Медовый месяц с похитителем
- -
- 100%
- +
А когда пальцы опытной массажистки открыли ее тайну и она известила его об этом, он побледнел, вскочил и убежал из комнаты. После его возвращения все вдруг переменилось. В течение нескольких часов взаимоотношения между ними стали совсем другими. Тогда она не придала значения всем этим фактам.
Эмбер хладнокровно перебирала в мыслях калейдоскоп событий последних дней. Письмо дяди, в котором он напоминает Джейку, что не в его интересах было расстраивать помолвку Эмбер и Саймона. Поэтому Джейк и не сообщил ей содержания письма. Вероятно, он был огорчен…»
И всего несколько часов спустя старая повитуха показала ему выход из положения: вот и еще одна женщина с готовым ребенком… И Джейк понял, что действовать надо быстро. Ничтоже сумняшеся он бросает ее на волшебный ковер иллюзорной страсти. И даже тот факт, что Джейк пожелал использовать регистрационную лицензию для заключения брачного союза, приобрел теперь зловещий смысл. Ему было срочно необходимо жениться на ней, прежде чем она поняла, что болтовня об отказе от дедушкиного наследства всего лишь ложь.
Такая же, как и все остальное. Джейк снова обманул ее.
Взглянув трезвым взглядом на последние события, она расставила их по своим местам. Единственное, что не вписывалось в общую картину, была ее любовь к нему.
Сидя в грузовичке, едва сдерживая слезы, Эмбер старалась скрыть от Маде, как она опечалена. Джейк тоже не должен заподозрить ее прозрения, иначе он снова начнет лгать, а для нее это невыносимо и небезопасно. Джейк умеет достигать своей цели – даже дядя и тот ему поверил.
Да и ей самой так хотелось бы верить ему.
Самолет должен был вылететь в восемь утра, но вылет задерживался на два часа, и, когда наконец машина взмыла ввысь, нервы Эмбер были на пределе.
Даже во время полета она не успокоилась. Эмбер решила ничего не говорить Джейку, пока они не перелетят из Сингапура в Англию.
Кто знает, вдруг Джейк вытащит ее из самолета? У него везде есть друзья…
Она будет чувствовать себя еще более одинокой. Ее паспорт теперь уже лежал в ее сумочке, но Эмбер хорошо знала своего спутника и непредсказуемость его поступков. Как только самолет возьмет курс на Лондон, она поверит в свою свободу.
Ее свобода. Эти слова звучали мрачно, будто за ними маячила пустота.
Какая польза в свободе, если ты одинока и можешь лишь грустить и сгорать от любви к тому, кто заслуживает ненависти? Воспитывать ребенка, который будет напоминать своего отца…
И все же она не жалела о том, что станет матерью. Если Джейк и не будет ей принадлежать, то по крайней мере возле нее всегда будет напоминание о том, что их объединяло. Вернее, ей казалось, что объединяло… Существо, состоящее из их плоти и крови, их ребенок…
На мгновение она представила себе темноволосого малыша, который бежит ей навстречу из леса. Его темные глаза глядят на нее с любовью… Слезы подступили к горлу, слезы, которые не могло вызвать предательство Джейка.
Она улыбнулась.
Это лучше, чем месть.
Медленно ползли минуты, и Эмбер заставляла себя держаться спокойно. Она немного поела, хотя пища казалась ей безвкусной. Пусть ее попутчик думает, что она сожалеет о том, что их медовый месяц уже закончился, и поэтому у нее дурное настроение.
Впрочем, Джейк тоже был не в своей тарелке, и, когда она поймала на себе его взгляд, выражение его глаз, казалось скорее оценивающим, чем озабоченным. Вероятно, сидит как на иголках, размышляя, удастся ли ему на этот раз выиграть в столь азартной игре.
