Красавец и чудовище, или Любовь против проклятия

Глава 13.

- Раз, два, три… - делаю махи ногами.

Теперь десять приседаний. Потом пресс покачать.

- Ох, леди, вам плохо?! – заглядывает в комнату Сина. Вытаращила на меня глаза, наблюдая, как я корячусь на полу. Я застыла в планке, отсчитывая про себя положенные шестьдесят секунд. Руки трясутся от напряжения, но, стиснув зубы, терплю. Все! Расслабляю мышцы и грузно плюхаюсь на ковер.

- Мне очень хорошо, Сина. Посмотри, тебе не кажется, что я похудела?

Кряхтя, поднимаюсь с пола и верчусь перед женщиной. На мне панталоны до колен и короткая сорочка. Чем не спортивная форма.

- Срам то какой. Надо быстрей одеться, вдруг кто увидит, - ахает Сина и плотно прикрывает за собой дверь.

- Кому я здесь нужна? Здесь кроме старика-смотрителя и немого конюха мужчин то нет. А мужу мои прелести не интересны, - последняя фраза слишком горько звучит из моих уст. Что я в самом деле? Нашла из-за чего расстраиваться. Меня его перекаченные мышцы точно не привлекают. В мужчине я больше мозги люблю. Как у моего жениха.

- Сина, я вчера девочку видела… - начинаю разговор, пока служанка помогает мне одеть платье. Очередной, мышиного цвета, балахон. Пожалуй, надо бы и гардероб сменить. Купить несколько красивых платьев. Интересно, что здесь в моде?

- Так это господская дочка, - голос Сины врывается в мои мысли. Я замираю, переваривая информацию. Получается, это дочь моего мужа?

- Забавная девочка. Такая шустрая, - продолжает свой рассказ Сина, - похожа на вас в детстве.

- А мне кажется, что невоспитанная и грубая. Вся в своего отца, - я дуюсь, вспоминая детский голосок, что называл меня чудовищем.

- Вот и займитесь ее воспитанием, - с укоризной бросает мне Сина.

- Я? – в моем голосе сквозит ужас. Я совершенно не умею ладить с детьми. Не представляю, о чем можно с ними разговаривать.

- Вы же у нас леди. А девочку и правда нужно обучить манерам.

- Хорошо. Сегодня же и займусь, - я вскидываю голову. Действительно, ощущаю себя настоящей леди. Платье туго зашнуровано на спине, выпрямляя осанку и я провожу руками по обозначившейся талии. Волосы уложены в высокую прическу. Хорошо, что в комнате больше нет зеркала и я не вижу своего уродливого лица. Поэтому чувствую себя хорошенькой.

- Отведи меня к ней в комнату, - прошу Сину.

Спальня Дары располагалась недалеко от моей. Я, для приличия, постучалась в дверь и потихоньку ее распахнула. Боялась увидеть запустение и грязь, как в других комнатах, но вместо этого меня встретила светлая и уютная спальня.

- Как у тебя здесь красиво! – воскликнула я, перешагивая порог. Дара сидела на кровати, сонно потирая заспанные глаза. Болтала в воздухе свешанными вниз голыми ногами.

А я разглядывала нарядные гобелены на стенах и пушистый ковер на полу. Светлая мебель радовала глаз. Вся комната была наполнена золотистым свечением от заглядывающего в окошко утреннего солнца.

- Я спать хочу, - нерадостно пробубнела Дара, бросив в мою сторону недобрый взгляд.

- Спать? – я нерешительно потопталась на пороге, раздумывая уйти или остаться воспитывать. Сина предупреждающе закашляла мне в спину.

- Уже давно наступило утро. Пора вставать. Завтракать. Но сначала умываться и чистить зубы! - наставительно произнесла я фразы, что сама слышала в детстве каждое утро.

- Не хочу умываться, - замотала головой Дара.

- Будешь. Ты же леди. Сина, быстро неси воды!

Спустя час уговоров и препирательств мы с Дарой напротив друг друга восседали за длинным, накрытым для завтрака столом.

- Не горбись и расправь спину. Положи салфетку на колени. Ешь не спеша, аккуратно задевая кашу ложкой, - нудно вываливаю я на Дару все свои знания об этикете.

Девочка надулась и зыркала на меня из-под насупленных бровей.

Я задела ложкой кашу и отправила себе в рот. Что такое? Не каша, а голая соль. А ведь только что была приемлема по вкусу.

Потянулась за бокалом, но он словно выскочил из рук. Перевернулся, заливая мое платье горячим отваром.

Что происходит?

Ответом на мой вопрос было тихий смешок Дары.

