- -
- 100%
- +
Мое сердце стучало слишком часто, дыхание стало прерывистым. Парень чего-то ждал от меня, но я стояла, точно столб, у двери, в своем дурацком леопардовом халате.
— Ну? — нетерпеливо спросил он.
— Что “ну”? — проглотив слюну, непонимающе произнесла я.
— Хочешь или нет?
Я сглотнула комок, подступивший к горлу и выдавила из себя:
— Нет.
Он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. Было слышно, как хлопнула дверь в комнате Владика.
Я подошла к кровати, пытаясь отдышаться и прийти в себя от шока. Сердце стучалось об ребра, грудь часто вздымалась и опускалась.
Сквозь тонкую ткань халата торчали огромные, вставшие от возбуждения, соски. Я потрогала рукой между ног, чертыхнулась, а потом сняла трусы - они были насквозь сырыми от смазки.
Сев на кровать, я закрыла глаза и сидела так секунд тридцать. Потом резко встала, подошла к двери и распахнула ее.
В коридоре и в прихожей было темно, из комнаты Владика доносилась музыка - тяжелый рок. Я подошла к двери, ведущей в комнату сына, постучалась, а потом открыла дверь.
Костя стоял у кровати, поставив на нее одну ногу, согнутую в колене. Он был абсолютно голый, я остановила взгляд на накачанной груди и крепких бицепсах. Он был очень красивый…
Я замерла в дверях, не зная, что делать…
Глядя на плакат полуобнаженной девицы, висящий на стене, Костя занимался самоудовлетворением. Говоря его языком, он дрочил, зажав в кулак член внушительных размеров.
Его движения были яростными и сильными, он явно торопился. Но увидев меня, замер, а потом развернулся ко мне и убрал руку от своего достоинства.
Я не могла оторвать взгляда от его темно-бордового члена, головка которого была влажной и блестящей от капель выступившей смазки. У меня внутри все дрожало и вибрировало.
— Иди ко мне, моя милфа, моя сучка! Как же я хочу тебя выебать! — сказал Костя.
Я вся встрепенулась. Я давно не занималась сексом. Очень давно.
Я - пятидесятилетняя женщина, стоящая на пороге менопаузы.
Муж развелся со мной, потому что я его не возбуждала.
Я решила, что моя жизнь закончена, что я уже не женщина, а старуха.
И вот передо мной стоит голый девятнадцатилетний парень, называет меня “сучкой” и хочет меня “выебать”.
Я несколько секунд тяжело дышу…
Да кто я такая, чтобы упускать такой шанс???
Ведь мой психолог посоветовал именно это - занятьсясексом!
Вдруг, это мой шанс на спасение?
Я снимаю халат, и он падает к моим ногам. Смотрю на Костю, чувствуя, как горит мое лицо. Но не от стыда, а от возбуждения. Горит не только лицо - все мое тело пылает огнем!
Я дотягиваюсь до застежки лифчика, расстегиваю ее. Лифчик тоже падает на пол, обнаженные груди кажутся тяжелыми, набухшими. Конечно, они у меня не стоят, как в двадцать лет, но их размер все еще может впечатлить. Соски увеличились в несколько раз!
Костя снова берет член в руку и начинает водить по нему. Рок-музыка, играющая в колонках, оглушает и одновременно раскрепощает меня. Я вдруг чувствую себя молодой, легкой и слегка сумасшедшей.
Сняв трусики, я бросаю их в лицо Косте. Он ловит их и подносит к носу, вдыхает мой запах, закрыв глаза.
Протянув ко мне руки, он говорит:
— Иди ко мне, моя сучка! Я проверю, насколько ты возбудилась!
И я послушно иду к нему навстречу, чувствуя, как между ног уже течет…
Это что-то совершенно нереальное!
У меня никогда такого в жизни не было. Секс в браке совсем другой, там нет этой дикой, возбуждающей пошлости, нет таких острых ощущений, огненной страсти! Там все привычно и однообразно. Наверное, поэтому и становится скучно в итоге.
