Семь ключей от будущего. Песнь забытого Лорда

– Всё просто, Лорд Каэлан. Элиас Вейн – мой отец.

Бум. Эффект был даже лучше, чем я ожидала. Безупречная маска самообладания на его лице не просто треснула – она разлетелась на тысячи осколков. Биолюминесцентные веснушки на его скулах вспыхнули ярко-алым цветом, словно сигнальные огни тревоги. Он отшатнулся, его парящий трон испуганно качнулся следом, едва не опрокинувшись.

– Отец?.. – выдохнул он, и в его голосе смешались шок и абсолютное неверие.

«Анализ: вероятность сердечного приступа у Лорда Каэлана – двенадцать процентов, – бесстрастно сообщил Майзер. – Рекомендую приготовить аптечку».

Но потрясённый взгляд Каэлана скользнул мимо меня и впился в Кайдена, который всё это время стоял молчаливой, неподвижной тенью у меня за спиной. Лорд смотрел на него, и я видела, как в его памяти проносятся десятилетия. Он узнавал знакомые черты лица, гордую осанку, тот самый упрямый изгиб губ, который, очевидно, был фамильной чертой Дома Викант. Лицо Каэлана побледнело, а веснушки снова сменили цвет, на этот раз на призрачно-голубой. Он смотрел на Кайдена, как на призрака, восставшего из пепла прошлого.

– Невозможно… – едва слышно, одними губами прошептал он, и этот шёпот был полон боли и старой, незаживающей раны. – Молодой человек, вы так похожи на одного моего старого знакомого. У вас не было родственников среди Дома Викант?..

Кайден наконец шагнул вперёд, выходя из тени. Он не стал ничего отрицать или объяснять. Он просто посмотрел на старого друга своего отца, и в его небесно-голубых глазах не было ни ненависти, ни обиды – только спокойное достоинство павшего принца.

– Александр Викант был моим отцом, Лорд Каэлан. Он погиб тридцать лет назад, защищая наш дом. А я младший сын – Кайден. И я вернулся, чтобы восстановить то, что было разрушено.

Лорд Каэлан застыл на мгновение, а потом отойдя от шока добавил:

– День и правда оказался не скучным.

В зале повисла гапряжённая тишина. Мы играли с огнём, рискуя устроить фейерверк на складе с боеприпасами. Лорд Каэлан, этот эталон аристократической выдержки, на пару секунд превратился в обычного смертного. Его лицо вытянулось, глаза изумлённо распахнулись, а вся его напускная важность слетела, как позолота с дешёвой побрякушки. Он смотрел на Кайдена, и в его взгляде, казалось, смешалось всё: шок, боль от старых ран и призрак давно ушедших дней.

Но правителем самого влиятельного Дома в секторе не становятся за красивые глаза, даже если они светятся. Прошло несколько мучительно долгих секунд, и он медленно, словно собираясь по кусочкам, вернул себе самообладание. Я прямо видела, как это происходит: его спина выпрямилась, подбородок гордо вздёрнулся, а хаотично вспыхивающие на скулах веснушки сменили панический алый цвет на холодный, ровный сапфировый. Ледяная маска вернулась на место, но теперь под ней сквозило не высокомерие, а глубокое, застарелое подозрение.

– Сын… – повторил он. Но теперь это слово прозвучало не как потрясённый шёпот, а как начало допроса. – Галактика кишит призраками, молодой человек. И многие из них, уж поверьте, пытались примерить на себя имена мёртвых ради собственной выгоды. Имя «Викант» после падения вашего Дома привлекало больше стервятников, чем любое другое. Ваша история… трогательна. Но слова – это всего лишь ветер в космосе. А я привык доверять фактам. Мне нужны доказательства. Неопровержимые.