Я не верю в волшебство. Вернее, не верила, по не попала сюда. Но изумленно глядя на Дару, в ее хитро прищуренные глаза, понимаю, что девочка использует магию.

Глава 14.

Девочка выбежала из-за стола, едва доев свой завтрак. Громко хлопнула за собой дверью.

- И как ее воспитывать? Она совершенно неуправляема, - высказываю я Сине. Та молча убирает тарелки со стола, стойко выслушивая мои сетования.

- Может вам помягче нужно быть, - нерешительно вставляет она.

- Разве я была груба? Я просто пыталась привить ей хорошие манеры.

- Вам видней, - покачала головой Сина.

- У нее отец есть. А у меня и без этого много проблем, - кричу я в спину удаляющейся Сине.

Разве я не права? Но все же чувствую себя неловко, будто и правда допустила оплошность. Задвигаю мысли о Даре на задний план. На сегодня много работы. А с девочкой я позже разберусь, а заодно и с ее волшебным даром. Мне же это не почудилось?

С чего нужно начать знакомство с новым домом – это сделать собрание для слуг. Дать указания, сделать выговор. На своей прежней работе я так и поступала. Но раньше в моем распоряжении был новенький отель с вышколенным персоналом, а здесь заброшенная усадьба и слуги живущие без хозяйского надзора. Совсем разбаловались. Теперь, получается, я здесь хозяйка. Мне и порядок наводить.

Собрание решила провести в парадной гостиной. Убраться хорошенько и будет вполне приятная комната. Диваны и кресла с золотистой обивкой. Почистить хорошенько. Надраить до блеска камин. Поставить изящную вазочку с цветами на низкий столик возле окна. Почистить канделябры. И я уже вижу, как эта комната засияет новыми красками.

Все мои немногочисленные слуги нерешительно топчутся возле порога, и я приглашаю их присесть на диван. Рассматриваю каждого и сердце сжимается от их жалкого вида. Хромая девчонка жмется к Сине, испуганно глядя на меня исподлобья. Кухарка сидит с угрюмым видом, что-то бубня себе под нос. Конюх застыл как истукан и даже боится повернуть голову в мою сторону. Ну а смотритель… тот улыбается мне льстивой улыбочкой, но глаза от моего лица отводит. Неприятно на меня смотреть? Но придется. В своем доме прятаться под душной вуалью я не намерена.

- Задание на сегодня. Дочиста отмыть кухню! Я хочу, чтобы к вечеру все сияло чистотой. Завтра займемся комнатами. Нам нужно пригласить еще людей на помощь. Есть здесь рядом какое-нибудь селение?

- Селение то есть. И не одно. Только люди сюда не пойдут, - подал голос смотритель.

- Мы заплатим. Нужно найти людей, вы одни просто не справитесь. Я сама съезжу в селение и поговорю. Всем все понятно?

Все дружно закивали головами.

- Тогда за работу!

Все одновременно потянулись к выходу, но я ткнула в смотрителя пальцем и строго произнесла:

- А вас я попрошу остаться!

- Что хозяйке от меня нужно? – заискивающе улыбается Томас.

- Есть у вас бухгалтерские книги? Я хочу проверить, как ведется хозяйство. Какой у нас доход? Расскажите мне все поподробней.

- Да нет сейчас никакого дохода, долги одни, - Томас тяжко вздыхает и садится напротив меня, - раньше, за холмом, были поля, где выращивали зерно. Хорошее было. На зависть всем. Поставляли по всему королевству. Деньги рекой в нашу казну лились.

- Так что-же произошло? Засуха? Неурожайный год?

- Неурожайный… - смотритель хрипло рассмеялся, - лет двадцать уже, как неурожайный.

- Что вы хотите сказать? – что-то меня сильно настораживает тон его голоса.

- Так болото сейчас, вместо тех полей. Непроходимые топи. Люди в наши места и не суются больше. Проклятыми считают.

Мы пристально смотрим друг на друга. Смотритель не отводит глаз от моего лица. Даже морщится перестал. Привык, наверное. А я все никак не могу постичь смысл его слов. Проклятие. Двадцать лет. Как-то все подозрительно переплетено друг с другом.

- Никто не придет вам на помощь, - свистящим шепотом произносит Том, - только мы у вас и остались.

- А как же мой супруг? Он обещал!

- Ваш супруг… - Плечи Тома сотрясаются от смеха, - я уже и не помню, когда видел его последний раз. Не приедет он. Боится проклятия этих мест.