Интересно, что произойдет, если она согласится принять участие в его коварных планах? О, если бы она могла забыть о том, что знала!.. На мгновение эта мысль привлекла ее. За последние дни она ощутила вкус к исполнению роли жены Джейка Фаррелла. Только он мог пробудить в ней страсть, увлечь ее в неведомый мир…
Потому что она любила его, что бы ни случилось, какую бы ложь он ей ни преподнес, она все равно любила его, и к тому же он был отцом ее ребенка;
Отчего же тогда не закрыть глаза на то, что она знала, и не принять предложенное ей счастье? Пусть Джейк ее не любит, но он будет с ней ласков в его интересах относиться к ней хорошо. И может быть…
Может быть… Эмбер вспомнила его слова в тот вечер, когда он прилетел на Бали: «Добро и зло – две стороны одной медали, и большинство людей являются своеобразным коктейлем…» Сможет ли та маленькая привязанность с его стороны перерасти в любовь? Она вспоминала его слова, взгляды. Все это было притворством?..
И хотя подобные мысли вызывали учащенное сердцебиение, Эмбер заставила себя успокоиться. Во всяком случае, она сможет вырастить ребенка без материальной поддержки, не мучая себя ложными надеждами.
Когда она однажды пренебрегла его предательской ложью, Джейк Фаррелл окончательно потерял стыд и совесть. Все его слова были пронизаны лицемерием.
Они пролетели Джакарту и Сингапур, а Эмбер все выжидала. С каждым часом ей становилось все труднее объясниться с ним. Она боялась, что Джейк постарается ее переубедить.
Эмбер то дремала в кресле салона, то читала, но мысленно готовилась к аргументированному разговору. Она провозгласит свой вердикт, глядя ему в глаза, и сообщит свою ложь.
Когда длинный день был уже на исходе, пришло время рискнуть – ведь оставалось лишь несколько часов до приземления в аэропорту Хитроу.
– Джейк, я должна кое-что тебе сообщить.
В ее голосе звучали нотки отчаяния, и он взглянул на нее с тревогой.
– Что такое, Тигровый Глаз?
То, что он назвал ее детским прозвищем, полоснуло по сердцу словно ножом, но она продолжала через силу гнуть свою линию.
– Джейк, я знаю, почему ты так поступаешь, – выпалила она напрямик. Ну вот, самое страшное позади… – Я имею в виду венчание. Но я с этим не согласна: ты меня не любишь, а меньшее меня не устраивает. Как забавно, правда? Ведь ты сам меня этому обучал.
Джейк глядел на нее как на умалишенную.
– Какого черта ты там еще придумала? Ты ведь знаешь, почему я так поступаю. Я не делаю из этого тайны. Все очень просто: я тебя люблю, ты любишь меня, и мы поженимся, как только прибудем в Англию.
– Нет! – воскликнула она. – Нет, Джейк, я не выйду за тебя. Ты меня не любишь по-настоящему. Тебе просто нужна жена с ребенком… А я – тут как тут. Я понимаю, почему ты на это пошел, и не осуждаю тебя. Но это плохо, Джейк, видишь ли, я знаю… – Она бормотала, едва отдавая отчет своим словам. – Мы и без тебя проживем, малыш и я. Дедушка Мэтью оставил мне приличное содержание. Ты помнишь?
– Я помню только, ты говорила, что любишь меня, Эмбер. – Его лицо исказилось страданием, и она заколебалась. Впрочем, она знала, какой он настойчивый; ей нельзя сдаваться… Его голос зазвучал резко, словно удары молота:
– И, кроме того, женщина, ты говоришь чушь. Ты, наверное, запамятовала, что ничего не сказала мне про ребенка, пока я не сделал тебе предложение. Если бы я был таким отъявленным негодяем, то не стал бы покупать кота в мешке.
Он посмотрел на нее с вызовом, но Эмбер выдержала его взгляд.
– Но ведь ты же, Джейк, все знал. – Она произнесла эти слова в утвердительной форме, а не в вопросительной. И тут заметила, как он отвел глаза, понимая свое поражение. – Старая массажистка сообщила тебе о ребенке. Я встретилась с ней в храме, и Маде помогла нам объясниться. – Она помолчала, давая ему возможность уразуметь все сказанное ею. – Потому-то ты и решил поспешить со свадьбой, не правда ли? Тебе надо было срочно принимать решение.
