- -
- 100%
- +
- Выметайся из моей постели!
Горячий рык обжег щеку, а когда открыла глаза, то столкнулась с темными, яростными глазами склонившегося надо мной мужчины.
- Или ты хочешь, чтобы я тебя вышвырнул сам? Только в таком случае я выволоку тебя в коридор, на потеху слугам. Раз тебе так нравится щеголять своей наготой.
- Я не понимаю… - едва слышно прошептала я.
Сознание плыло, в голове гудел туман. Мысли перескакивали с одного на другое, и я никак не могла связать их воедино.
Кто этот мужчина? Где я?
- Что ты не понимаешь? Что давно противна мне? Что я мечтаю скорее избавиться от нашей связи? Убирайся, Вайолет… пока я действительно не вышвырнул тебя голую вон.
В словах было столько холода и презрения, что сомневаться не приходилось. Если я останусь с ним еще мгновенье, он точно исполнит свою угрозу.
И тут до меня дошло: я абсолютно голая. Бесстыже лежу на роскошных шёлковых простынях под унизительным взглядом этого незнакомца. В отличие от меня он в светлой, наглухо застегнутой рубашке и темных брюках.
По телу разлился жар смущения, кожа покрылась предательскими красными пятнами.
Я тут же схватила простыню и накрылась ею до подбородка.
- Я сейчас уйду. Где моя… одежда?
В ответ мне в лицо швырнули лёгкий кружевной халат.
- Отвернитесь, - попросила, а глаза лихорадочно метались по комнате, отмечая незнакомую обстановку, немного старомодную, раритетную я бы сказала.
- Обойдешься. Меня давно не прельщают твои прелести. Или думала, что приняв очередную порцию зелья, сможешь наконец увлечь меня?
В голосе послышалась ядовитая усмешка. Рядом со мной на подушку упал и покатился пустой флакон из тёмного стекла. От него исходил сладковатый, приторный запах.
- Думала, я не узнаю. Где ты их только умудряешься доставать? Давно пора понять – это на меня не действует!
Мужчина отступил на шаг, небрежно облокотившись о спинку кресла. Скрестил на широкой груди руки, буравя меня тяжёлым, полным ненависти взглядом.
Я быстро накинула халат, барахтаясь под простыней. Кое как завязала пояс и спустила ноги на пол.
Что дальше?
Мне нужно идти…
Я сдвинула брови, пытаясь вспомнить.
Кто я? И кто этот мужчина? Слишком холодный и слишком красивый. Так, что царапает сердце, когда бросаю на него взгляд.
Хочется задержать внимание на его лице и рассмотреть каждую черточку. Густые черные брови, что сейчас хмуро сведены к переносице. Темные резкие глаза, в которых клубится презрение. Смуглые щеки, подернутые щетиной. Жесткий изгиб губ.
Интересно, каким он может быть, когда испытывает интерес к женщине, а не выбрасывает ее из своей постели?
Боги, о чем я только думаю… надо выбираться отсюда.
Я встала. Обула домашние туфельки, что стояли рядом с кроватью. Плотнее запахнула халат на груди.
Куда теперь? Вспомнить бы…
А просить помощи у этого тирана совсем не хочется.
- Чего ты ждёшь? - его голос, резкий и нетерпеливый, вновь заставил меня вздрогнуть. И мне кажется, что я чувствую в нем… усталость? Ему явно не терпится поскорее избавиться от меня.
- Я не помню… - рискнула признаться я.
- Что на этот раз? Меня, себя… или нашу дочь?
Дочь?
Словно ушат ледяной воды вылили на меня с головой. Обрывки памяти пронзили сознание: тёплые маленькие ручки, доверчивые глаза, отчаянный крик «Мама, не уходи!»
Всё внутри сжалось от животного ужаса.
- Дочь! Где моя дочь? – закричала я, забыв обо всём, и бросилась к двери.
Выскочив в коридор, я оказалась в светлом просторе богато украшенного коридора.
Не раздумывая, я рванула на звук детского плача, доносившийся из-за одной из дверей.
Но прежде чем я коснулась дверной ручки, меня накрыло потоком воспоминаний.
