Сбежавшая жена. Вторая жизнь попаданки

17

Ледяной ветер сбивал с ног. Я прикрыла собой Сильвию и вгляделась в редкие огни, пытаясь сообразить, куда двигаться дальше.

Дилижанс остановился возле темного приземистого строения, что звалось почтовой станцией. Пока мы вытряхивались вместе со своими скудными пожитками, все наши попутчики рассыпались в разные стороны.

- Так, ну и где тут «Скала»? – закричала, перекрикивая ветер.

Томас в задумчивости поскреб затылок, сдвинув шапку набекрень.

- Вам нужна скала? – глуховато переспросил возница, - так идите на север. Все время прямо. Не ошибетесь.

И для верности махнул рукой в указанном направлении.

Впереди маячили огни жилых домов и воодушевленные мы пошагали в их сторону.

Улочки узкие и кривые и чем дальше мы идем, тем уже они становятся. Дома все бревенчатые и за мутными окнами тускло мерцает свет.

- Если это центр города, то как выглядит его окраина? – разлепила я онемевшие от холода губы. Сцепила пальцами под подбородком капюшон, чтобы ветер не пробрался внутрь плаща. Если наша прогулка затянется, то мое тело точно скоро превратится в ледышку.

Ах как жаль то меховое пальто. В нем наверняка было бы теплее. А в моем шерстяном плаще только по южным землям путешествовать.

Томас только сопел в ответ. Тащил на руках Сильвию и озабоченно смотрел вперед.

Как назло, опять поднялась пурга, швыряя колючий снег нам в лицо.

Я огляделась вокруг в поисках людей. Хотя в такую погоду хозяин на улицу и собаку не выпустит. Но меня все больше терзали смутные сомнения, что идем мы не в ту сторону.

Мы дошли до конца улицы. Домишки резко закончились и перед нами простерся подлесок из густой поросли молодых деревьев.

- Что за… - я прикусила готовое сорваться с языка бранное слово, - что за день такой! Томас, вы же говорили, что здесь ваша родина. Так куда, черт побери, мы забрели?!

- Так не совсем здесь. В селении за лесом. Я был в Хортике проездом много лет назад, когда из дома сбежал.

Я с тоской оглянулась назад. На длинную темную улицу, с потемневшими окнами домов, что мы оставили позади. Пурга замела наши следы и складывалось ощущение, что мы одни в целом мире.

Томас крепче перехватил за ножки Сильвию, мертвой хваткой вцепившуюся в его шею и решительно постучался в крайний дом.

Зарычала собака за воротами и звенящий от подозрительности мужской голос выкрикнул из-за закрытой двери:

- Кто вы такие и что вам нужно?

- Скала… близко ли Скала? Мы лишь уставшие путники, – как можно громче прокричал Томас.

- Чуть дальше, за поворотом. Если вы в таверну, то стучите громче. Хозяин немного не в себе.

- Что это значит? – нахмурившись, спросила я у Томаса.

- Сейчас и проверим. Или вы желаете поискать другой трактир?

- Тот, который еще хуже… нет уж. Пойдем в «Скалу» и приведем этого хозяина в чувство!

Я решительно свернула в проулок. Впереди, у самой кромки дороги, маячила черная отвесная каменная стена. Словно клык огромного чудовища, вошедший в землю.

Вот и настоящая скала, осталось найти таверну с одноименным названием.

Пройдя до конца проулка, мы наткнулись на двухэтажное строение, отличавшееся своим размахом от приземистых хижин. Темные и безжизненные глазницы окон. Дорожка к дому заметена снегом, и мы единственные, кто оставил на ней следы. Единственный звук – скрип цепей раскачивающейся от порывов ветра вывески.

Я дернула за ручку двери. Заперто.

- Давайте я, - проговорил Томас.

Я взяла из его рук Сильвию и прижала к себе.

- Я устала и замерзла, - тихонько шепнула мне девочка.

- Потерпи, детка. Сейчас мы поднимем на ноги этого хозяина. Что за дыра! И это лучшая таверна в этом городишке!

Томас со всей силы стал колотить в дверь. Приложил ладони к губам и проорал, что есть мочи:

- Есть кто живой? Живо откройте дверь!

Мы прислушались. Скрипнула створка приоткрываемо окна на втором этаже и заспанный голос сипло прокряхтел:

- Кого там принесло? Разве не понятно, закрыто!

- Я сейчас покажу тебе закрыто! Вышибу эту дверь! Открывай быстро! Не видишь, со мной женщина и ребенок!

