- -
- 100%
- +
Таки да. Потому что во-первых: Представление о счастьи у всех разные. Шуре Балаганову для полного счастья нужно было каких-то шесть тысяч четыреста рублей, а Буратино – всего три корочки хлеба.
Кому-то для счастья не хватает золотого унитаза, а моему соседу по дому – всего лишь порции фалафеля. Кстати, очень он неглупый человек, этот мой сосед. -Нужно уметь радоваться маленьким радостям, – любит повторять он. И добавляет: -За неимением больших.
После уплаты арендной платы и счетов, за школу и детский сад для детей, ну и по мелочам – например, купить еду для семьи, у него как раз остается на фалафель для себя, супруги и детей: «Нам, пожалуйста, три корочки хлеба!»
А может это одно большое счастье или даже несколько, поделили на всех и всем хватило с избытком?
Вполне вероятно.
Ведь в Израиле живут не только те, кто каждый месяц еле концы с концами сводят.
Есть у нас и такие, кто квартиры и дома покупают быстрее, чем их строят.
То есть фундамент ещё не заложен, а все квартиры в будущем доме уже куплены. Иногда даже одним человеком.
Причем покупают все время одни и те же.
Есть у нас конечно и такие, кому при нынешнем раскладе собственной квартиры не видать как собственных ушей при минимальной зарплате в четыре тысячи триста (примерно так) шекелей, потому что средняя цена квартиры в Израиле составляет сегодня порядка миллиона трехсот семидесяти тысяч шекелей.
Подсчитать сколько нужно рабочему получающему минимальную зарплату собирать деньги на собственное жилье-нетрудно.
Спрашивается, может ли такой работяга и ему подобные быть счастливыми.
Таки да. Если разделить счастье самых счастливых на всех.
Нет, не в денежном выражении или недвижимости. Чисто гипотетически, исключительно при выведении индекса счастья для всей страны.
В конце-концов, выводят же у нас гении от экономики среднюю зарплату и получается совсем ничего (Выводится очень просто: складываем минимальную с максимальной, а разрыв между этими зарплатами где-то в сто раз, а может уже и больше и затем делим на всех работающих)
Так почему бы счастливым не поделиться таким образом с несчастными? При таком дележе, как говорится, и волки сыты, и овцы целы.
Израиль и Германия, или почему евреям нельзя жить в Германии
В социальной сети «Фейсбук» (запрещена в РФ как экстремистская организация) появилась страница на иврите с интригующим названием: «Репатриируемся в Берлин». Авторы страницы призывают израильскую молодежь переселяться в Германию.
Желающих последовать призыву нашлись тысячи. Во всяком случае, семнадцать тысяч пользователей сети изъявили желание побывать на мероприятии авторов страницы. Сами же инициаторы репатриации в Берлин намерены собрать триста тысяч последователей.
Акция вызвала гнев штатных и внештатных патриотов Израиля в средствах информации и социальных сетях. Главным аргументом при этом является тезис о том, что евреям в Германии жить нельзя или по крайней мере не прилично по соображениям морали.
Но… Кто это решил, что евреям нельзя жить в Германии и на каких основаниях?
Для патриотов Израиля да и просто евреев в той или иной мере чувствующих свою сопричастность к еврейству, ответ на этот вопрос насколько предельно прост, настолько предельно и краток: Шоа (в европейском варианте Холокост, а в русском-Катастрофа). Казалось бы, что еще не ясно?! Нормальный еврей или еврейка никогда не поедет, а тем более, не станет жить в стране, которая несет ответственность за гибель шести миллионов евреев.
Но, на самом деле неясностей, требующих существенных уточнений в этом вопросе гораздо больше, чем могли бы предположить правоверные евреи, не желающие иметь ничего общего с Германией.
Итак, в Германии евреям жить нельзя, потому что немцы убивали евреев. А в США, авиация которых во время Второй Мировой Войны выжигала немецкие города вместе с населением, в том числе детьми и сбросила атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки, жить можно? А в Британии, во время Второй мировой устроившей голодомор в Бенгалии, унесший жизни как минимум трех миллионов человек, евреям жить можно?