2
- Мамочка, ты меня сегодня заберешь? – спросила Маруська, глядя на меня снизу вверх.
- Сразу после полдника, - пообещала я.
Чмокнула дочку в вихрастую макушку. Непослушные волосики выбивались из косицы, создавая ореол вокруг маленькой головки.
- Заберу и мы сразу уедем. Обещаю. Сейчас только вещи соберу, - понизив голос, проговорила, глядя в доверчивые голубые глазенки моей доченьки.
- Не забудь только Кролича, - прошептала девочка.
- Его положу в рюкзак в первую очередь. А сейчас пойдем… папа ничего не должен заподозрить.
Я отвожу Маруську в садик. Передаю с рук на руки воспитательнице – Нине Васильевне. Та уводит дочь в группу, приговаривая, что ее ждет вкусная сладкая каша. А потом они будут играть в кукольный театр. Маруське отведена роль хитрой лисы, которая доберется до колобка.
- Я не буду его есть… - доносится до меня голос Маруськи, прежде чем в группу закрылась дверь.
Сердце щемит от этого. И такое чувство… что вижу ее в последний раз.
Глупости – успокаиваю я себя. У меня все под контролем. Никаких неожиданностей быть не должно.
Сейчас я вернусь домой. Соберу вещи и вечером мы навсегда уедем из этого города. От человека, которого Маруська зовет папой. А вот мужем его назвать у меня язык не поворачивается.
Я замужем за Олегом семь лет. А кажется, что прошло все сто. Первый год был самый счастливый. Олег был внимательным и заботливым. Цветы дарил по поводу и без. На деньги никогда скупым не был.
Крышу сорвало, когда я задержалась на работе. У нас был небольшой корпоратив. Фуршет по случаю дня рождения начальника. Темнело рано и я все поглядывала на часы – Олег наверняка вернулся домой. А потом приняла приглашение коллеги подбросить меня до дома.
Я вернулась домой радостная, с легкой усталостью и приятным послевкусием от вечера. В прихожей горел свет. «Олег уже дома», – мелькнуло в голове, и я улыбнулась, предвкушая, как расскажу ему о милом празднике.
Олег вышел из гостиной. Встал, заслонив собой свет, огромный и неподвижный.
- Где ты была?
- На корпоративе, я же писала тебе. Задержались немного, отмечали день рождения Артема Викторовича, – затараторила я, сжимая в руках сумочку. – Меня Саша подбросил, он как раз мимо…
Его рука, тяжелая и стремительная, со всей силы ударила меня по лицу. Воздух с хрипом вырвался из легких. Мир на мгновение погас, превратившись в оглушающую темноту. Я не удержалась на тонких каблуках, подвернула ногу и упала.
В ушах зазвенело.
Я лежала на холодном полу прихожей, не в силах пошевелиться, пытаясь понять, что только что произошло. Сквозь набегающие слезы я видела его начищенные туфли. Он стоял надомной и дышал тяжело, как бык.
- Встать, – прорычал он.
Я попыталась подняться, опереться на руку, но мир плыл, а нога отзывалась острой болью.
- Я сказал, встать! Повторять не буду!
Он схватил меня за волосы и рывком поднял на ноги. Я вскрикнула от боли едва устояв и хватаясь за стену.
- За что? – потрясенно спросила я.
- Мне не нужна жена шлюха! Сейчас ты пойдешь на кухню, приготовишь мне ужин. И чтобы я больше ни слова не слышал ни о каких твоих «корпоративах». Понятно?
Я лишь кивнула, не в силах вымолвить ни слова, прижимая ладонь к горящей щеке.
Нужно было от него уйти. В тот же вечер. Но это я поняла, когда стало слишком поздно.
3
Я собиралась быстро и методично. Громоздкий чемодан с собой точно брать не стоит. Неудобно таскаться, и не хотелось, чтобы Олег сразу заметил наш побег, когда вернется с работы. Поэтому только самое необходимое, чтобы влезло в рюкзак, освободив мне руки. В основном беру вещи для Маруськи. Пару кофт и запасные брюки. И конечно Кролича, хотя от занимает неприлично много места.
