- -
- 100%
- +
«Боже, – мысленно стонала я. – Девочки, они и в другом мире девочки. Без платьев, туфель и шляпок никак».
– Нам нужен хотя бы один типичный наряд женщины из кочевого племени, – объясняла задание лина Делири. – К сегодняшнему вечеру. Если сумеешь сделать так, чтобы платье выглядело поношенным, я тебя расцелую, Риль!
– Сумею, – ответила портниха. – Другие платья не нужны?
– Полный гардероб, – распорядилась Хельда. – От нижнего белья до тёплой накидки. Но в первую очередь займись кочевым нарядом.
– Сделаю, – кивнула она. – Их наряды похожи на наши, треянские, только намного проще. У меня есть ткань и шапка. Нужно богатое платье?
– В нашем мире у шаманов из племени кочевников были дорогие одеяния, – подтвердила я.
– Тогда возьму шёлк, – пробормотала Риль. – Молочный для рубашки и красный с белым для юбки. Шубу и сапоги-чулки не успею к вечеру подготовить.
– Шубу ей наверняка Франко подарит, – хмыкнула Хельда. – Ваш жених очень щедр, София. И деньгами не обделён.
– Да он со всех сторон хорош, – с долей сарказма отозвалась я. – Разве что забыл спросить у меня, хочу ли я замуж.
– А зачем спрашивать? – нахмурила брови треянка. – У кочевников мужчина выбирал жену.
– Как и в клане до недавних пор, – поддержала её Хельда, не дав мне возмутиться. Кажется, портниха запуталась, откуда я взялась. То ли родственница хозяйки, то ли кочевница. – Кеннет надел на меня брачный браслет и забыл предупредить, что он не снимается. Когда мы поссорились, мне пришлось угрожать, что отгрызу себе руку.
– Высокие отношения, – протянула я.
– О, да! Вы не представляете, как я мечтала отложить свадьбу, – Хельда закатила глаза и улыбнулась своим мыслям. – Боялась брака жутко. Он же навсегда. Без развода, без возможности сбежать на край света. Таковы привилегии главы клана. Лишь его брак благодаря артефактам считается нерасторжимым. Но вам переживать не о чем. Франко родом из Бессалии, а там законы мягче. К тому же, если вы примете наше предложение остаться в клане, то можете рассчитывать на защиту. Я строго слежу за тем, чтобы наши девушки и женщины были вольны сами выбирать себе мужей. Если вдруг Франко не придётся вам по душе, всегда можно обратить внимание на кого-то другого.
– Правда? Чудесная новость. Что ж вы сразу не сказали? А можно всех женихов посмотреть? – не сдержалась я.
Вряд ли лина Делири до конца поняла шутку, но всё равно рассмеялась.
– Можно, София, – она взглянула на меня, хитро прищурившись. – Но Сокол очень переживает за брата, поэтому я прошу вас дать Франко фору. Заодно освоитесь, выучите язык. А потом все достойные холостяки клана будут в вашем распоряжении.
Я не ответила, надеясь, что мы оставим шутку шуткой. Учитывая деятельный характер моей новой знакомой, она вполне могла устроить шоу «Холостяк» наоборот. Буду дарить воинам клана красные розы, устраивать им свидания, пересплю со всеми финалистами, а потом выйду замуж за самого крутого.
Риль сняла мерки и упорхнула выполнять заказ, а мы с линой Хельдой остались пообедать. Всё время до вечера она была со мной, периодически отвлекаясь на корреспонденцию и общение с маленькой дочерью. Малышка бегала по комнате, смешно топая ногами, и дёргала за ручки шкафов.
«Интересно, Франко хочет ребёнка только из-за пророчества?» – внезапно подумала я, но мысль не развила.
К ужину мне стало жаль Фредерико. Так долго держать заклинание-переводчик без единой передышки должно быть утомительно. Да, шаманские процессы тоже длятся часами, но они не требуют постоянного контроля. Или я как-то неправильно провожу аналогии с магией?