Я подхожу к Косте, он кладет ладони на мои груди и сжимает их.
— Ммм… Титьки - огонь!
Его прикосновения, как электрические разряды. Меня трясет от его близости, от его молодости и необузданности, от запаха свежего одеколона и от его собственной свежести.
Мне нравится его молодое, симпатичное личико, мягкий пушок над верхней губой, растрепанные волосы…
Мне нравится его жадный, пьяный взгляд, на меня никто никогда так не смотрел!
Костя кладет руку на мой затылок и целует меня. Губы у него - мягкие и сладкие, щеки и подбородок - гладко выбриты.
Язык его проникает ко мне в рот, и это доставляет массу ощущений. Кажется, я никогда не целовалась ТАК глубоко! Мы целуемся так долго, что у меня начинают болеть губы.
Его напряженный, слегка изогнутый, член совсем рядом, я касаюсь его рукой. Он напрягается от моего прикосновения, твердеет, поднимается выше.
И тут я окончательно теряю голову. Я опускаюсь перед Костей на колени и беру его член в рот - глубоко, до самой гортани.
Минет - это моя страсть, правда в последнее время мне совсем не хотелось делать его мужу. Надо уже признаться самой себе, что муж тоже уже давно не привлекал меня, как мужчина! Этот его огромный живот меня просто раздражал! Невозможно было добраться до члена!
То ли дело этот стройный парень. Его крепкие ягодицы так приятно трогать руками. Я сжимаю их снова и снова.
Член у Кости - приятный на вкус. Я облизываю его, сосу, заглатывая как можно глубже, потом, придерживая его рукой, наклоняюсь к яичкам и щекочу их языком, обхватываю губами и нежно затягиваю в рот, посасываю, как леденцы. Одновременно я смотрю на Костю. Мне нравится, как он закатывает глаза от удовольствия, как томно стонет…
Интересно, кто-нибудь из его подружек-ровесниц делал ему такой минет?
Мне кажется нет! Этому искусству нужно долго учиться!
Я дразню головку вибрирующими движениями языка, а потом обхватываю ее губами. И так снова и снова.
— Черт! Я щас кончу! Сука!
Парень хватает меня за волосы, держит мою голову и начинает двигать бедрами, засаживая в меня свой член все глубже и глубже. Я борюсь с рвотным рефлексом, терплю изо всех сил. Он трахает меня в рот в такт ревущей из колонок музыке.
Я возбуждаюсь все сильнее и сильнее! Голову кружит от дикой страсти.
Костя кончает, выплескивает сперму мне в рот, на лицо и на грудь. Я глотаю ее, она приятная, сладковатая на вкус.А еще я чувствую себя женщиной - страстной, сексуальной, желанной. Такое будоражащее ощущение! Как же я раньше без него жила?
Костя подходит к кровати и падает на нее, тяжело дыша.
— Вот ты сучка! Как быстро меня уделала! Аж искры из глаз посыпались! — говорит он, закидывая руки за голову.
Я встаю рядом с ним и смотрю на обмякший, уменьшившийся в размерах член.
Я жду, когда Костя отдохнет, потому что теперь он просто обязан “выебать” меня, как обещал.
Медленными движениями я размазываю сперму по груди, обвожу пальцами соски, приподнимаю груди руками, двигая бедрами под музыку. Костя смотрит на меня и улыбается.
— Давай, милфа! Продолжай! — говорит он, — Покажи уже мне свою пушистую киску!
Я ставлю ногу на кровать - так, чтобы ему было все хорошо видно, ласкаю рукой лобок, покрытый густыми темными завитками. Раздвигаю половые губы и провожу пальцами по их внутренней стороне.