Денег у меня практически нет. С появлением Маруськи я так и не вышла на работу. Олег хорошо зарабатывал, бывший военный, он организовал охранное агентство. Настоял, чтобы я сидела дома и занималась хозяйством. К тому же Маруська часто болела, так что в любом случае мне было не до работы.
Я взяла все свои драгоценности. Золотую цепочку с ладанкой, что незадолго до смерти подарила мне мама. Тяжелый браслет с мелкими вкраплениями бриллиантов – это уже подарок Олега, после того как ударил меня второй раз.
В тот раз я почти ушла… но Олег так искренне просил прошение. К тому же оказалось, что я беременна. И уходить в никуда казалось неразумным, хотелось сохранить семью. Чтобы у ребенка был отец.
Олег и правда больше не поднимал руку. Зато стал унижать морально. За неряшливый внешний вид, беспорядок в доме, подгоревшую пищу.
А я с маленьким ребенком на руках просто ничего не успевала. И действительно винила себя… за то, что такая неумеха и неряха.
Но всему есть предел. Я узнала, что у Олега есть другая женщина. Он рассмеялся и сказал, что мужчина и ему все можно. Я подала на развод, а Олег пригрозил отобрать Маруську. Сказал, что увезет далеко и я ее никогда не увижу. Сказал, что я должна быть благодарной, что он содержит меня. Что он вообще со мной…
Я стала готовиться. Потихоньку, чтобы он не заметил. Выбрала город, подальше отсюда. До него ехать два дня на поезде, а потом еще на электричке. Но там природа… Маруське точно понравится.
Нашла квартиру и уже внесла небольшой залог. Рядом небольшое деревообрабатывающее предприятие. Есть подходящие вакансии для меня.
Купила билеты на поезд. Кажется… предусмотрела все.
Закинула рюкзак за плечо с ненавистью осмотрев опостылевший дом. Я и так слишком долго тянула.
Я вызвала такси и подъехала к садику. Сердце колотилось от предвкушения свободы. Еще немного и мы будем далеко.
Заглянула в группу, но дочку не увидела.
- Маруська? - позвала я, и холодная пустота начала сжимать горло.
Из зала вышла Нина Васильевна. Её лицо было бледным и растерянным.
- Ваш муж только что забрал её. Сказал, что у вас срочные семейные дела.
Мир поплыл. Я выскочила на улицу и увидела Олега. Он стоял у своего черного внедорожника, курил и смотрел на меня с ледяным, торжествующим презрением.
- Думала я не узнаю, - бросил он.
- Где Маруська? – подскочила я к нему.
- В машине. Но ты ее больше никогда не увидишь. Хотела развод… так вот, я согласен. Можешь собирать вещи и выметаться из моей квартиры. У меня теперь другая женщина. Достойная. Не такая никчемная как ты.
- Ты не можешь так поступить… – спазм перехватил горло, - Нет! Олег, прошу, не забирай её!
- Документы на развод передам с курьером, - хмыкнул он.
Сел в машину, хлопнув дверью. А я на заднем сиденье увидела бледное лицо дочки. Ее испуганные глаза. Приоткрытые губки, из которых вырвалось:
– Мамочка. Не уходи!
И это больно резануло по сердцу.
Если бы я могла…
Я не помню, как села в такси, как умоляла водителя ехать за мужем.
- Догоните его, пожалуйста, догоните! - умоляла я, впиваясь пальцами в кожу сиденья.
А потом - резкий гудок, удар, скрежет металла и всепоглощающая темнота.
Очнулась от того, что почувствовала ледяные пальцы на щеке. Надо мною склонилась женщина. Идеальное лицо, кожа белая как мрамор.
- Ты хочешь вернуть дочь? – шипяще спросила она.
Я согласно прикрыла веки, на большее не было сил. Да и тела своего я не чувствовала, словно заморозило все внутренности.
- Тогда не потеряй мой подарок, - произнесла она, и её ледяное прикосновение обожгло моё запястье.
А в следующий момент я услышала рык:
- Выметайся из моей постели!
Дорогие читатели!
Я рада вас видеть в своей новой истории.
Буду благодарна за поддержку. Нажмите на звездочку и добавьте книгу в библиотеку, чтобы не потеряться. Подпишитесь на автора, если вы еще не сделали это. Спасибо!