Выражение его, лица заставило Эмбер пожалеть о сказанных ею словах.
Может, его решение было не из легких, может, он не такой уж хладнокровный мерзавец, каким представляется?.. Но в конечном счете он выбрал предательство…
Джейк пожал плечами и повернул ее к себе лицом.
– Хорошо, я согласен. – Он слегка потряс ее. – Да, я знал о ребенке. Но ты ошибаешься, если думаешь, что я только поэтому сделал тебе предложение. Я люблю тебя, Эмбер…
– Не говори так, пожалуйста. Я все равно тебе не верю. Просто мне еще тяжелее от твоих слов. – Она гневно взглянула ему в глаза. – Не знаю, правда, запланировал ли ты игру с самого начала. Возможно, ты всего лишь хотел выяснить, не собираемся ли мы с Саймоном воссоединиться. Ты предполагал, что он тогда поделится с тобой дедушкиными деньгами. Но затем у тебя появилась возможность завладеть всем наследством.
– Да ты что?! Черт возьми! Это все не так, Эмбер, я клянусь!..
– Тогда, Джейк, скажи всю правду. Если бы ты не знал, что я жду ребенка, ты бы сделал мне предложение?
Он молча глядел ей в глаза, затем отвернулся и опустился в кресле пониже.
– Боже мой! – (Казалось, он устал до предела, и не только от длительного полета. Эмбер помимо воли потянулась к нему всем сердцем. Но она должна выдержать характер…) – Сейчас не подходящее время для споров, – произнес он мрачно. – Но, если ты хочешь знать правду, я не сделал бы тебе тогда предложения. Тогда не сделал бы. Я хотел…
– Что ты хотел? Нет, не утруждай себя ответом. – Она почувствовала, что нужно поставить точку в этом споре. Чем дольше он будет говорить, тем скорее собьет ее с намеченного пути. Она же хотела, ради них обоих, порвать отношения раз и навсегда. – Я тебе все равно не поверю, что бы ты ни говорил, Джейк. – Эмбер сердито покачала головой. – И кроме того… – тут она и произнесла самую отъявленную ложь в своей жизни:
– Я не люблю тебя, Джейк. – Эти слова Эмбер выдавила из себя с трудом. – Не могу отрицать физического влечения к тебе, но этого недостаточно для замужества. Когда я думала, что хоть, может, ты меня любишь, я согласилась – ради будущего ребенка. Теперь же понимаю: наш союз невозможен. Ты ведь пережил подобное и должен со мной согласиться.
Его лицо менялось на глазах, и Эмбер даже испугалась выражения горечи в его взгляде. Но она поступила правильно: пока Джейк воображает, что она беззащитна перед ним, он будет ее преследовать.
Джейк заговорил глубоким низким голосом:
– Ты сказала, что не любишь меня, Эмбер? И никогда не любила?
Она услышала свой ответ, сказанный каким-то чужим голосом:
– Да, Джейк, ты все правильно понял. – Великая ложь…
– Тогда будь ты проклята! Убирайся ко всем чертям! – Он уже не мог себя контролировать, и Эмбер услышала шорох и движение пассажиров, оказавшихся свидетелями разыгравшейся драмы. Но Джейку было все равно, он вскочил и бросился к стюардессе, требуя посадить его на другое место.
Наступил конец всему. И Эмбер, тупо глядя на спинку кресла пассажира, сидящего впереди, размышляла о том, сколько времени должно пройти, прежде чем нестерпимая боль утихнет, оставив на сердце глубокий шрам.
Глава 11
В терминале аэропорта Хитроу Эмбер стояла, ожидая появления багажа на ленте конвейера. Издалека она увидела спину Джейка, промелькнувшего в толпе.