Костя все видит, нагловатая улыбка сходит с его лица, глаза снова темнеют от похоти. Я кладу пальцы на клитор и начинаю массировать его так, как мне нравится - двигая средним пальцем вверх и вниз по острому бугорку. Другой рукой я глажу груди - одну, потом другую, сжимаю их. Низ живота горит огнем. Я больше не могу ждать! Я хочу его!
Костин член уже встал, поэтому я беру инициативу в свои руки - сажусь на него сверху и направляю член в свою вагину. Почувствовав его внутри, я сначала замираю от ощущений. Давно у меня не было мужчины! Я уже и забыла, как это приятно!
Сжимая и лаская свои груди, я начинаю двигаться, сидя на Косте. Он лежит, придерживая мои бедра. Кто еще кого “выебет”! Сейчас я покажу ему, как я умею заниматься сексом!
— Да, детка, да… — шепчет он.
Детка! Звучит смешно! Детке пятьдесят лет!
Я шумно дышу, подпрыгиваю все выше и чаще, сжимаю мышцы влагалища, чтобы доставить ему максимум ощущений.
Костя стонет, пробирается к моему клитору, массирует его пальцами - не так, как я люблю, слишком жестко, но клитор все равно отзывается на ласку, начинает пульсировать.
Я тоже начинаю стонать, запрокидываю голову, чувствуя, что вот-вот кончу.
— Давай, детка! Моя грязная сучка! Моя милфа! — бормочет Костя.
Я изо всех сил сжимаю груди, а потом вытягиваюсь, как струна. Оргазм пронзает меня насквозь, заставляет трястись в сладкой судороге. О да!
С громким криком я кончаю, все еще продолжая прыгать на члене Кости. А потом сползаю без сил и падаю рядом с ним.
Он не дает мне передышки. Раздвинув мои ноги, он склоняет голову к моей промежности и касается языком клитора. Облизав его, он просовывает язык во влагалище и начинает двигать им туда и обратно.
Я еще не до конца отошла от оргазма, но на меня уже накатывает новая волна возбуждения.
Почувствовав палец Кости на своем анусе, я издаю протяжный стон. Он сначала массирует его, а потом проникает внутрь. Я останавливаю его - мне не по душе анальный секс, он не доставляет мне удовольствия. Почему-то все мужчины, в том числе и мой муж, повернуты на нем. Им не жить, не быть, нужно отыметь женщину в жопу! Что за извращение? Никогда этого не понимала!
Но Костя настойчив - он продолжает лизать мой клитор, а сам вставляет палец в мой задний проход. Снова и снова.
Перевернув меня на живот, он подтягивает к себе мои бедра, заставляя меня встать раком. Сначала я чувствую, как он ласкает меня языком. Везде! Это невероятно приятное ощущение!
— Еще, прошу еще… — шепчу я.
Мне хочется, чтобы он не останавливался!
И он послушно продолжает доставлять мне удовольствие. Когда мои стоны превращаются в крики, он подстраивается ко мне сзади и резко вставляет член в мою вагину.
Несколько минут он трахает меня - яростно, быстро и глубоко, потом вынимает член и так же резко входит в задний проход.
Я округляю глаза, кричу от неожиданности и от боли, но не препятствую. Эта боль даже усиливает возбуждение. Я не сдерживаю криков, я вообще себя не сдерживаю! Я занимаюсь сексом от всей души! Один раз живем!
Спустя какое-то время его член снова оказывается в моей вагине, а потом снова - в заднем проходе. И так продолжается много раз, и мне это дико нравится!
Просто космос!
Я кончаю с дикими воплями, которые, наверняка, слышат все соседи. Плевать! Пусть знают, что у пятидесятилетних женщин тоже есть личная жизнь! Еще какая!
— О, да! - кричу я, ощущая спазмы оргазма внутри себя.
И тут музыка резко обрывается. И я слышу голос Владика:
— Вы чего? Вы чего здесь делаете? Мама! Костян, блядь, как так? — кричит он не своим голосом.