- В доме холодно и нет еды! Шли бы вы лучше в «Скалу».

Что? Я не ослышалась?

- А как называется ваша таверна? – крикнула я.

- Джо, - выплюнул название мужчина, - только давно уже не сытый.

- А далеко ли до «Скалы»?

- На другом конце города…

Мы с Томасом переглянулись, а Сильвия жалобно всхлипнула.

- Откройте дверь и разрешите нам переночевать. Утром мы уйдем, - устало выкрикнула я и привела последний аргумент, - мы хорошо заплатим.

В ответ не раздалось ни слова. Похоже, хозяин затворил окно и не собирается далее слушать наши уговоры.

Но опять идти через весь город. Брести по снегу под порывами ледяного ветра. Нет уж, от меня так просто этот горе-хозяин не отделается!

- Откройте дверь! Иначе я спалю этот сарай вместе с его упертым хозяином. Считаю до трех! Потом я применю магию! Один… два…

Скрипнул отодвигаемый на двери засов. В открывшийся проем высунулась лохматая голова.

- Зачем угрожать? Можем договориться. Один серебряный и можете остаться на ночь. Только кухарки нет, могу предложить лишь хлеб. И комнату я выделю одну на всех. Дров почти не осталось.

- Пойдет, - я выдохнула от облегчения.

Хозяин распахнул перед нами дверь, и мы вошли внутрь. Хозяин шел впереди, подсвечивая нам путь огарком свечи. Следом за ним Томас, и я обратила внимание, что его ладонь сжалась на рукоятке притороченного к поясу кинжала.

Что ж, предосторожность не повредит. Хозяин не вызывает моего доверия, да и сам дом, пустой и необжитый, навевает на мрачные мысли. Так и кажется, что из-за угла выглянет неприкаянная душа почившего в этих стенах постояльца.

- Можете присесть за стол. Сейчас растоплю камин, - все же проявляет гостеприимство мужчина и топает к едва тлеющему очагу.

Зал просторный и ничем не отличается от других таверн, что я повстречала за время пути. Наподобие барной стойки у стены, ряды столов и придвинутых к ним скамеек.

Я провела пальцем по столешнице, зачерпнув слой пыли. Да, давненько за этими столами никто не сидел.

Хозяин поворошил угли и закинул пару поленьев. Обернулся к нам, рассматривая.

- Кто ж вы такие будете? На охотников не похожи.

- Не твое дело, - буркнул Томас, - покажи нашу комнату, да дай дров очаг протопить. Да неси, что в доме съестного есть…

- Сначала деньги, - выпятив вперед живот, заявил хозяин.

Огонь в очаге разгорелся, и я смогла его рассмотреть. Не молод и кряжист. С неаккуратной густой бородой и давно не стриженными торчащими в разные стороны космами на голове.

- Будут тебе деньги...

Томас стянул с головы шапку и стащил с плеч куртку. Огляделся, скептически хмыкая.

- Но прежде скажи свое имя?

Хозяин подался вперед, не сводя с Томаса взгляда. И что-то во всем этом мне совсем не понравилось.

- Какое твое дело. Мы платим за ночлег, а у монеты имени нет…

- А все же? – прищурился мужик, - позволь я угадаю? Томасин…

- Откуда… - Томас сделал шаг вперед, и я готова была поклясться, что эти двое метали взглядом молнии друг в друга.

Сильвия крепче прижалась ко мне и под моей ладонью ее тельце била крупная дрожь.

Я нащупала рукоятку кинжала, отметая вопрос, крутившийся в моей голове:

«Смогу ли я ударить ножом человека?»

- Не узнал, - скаля зубы, произнес хозяин, - что ж, я тебе напомню. Мое имя – Джонас.

Я не успела моргнуть, как мужчины сцепились между собой. Покатились по полу, сшибая все на своем пути.

Дорогие читатели!

Очень нежная история нашего литмоба

"Подснежник для сурового апреля" от Тиро Томое

https://litnet.com/shrt/nuVB

18

- Хватит! – гаркнула, что есть мочи.

Иначе эти два болвана сейчас всю таверну разнесут. Мне, в принципе, все равно. Но хотелось побыстрей получить обещанную комнату и выпить что-нибудь горячего, пусть даже и с корочкой хлеба вприкуску.

Выплеснула на них ведро с неопознанной жидкостью, что стояло возле стойки. Как ни странно, это подействовало больше, чем крики и уговоры.

Мужчины откатились в разные стороны, фыркая и отплевываясь.