Он говорил спокойно, но его голос звенел от напряжения, как натянутая струна. Это был вызов. Прямой и безжалостный. Он сомневался и в открытую обвинял нас в самозванстве. Я почувствовала, как внутри меня закипает праведный гнев, и уже приготовилась выдать этому светящемуся павлину тираду о доверии и старой дружбе, но Кайден остановил меня едва заметным движением руки.

На его лице не дрогнул ни один мускул. Он встретил ледяной взгляд Каэлана со своей фирменной, спокойной, почти ленивой усмешкой, которая так выводила из себя его врагов.

– Разумеется, – его голос прозвучал ровно и уверенно, без малейшей тени обиды. – Я бы и не ожидал меньшего от предусмотрительного Лорда Дома Верус. Какая форма доказательств удовлетворит вашу… осторожность?

«Чёрт, а он хорош, – с восхищением подумала я. – Ни капли сомнения. Он не играет в лорда, он и есть лорд. Мой пират – больший аристократ, чем этот напыщенный индюк на троне».

– Генетическая верификация, – отрезал Каэлан. – Здесь и немедленно. В наших архивах хранится полный геном Дома Викант, включая образцы твоего отца, Александра. Правда станет известна через несколько минут.

Он щёлкнул пальцами. Из двери появились два ассистента. Лорд Каэлан что-то шепнул им, и ассистенты достали из стены небольшую панель, из которой тут же выпорхнул маленький, похожий на хрустальную стрекозу, медицинский дрон. Он завис в воздухе между ними, его тонкие манипуляторы-иглы поблёскивали в свете зала.

Кайден даже не моргнул. Он просто шагнул вперёд и протянул руку ладонью вверх, словно предлагая её для поцелуя даме.

– Прошу.

– Вероятность положительного генетического совпадения составляет девяносто девять целых и девять десятых процента, – прошелестел у меня над ухом Майзер, который всё это время тихо висел за моей спиной. – Оставшаяся одна сотая процента приходится на статистическую погрешность, возможность катастрофической ошибки лаборатории или наличие у субъекта ранее неизвестного брата-близнеца, разлучённого в младенчестве и воспитанного космическими пиратами. Что, впрочем, частично объясняло бы его манеры.

– Заткнись, Майзер, – так же тихо прошипела я, не сводя глаз со сцены.

Дрон-стрекоза подлетел к руке Кайдена. Тончайшая игла мягко коснулась его кожи, и на кончике вспыхнул крошечный огонёк, забирая каплю крови. Затем дрон так же бесшумно вернулся в свою панель, которую ассистенты отправили в нишу, в стене.

В зале снова повисла тишина. Напряжённая, тяжёлая, как воздух перед грозой. Лорд Каэлан не сводил с Кайдена тяжёлого, изучающего взгляда. Его лицо было непроницаемым, но сапфировые веснушки, мерцавшие на скулах, выдавали его внутреннее смятение. Он ждал вердикта, который мог либо вернуть ему призрак лучшего друга, либо разоблачить очередного наглого самозванца. И от этого вердикта теперь зависела не только наша судьба, но и, возможно, будущее всей галактики. А я стояла рядом и могла лишь надеяться, что у Кайдена действительно нет потерянного брата-близнеца.

Дрон-стрекоза, похожий на ювелирное украшение, унёс свою драгоценную каплю крови и скрылся в стене. Сразу после этого в огромном тронном зале стало тихо. Но это была не ледяная, надменная тишина, что встретила нас у входа. Нет, эта тишина была густой и тяжёлой, она буквально давила на уши. Воздух, казалось, загустел и вибрировал от напряжения, как силовой кабель, в который подали слишком много энергии. Я скрестила руки на груди, изо всех сил стараясь изображать на лице полное спокойствие, хотя внутри у меня всё сжалось в тугой узел. Мой желудок, кажется, решил исполнить какую-то симфонию.

