Тень и пламя

Я медленно подняла на него взгляд. Слезы высохли, оставив после себя лишь чувство опустошенной ясности.

— Оборотень-защитником? — я сдавленно хмыкнула. — Звучит... многозначительно.

— Ага, — он кивнул, и в его глазах снова вспыхнули знакомые искорки. — Со всеми вытекающими... привилегиями и обязанностями. Погоди, отец звонит. Не отходи, — сказал Рей, его голос стал собранным, деловым. Он все еще сидел на корточках передо мной, но его поза изменилась, в ней появилась привычная властность.

Он достал телефон и его лицо, освещенное голубоватым светом экрана, стало жестким, маской Альфы, принимающего вызов.
— Говори, отец.

Я сидела на полу, прислонившись к стене, и наблюдала за ним. Смотрела, как исчезает та уязвимость, что была в его глазах секунду назад, как скулы напрягаются, а взгляд становится острым и сосредоточенным. Это был другой Рэй. Наследник клана. Воин.

Он слушал, изредка вставляя короткие, отрывистые фразы.
— Понял... Согласованно... Разберусь.

Его взгляд на секунду встретился с моим. В нем не было ни извинений, ни объяснений. Было просто... признание моего присутствия. Того, что я — часть этой картины теперь.

— Да, — он сказал в трубку, и его голос прозвучал особенно твердо. — Она здесь. Со мной.

Он отключил связь и сунул коммуникатор в карман. Тишина снова сгустилась вокруг нас, но теперь она была другой. Наполненной не нашими личными бурями, а отголосками внешнего мира, того мира, где наши кланы враждовали.

Он снова посмотрел на меня, и маска Альфы немного смягчилась.
— Дела, — коротко пояснил он. — Но ничего срочного.

Он протянул мне руку, чтобы помочь подняться. Его ладонь была твердой и надежной.
— Пошли, ледышка. Провожу тебя до комнаты. А то мало ли... — он кивнул в сторону зала, откуда все еще доносились звуки праздника, — ...какие-нибудь другие «демоны» решат, что ты нуждаешься в компании.

Я взяла его руку и позволила ему поднять себя. Его слова о том, что я «здесь, с ним», все еще звенели в ушах. Это было не просто заявление отцу. Это было послание мне. И, возможно, самому себе. Пока мы шли по пустынным вечерним коридорам, его рука, лежащая на моей талии, уже не казалась такой чужой.

— Рэй, а твой отец знает, к кому тебя привел зов? — с ухмылкой спросила я, глядя на его профиль.