, закрасили текст и уничтожили любое упоминание. Лихо. В духе Эйнора. Кстати, магистра Шиенна, настоящего отца Аллатаиры, тоже нигде не вписали, хотя родителей жены Траггара оставили. Эйнор знал про замену невесты и несостоятельность притязаний Шиенна на место в династии, но как объяснил этот нюанс дотошным королевским бюрократам? Загадка.

– Ваша очередь наследования изменится, когда родится первый ребенок, – монотонно рассказывал главный архивариус. – Она исчезнет и появится снова, только когда ребенок умрет. Если первой родится девочка, то её очередь тоже станет временной. Вторая дочь станет второй, третья третьей и так до тех пор, пока не родится мальчик. Он станет первым после отца, а его сестры право наследования потеряют, как и вы. Это только кажется сложным, Ваше Величество. Постарайтесь запомнить, что трон переходит от отца к сыну. Женщину туда пустят в исключительном случае и ради того, чтобы династия не прервалась.

Никто меня на троне не ждал, кроме магистров Ордена Видящих. Смерть Эйнора при моей бездетности – их единственный шанс отобрать власть у потомков Траггара. Меня объявят вдовствующей королевой, навяжут Совет из десяти магистров и будут искать следующего мужа. Того, кто станет основателем новой династии или возродит старую. Эйнор всю бывшую королевскую семью вырезал или кого-то оставил в живых? Всегда есть двоюродные братья, сестры, племянники, их дети и внуки. Не удивлюсь, если какого-нибудь далекого претендента специально прячут, пока одно из покушений на Эйнора не окажется удачным. Он разворошил осиное гнездо, в спешке женившись на мне. Теперь все заговорщики бросятся в атаку, как Рейна бросилась меня вербовать. Шестнадцатое покушение уже готовят. Времени у них нет, король серьезно взялся за враждебную к нему магическую знать. Однако Рейна уснула на пятнадцать лет. Кто теперь будет говорить со мной от имени Ордена?