4
Сердце екнуло, когда я раскрыла дверь. Моему взору предстала очаровательная малышка с тёмными кудрявыми локонами. Она сидела на пушистом ковре, сжимая в руке небольшой мячик.
И она не плакала… а звонко смеялась, кидая мяч молоденькой девушке, сидящей рядом с ней.
Девочка обернулась на скрип двери и тут же вскочила на ноги. Бросилась ко мне, сразу обхватив мои ноги маленькими ручками.
- Мамочка! Ты пришла!
- Я… да, я пришла, - ответила на автомате, все еще не веря своим глазам.
А девочка подняла голову, уставившись на меня огромными голубыми глазенками, в обрамлении темных ресниц.
«Так похожа на Маруську» – подумала я, и от этого мучительный ком встал в горле.
А девочка продолжала тянуть ко мне ручки.
- Лея… пойдем играть. Не мешай маме, - поспешно послышался голос девушки, и она с опаской посмотрела в мою сторону.
- Она мне не мешает, - произнесла и подхватила малышку на руки.
Меня тут же затопило до боли знакомым теплом. Нежность сжала сердце. Девочка обхватила мою шею руками и прижалась пухлой щечкой к моей.
- Я скучала… - прошептала она.
- Я тоже, милая. Очень скучала, - с трудом вытолкнула я слова из сжатого спазмом горла. Прижала девочку к себе крепче. Каждая клеточка моего тела откликнулась на её прикосновение. Родное тепло. Такое родное….
Что бы это не значило, эта девочка действительно моя дочь.
- Оставь ее. Хватит ломать комедию, - прорычал сзади знакомый голос.
- Папочка…
Девочка тут же встрепенулась в моих руках. Мне ничего не оставалось, как с ревностью наблюдать, как мужчина… мой муж… забирает у меня ребенка.
Он взял ее с необычной нежностью и лицо его сразу смягчилось. Но только на мгновенье. Когда он взглянул на меня, его глаза снова были полны презрения:
- Оденься. Не пристало разгуливать по дому в таком виде.
- Хорошо… я сейчас оденусь и вернусь, - пообещала я, глядя на девочку.
- Не стоит. Мы сейчас уходим на прогулку.
- Можно мне с вами? – спросила, с трудом отрывая взгляд от девочки.
Мужчина опасно сузил глаза.
- Ты что-то еще задумала, Вайолет? Советую тебе не высовываться из своей комнаты и поменьше попадаться мне на глаза.
Прежде чем я успела что-то ответить, он резко захлопнул дверь детской прямо перед моим носом. Я отпрянула назад, отшатнувшись к стене. Потерла гудящие виски.
Что же получается? Я теперь - не я? Я - другая. Женщина, у которой есть дочь, и которую откровенно ненавидит собственный муж.
Всё вокруг - дом, обстановка, одежда - явно принадлежало другому времени. А возможно, и другому миру.
Я постаралась успокоиться, хотя внутри всё кричало от ужаса и отчаяния. Кто знает… возможно, это просто сон. Кошмар. А на самом деле мы едем с Маруськой в поезде, и меня просто укачало на верхней полке.
Разве такое возможно?
Пока же нужно взять себя в руки и осмотреться. Для начала - найти свою комнату.
В коридоре было несколько дверей. Прямо передо мной вход в детскую.
Справа - спальня мужа, в постели которого я и пришла в себя.
Решив проверить следующую дверь, я обнаружила небольшую гостиную с камином и мягкими диванами.
Следующая дверь привела в скромную комнату с узкой кроватью и небольшим шкафом для одежды у стены. Вероятно, это комната служанки.
Я осторожно раскрыла дверцу шкафа. Платья были явно мне не по размеру и больше подходили той хрупкой девушке, что играла с моей дочерью.
Я дошла до двери в самом конце коридора. Открыла. В глаза сразу бросилась аляповатая обивка стен. Огромная кровать под балдахином. Вычурная мебель. На кровать небрежно сброшено платье кричащего розового оттенка.
Я как-то сразу поняла, что это комната Вайолет. Вернее, теперь моя.