– Лина Делири, – мелодично пропела девушка в простом платье и переднике. – Я могу забрать Фрейю? Нам пора купаться.
– Конечно, – жена главы клана взяла дочь на руки, звонко чмокнула в пухлую щёчку и передала своё сокровище няне. – Я приду почитать ей перед сном. У нас сегодня гости.
«Одна гостья. Ведьма, – мысленно уточнила я, провожая взглядом милую Фрейю-егозу, – высокопоставленная ведьма».
От того, насколько странно это звучало, голова шла кругом.
– Хельда, скажите, а у ведьм особенный дар? Он чем-то отличается от силы магов?
– Нюансами, – расплывчато ответила она. – Любое преимущество, полученное ведьмами, чуть позже компенсировалось эволюцией дара у магов. Мир стремится к балансу, София. Раньше особый дар был только у ведьм, потом появился у магов. Свой резерв ведьмы лучше использовали. Могли расширить его упорными тренировками, а ещё использовать сырую магию. Преобразовывать её в энергию заклинания. А что у магов? У них появились братья Гвидичи с чёрным уровнем и поистине бездонным резервом. Равновесие.
– Понимаю, – кивнула я. – В общих чертах. Постоянно пытаюсь перевести на знакомый мне шаманизм, но получается со скрипом. У нас резерв – это возможности тела. То, сколько мы можем через себя пропустить. По сути шаманы – проводники. Через нас работают системы большего масштаба. И то, что я не слышу даже собственных духов-помощников, ставит меня в тупик. А что, если я теперь бесполезна?
Признание далось нелегко. Апофеозом моего дискомфорта в новом мире была не новая одежда или непривычная еда, а чувство абсолютной беспомощности. Как будто Франко криво открыл портал и вытащил лишь часть меня. Очень маленькую. А шаманка София осталась дома.
– Прошло лишь несколько часов, как вы здесь, – Хельда ободряюще сжала мою руку. – Не будьте слишком строги к себе, София. Уверена, с вашим даром всё в порядке. Он ещё покажет себя. А сейчас нам нужен артефакт или зелье от ведьм, помогающее быстрее выучить язык. И Риль, чтобы выдать вас за кочевницу. А вот и она.
Треянка вошла без стука, с трудом разбирая дорогу за ворохом одежды, который несла в руках.
– Всё готово, лина Хельда. Переодеваемся.
Пока она раскладывала элементы гардероба на диване, моя челюсть медленно ползла вниз. Просторная рубашка с настолько длинными рукавами, что они скрывали кончики пальцев. Белый шёлк без единого украшения, но с красным кантом на каждом шве.
«Защита от злых духов, – вспыхивали воспоминания. – А по центру груди шва нет. Там красная линия сугубо декоративная».
А юбка? Её тоже делали неправдоподобно длинной. Лишнюю ткань вытягивали над поясом и выворачивали наружу.
«Кем были ваши предки, Риль?» – хотела спросить я, но молчала.
Таких совпадений просто не бывает. Кочевники с высокогорного плато Укок одевались точно также. Их замёрзшие могилы нашли в конце прошлого века сибирские археологи. Две с половиной тысячи лет. Они умерли две с половиной тысячи лет назад. А я переместилась в другой мир и держала в руках точную копию одежды великой шаманки.
– Пояс, – сказала я охрипшим голосом. – Плетение «колосок», кручёные кисти с помпонами из шерсти. Ровно сто восемь нитей.
– Как вы догадались? – удивилась Риль. – Именно столько я и взяла. Кочевники считают число сто восемь…
– Священным, – закончила я за неё.
Голова закружилась. Я с трудом понимала, что происходит, пока меня одевали.
– Волосы нужно собрать в причёску, – объясняла швея и вела ладонью над моей головой. – Чтобы вот тут локоны свободно падали, а высоко на затылке получился валик. Жаль, я не смогла достать украшения. В такую причёску, как в гнездо, сажали золотых птичек.