Опустив голову, Эмбер следила за круговым движением чемоданов, понимая, что не выдержала бы презрительного взгляда Джейка.
И все-таки она поступила правильно, иного пути у нее не было. Пока Джейк был бы уверен, что она его любит, он пытался бы ее уломать. Ну и пусть теперь презирает! И все же ей было нестерпимо тяжело…
От усталости и огорчения Эмбер заметила свой чемодан, только когда он оказался прямо перед ней. Вздохнув, она хотела схватить ручку чемодана, но тут другая рука подхватила его как перышко.
– О, спасибо… – начала было Эмбер, но сразу же узнала эту руку.
– Я подвезу тебя к дому, – коротко произнес Джейк. – Моя машина припаркована здесь. Это все, что я могу для тебя сделать.
Эмбер пыталась возражать, но он уже спешил к таможне с двумя чемоданами в руках, не обращая внимания на тележку, которую она приготовила для своего багажа. Джейк шагал так быстро, что Эмбер едва поспевала за ним.
– Джейк, это ни к чему, – протестовала она, хотя на самом деле очень устала. – Я собиралась ехать домой поездом.
– Куда это? Ты, наверное, уже забыла, так я тебе напомню, что ты теперь персона нон грата в доме тетушки. А госпожа Фаррелл – упрямая старуха. Что, если она выставит тебя за дверь?
– Тогда я останусь у Сандры, если она не будет против. – При мысли о Сандре Эмбер стало неловко. Однако рано или поздно надо будет выяснить их отношения. Неужели правда то, что говорил Джейк о ее связи с Саймоном?.. Или в отеле «Красный лев», – продолжала она. – Я ведь не беспомощна, Джейк.
Я…
– Послушай, – заметил он устало, – я предлагаю только подбросить тебя в Лондон, на станцию. Оттуда ты позвонишь дяде и выяснишь у него, смогут ли тебя там принять. О'кей? – Она заколебалась, а он продолжал:
– Ты сейчас в таком состоянии, что готова вступить в схватку с подземкой, со всем этим багажом, Тигровый Глаз. Что бы ни произошло, я в любом случае остаюсь отцом ребенка, и тебе следует привыкать к моей помощи. Рада ты этому или нет, а придется научиться кое-чему.
– Но я не хочу…
– А мне плевать на то, что ты хочешь, а чего не хочешь! Ты носишь моего ребенка. И теперь устала, так что поедешь со мной.
Запас сопротивления был исчерпан, и Эмбер послушно пошла за ним к машине.
Но, как только они отъехали от аэропорта, она поняла, что едут они не на станцию.
– Джейк, я думала, ты везешь меня на станцию. А мы едем совсем в другую сторону… – Он молча продолжал вести машину, не обращая внимания на ее слова. Эмбер прикусила губы. Что он надумал? Для чего он все осложняет? Она совсем не хотела ехать с ним в одной машине до деревни. Он же не может ее заставить. Пусть только остановится где-нибудь у светофора, и тогда…
Как бы догадавшись, о чем она думает, Джейк грубо сказал:
– Двери заперты, так что не делай глупостей. Не воображай, дурочка, я тебя не похищаю; я всего лишь везу тебя в гости.
– В гости? Куда?
Он долго ничего не отвечал. Глядя на его суровое лицо, она не решалась повторить свой вопрос. Затем, когда пригород остался позади, Джейк повернул на шоссе и произнес с выражением:
– Туда, где все началось, Тигровый Глаз. Если тебе нужно место для размышлений, то там ты его и найдешь.
Было уже за полдень, когда они добрались до леса. Джейк молча почти тащил ее по тропинке.
– Не понимаю, зачем ты это делаешь? – Эмбер нагнулась, чтобы вытереть ободранную до крови ногу. – Все равно ничего не изменится.
– Неужели? – Голос его по-прежнему был резким, но теперь в нем звучал еще и подтекст. – Я бы не стал так настаивать. Некоторые места обладают чудодейственной силой. Балийцы, например, об этом знают. Мы с тобой здесь в третий раз, Эмбер. И дважды наши жизни менялись коренным образом.