Розовое платье надевать не стала. Покопалась в громоздком шкафу и нашла платье нежного персикового цвета. С достаточно низким вырезом. Но пришлось признать, что все платья были такие. Вайолет не стеснялась демонстрировать свои прелести.
Я переоделась и стала изучать содержимое шкафов и комодов. Ящики были забиты разной женской мелочевкой – шпильками, лентами и гребнями для волос. В бархатном футляре лежал гарнитур - колье из жемчужин и серьги в тон.
Ничего другого, что могло бы пролить свет на личность хозяйки, я не нашла. Не было ни книг, ни дневников, ни писем или хотя бы записочек.
Лишь огромное зеркало в золочёной раме достоверно показало, что я стала совершенно другим человеком.
Из заурядной «серой мышки» я превратилась в ослепительную красавицу с длинными тёмными волосами, манящим взглядом и безупречными чертами лица.
Только похоже вся эта красота не принесла Вайолет счастья.
В дверь постучали. Я сделала глубокий вдох и постаралась придать голосу как можно больше уверенности:
- Войдите.
5
- Госпожа… ваш ужин.
В комнату вошла розовощекая служанка с натянутой улыбкой на губах. Быстро сервировала круглый столик возле окна.
- Спасибо, - сказала я, чтобы прервать тягостное молчание.
Девушка лишь кивнула, избегая встретиться со мной взглядом.
Я медленно подошла к столу и села. Есть не хотелось совсем, ком подступал к горлу, хотя пища выглядела более чем аппетитно.
Заставив себя взять вилку, я вяло поковырялась в тарелке для вида.
- Госпоже не нравится? - служанка спросила с неподдельным испугом, будто ожидала немедленной вспышки гнева.
- Всё очень вкусно, - быстро заверила я, - просто нет аппетита. Не беспокойся.
Она замерла на месте, явно не зная, уходить ли или ждать дальнейших указаний.
Я перекатывала горошек по тарелке, собираясь с духом и раздумывая, как начать разговор.
- Мой… муж не вернулся? - спросила я, стараясь придать голосу как можно больше безразличия.
- Нет, миледи. Лорд Элрон велел передать, что не стоит его ждать к ужину, - отрапортовала служанка.
А я мысленно повторила – лорд Элрон.
В душе что-то всколыхнулось воспоминанием в глубине памяти, но я никак не могла ухватиться за него.
- А он не сказал, куда уехал? – предприняла я еще одну попытку выудить сведения.
Но от моего вопроса служанка покрылась красными пятнами и прикрылась подносом, как щитом.
Странно. Вроде бы невинный вопрос. Почему такая реакция?
Мне… то есть Вайолет, ответ может не понравится?
Но в конце концов я должна знать куда Элрон увез мою дочь!
При мысли о дочери сразу промелькнул образ Маруськи. Я тут же всхлипнула, прикрыв губы рукой. На глаза накатили слезы.
Моя девочка… я больше никогда не увижу ее.
И если все это не кошмарный сон, то судьба подарила мне другую жизнь. И здесь есть другая девочка, которая теперь тоже моя. И за неё нужно бороться.
- Не переживайте, госпожа, - тихо, почти шёпотом, проговорила служанка, и в её голосе впервые промелькнуло что-то похожее на жалость. - Господин… он никогда не задерживается там надолго. Вы увидите… он скоро вернётся.
- «Там»? - подняла я на неё заплаканные глаза, ухватившись за это слово. - Так он… уехал… куда конкретно? - произнесла я, растягивая слова и надеясь, что служанка, поддавшись минутной слабости, закончит фразу.
- К леди Майре. Бывшей жене, - практически выдохнула девушка.
- И взял с собой дочь, - констатировала я.
Интересная ситуация. Еще бы разобраться, что за этим стоит.
- Маленькая леди очень привязана к своему брату. Она сама упрашивает лорда Элрона взять её с собой… ой! - служанка внезапно спохватилась, и на её лице отразился ужас. - Простите, госпожа, за болтовню! Я знаю, вам неприятны эти разговоры. Позвольте забрать поднос?
- Да, спасибо. Всё было вкусно, - автоматически ответила я.
Служанка бросила на меня удивлённый взгляд, торопливо собрала посуду и почти выбежала из комнаты.