«А на плече у неё была татуировка с оленем. Его рога украшали головы грифонов».
– Неси шпильки, Риль, – распорядилась Хельда, – сейчас наведём красоту. София, вы не возражаете против бытовой магии? Пара заклинаний, чтобы не мучиться с волосами.
– Конечно, – тихо ответила я. – Делайте, как считаете нужным.
Через пару минут меня подвели к огромному зеркалу. Я знала, что там увижу, но никогда раньше не примеряла образ древней красавицы на себя.
– Руки придётся держать у груди, – наставляла Риль, поправляя рукава. – Знатные женщины не работали. Стоило им наклониться к земле, как рукава скрывали ладони. Посуду уже не помоешь и огород не прополешь.
– Умно придумано, – восхитилась лина Делири. – А юбка такая длинная, чтобы никуда не спешить?
– Верно, – лучезарно улыбнулась треянка. – Они почти не ходили и совсем не сидели верхом. Их перевозили с места на место в повозках.
– Древние знали толк в заботе о женщинах, – с лёгкой грустью вздохнула Хельда. – Однако, нам пора на ужин. Вы дойдёте, София?
– Да.
Я подняла юбку повыше и туже затянула плетёный пояс.
Глава 5. Ужин
Все заботы по покупке, упаковке и доставке подарков для Софии старший Гвидичи возложил на свою «сиделку». Бывшего боевого мага, прослужившего в Клане смерти до глубокой старости. Франко его никогда не видел. Узнавал по голосу и звуку шагов. Ещё во время знакомства показалось, что старик носил самые скрипучие и шумные сапоги с хитрым умыслом. Обозначал для хозяина своё присутствие, чтобы лишний раз не отвечать на вопрос «где ты». И за прошедший год догадка укрепилась.
Характерный стук каблуков не перебивал даже шорох передвигаемых по полу сундуков.
– Сколько их всего? – нетерпеливо спросил Кеннет Делири.
– Восемь, – ответил Анри, пыхтя от натуги. – С одеждой почти закончили, остались книги, бумага, перья, чернила, зеркала, баночки с косметикой, гребни, заколки…
– Я понял, – оборвал его глава клана. – Не проще было бы купить для Софии целый магазин? Франко, ты меня практически оскорбляешь. Неужели мы позволили бы твоей невесте ходить голой?
– Я не сомневаюсь в щедрости клана, – сухо ответил он, – однако раз уж я выдернул девушку из родного мира, не позволив даже собрать вещи в дорогу, то мне и обеспечивать её всем необходимым.
– Развратными нарядами в стиле ведьм? Здесь одни верёвочки. Непонятно, чем грудь прикрывать.
Франко дёрнулся, собираясь на ощупь искать ближайший сундук. Если Анри посмел нарушить приказ и разыграть хозяина, насмехаясь над его слепотой, то жить ему осталось пару часов.
– Не шутите так, лин Делири, – сердито ответил старик. – Я за покупками ездил вместе с работницами трактира «Медвежий угол». Досточтимой Нэди и прекрасной Эрикой, невестой Тахиса. Здесь всё по последней бессалийской моде. И такого качества, что не стыдно надеть даже принцессе.
– Значит, мне привиделось, – отказался от прежних слов Кеннет. – Спутал платье с вязаной шалью. Бывает. Успокойся, Франко, дыши глубже. Краснеть за подарок не придётся.
Кулаки чесались разбить ему морду. В былые времена Франко в чужих мозгах чувствовал себя как дома. Читал мысли, стирал память, насылал видения. А теперь любая не слишком остроумная шутка выводила его из равновесия. Чего добивался Кеннет? Хотел проверить, не вернулось ли зрение? О, нет. На лице Франко после кислоты мало что осталось. Повязка закрывала обезображенный лоб, глаза и нос. Под пальцами ощущалось сплошное месиво из шрамов. Грубая, узловатая, неприятная маска.