Кстати, после окончания войны страны-победительницы СССР, США и Великобритания устроили этническим немцам Восточной Европы согласованный геноцид: решение об этом было принято на Потсдамской конференции. Тринадцать миллионов изгнанных из Польши, Чехословакии, Венгрии и Румынии немцев. Миллионы ограбленных, убитых и искалеченных немцев, тысячи изнасилованных женщин. Таков итог согласованного на Потсдамской конференции геноцида немцев в Восточной Европе.
Катастрофа европейского еврейства уникальна – примем это в качестве аксиомы в данной публикации и не будем проводить каких-либо параллелей. Но зададим вопрос: евреям нельзя жить только в странах где убивали евреев или также и там, где убивали другие народы, например, индейцев Северной Америки?
Оставим пока этот нравственно-философский вопрос и зададимся более прозаическим но от этого не менее важным: насколько это правильно с точки зрения исторической логики и этично с точки зрения морали отождествлять современную Федеративную Республику Германии и Третий Рейх, нацистов и немцев?
Германия признает свою ответственность за преступления нацистов, но следует ли из этого, что современная Германия и Третий Рейх – это одно и то же? Точно так же, можно ли ассоциировать, а тем более отождествлять современных немцев и гитлеровских нацистов? И если для кого-то такое отождествление вполне логично и оправдано, то почему эти же люди не призывают отказаться от немецких денег, от немецких подводных лодок подаренных Израилю, грантов и всего прочего, что так или иначе связано с этой страной?
А если уж различать между Третьим Рейхом и ФРГ, то, по большому счету, ничего кроме благодарности у израильтян по отношению к послевоенной Германии быть не может. Потому что именно ФРГ спасла Израиль от голода в первые годы существования еврейского государства.
Сразу после провозглашения государства Израиль и первой арабо-израильской войны в стране была введена карточная система, просуществовавшая до середины пятидесятых годов.
«Вождь, дай хлеба», – скандировали голодные израильтяне, обращаясь к первому премьер-министру страны Давиду Бен-Гириону.
«Хлеба у меня нет. Есть мечта», – парировал вождь, видимо считая свой ответ весьма достойным.
Хлеб израильтянам в эти годы дала именно послевоенная Германия, в качестве компенсации за Холокост.
После окончания второй мировой войны прошло шестьдесят девять лет. За это время в Германии успело вырасти и состариться поколение немцев, родившихся во времена Третьего Рейха. Тем, кто родились в Германии в сорок пятом, в следующем году исполнится семьдесят лет. И тем не менее, ФРГ по-прежнему признает свою ответственность за преступления нацизма, в том числе и за Холокост, продолжая выплачивать компенсации жертвам нацистских преследований, возвращать собственность в Германии наследникам владельцев, погибшим в концлагерях.
Наконец, выжившие после войны евреи-узники концлагерей и гетто, беженцы, да и просто евреи переселившиеся в Германию, живут здесь гораздо лучше, чем в Израиле. Во всяком случае, в Германии нет нуждающихся среди стариков переживших Холокост. В Израиле таких тысячи, а возможно и десятки тысяч.
О нуждающихся стариках в Израиле, переживших Холокост, поведала с трибуны Кнессета Дора Росс – сама чудом выжившая в Катастрофе. Обращаясь к депутатам израильского парламента эта бесстрашная женщина прямо сказала: «То, что вы сделали с выжившими в Катастрофе, преступление и позор! Что вы сделали с моими деньгами (имелись в виду деньги германских компенсаций жертвам Холокоста)? Посмотрите на выживших в Катастрофе. Они не могут позволить себе обогреть свое жилище зимой, не могут позволить себе купить еду или лекарства… Дайте нам достойно умереть.»
После этого правительство Израиля сделало для выживших в Катастрофе бесплатными лекарства и «подарило» каждому из этих людей три тысячи шекелей.