Лицо у него - красное от ярости.
Костя вынимает из меня свой член, который резко обмяк, хватает подушку и прикрывается ею.
Я стягиваю с кровати Владика простыню и тоже прикрываюсь, сгорая от стыда.
Мой сын увидел, как меня трахает его лучший друг… Ничего ужаснее быть не может!
— Влад, братан, ты все не так понял. Я… Она…
Костя явно все хочет свалить на меня. Но ему не удается - в следующий миг кулак Владика сбивает его с ног. Подушка падает на пол, и голый Костя валится рядом с ней.
Мой сынок подлетает к другу и начинает яростно пинать его ногами.
— Владик! Прекрати сейчас же! Ты же убьешь его! — визжу я.
— Убью, блядь! Убью вас обоих!
Я хватаю сына за рукав толстовки, но он отмахивается от меня, толкает меня в сторону с такой силой, что я едва не падаю.
— Мам, тебе пятьдесят! Пятьдесят, блядь! Ты уже старая! Как тебе не стыдно! Еще и с моим другом! — с презрением в голосе говорит Влад.
Пнув Костю под дых, он плюет на него.
— Убирайся вон из моего дома! Урод! Ты мне больше не друг и не напарник! — кричит Влад.
— Влад, да послушай ты меня! — хрипит в ответ Костя.
Но Владик не слушает его.
Схватив парня, он тащит его к двери и вышвыривает, голого, в подъезд. Вернувшись в комнату, он собирает его вещи, берет рюкзак и выкидывает все это в подъезд.
— Владик… — тихо говоря ю.
— Молчи, блядь! Просто молчи! И уйди к себе, прошу! Видеть тебя не могу!
Я подбираю с пола свое секусальное белье, которое теперь кажется совершенно непристойным, и иду в свою спальню. Выглянув в окно, я вижу, как Костя, уже одетый, идет прочь из нашего двора. У меня на губах до сих пор вкус его спермы…
Но…Сердце сжимается от тоски. Мне искренне жаль его.
Ничего не поделаешь.
Я ложусь на кровать, раскидываю в стороны руки и ноги и блаженно улыбаюсь.
— Как хорошо… — шепотом говорю я.
Мне и вправду давно не было так хорошо.
Уже полгода прошло после того случая.
Владик простил меня, но с Костей он так и не помирился. Он больше не играет в его рок-группе и не общается с ним. Хотя я говорила ему, что Костя не виноват, что у нас с ним все так вышло.
Я же после Кости сменила уже троих мужчин. Конечно же, сын о них не знает. Я поняла, что мне еще рано списывать себя со счетов, ведь я женщина в самом соку, поэтому мне нужен хороший мужчина и хороший секс!
Пока что я в активном поиске, потому что среди моих ровесников не так-то много тех, кто может хорошо “выебать”. Словечко крепко прицепилось ко мне!
Но я ищу и верю в то, что скоро мужчина моей мечты найдется!
А пока…
Я свободна, здорова и красива. Я шикарная женщина, шикарно занимающаяся сексом!
“Я Галина, мне пятьдесят лет. И я самый счастливый человек в мире!
Я чувствую себя сексуальной, желанной принцессой, которую пробудил ото сна молодой прекрасный принц со слегка искривленным членом.
Спасибо ему за это.”
Так бы я сказала сейчас своему психологу. Вот только он мне больше не нужен.
Вот такая сказка.
Глава 4. Парень моей сестры
— Завтра приедут Мариночка с Никитой, — радостно щебечет мама, расставляя на столе суповые тарелки, — Наконец-то! Как же я соскучилась по своей старшей доченьке!
Я разочарованно вздыхаю и, пока она не видит, корчу недовольные рожи.
Мариночка… Доченька…
Моя старшая сестра вечно лучшая. Практически идеальная! Так было и раньше, так есть и сейчас. Она разумная, ответственная, послушная и ласковая. Учится в другом городе, в престижном вузе.