– Анри, ты закончил с сундуками?
– Да, лин Гвидичи, – старик подошёл к нему, скрипя сапогами, и встал перед креслом.
– Тогда жди меня в повозке.
Старик, видимо, хотел спросить, кто проводит слепца до ворот особняка, но благоразумно прикусил язык. Да, верно, Франко сам справится. В крайнем случае попросит брата.
– Зовите, если буду нужен, – Анри щёлкнул каблуками и отправился к выходу.
Тихого щелчка замка слепой маг уже не слышал. Повесил купол тишины, накрывая себя вместе с Кеннетом.
– Прости, если обидел, – выдохнул он где-то над правым ухом. – Проклятая шаль лежала сверху, я действительно перепутал.
– Верю, – почти не соврал Франко. – И тебе, и помощнику. Анри хорошо исполняет обязанности. Но тем не менее, я без своих артефактов, как без рук. Верни маску из ветвей иномирного дерева богини. Пожалуйста.
Кеннет облокотился на кресло, спинка слегка скрипнула. Франко ощущал его присутствие так чётко, будто видел главу наёмников.
– Зачем она тебе?
Ожидаемый вопрос. Верным ответом будет: «Лианна попросила. Иначе ей не выжить. Взамен ведьма похитит из кланового убежища другие артефакты». Но жизнь – штука разнообразная. Не бывает одной правды и единственной причины что-то делать. Всегда можно взглянуть на проблему с другой стороны.
– Сам буду её носить. Предвосхищая твоё удивление, скажу, что нет. Я не собираюсь притворяться кем-то другим. Маска может вернуть мне моё же лицо. Такое, каким оно было до кислоты. Хочу показаться перед невестой, когда она разберёт подарки. Пусть увидит меня настоящего, а не то чудовище, в которое я превратился.
И почти не больно. Год прошёл, рана в душе зарубцевалась. Франко учился жить в новых обстоятельствах и считал, что у него получалось.
Кеннет долго молчал. Стучал пальцами по спинке кресла, задерживал дыхание, переваривая то, что творилось у него в голове.
– Я не могу запретить тебе. Если хочешь носить маску – пожалуйста. Отдам приказ, мои разведчики её вернут. Но подумай сам. Это же обман. Не лучше ли, чтобы София сразу принимала тебя таким, как есть…
– Никто не принимает. Вы лишь делаете вид. Постоянно сравниваете меня нынешнего с тем, каким я был. То в лучшую, то в худшую сторону. «Надо же, беззубый цепной пёс, какая прелесть». Или «бессалийская наука многое потеряла из-за твоего увечья». Но одно остаётся неизменным. Вы помните меня. У вас тот образ в голове есть. Я хочу, чтобы у Софии он тоже был.
Молчание снова повисло в комнате. Франко столько чувств вложил в речь, что желание действительно выйти перед невестой в маске стало нестерпимым. Возможно, женщины любили ушами. Возможно, поступки ради них и подарки ценили намного выше привлекательной внешности избранника. Хмурый Кеннет с уродливыйм шрамом и красавица Хельда – лучшее тому подтверждение. Но зачем испытывать Софию? Зачем заставлять любить чудовище, если можно показать другого Франко Гвидичи?
– Хорошо, – вздохнул Кеннет. – Я не стану разубеждать тебя в том, насколько мы принимаем тебя слепого, я просто отдам маску.
Раздался тихий шорох. Показалось, что от одежды.
– Пруст, – позвал глава клана.
Точно! Кеннет достал зеркало из кармана.
– Слушаю, лин Делири, – ответил глава разведки.
– Найди, пожалуйста, маску-артефакт и отдай её мне. Привези в особняк. Как можно быстрее.
– Сделаю, командир.
***
Эльвира Ассен, тётушка королевы и первая настоящая ведьма в моей жизни, полностью оправдывала свои титулы. Она выглядела моей ровесницей, хотя, по словам Хельды, была старше на десяток лет.