Мне не по себе от его слов. Сердце тревожно замирает и мысли стайкой испуганных птиц прочь из моей головы. Наверное, первый раз в жизни я не знаю, что делать дальше. Или знаю?

Решение приходит неожиданно.

- Тогда я сама поеду к нему! Напомню о том, что у него есть дом, ребенок и… супруга.

Глава 15.

Я перебираю счета и листаю огромную амбарную книгу. Незнакомые буквы легко складываются в слова. Возможно, задеваются струны моей детской памяти, когда меня обучали чтению в этом мире. Я боялась, что не разберу ни слова, а все выходит само собой.

- Вот долговые расписки, - вываливает передо мной ворох бумаг смотритель. Я вскидываю на него ошарашенный взгляд. Откуда столько? Неужели мой муженек постарался? Мужлан, бабник, а еще и кутила. Достался же мне супруг! Мало мне проклятия.

- Откуда столько? – только и могу вымолвить, стараясь взять себя в руки, а не выбежать с воем «Помогите!» из комнаты.

- Это еще от старого лорда, переходят из года в год с процентами, - утешает меня смотритель, - все хотел болота осушить, да проклятье снять. Да ничего не вышло. Болото растет, а дом ветшает. Не гоняли бы вы девок без толку, вся работа впустую.

- Как же вы живете? Я не понимаю…

- Так молодой хозяин присылает немного, да и с селений продукты привозят. Плата за пользование землей.

- Арендаторы, значит, имеются. Уже кое что, - мрачно заключаю я, - можете идти, а я пока изучу документы.

Смотритель попятился, явно довольный, что аудиенция быстро закончилась, но я остановила его на пол пути следующим вопросом:

- Почему лорд не заберет девочку к себе? Ребенку здесь явно не место. Ей учится надо, общаться со сверстниками.

- Ей и здесь хорошо, - смотритель твердо смотрит мне в глаза, - здесь ее дом!

- Я еще поговорю об этом с сиром Донованом. А пока можете идти.

Я долго копаюсь в бумагах. Разделила их на две кучки – побольше та, что с долгами, а поменьше – погашенные векселя о переводе денег от моего мужа и списки полученных съестных припасов от местных фермеров.

Полистала амбарную книгу. Похоже и правда, лет двадцать назад имение процветало, а потом резкий упадок. И не совсем понятно, как выйти из положения. Осушать болота? Я совсем в этом не разбираюсь, а значит нужно искать кого-то, кто даст дельный совет и возьмется за работу. Написать письмо мужу и требовать часть денег от моего приданого. Неужели он не заинтересован в восстановлении усадьбы?

Когда глаза уже начали ломить от мельтешания цифр, а голова пухнуть от обилия информации, я решила пройтись по дому. Оценить его состояние.

Первый этаж выглядел более-менее жилым. Вымести пыль из углов в холле и собрать с высоких потолков паутину. Помыть и почистить мебель в гостиной. Кухня должна уже к вечеру блистать чистотой.

Открыв одну из дверей, я с восхищением уставилась на высокие полки, доверху заполненные матовыми корешками книг. Да здесь полноценная библиотека! И удобные кресла возле окна. Можно уютно примостится с томиком какого-нибудь приключенческого романа в руке и хоть на миг выпасть из реальности. Вымести пыль и вдохнуть в это помещение новую жизнь.

Я прошлась по комнате и уставилась на стену над камином. На ней красовались три портрета. В центре - дородный мужчина в нарядном камзоле рука об руку с женщиной в ярком платье. Справа важный молодой человек в щегольском костюме. А слева, лучезарно улыбаясь, мой супруг. Совсем молодой. С игривым прищуром глаз. В форме, напоминающей военную. Держит одну руку на эфесе шпаги. Волосы гладко приглажены, на щеках румянец. Смазливый юнец с высоким самомнением.

Внизу, на картинной раме, витиеватыми буквами выбито – Сир Эрик. Второй лорд Донаван.

- Ну привет, Эрик. Приятно познакомиться.

Я почувствовала себя неуютно, словно эти глаза презрительно следят за каждым моим движением. Напоминают о том, как я безобразна.

Если на мне и правда заклятие и его может разрушить только любовь, то мне непременно нужно этого добиться. Влюбить в себя этого высокомерного красавца.

Других вариантов просто нет.

Глава 16.

Кухня сияет чистотой, и я удовлетворенно киваю головой. Заглядываю в отскобленные до блеска котлы. На полках в буфете красуется стопа перемытых тарелок. Вычищенный от золы очаг.

Кухарка, Сина и хромая девчонка застыли, ожидая услышать мой вердикт. Конюх с опаской высунул голову из кладовой, прижимая к груди пыльную тряпку.