То ли дело я - оторви и выбрось! Упрямая, взбалмошная, капризная. Ничего в свои двадцать лет не добилась. Работаю тату-мастером в нашем провинциальном городке. По мнению моей мамы хуже этого быть просто не может!
— Кира! Ищи уже себе достойного мужчину, и создавай семью. Может, хоть в этом преуспеешь! Хотя… Кто на тебя, такую, посмотрит? Носишь вместо платьев какие-то мешки, красишься, как не пойми кто! — так часто капает на мозги моя маман.
Дело в том, что мама любит только мою сестру. Иногда мне даже кажется, что я не родная, а приемная - так сильно я ее раздражаю.
Мы с Мариной всегда были разные, прямые противоположности. Она - длинноволосая блондинка, очаровательная куколка-милашка, подающая большие надежды. А я - коротко стриженая брюнетка, пугало, стерва и оторва, по мнению моих родных. А еще - неудачница.
Мы с сестрой никогда не были близки. Наоборот, в детстве мы ненавидели друг друга, все время дрались и ругались. Иные сестры дружат, они будто соединены невидимой другим людям нитью. Это точно не про нас с Мариной. Видимо, когда-то в детстве эта веревочка оборвалась. А может, ее и не было никогда…
— Ты рада, Кира? Сестра приезжает! Вы с ней полгода не виделись! — восторженно произносит мама и целует меня в макушку.
“Еще бы столько же не видеть эту зануду!” — думаю я.
А вслух говорю:
— Ну конечно, я рада, мам! Как же иначе!
На следующий день мама все утро готовит. Я слышу, как она гремит на кухне кастрюлями под музыку нулевых.
В два часа дня она заглядывает в мою комнату, окидывает меня, сидящую за компом, придирчивым взглядом, и заставляет снять пижаму и надеть что-нибудь “приличное”. В её понимании “приличное” — это какое-нибудь дурацкое платье с рюшами и бантами.
Которого, кстати сказать, у меня нет.
— Мам, к нам приезжает сестра, а не президент! — возмущаюсь я.
— Она приезжает не одна, а с молодым человеком! — так же возмущенно говорит мама.
— И что? — не унимаюсь я, — Это ведь парень Марины! Какая ему разница, как выглядит ее сестра?
Лицо мамы становится расстроенным.
— Я просто хочу, чтобы все мы выглядели достойно! У них, наверняка, все серьезно, если она хочет познакомить его со своей семьёй. Может быть, дело идет к свадьбе!
— Мам… — вздыхаю я, — Ты слишком серьезно все воспринимаешь!
— Кира, я прошу тебя. Переоденься! — строго говорит мама и выходит из моей комнаты.
Я смотрю на блюющий смайлик на своей широкой футболке, тяжело вздыхаю и открываю шкаф.
Порывшись в своей одежде, я достаю оттуда черную водолазку и черные леггинсы. Сойдет!
Одежды другого цвета у меня нет.
Переодеваясь, я слышу звонок в дверь, и тут же в коридоре раздаются мамины торопливые шаги. Я провожу рукой по волосам, ероша их, и выхожу из комнаты. Так уж и быть - покажу, что я могу быть хорошей и вежливой. Только ради мамы!
Я останавливаюсь в коридоре, на безопасном расстоянии от двери.
Запустив своих долгожданных гостей, мама достаточно громко выражает свои восторги по поводу торта и пышных цветов. Все это “великолепие” вручил ей новый парень Марины.
— Здрасьте! Я Никита! — говорит парень.
Мама тут же набрасывается на него с объятиями. Такое ощущение, что в своих мечтах она их уже поженила. Как бы парень не испугался и не сбежал!
Я внимательно рассматриваю его. Вот так красавца отхватила моя дура-сестра!
Неожиданно, но он мне нравится.
Высокий, светловолосый и загорелый - как будто только что приехал из Сочи, а не из Питера. В нашем же северном городке даже летом так загореть невозможно.