«Её взглядом можно вскрытие проводить», – мысленно проворчала я и отвернулась от высокопоставленной гостьи.
Мы встречали её сразу в столовой. На торжественный ужин пригласили Фредерико с супругой, чтобы я могла понимать большинство бесед за столом. Большинство, потому что брат Франко честно предупредил, что будет «выключать» заклинание. Только так можно сохранить нашу легенду.
– Тёмных ночей, – поприветствовала ведьма. – Так вот как выглядит наша спасительница. Она не кажется потерянной или испуганной.
– Темнейших, – ответила лина Делири, обнимая мужа. – Мы думаем, это из-за её связи с миром духов. Как объяснили разведчики, в племени у Софии был статус, похожий на нашего кланового мага. Этан тоже в любой ситуации сохраняет спокойствие.
Сокол почесал кончик носа, давая понять, что заклинание больше не работает.
– Добрый вечер, – тихо произнесла я по-русски и поклонилась. – Рада встрече. Слышала о вас много хорошего.
Ответ Эльвиры я ожидаемо не разобрала. Если окружающие меня не понимали, то и я их тоже. Не очень удобно, но логично. Оставалось только верить, что за пару фраз тётушка королевы не вынесет смертный приговор кочевнице. Наконец Фредерико тронул мочку уха. Заклинание снова включилось.
– Да, мы объясняемся жестами, – тяжело вздохнула Хельда. – Поэтому и попросили Верховную о помощи. Но давайте пройдём к столу. Вы ведь перенеслись к нам с очередного собрания совета?
– О, да, – усмехнулась ведьма. – Я так надеялась, что Велена их упразднит, когда сядет на трон. Зря. Она их устраивает даже чаще, чем мать.
Ужин в особняке Делири напоминал пир из фильма «Иван Васильевич меняет профессию». Почки заячьи верчёные, головы щучьи с чесноком, икра чёрная, икра красная и заморская. Баклажанная.
К сожалению, я не знала правил этикета для кочевников. Помнила только, что ели они руками. Поэтому отодвинула приборы и положила к себе на тарелку куриную ножку.
– Так ты знаешь способ быстро выучить язык? – уточнил глава клана.
– Знаю, – кивнула Эльвира, наблюдая, как прислуга наливает ей в бокал вино. – Но мы с Веленой думаем, что вашей гостье будет лучше во дворце. Так что взаимопонимание с ней больше не ваша проблема.
– Вы поспешили с выводами, – вмешался в разговор Фредерико. – Лучше от переезда нашей гостьи может быть только Верховной.
– Сокол прав, – поддержал его Кеннет. – К дворцу после кочевой жизни привыкнуть сложно. Зачем ты хочешь увезти её?
– Ты знаешь, как важно возродить драконов.
– Мы знали, почему это было важно Плинию, – возразила Хельда. – Он собирался оставить всех местных без магии, чтобы его сородичи могли колдовать. Но я до сих пор не могу понять, зачем драконы понадобились Стане и её дочери?
– Дело в предсказании, – ответил Кеннет. – Стана верила, что станет величайшей правительницей. Той, кто уравновесит силу ведьм и магов, возродит драконов и войдёт в историю. Два из трёх условий, вроде как сбылись, остались драконы.
– Да, но Стана отреклась от трона, – вежливо напомнила Хельда, делая большой глоток вина. – Значит, пророчество указывало на другую ведьму?
– Мы думаем, что на Велену, – подтвердила Эльвира. – Младшей дочери предстоит сделать то, что не смогла её мать.
– Пожертвовав нашими богами и нашей магией? – тихо спросила супруга Сокола, хрупкая блондинка в белоснежном платье. – Не слишком ли далеко простираются амбиции Верховной? Вам не кажется, что цена непомерна?
– Нет, – отрезала ведьма. – Плиний покинул наш мир вместе с другими элезийцами. Его план оставить нас без поддержки богов никогда не воплотится в жизнь.