- Что ж, неплохо. Окно протереть не забудьте. Одни разводы на стекле. И стол поскоблите. До блеска. А еще…

На меня угрюмо и с укором посмотрели четыре пары глаз.

- А еще, - я откашлялась, почувствовав себя неловко перед этими людьми. Явно они свой восьмичасовой рабочий день отработали сполна, - а еще - давайте пить чай.

Сина облегченно выдохнула, а девчонка заулыбалась. Кухарка полезла в буфет за кружками, а конюх загрохотал в кладовой банками. Стали дружно накрывать стол. Разливать отвар по кружкам и варенье в блюдце. Нарезать свежий пшеничный каравай. Томас важно водрузил в фарфоровую вазочку куски дробленого сахара.

- А где Дара? Я ее целый день не видела.

- Да вроде здесь крутилась, - пожала плечами кухарка.

- Может в свой комнате играет? – предположила Сина.

- Или прогуляться вышла, - Томас нахмурился, а девчонка добавила:

- Я ее в окно видала. Она опять в сторону болот пошла.

- Надо найти ее. Позвать домой. У вас ребенок маленький, а вы представление не имеете, где он!

Я вскипела от злости. И сердце предательски сжалось от беспокойства. Кто она мне? Совершенно чужой ребенок. Но равнодушной оставаться совершенно не получается.

- Нужно идти искать.

- На болото? – ахнула девчонка, и прижалась своим костлявым боком в мягкий живот Сины. А та обняла ее совсем по-матерински. Что-то зашептала на ухо, гладя по спине.

Вздохнула. Я хозяйка с меня и спрос. Произнесла строго:

- Я пойду. Кто со мной?

Вышла, не оглядываясь. Следом, шаркая тяжелыми сапогами, за мной пошел конюх.

На улице темнело. Заходящее солнце последними лучами золотило горизонт. Я вышла за пределы усадьбы и громко позвала:

- Дара!

Где же эта девчонка бродит? Поздно уже. Ей пора ужинать и спать ложится, а не бродить в одиночестве по полям. А если она заблудилась? Ушла на болото и провалилась в трясину. И сейчас зовет тоненьким голоском на помощь.

Перед моим взором прошли картины одна страшней другой. Я практически видела перед собой бездыханное маленькое тельце. Я совсем забыла про нее за этот день. Даже не вспоминала. И приглядывать никого не оставила. Если что-то случится, виновата буду только я.

С холма открывался вид на равнину. Пожухлая трава. Чахлые деревья. А дальше белесое облако тумана. Что там? Топь, что накрыла собою некогда плодородную почву?

- Дара! – кричу я в пустоту. Мой голос эхом разносится в тумане.

Надо спуститься. Другого выхода я просто не вижу. Решительно сбегаю с холма вниз. Топая и тяжело дыша, за мною сбегает конюх. Бесцеремонно хватает меня за руку и предупреждающе мычит. Пытается что-то сказать. Я вглядываюсь в его обеспокоенные глаза, но ничего не могу понять.

А он лишь тычет пальцем в туман и энергично мотает головой.

- Что ты мне хочешь сказать? Нельзя туда идти?

Кивок головой. Его пальцы разжались, освобождая мое предплечье. Умоляющий взгляд.

- Но там может быть Дара… - шепчу я.

Сердце сжимается от дурного предчувствия. Слабость в ногах, что приросли к земле и не дают мне сделать шаг вперед. Накатывает липкий страх в ожидании чего-то необъяснимого и ужасного. Что выйдет сейчас из тумана и поглотит меня без остатка.

Но там может быть Дара…

Трясу головой, скидывая оцепенения. Что это со мной? Фантазия разыгралась? Надо было меньше смотреть фильмов-ужасов, тогда бы и не приходили в голову зубастые монстры, что обитают в вековых болотах.

- Нужно идти и искать, - твержу я упрямо.

Делаю шаг вперед, с трудом отрывая ногу от земли. Второй намного легче. И вот уже марево тумана так близко, что можно коснуться его рукой.

- Дара! – кричу я что есть мочи.

Впереди шорох травы или мне это только чудится? Я ясно различаю мелкий топот детских ножек. Впереди мелькает темная маленькая тень.

Я выдыхаю от облегчения. Жива! Это главное. А дома я ей устрою серьезный разговор.

- Дара… - зову я.

- Я здесь, - откликается девочка тонким голоском.

Я вглядываюсь в туман. Ищу глазами темную тень. Вот она. Совсем близко. А рядом еще одна.