Фигура у парня - просто пушка-бомба! Широченные плечи, накачанные руки, тонкая талия и узкий таз. Такой идеально перевернутый треугольник. Наверное, он сильный. Очень сильный!
У меня внутри что-то болезненно сжимается. Зависть? Хм… Нет, это что-то другое.
Я незаметно вытираю вспотевшие ладони о джинсы.
Мама с Мариной обнимаются, болтают о чем-то без умолку. Я не слушаю, не вникаю. Мне эти женские глупости не интересны. Я пристально смотрю на парня сестры, мой взгляд скользит по его фигуре, и я чувствую, что… хочу его.
Вот так! Увидела и сразу же захотела, да так сильно, что сердце того гляди выскочит из груди от желания, даже трусики в один момент стали мокрыми.
Нет, я не всегда такая! Наоборот, мужчины редко когда могут впечатлить меня с первого взгляда! Просто тут такой экземпляр… Не парень, а настоящий породистый жеребец!
И тут он поворачивает голову и смотрит на меня - глаза у него голубые, яркие, взгляд - ледяной и пронизывающий. Он улыбается, обнажая ровные белые зубы.
О май гад!
Это не парень, это суперзвезда!
Он не просто красив, он шикарен!
Бесподобен!
Я бы… Я бы отдалась ему прямо здесь и сейчас!
Черт!
Я вдруг понимаю, насколько тупое, наверное, у меня выражение лица!
И при этом я не могу пошевелиться. Замираю, чувствуя, как столбенеет мое тело, а кожа покрывается крупными мурашками.
Он как будто почувствовал мое волнение - прищуривается, а потом подмигивает. О боги, как это сексуально выглядит!
— Привет! Я Никита! А ты, наверное, Кира? — как ни в чем не бывало, спрашивает он, проходя мимо меня и обдавая меня терпким древесным ароматом одеколона, от которого у меня начинают дрожать колени.
Я стою молча, пытаясь сообразить, что отвечать.
— Да-да, милый. Это моя дурацкая сеструха, — небрежно говорит Марина, проходя мимо меня к своей комнате.
Она совсем уже что ли? Давно по башке не получала?
Я разворачиваюсь и резким движением пинаю ее под зад, пока мама не видит. Так-то это наше обычное общение.
— Сука! — шипит она через плечо.
— Уродка! — тихо говорю я в ответ - так, чтобы никто, кроме нее этого не услышал.
— Солнце, у тебя классная семья! Мама - просто чудо! И сестра - просто красотка! — восторженно произносит Никита.
Что? Красотка? Это он обо мне?
Он оборачивается и бросает взгляд сначала на Киру, а потом на меня.
Я чувствую, как мои, вечно бледные, щеки заливает пунцовая краска, а по телу расходится жар.
Красотка…
Мама, тоже растаявшая от комплимента “будущего зятя”, с красными щеками бежит на кухню и зовет всех к праздничному столу.
— Мам, ну ты чего! Не стоило так хлопотать и устраивать целый пир ради нашего приезда! Чувствую себя звездой! — говорит Марина.
Дура! Я закатываю глаза, пытаясь сдержаться и не прокомментировать ее слова. Тоже мне - звезда!
Сестра проходит на кухню следом за мамой и на несколько мгновений мы остаемся с Никитой в коридоре вдвоем. И тут происходит совершенно неожиданное. Этот супер парень подходит ко мне и щипает меня за бедро.
Я округляю глаза. Меня будто бьет током от этого неожиданного физического контакта.
— Ты чего? — Только и могу выговорить я.
— Классный зад, принцесска! — говорит он, склонившись к моему лицу.
Я теряюсь от такой дерзости и самоуверенности. Хлопаю ресницами, приоткрываю рот, чувствую свежий запах его дыхания и запах его тела, щедро политого одеколоном.