– Ты забыла о его ближайшей соратнице, – заметил Кеннет, накалывая вилкой кусочек мяса. – Лианна тоже считает себя величайшей ведьмой из предсказания и прекрасно понимает, зачем Плинию были нужны наши драконы. На её месте я грезил бы отмщением. Сделал так, чтобы «ни себе, ни другим». Согласись, такой поступок станет идеальным исполнением пророчества. Сила ведьм и магов приравняется к нулю, а бывшая предводительница диких гарантированно войдёт в историю.
– Залетит со свистом, – кивнул Фредерико и лучезарно улыбнулся. – Обидно, правда? Стана двадцать лет носом землю рыла. Добывала, выкупала и воровала всё, что могло привести её к драконам, а слава достанется Лианне. Что ж вы её так бездарно упустили? Почему не сожгли на костре вместе с другими заговорщицами?
– Ушла, мерзавка, – пожала плечами Эльвира. – Выскользнула из лап инквизиторов в последний момент. Но можешь не огорчаться, Сокол. Казнь Лианны – вопрос времени. Поймите, дорогие мои воины, дело не в амбициях Велены и не в её юношеском максимализме. Мы говорим о возрождении целого вида магических существ. Гигантских огнедышащих ящеров, подконтрольных ведьмам Фитоллии. Мы получим огромное преимущество перед другими государствами.
– А вы сможете его удержать? – продолжал улыбаться Сокол. – Без магии-то? Надеетесь на мечи клана? Допустим. Мы связаны с вами федеративным договором и обязаны оказать любую военную помощь. Но я никак не могу забыть о Лианне. Фраза «её казнь – вопрос времени» не вызывает доверия. Вы делите шубу неубитого медведя. Совсем как награду Тёмного императора за решение проблем его народа с деторождением.
Ведьма грозно сдвинула брови, а я поспешила опустить взгляд в тарелку. Не нужно быть гением политических игр, чтобы почувствовать сарказм в репликах младшего Гвидичи. Он, образно выражаясь, макнул Эльвиру в грязь по самые уши. Но противостояние продолжалась. Подоспела подмога в лице супругов Делири.
– А вдруг Лианна уже во дворце? – ахнула Хельда. – Мы же отдадим секрет возрождения драконов прямо ей в руки!
– Нельзя так рисковать, – решительно заявил Кеннет. – Пусть София останется у нас. Из соображений безопасности.
Я внутренне напряглась. Легенда, придуманная ради артефакта, помогающего быстро выучить язык, уже завела нас слишком далеко. Я отчаянно скучала по образу безобидной родственницы Хельды из Бессалии. Чёрт меня дёрнул за язык с просьбой ускорить процесс! Посидела бы над учебниками полгода, не сдохла. А жуткий акцент объяснила бы «фифектами фикции». Ох, лишь бы переговоры не закончились дракой или громкими дипломатическими нотами! Не тот у ведьмы характер, чтобы молча проглотить все шпильки в её адрес.
– Если мы говорим о безопасности, – Эльвира поставила бокал с вином на стол и чуть наклонилась вперёд, – то лучше убить кочевницу.
Как я не подавилась, ума не приложу. Кусок в горле застрял, слёзы из глаз чуть не брызнули. Я схватилась за стакан воды и не успокоилась, пока он не опустел. Лихо ведьмы справлялись со сложностями. «Есть человек – есть проблема. Нет человека – нет проблемы».
– Я думала, времена жестоких расправ остались в прошлом, – пробормотала Хельда. – Убивать единственного человека, способного помочь возвышению Фитоллии, только потому что не хотите делиться её секретами с Кланом смерти? Как по мне, то полезнее разделить золотой на две части, чем выбросить его в море.
– Моя бы воля, допросила бы Софию под венцом, но его нет, – ответила ведьма и нервно застучала пальцами по столешнице. – Дайте минуту.
Тётушка королевы сделала глубокий вдох и замерла, глядя в одну точку. Ей потребовалось чуть больше минуты, чтобы поймать состояние, похожее на транс.