Дважды? Что он имеет в виду? Но она и сама знала. Память об их первой встрече, которая стала переходным звеном от детства к зрелости, не ушла в прошлое. Когда его губы коснулись ее полудетского рта, перед ней распахнулись ворота… И она вошла в них, окунувшись в огненное марево жизни.
Но какое значение это могло иметь для него? Побыть часок с ребенком?
Опять ложь, желание обвести ее вокруг пальца.
– Не хочу тебя слушать, Джейк. – Она, как маленькая, заткнула уши. – Не хочу больше ничего слушать…
– Я уже говорил, что мне плевать на то, что ты хочешь и чего не хочешь.
Тебе придется меня выслушать. А потом, если пожелаешь, уйдешь – но не раньше.
– Ты не можешь меня заставить!.. – И тут ее голос оборвался. Она почувствовала, что как раз Джейк Фаррелл и мог ее заставить… Он мог ее вынудить сделать все, что ни пожелает. Кроме, разумеется, того, чтобы она вышла за него замуж. Эта мысль ее как-то успокоила. – Ну, давай говори. Эмбер сложила руки на фуди и посмотрела на него с вызовом. – Впрочем, ты уже сказал мне в самолете, что сделал предложение лишь потому, что я жду ребенка. Так что я не знаю, о чем ты собираешься говорить. – Ей самой понравился ее насмешливый тон. – Ты поспешил с этим признанием, но я полагаю, для тебя стала неожиданностью моя догадка.
– Да заткнись ты, Эмбер, и послушай меня, – начал он достаточно решительно. – То, что я сказал в самолете, чистая правда. Но ты не дала мне договорить. Я не собирался делать тебе предложение именно тогда, но я прекрасно знал, что женюсь на тебе рано или поздно. Неужели ты думаешь, что я прошел через все эти испытания лишь для того, чтобы ты опять от меня ускользнула?
Эмбер не верила своим ушам.
– Ты прошел через все эти испытания? Что же тогда сказать мне? Сначала ты устроил скандал перед алтарем, испортил мне медовый месяц, словно…
– Я просил выслушать до конца? – Он вынудил ее замолчать. – Знаю, что тебе пришлось много пережить, – продолжал он более мягким тоном. – Вот об этом-то я и хотел поговорить, Тигровый Глаз. Я решил действовать осторожно, чтобы не спугнуть тебя. Ты только-только начинала мне доверять, но я знал, какое хрупкое это доверие. Я шел непроторенным путем, надеясь не потерять твое доверие, так как знал, что, если заикнусь о женитьбе, ты тут же подумаешь, что я делаю это из-за дедушкиного наследства.
– Ага, значит, ты признаешь, что такая мысль приходила тебе в голову? Вот так-то лучше: ей следует вести диалог с позиции силы. Защита – это нападение…
– Приходило ли это мне в голову? – Слова буквально вырвались из его груди. – Но ведь после того, что произошло, я и не мог ни о чем другом думать. Отчего, ты полагаешь, я так долго не трогал тебя? Я собирался отложить предложение, пока мы не вернемся в Англию, где я мог бы договориться с Саймоном, что отказываюсь от своей доли наследства. Но сообщение старой карги выбило почву у меня из-под ног. Я понял, что не могу откладывать: в любой момент ты узнаешь…
– Что я узнаю, Джейк? Что не я тебя интересую?
– Да нет же, узнаешь, что ты беременна. У меня уже был опыт в этом деле однажды. Помнишь, я тебе рассказывал про Вики? Я видел, как она переживала, чувствовала себя одинокой. Я не хотел, чтобы ты попала в такое же положение.
