Правосудие Темного мира, или Ван Хельсинг из Саратова

-6-

Выхожу из замка, оглядываюсь.

Дыхание спирает на ветру. Бля…

Какой же он мрачный. Не просто старый, а мертвый. Огромная каменная глыба, вросшая в базальтовый склон так, что кажется, будто она тут выросла сама по себе, как гриб после дождя. Узкие арки окон-бойниц смотрят слепыми глазами, а по краям крыши сидят горгульи. Или хрен знает кто: смесь летучей мыши, бульдога и налогового инспектора. Камень выщерблен временем до такой степени, что сланец блестит под луной, как рыбья чешуя.

Интересно, это Румыния или Венгрия?

Хотя какая разница. По географии и истории у меня стабильно было «2». Как мама ни старалась вразумить сынка своего ремнем и учебником, особых успехов я никогда не делал.

И вот теперь жалею. Хоть бы знать, какой сейчас год, век, и вообще, какая реальность — феодальная раздробленность или уже крепостное право отменили?

Парни бы оценили этот готический угар. Я, конечно, не деревянный дуболом, в Европе был. В Праге пиво пил, в Дрездене на руины пялился.

Средневековье видел и даже иногда щупал руками, пока смотритель не видит. Но такой махины не встречал. Как человек смог построить такую дуру в абсолютной глуши, где нет ни единого фонаря, ни намека на городскую инфраструктуру? Ни экскаватора, ни башенного крана. Сплошная логистическая жопа. Ни один прораб с Петровича сюда арматуру не повезет.

Ладно, рефлексировать потом будем.

Пошагал к воротам. Спрятанное железо тянуло одежды к земле холодом, но я бодренько перебирал ногами, стараясь обдумать план действий. Что я, малахольный, отступать не буду! За жратвой в мир пошел, значит за жратвой. Явно здесь доставкой через агрегаторы население не балуют. Да и телефона нет.

Шагнул за ворота. Хороши! Монументальные створки, узор витиеватый. Надо будет эскиз срисовать, если выживу. Мало ли что, вернусь домой — забабахаю такие же на даче, соседи от зависти подавятся шашлыками.

Шагнул и охренел. Что ни час, так сюрпризы нового мира. Скоро удивляться разучусь. Буду как мертвец двигаться, только без гнильцы, чисто по инерции, да пищу искать.

За красивой средневековой ковкой оказалась тачка.

Вот это, сука, поворот сюжета. Спилберг обзавидуется.

Тачка была явно на ходу, марка незнакомая. Такой гибрид брутального внедорожника вроде старого «Гелика» и открытого военного багги. Резина зубастая, клиренс — колесо моей старой «девятки» пройдет. Рама сварена из серебристого металла.

Я обошел машину по кругу. Дернул ручку водительской двери. Та обдала ладонь сухим жаром, словно машина стояла тут давно заведенной. Щелкнул центральный замок. Открылась.