– Обожаю Клан смерти. Никогда не знаешь, чем закончится поездка к вам, – сказала Эльвира, когда взгляд снова стал живым и осознанным. – Третье предсказание, практически дословно повторяющее предыдущие два. Не думала, что при жизни такое увижу. Я и в прошлый раз схватилась за дневник, чтобы оставить запись для потомков, а сейчас не знаю, куда бежать. Женщина, ребёнок, открывающий дорогу новому миру, и мужчина, что её наполнит. Раз уж Сокол уже нашёл свою избранницу, то Софию, я полагаю, боги прочат в жёны Франко. Будешь ему говорить, Кеннет? Или дождёшься, пока предсказание сбудется?
Я не знала, как реагировать. Разговор ушёл в сторону от моей смерти, и то хлеб. Теперь всё зависит от умения присутствующих держать лицо кирпичом. Непосредственных участников моего похищения за столом аж двое. Что делать будут? Выложат карты на стол или будут дальше гнуть линию с шаманкой кочевников? Жаль, попкорна не было. Сейчас самое время громко хрустеть им и запивать колой.
– Однако, – выдохнул сквозь зубы Кеннет Делири. Так натурально сыграл искреннее удивление, что где-то в Москве прослезился от умиления режиссёр МХАТа. – И снова каждая мелочь сходится. Сокол увидел суженую брата раньше него.
– Да, кстати, – ведьму-пророка или путевода, как их тут называли, охватил азарт. – Франко слеп, но к зачатию детей по-прежнему способен. И что же тогда выходит? София нюхач? Или как в её даре отражается умение пропускать через себя эмоции других людей?
– Мы не знаем, – мягко напомнила Хельда. – София целитель. Возможно, у неё дар облегчать боль, но без хорошего перевода не разберёшь. И я до сих пор в шоке, какую шутку сыграла с Франко судьба…
– А я нет, – губы ведьмы сложились в снисходительную улыбку. – Можно всю жизнь искать любимую женщину, одну на миллион. Обойти все королевства, заглянуть в каждую дыру. А она окажется чудом выжившей кочевницей, случайно попавшейся на глаза разведчикам клана. Вполне в духе богов. Значит, предлагаете разделить монету? Хорошо, я подумаю и поговорю с Веленой. Артефакт вам оставлю. Пусть София быстрее учит наш язык. Кстати, Сокол. Бояна обмолвилась, что отправила тебе свиток с экспериментальным заклинанием перевода. Неужели оно не работает?
Младшему Гвидичи даже играть не пришлось. Он с момента появления Эльвиры вошёл в образ самоуверенного ловеласа, острого на язык, и не желал из него выходить.
– Третий месяц бьюсь. От попыток завернуть плетение, как нарисовано в схеме, уже все ладони в кровавых мозолях. Я ценю фантазию Бояны. Искренне восхищаюсь её гением, но пока никак.
– Жаль, – протянула ведьма. – Я надеялась на успех, но понимала, что если бы ты преуспел, мы сейчас не разговаривали бы.
Фредерико встал из-за стола и ответил ей изящным поклоном.
«Мамочки, неужели можно чуть-чуть расслабиться? Шалость удалась? Эльвира поверила в спектакль?»
– Что ж, хорошо, – ведьма жестом подозвала слугу и велела передать Кеннету резной сундучок. В таких богатые дамы хранили украшения. – Артефакт выглядит, как яйцо. Прикладываете его к виску и слушаете незнакомую речь. Голос из артефакта начнёт суфлировать. Иногда проговаривать, иногда показывать образы. Разберётесь. Пара-тройка недель тренировок, и в память запишется минимальный набор фраз вместе с их звучанием. Через пару месяцев София должна заговорить свободно. И учти, Кеннет. Разговор о том, где ей безопаснее находиться, не закончен. Если я вернусь с приказом Велены, ты его исполнишь.