Я подошла к окну. Впереди была аллея, обрамленная кустами роз. На высоких столбах подвешены светильники, излучающие золотистый свет.
Внезапно тишину вечера разрезал стук копыт и скрип колёс подъехавшего экипажа. Из кареты вышел Элрон. Он бережно подхватил на руки нашу дочь, а затем поставил её на дорожку. Малышка тут же ухватилась за его протянутую руку, и они медленно зашагали к дому. Она задорно подпрыгивала на месте, а он с невозмутимым спокойствием вёл её.
Я повернула ручку и приоткрыла окно. До меня тут же донесся голосок дочки.
- Жаль, что мы не могли остаться еще немного. Эрик обещал покатать меня на пони, - она старательно выговаривала букву «р», отчего звучало это особенно мило.
- Скоро у тебя будет свой собственный пони, - прозвучал спокойный голос Элрона. - Там, куда мы уедем, целые луга, полные маленьких лошадок.
- А я смогу показать пони Эрику?
- Возможно… когда-нибудь. Но сначала вы не сможете видеться довольно долго.
- Я буду скучать по нему…
Их фигуры скрылись в дверях, и разговор оборвался. Но мне было достаточно и этих оброненных фраз.
Понять – Элрон уезжает. И забирает с собой нашу дочь.
А я? Что будет со мной?
Планирует ли он брать с собой жену, которую так явно ненавидит?
6
Я немного медлю. Собираюсь с духом.
Но разве я не имею права увидеть свою дочь? Поцеловать ее перед сном? Рассказать сказку?
Меня безумно тянет к этой девочке. Своей дочке. Хочется увидеть ее. Прижать к себе теплое тельце. Поцеловать. Пощекотать пяточки и услышать смех в ответ.
Я решаюсь и выхожу из своей комнаты. В доме тихо. Проскальзываю по коридору к знакомой двери.
Открываю.
В комнате пусто. Сумрачно. Но я замечаю еще одну смежную дверь и оттуда льется теплый свет. Тихонь пробираюсь к двери. И заглядываю в небольшую щелку.
Я вижу краешек кровати и девичью головку с прикрытыми глазками. Весь остальной обзор от меня скрывает широкая мужская спина. Элрон сидит на краешке постели и до меня доносится его тихий, непривычно мягкий голос.
Да он сказку читает!
Для меня это так неожиданно, что я застываю на месте. Подглядываю в щелочку забыв, как дышать.
Нужно признать, что Элрон хороший отец. Пусть он ненавидит свою жену, наверняка есть за что. Но то, как он относится к дочери трогает до слез.
Между тем Элрон закончил читать. Поправил одеяльце на спящей девочке. И после этого встал.
Я тут же попятилась. Не хотела, что бы он меня заметил. Запнулась о край ковра и тут же шлепнулась на попу.
Как же не вовремя.
Отползла, прячась в полумраке и надеясь, что муж меня не заметит. Но тут же железные пальцы сомкнулись на моем плече и меня резко поставили на ноги.
- Вайолет. Что ты тут делаешь? – обжег меня его ледяной голос.
- Я просто пришла пожелать дочери спокойной ночи, - прошептала я.
- С каких это пор? – нехорошая усмешка пробежалась по его губам, - выпрашиваешь новое платье? Или что тебе еще нужно?
- Почему ты так говоришь? Я просто…
- Ты никогда ничего не делаешь просто так! – оборвал меня Элрон. Оглянулся на прикрытую дверь в спальню и произнес тихо, - пройдем в мой кабинет. Нам нужно поговорить.
Я иду за ним по коридору. Мы спускаемся на первый этаж и пересекаем холл. Я оглядываюсь, подмечая детали интерьера: тяжелые портьеры на окнах, белый мрамор лестницы, серебряные подсвечники на каминной полке.
Элрон открывает массивную дверь и первым проходит внутрь. Щелкает пальцами и тут же зажигается огонек в лампах.
Мне остается только разинуть рот от неожиданности. Это что… магия?
- Закрой дверь и садись, - командует Элрон.
Сам занимает место за столом. Берет какую-то бумагу и кладет передо мной.