- Что за гадость? – скривился хозяин.

- У вас надо спросить. Развели тут бардак в таверне. Неудивительно, что от вас все посетители шарахаются!

- Мы здесь тоже не останемся ни на минуту, - прокряхтел Томас, вставая с четверенек на ноги и потирая зашибленные ребра.

- Катись, пока цел, - тяжело дыша, произнес хозяин. С трудом поднялся на ноги, и я заметила расцветающий под глазом фингал.

Как дети, ей-богу! Не два взрослых мужика, которым далеко за сорок, а подростки, у которых бушуют гормоны.

- Никуда мы отсюда не уйдем. Силь устала и замерзла. Нам всем нужно выпить что-нибудь горячего. Успокоиться и поговорить.

Я достала из кошелька монету и со стуком положила на барную стойку, показывая серьезность своих намерений.

- Вы можете остаться, а этот …- хозяин плюнул в сторону Томаса, - пусть убирается из моего дома.

- С тобой находится под одной крышей у меня нет никакого желания, - продолжил пререкаться Томас.

Мне их обоих захотелось взгреть освежающим мозги подзатыльником. Пришлось собрать в кулак все свое ангельское терпение.

- Томас, прекрати. Ты никуда не уйдешь. А вы… как вас? Джонас? Прекратите истерику. Кажется, вы обещали комнату и кусок хлеба. Вот и позаботьтесь о ваших гостях. А выяснение отношений оставьте на потом.

- Ладно. Будет вам комната. Захвати поленья для жаровни, - не глядя на Томаса, буркнул хозяин.

По скрипучей лестнице мы поднялись на второй этаж. Джонас распахнул перед нами дверь одной из комнат. Томас держал на руках Сильвию и бережно усадил ее на кровать.

- Твоя? – кинул быстрый взгляд на девочку Джонас.

- Внучка, - буркнул Томас.

- Голодная небось. Сейчас посмотрю, что есть съестного. А ты пока жаровню разожги, а то комнаты давно не протапливались. Справишься?

- Сомневаешься?

Джонас хмыкнул. А я решила воспользоваться случаем и предложила:

- Если вы не против, то я могла бы приготовить ужин. Какие-то продукты у вас же имеются?

- Сестра привозила несколько дней назад, - проговорил Джонас и мужчины вновь смерили друг друга тяжелыми взглядами.

Пожалуй, пора их опять разводить по разным углам.

Джонас показал мне кухню, находившуюся сразу за общим залом. Разжег очаг, чтобы вскипятить воды.

Я огляделась.

Здесь, как и во всем доме, давно не убирались. Потемневшие от сажи и копоти стены и пол под ногами не первой свежести. Нагромождение посуды на полках, и я сильно сомневалась в ее чистоте.

Брр… не удивлюсь если здесь водятся мыши и тараканы. Хотя лучше об этом не думать.

Но наверняка раньше это было бойкое заведение, что принимало большое количество гостей. Посуды в достатке и огромные котлы для приготовления пищи. Все рассчитано на большие компании.

Джонас тем временем принес половину краюхи хлеба, пару луковиц и с десяток яиц.

- А нет ли у вас молока и крупы, чтобы я сварила кашу? – спросила, оглядывая все его богатство.

- Молоко скисло. Я не стал вам его предлагать. Но для вашей девочки у меня есть банка с джемом. Сестра варила из собственных яблок.

- Хм… кислое молоко… несите. А мука у вас найдется?

- Что вы задумали? – заинтересованно спросил Джонас.

- Увидите, - хмыкнула я.

Заприметила большую чугунную сковороду. Плеснула на нее ковшиком горячей водой из котла, смывая нагар.

Томас растопил дровяную печь и с интересом следил за моими манипуляциями.

- Вы не хотите мне помочь? Почистите лук и нарежьте полукольцами…

- Но я вам не кухарка, - попробовал было возмутится Джонас.

- Но ужинать то вы будете? – вздернула я бровь.

- Буду, - обреченно согласился Джонас и взял в руки нож.

- А где вся прислуга? Почему вы здесь один?

- Кухарка, старая карга, ушла пару дней назад. Жалованье запросила, а где я его возьму, если посетителей нет. Да от запаха ее стряпни все мыши сбежали, а тараканы и вовсе передохли.

- Это радует… в смысле что нет никакой живности. Лук порезали? А теперь приготовьте нам тарелки и столовые приборы. Только протрите сначала.

Я замесила тесто на оладьи. Кислое молоко уже давно превратилось в густой кефир. Надеюсь, мои оладушки получатся пышные и вкусные. Без всяких разрыхлителей и подсластителей.