Я различаю второй силуэт, что мог принадлежать взрослому человеку. Две тени остановились напротив друг друга, замерли и до меня доносится чуть слышный голосок Дары. С кем она там разговаривает? Мне совсем не нравится это. И снова накатывает ужас. Липкий страх, когда я вглядываюсь в незнакомый темный силуэт.

- Дара, иди ко мне! - ору я с остервенением. Готова сама шагнуть за девочкой в туман.

Но Дара выныривает мне на встречу. С улыбкой на губах. Глаза озорно блестят. Заносчиво бросает:

- Пойдем домой. Я жуть, какая голодная.

И бежит мимо меня вверх по холму.

Я здесь волнуюсь, места себе не нахожу, а для нее все игра. В порядке вещей. Никакого раскаяния в глазах за свое долгое отсутствие.

Вскипаю.

- Дара, - произношу строгим сухим голосом, - с кем ты была на болоте?

Глава 17.

- Вы бы с ней помягче, - качает головой Сина. Сама это понимаю, что перегнула палку, но Дарино упрямство выводит меня из равновесия.

Она категорично молчит, насупив брови и поджав губы. На все мои вопросы отвечает только - «Никого» и «Ничего».

Вторая тень плод моего воображения? Нет. Я четко ее видела и Дарино молчание поднимает волну негодования в моей душе.

- Нельзя ходить на болото! Понимаешь? Это опасно!

В ответ молчание и недовольный взгляд прищуренных глаз.

- Гулять только возле дома. Я запрещаю тебе выходить за его пределы!

Перевожу дыхание и смотрю на притихшую девочку. Похоже, кроме меня совершенно некому ей заниматься. Школ поблизости не наблюдается, на гувернантку нет денег, да и поедет ли кто в запущенный особняк с плохой репутацией. А я хотя бы могу научить ее считать и помогу выучить буквы.

- Завтра у нас начнутся уроки. Я, так понимаю, тебя ничему не учили? Вот и займемся твоим образованием. Завтра, сразу после завтрака первый урок. Это будет… математика.

Я удовлетворенно киваю головой, довольная своими решениями. Но Дара явно со мной не согласна:

- Ненавижу математику. И тебя ненавижу! Отстань от меня.

Я опешила. Захотелось дать ладошкой по мягкому месту. Но это не педагогично. Что остается, в угол поставить? Договорится?

- Дара, ты должна меня слушаться! Я твоя… - слово застряло в моем горле. Мачеха. Я веду себя, как самая настоящая мачеха. А девочке любовь нужна и забота. Но словно стопор внутри. Была бы она тихая и ласковая, может быть все было бы по-другому. Но Дара строптивая и упрямая. И это выводит меня из себя.

- Я отвечаю за тебя, - заканчиваю я предложение.

- Обо мне есть кому позаботится, - с вызовом говорит девочка.

- Кто же это? Может быть твой болотный друг?

Дара молчит. Дуется, скрестив на груди руки.

- Не хочешь разговаривать, не надо. Тогда сейчас же ложись спать. Без ужина!

- Чудовище, - с ненавистью несется мне в спину.

Выхожу хлопнув дверью. И противоречие внутри из-за своих слов. Злость на саму себя.

- Сина, попозже отнесешь ей ужин, - бросаю я служанке. Так точно будет лучше. Я же не чудовище какое-то, ребенка голодом морить.

На кухне мы молча пьем чай. Девчонка уплетает булку, макая ее в варенье. Кухарка шумно отхлебывает отвар их кружки. Смотритель пытается время от времени вести светскую беседу. Но разговор не ладится. Возвращается Сина от Дары, неся в руке поднос с нетронутым ужином.

- Отказалась, - качает она головой, - накрылась одеялом с головой и сделала вид, что спит.

Укоризненные взгляды в мою сторону. Украдкой, но я все равно замечаю.

- И часто она у вас ходит на болото гулять? - перевожу я разговор в другое русло.

- В последнее время, почти каждый день, - подает тихий голосок девчонка, - я ее уж ругала, а она ни в какую. Упрямая.

- Непослушная и невоспитанная, - отрезаю я, мысленно добавляю – вся в своего папочку.

Но я же справлюсь с этим? Нужно просто найти подход.

Вечером я крадусь по темному коридору к комнате Дары. Хочу зайти и поговорить. Попытаться наладить отношения. Она должна понять, что я не враг ей.

Плач за дверью. Тихий, словно жалобное мяуканье котенка. Тронула ручку двери – закрыто. Дара притихла, почувствовав мое присутствие. И у меня не хватает сил нарушить ее уединение. Все завтра. Утром у нас будет время поговорить.