Я мечтал, чтобы мой ребенок принес тебе радость, чтобы тебе не пришлось искать защиту у родных. Я хотел сам защитить тебя… – Эмбер чувствовала, с каким мучительным трудом Джейк подыскивает нужные слова. А он, немного успокоившись, продолжал:
– Да, я поторопился, но это еще не означает…
– Поторопился? – В голосе Эмбер звучало возмущение. – Что-то не припомню этого. Да меня для тебя вообще не существовало, ты больше интересовался той девушкой, на пляже, чем мною. А теперь ты пытаешься…
Но Джейк покачал головой.
– Не упрекай меня. Тигровый Глаз. Разве ты не догадывалась, как трудно мне было на пляже играть роль «дядюшки Джейка»? Когда я помогал тебе смазывать кожу маслом для загара, то сдерживал себя из последних сил, чтобы не накинуться на свою «племянницу» и не изнасиловать ее прямо на песке. Это было чертовски трудно, но игра стоила свеч. – Он усмехнулся и продолжал, не давая ей вставить ни слова:
– Если б не Уайан, которая меня отвлекала, я бы, наверное, не выдержал. – В его глазах блеснул ехидный огонек. – Я заметил, что ты меня ревнуешь.
– О, это смешно! – К своему стыду, Эмбер почувствовала, что краснеет. Конечно, я не… я не стала бы… – Она сбилась. Почему она никак не может закончить фразу?
Джейк опять усмехнулся.
– Надо признаться, что я говорил с ней в основном о тебе. Но общение с этой девушкой пошло на пользу. Я решил дать тебе время и выяснить наши с тобой отношения по возвращении в Англию. Я ждал, когда мы уедем с острова. Он помолчал. – Я готов был ждать, Эмбер, как долго ждал до этого. Но теперь мне не хотелось снова упустить тебя…
Снова упустить? Что он городит?
Эмбер прошлась по прогалине к старому дубу; мысли ее путались. Если все это правда… Но можно ли ему верить? В его словах звучит нечто правдивое, но даже если… Так много еще остается неясным; Джейк Фаррелл объяснил не все. Но голос его ласкал слух, и трудно было не верить.
Вот он снова заговорил:
– Ты должна мне верить, Эмбер! Я не солгал тогда в обезьяньем лесу: мне не нужны деньги старого Фаррелла. Как можно принимать важные жизненные решения, ставя во главу угла деньги? Когда мы приедем в деревню, ты можешь спросить все у дяди – я посвятил его в свои планы.
Ах, вот оно что: письмо! Но он умолчал о письме!
– Да, я знаю, ты одурачил моего дядю, – сказала она неуверенно. – Это он тебе сообщил, где я нахожусь? Я-то подумала на Сандру… Он прислал тебе письмо, однако ты мне о нем даже не заикнулся. Почему, Джейк? – Это был крик души, и, услышав свой собственный голос, Эмбер поняла: она стоит на грани доверия к человеку, которому хотела бы верить. – Почему ты ничего не сказал мне о письме?
– Что? – Джейк был искренне удивлен. Какое это имеет отношение к нам, Тигровый Глаз? И откуда ты знаешь?..
– Не притворяйся, я видела письмо и читала его. Дядя сообщил тебе, что Саймон и Сандра любят друг друга, что они, возможно, поженятся. И нет ничего удивительного, что ты решил ускорить осуществление своих планов.
Джейк расхохотался.
– О, бедняжка Эмбер! Какая же путаница в твоей голове! Я не показывал тебе письмо, чтобы не огорчать тебя. Мне казалось, что ты уже охладела к Саймону, но я не знал, как ты воспримешь, что твой бывший жених нашел утешение в объятиях твоей закадычной подруги. Кроме того, если ты читала письмо, то, должно быть, помнишь, что для меня это сообщение не было новостью. Я знал, что так и будет, а твой дядя лишь подтвердил мое предположение.
– Как это ты мог знать? Я росла вместе с ними, Джейк, и никогда…
Он пожал плечами.