Никита с наглой ухмылкой проходит мимо меня на кухню.
Я несколько секунд стою, беззвучно открывая и закрывая рот. Нет, меня ничуть не оскорбило его поведение. Наоборот, польстило. Все внутри даже затрепетало от восторга. Он открыто заигрывал со мной! Он дал понять, что я ему понравилась, даже очень…
И? Что дальше?
— Кира! — зовёт с кухни мама.
Я вся дрожу. Черт! Приди в себя, дура! Не время таять, как ванильный пломбир.
Я прохожу на кухню и сажусь за стол, оказавшись как раз напротив Никиты. Я не смотрю ему в глаза, мне неловко. Как будто там, в коридоре, не он, а я ущипнула его.
Ну уж нет! Это ему должно быть стыдно!
Я поднимаю голову и тут же встречаюсь с наглым ярко-голубым взглядом. Никита эротично облизывает губы.
Боже, как он красив! У меня просто сносит крышу от его откровенной сексуальности!
— Кира!
Я вздрагиваю, услышав свое имя.
Мама смотрит на меня с укором.
— Что, мам? — спрашиваю я.
— Я три раза повторила вопрос. Ты не слышала?
Я смотрю на маму, вид у меня - глупый и непонимающий.
— Извини, задумалась, — отвечаю я.
Со стороны Марины доносится издевательский смешок.
“Дура! Знала бы ты, что вытворяет за твоей спиной твой парень!” — думаю я.
А может, у них свободные отношения? Сейчас это модно.
— Спрашиваю в четвертый раз! — громко говорит мама, — Ты ведь возьмешь несколько выходных на работе? Проведешь время вместе с сестрой!
— Нет,— резко отвечаю я, взглянув на маму так, что она не решается больше спорить.
Еще чего! Быть третьей лишней, которая вечно мешается? Мама такая смешная! Иногда она мыслит, как ребенок!
— Я хотела сама показать Никите город. Ничего страшного, что Кира не пойдет с нами, — тут же поддерживает меня Марина.
Конечно, она тоже не хочет, чтобы я мешала им.
— Где ты работаешь, Кира? — спрашивает Никита, крутя перед собой веточку укропа и глядя на меня с едва заметной насмешкой.
— Ох, она у нас делает татуировки! Представляешь, Никита? — возмущенно высказывает свое недовольство мной мама, — Целыми днями колет нелепые узоры всяким там… мужикам!
Я снова густо краснею, мама закатывает глаза, а сестра смеется с неприкрытой издевкой. Я готова провалиться сквозь землю, но тут вдруг Никита меняется в лице и восторженно восклицает:
— Что, серьезно? Кира, ты тату-мастер?
Я неуверенно киваю, готовая к тому, что сейчас он ухмыльнется и скажет что-нибудь едкое и обидное.
— А можно прийти к тебе? Я давно мечтаю набить себе татуху! Можно сказать, это мой незакрытый подростковый гештальт!
Мама с Мариной переглядываются, лица их вытягиваются, и мне от этого становится смешно. Пришла моя очередь смеяться!
— Конечно, приходи. Хоть завтра! — широко улыбаюсь я, — набьем тебе самую большую и классную тату! У меня как раз вечер свободен. В восемь удобно?
— Забились! Я приду! — как ребенок радуется Никита.
— Никит, давай еще подумаем, обсудим… — говорит Марина, пытаясь показать свою значимость в их паре.
Но парень машет на нее рукой, от чего мама начинает хмуриться.
— Марин, извини, но я об этом мечтаю с самого детства! Просто как-то все не было времени искать мастера. А тут такой шанс - мастер сидит прямо напротив меня!
Мы еще какое-то время ужинаем, ковыряем вилками все то, что все утро готовила мама. А потом расходимся.
Ночью я просыпаюсь от сильнейшей жажды, иду на кухню, чтобы попить, и вижу, что Никита стоит на балконе и курит.