После того, как испекла горку оладушек, быстренько подарила лучок и залила яйцами. Мой живот призывно заурчал, не устояв перед разлившимися в воздухе ароматами.

Джонас накрыл стол в зале на первом этаже. Поставил его ближе к очагу, чтобы было теплее. Томас с Сильвией спустились вниз, и мы все уселись за стол. Вполне дружной компанией. И не скажешь, что час назад в этом зале летали скамейки и с грохотом падала мебель, сметаемая яростью двух мужчин.

- Мм… просто превосходно! Томасин, твоя дочь кухарка? – с набитым ртом проговорил Джонас, куском хлеба смакивая растекшийся по тарелке желток от яйца.

- Моя дочь не какая-то простолюдинка, - пробасил Томас. А я успокаивающе коснулась его руки.

- Я могу готовить. Скажу больше, мне нравится это. И нравится, когда люди получают удовольствие от моей стряпни.

- Если вам нужна работа, - заикнулся Джонас и бросил быстрый взгляд на Томаса.

А тот недовольно пропыхтел:

- Я найду способ обеспечить дочь. Не нужно ей работать.

А я новым взглядом осмотрела таверну. Если приложить сюда голову и руки, то толк будет.

- Джонас, а раньше здесь собиралось много народа? Все же ваша таверна находится на отшибе, а не в центре города.

- Что вы. Здесь проходит дорога к замку. Раньше, когда у лорда собирались гости, многие любили заглянуть в мою таверну. Как же здесь шумно было по вечерам. Хорошие были деньки. Да и от охотников отбоя не было. Дорога сворачивает к гиблым болотам, там частенько можно было подстрелить волка или оленя. За шкуры лорд хорошо платил. А полученные денежки охотники оставляли в моем заведении. Знали бы вы, какой крепкий и ароматный эль варила моя покойная супруга.

Джонас тяжело вздохнул и подпер щеку ладонью.

- А твоя сестра? Она все еще в селении живет? – спросил Томас.

- Конечно. Куда ей деться. Отец давно ослаб. Матушка лишь по дому хлопочет. Все хозяйство на ней, да на Седрике.

- А кто такой Седрик? Муж? – вскинув исподлобья взгляд, спросил Томас.

- Нет, - Джонас поджал губы.

В моей голове все сложилось. Рассказ Томаса про дочь кузнеца и ее брата, что застукал их на сеновале.

Как причудливо переплетаются судьбы. Сейчас самое время оставить их наедине. Поговорить и выяснить отношения. А мы спать. Сильвия уже вовсю носом клюет, разморенная теплом и сытостью.

Надо бы помыться с дороги, но такая навалилась усталость, что я махнула на все рукой. Единственное желание, плюхнуться в постель и как следует выспаться.

А завтра…

А на завтра у меня грандиозные планы!

19

Утро я начала с ревизии. Джонас, как нерадивый хозяин, наверняка еще дрыхнет без задних ног в своей постели. Да и пара пустых бутылок неизвестного пойла, оставленных на столе после вечернего разговора, наводила на мысль, что мужчины проснутся еще не скоро.

Кладовая встретила меня слоем пыли на полках и паутиной в углах. Хотя все же несколько горшочков с неизвестным содержимым мне удалось наскрести.

В одном горшочке был мед. Темный, засахаренный, но источал волшебный аромат луговых цветов.

В другом, в рассоле между зонтиками укропа, плавали квашеные огурцы.

В третьем нашлось пахучее золотистое масло.

В шкафу, на нижней полке, я отыскала несколько мешочков с крупой и горохом. Последний был основательно погрызен мышами, что означало одно - живность здесь все же водится.

Кое как разожгла дровяную плиту. Заметила, как вчера Джонас чиркал кресалом, выбивая искры. У него это ловко получилось. С первого раза поджог растопку их соломы. А мне пришлось основательно помучиться, чтобы вспыхнул огонек.

Но зато сколько было у меня радости, когда щепки занялись огнем и чугунная поверхность начала нагреваться.

Я нашла ковшик, в котором поставила вариться кашу из толченой пшеницы. А в котелок налила воды для чая. В кладовке, подвешенными веревкой к потолку я заприметила пучки трав. Растерев в пальцах, в одном из них я узнала мяту. А висевшие рядом кустики с жухлыми желтыми цветами напоминали зверобой.

Когда завтрак был готов, я поднялась в свою комнату. Сильвия только проснулась и сладко потягивалась, лежа в постели под одеялом.