– Много всяких примет. Ты была слишком близка к ним, а некоторые вещи видны на расстоянии. Прошлым летом они очень сблизились. Настолько, что наша милая тетушка испугалась, как бы ее сыночек не женился на дочери экономки. Неужели ты полагаешь, что твоя тетя проявила благородство, соединив тебя с Саймоном? Просто ты более подходящая партия. Но в церкви… – Тут голос его зазвучал сурово. – Извини меня, Эмбер, но, когда разыгрался скандал, он бросился к ней, а не к тебе.
Эмбер слушала его, и картины прошлого вставали перед ее глазами.
– Наверное, ты прав, – медленно произнесла она. – И я бы радовалась за них обоих.
Джейк вздохнул с облегчением.
– Благодарю Тебя, Господи, за это. Так ты не расстроилась? А я опасался, что ты все еще думаешь о Саймоне и возвращение домой напомнит тебе…
– Да я и не вспомнила о нем ни разу, – призналась она. – Это звучит ужасно? Бедный Саймон…
Джейк покачал головой.
– Нет, – сказал он с нежностью, – счастливчик Саймон. И я тоже счастлив: не всякому дается второй шанс в любви.
Второй шанс… И вдруг она поняла.
– Мы здесь с тобой, Эмбер, в третий раз. Наша жизнь уже дважды меняла курс… Я не хочу терять тебя снова…
Она затаила дыхание, глядя на него.
– У нас есть еще одна попытка? – спросила она.
И оба знали, что речь идет не о Саймоне.
– В прошлый раз, когда я сюда пришел, я пришел подумать, так же как и ты, – сказал он серьезно. – Я решил пойти сюда, хотя сам не знаю, чего я тут ждал, но прошлое вернулось ко мне…
– О чем ты говоришь? – прошептала Эмбер.
– О том, что я любил тебя с того самого мгновения, как увидел здесь, на этой прогалине. С того мгновения, когда впервые прикоснулся к тебе…
Эмбер потрясла головой, чтобы рассеять туман надежды, окутавший ее мысли.
– Но ведь я была еще ребенком, Джейк. Как могу я поверить…
– …что мужчина в двадцать четыре года влюбился в рыжеволосую лесную нимфу пятнадцати лет? Я и не ожидал, что ты поверишь, я и сам себе не верил.
Это выглядело невероятно, смехотворно, даже бесчестно. И я сбежал, чтобы дать тебе возможность подрасти. Иногда мне казалось, что я забыл о тебе. Но однажды, развернув «Таймс», увидел объявление о твоей помолвке с Саймоном. И тут понял, что не забыл мою лесную нимфу.
– Моя помолвка! Но ведь это было три года назад!.. Отчего же ты так долго не появлялся? – Она и не заметила, как перешла на дружелюбный тон. – О, Джейк, зачем ты так долго ждал?
– Но что я мог сделать? – Он криво улыбнулся. – Я ведь думал, что ты его любишь. Ты сделала свой выбор; не мог же я запретить оглашение в церкви. И кроме того, все это походило на сон. Я решил, что ты забыла ту первую нашу встречу в лесу.
– Я и правда забыла, пока мы не встретились вновь. Если б ты вернулся раньше, Джейк, я бы сразу вспомнила.
Он покачал головой.
– В самом деле? Или все было бы так, как теперь? Тогда было уже поздно: старик Мэтью умер и я решил произвести на окружающих впечатление мужчины, примкнувшего к семейному клану. – Он сухо улыбнулся. – Я обвиняю в этом частично и тебя. Утратив лесную нимфу, я сделался циничным, но все-таки вернулся, и ты была здесь… – Он говорил так тихо, что Эмбер едва улавливала его слова за шумом листвы. – На этот раз ты уже не была ребенком – моя маленькая нимфа подросла. Я не понимал, люблю я тебя или ненавижу, но не мог от тебя отказаться. А когда утром проснулся – тебя и след простыл.
– Я испугалась. – Сказав это, Эмбер поняла, что с тех пор страх так и не покидал ее. И лишь здесь, на этой лесной прогалине, страх, кажется, улетучился навсегда. – Я боялась повторить судьбу моей матери.