Лорд Каэлан застыл на своём парящем троне, прямой и неподвижный, словно его высекли из мрамора. Он снова нацепил маску холодного безразличия, но это была дешёвая подделка, которая никого не могла обмануть. Я прекрасно видела, как его тонкие пальцы вцепились в подлокотник, а сапфировые веснушки на скулах нервно подрагивали, то вспыхивая, то почти угасая, словно неисправная лампочка на приборной панели. Он отчаянно пытался сохранить лицо, но его тело кричало о панике. Он ждал. И было очевидно, что это ожидание для него – настоящая пытка.

Кайден стоял рядом, воплощая собой невозмутимость. Он даже не смотрел на лорда, его взгляд был устремлён на захватывающую панораму парящих городов за прозрачной стеной. Он сделал свой ход. Теперь оставалось лишь дождаться, когда наука официально подтвердит то, что он и так знал.

– Среднее время ожидания результатов экспресс-анализа ДНК в лабораториях Дома Верус составляет три минуты сорок две секунды, – монотонно прошелестел у меня за спиной Майзер. – До оглашения вердикта осталось две минуты одиннадцать секунд. Вероятность того, что Лорд Каэлан упадёт в обморок от нервного перенапряжения, составляет четыре целых и семь десятых процента. Рекомендую приготовиться к оказанию первой помощи.

– Майзер, если он и правда хлопнется в обморок, я лично разберу тебя на запчасти и сделаю из тебя кофемолку, – прошипела я, не оборачиваясь. – Самую бесполезную кофемолку в галактике.

Наконец, тишину пронзил тихий, мелодичный звон. Та самая ниша в стене, куда улетел дрон, мягко засветилась изнутри. Один из ассистентов, застывших у стены, тут же ожил, подошёл к нише, извлёк оттуда тонкий, как лист бумаги, инфо-планшет и, низко поклонившись, протянул его своему повелителю.

Лорд Каэлан взял планшет. Его движения были отточенными и плавными, но я всё равно заметила, как на одно короткое мгновение дрогнула его рука. Он метнул в сторону Кайдена быстрый, почти испуганный взгляд, а затем уставился на светящийся экран.

И тут началось настоящее представление.

Сначала его лицо было абсолютно непроницаемым. Он просто смотрел на светящиеся символы, и его сапфировые веснушки замерли, перестав мерцать. А потом… потом его безупречная маска дала трещину. Сначала в уголках глаз, потом у губ. Лёд начал таять, и таял он на удивление стремительно. На его лице отразились потрясение, неверие, а затем – волна чего-то настолько огромного и всепоглощающего, что он даже не пытался это сдержать. Его глаза расширились, а веснушки вспыхнули снова, но на этот раз не холодным сапфиром и не яростным алым. Они засияли тёплым, золотистым светом, похожим на свет восходящего на рассвете солнца.

Он медленно опустил планшет, и я увидела, как по его щеке скатилась одинокая слеза, оставив влажный след среди сияющих веснушек. Его голос, когда он заговорил, дрожал так сильно, что я с трудом разобрала слова.

– Совпадение… девяносто девять и девяносто девять сотых процента… – прошептал он, глядя куда-то в пустоту, словно не мог поверить собственным глазам. – Кровь Дома Викант… Он жив. Сын Александра… жив.

Он поднял на меня взгляд. И это был взгляд совершенно другого существа. В нём больше не было ни капли высокомерия, ни холода, ни брезгливости. В нём плескались шок, уважение и такая огромная, затопившая его с головой надежда, что, казалось, она сейчас выплеснется наружу и заполнит весь этот огромный, стерильный зал. Он смотрел на меня не как на какую-то девчонку-инженера с окраины, которую случайно занесло во дворец. Он смотрел на меня, как на вестника, принёсшего ему самую невероятную новость в его долгой, размеренной жизни. Как на ту, что вернула из небытия призрак его лучшего друга и заставила снова поверить в чудо.

В этот самый момент я поняла: наша безумная, рискованная авантюра сработала. Мы победили. И только что заполучили в союзники одного из самых могущественных правителей в этой части галактики.