- Как спалось? – спросила, присаживаясь на край постели. Провела рукой по ее волосам.

Их давно следовало помыть. Но мои тоже не лучше. Как пакля. Спасала только туго заплетенная коса.

После недели дороги нам всем следует помыться. И постирать одежду. А еще где-то раздобыть новую. Надеюсь, в этой дыре найдутся лавки готового платья и белья.

- Мы здесь останемся жить? – сморщив носик, спросила Сильвия.

- Тебе здесь не нравится?

- Здесь холодно, грязно и плохо пахнет.

Жаровня давно погасла. Через мутное окно пробирался сквозняк, свободно гуляя по полу. Да и постель, в которой мы спали, явно не первой свежести.

- Пока ничего лучше у нас нет. Но мы можем навести здесь порядок.

- И ты будешь работать здесь кухаркой? – нахмурилась Лия.

- Нам же нужно на что-то жить…

- Моя мама никогда бы не стала кухаркой. И никогда бы не стала жить в такой грязи. Она бы придумала что-то другое…

- Что например? – я невольно повысила голос. Не хочу, но он все же звенит от возмущения.

- Например, нашла бы моего настоящего папу, - выдает Сильвия.

А я застыла, разинув рот.

Не думала, что Сильвия знает, что она не родная дочь Гейлу. И мне никогда не приходило в голову, что у Сильвии где-то есть настоящий отец. Теоретически понимаю, что он есть, но никогда не думала о нем, как о конкретном человеке.

Только кто он? И почему так получилось, что они с Алеаной не вместе? Он бросил ее или Алеана сама выбрала Гейла?

- Ты знаешь, кто он? – спрашиваю осторожно.

- Нет. Мама знала, а ты ничего не знаешь. И я теперь никогда… - Лия всхлипывает, - не увижу настоящего папу.

И я чувствую себя виноватой. Глупо, понимаю. Я же не хотела, чтобы все так произошло. Но я отняла у Сильвии мать. Заняла ее место. А теперь лишила надежды встретиться с настоящим отцом.

- Мне жаль, малышка…

Хочу прижать ее к себе, но Лия уворачивается. Говорит, чуть слышно:

- Ты хорошая, Алена. Но ты не моя мама.

А потом все же оттаивает и тяжело вздыхает, уткнувшись лбом в мое плечо.

Я одеваю ее теплее. Думаю, что надо протопить очаг внизу, а перед сном жаровню в нашей комнате. Но сейчас лучше всего вернуться на кухню. Как следует позавтракать, сидя в тепле, что идет от разогретой плиты.

Пока мы завтракаем, к нам присоединяются мужчины. Оба хмурые и помятые. У Джонаса ярким сливовым цветом расцвел фингал под глазом. Но держутся они вполне мирно друг с другом.

- Что думаете делать дальше? – интересуется Джонас.

- А что думаете делать дальше вы? – я сделала широкий жест рукой, обведя кухню.

- Если бы у меня была такая кухарка как твоя дочь, Томасин, то двери моей таверны открылись сейчас же.

- Моя дочь достойна большего, чем прислуживать в твоей богадельне.

- Стойте. У меня есть предложение получше, - вклинилась я, - я помогу вам навести порядок и сделать таверну «Сытый Джо» лучшей в городе, но при условии…

- Условии? – Джонас оторвался от тарелки с кашей и заинтересовано посмотрел в мою сторону.

- Мы станем партнерами. Не отказывайтесь сразу. Подумайте. Просто я хочу, чтобы эта таверна стала мне… всем нам, не только работой. Но и домом. Признайтесь, наверняка вы думали ее продать?

- Ну… что скрывать, дела у меня идут хуже некуда.

- Так и продайте мне. Половину. В счет будущей прибыли.

На меня теперь уставился не только Джонас. Томас открыл рот, не ожидая от своей бывшей хозяйки столько прыти.

- Я… я должен подумать, - заикаясь произнес Джонас.

- Только не долго. Иначе рискуете остаться без обеда, - не удержалась я от усмешки.

Дорогие читатели.

Загляните в увлекательную историю нашего литмоба

СНЕЖИНКА ДЛЯ МАЙРУСА, ИЛИ ДЕТИ ЗДЕСЬ НИ ПРИ ЧЕМ

от Валентина Денисова

https://litnet.com/shrt/niDo

20

После завтрака я в кратко обозначаю свой план. Для начала привести в порядок дом. Перестирать все постельное белье. В городе же есть прачка?