«Мне подарили мои деньги», – горько ухмыльнулась моя мама по этому поводу. – «Вернее, из моих денег. Спасибо!»
Принимая у себя еврейских эмигрантов из СССР-СНГ, ФРГ приняло их у себя гораздо лучше, чем это сделал Израиль в рамках репатриации. Немцы, в отличие от израильтян, не издевались над профессорами и врачами, отправляя их на мытье туалетов и задниц.
Я не слышал о покончивших собой в Германии евреях въехавших в Германию в качестве беженцев. В Израиле счет самоубийств среди репатриантов в первые два года шел на сотни, примерно по одному самоубийце в день.
И тут следует задать другой, не менее важный вопрос: а какие основания и вообще, какое моральное право есть у Израиля для осуждения Германии и немцев?
Кому-то вопрос может показаться абсурдным. Но если обратиться к истории, то этот вопрос уже не покажется таким нелепым. История взаимоотношений Германии и еврейской общины в Палестине насчитывет уже почти сто пятьдесят лет. Первые колонисты из Германии, появились в Палестине примерно за двадцать лет до начала сюда первой массовой иммиграции евреев, известной как Первая Алия.
К тому времени, когда в Палестине создавались первые кибуцы, здесь уже существовали передовые германские сельскохозяйственные колонии. Германцами были построены современные дороги, поселения, успешно внедрялась современная сельскохозяйственная техника, применялись передовые методы строительства.
В период с конца семидесятых годов позапрошлого века и по крайней мере до конца Первой мировой войны германские колонисты оказали на развитие экономики и инфраструктур Палестины гораздо более существенное влияние, нежели еврейские. Германские архитекторы спланировали целые города, например, Беэр-Шеву и Зихрон Яаков. И до сих пор ни один строительный или архитектурный проект в Израиле не превзошел по качеству построенные германскими колонистами кварталы крупных израильских городов, как, например, германская колония в Хайфе, Иерусалиме, в Тель-Авиве и Яффо.
И если копнуть глубже, то легко обнаружится, что в самом начале Третьего Рейха, в 1933 году, при посредничестве Хаима Арлозорова, фактически исполнявшего обязанности министра иностранных дел в руководстве Ишува- еврейской диаспоры Палестины, между Еврейским Агентством известным и сегодня как «Сохнут» и Третьим Рейхом был заключен договор о Трансфере. Суть этого договора заключалась в том, что деньги от продажи имущества покидавших нацистскую Германию в рамках насильственной эмиграции немецких евреев делились между Третьим Рейхом и Ишувом. Ишув получал свою часть денег в виде сельскохозяйственных машин, строительных материалов и прочего.
Доходы Ишува от этой сделки с Третьим Рейхом составляли до 60% от ВВП, производившегося еврейским анклавом Палестины в период приблизительно с 1933 по 1938 годы.
Более того, на территории Третьего Рейха вплоть до, примерно 1938 года, а по некоторым оценкам до 1942 года действовали тренировочные лагеря для подготовки молодых евреев к эмиграции в Палестину. Лагеря эти действовали в рамках сионистского проекта, руководились сионистскими организациями и курировались ГЕСТАПо.
В Берлине, в собственном офисе обретался до 1936 года и Хаим Вайцман – будущий президент Израиля.
Справедливости ради следует отметить, что вопрос о сотрудничестве с нацистской Германией поставил еврейскую общину Палестины на грань гражданской войны. Лидер ревизионистов Владимир Зэев Жаботинский, друживший с Муссолини, в то же время ненавидел Гитлера и клеймил своих оппонентов из левого лагеря за сделку с нацистами, называя соглашение о Трансфере договором с дьяволом.
Но дело не только в этом договоре. Не менее остро можно поставить и вопрос о том, что сделало сионистское движение вообще и еврейский анклав Палестины для спасения европейского еврейства во время Холокоста?
Широко известны высказывания сионистских лидеров, в частности, Хаима Вайцмана, Давида Бен-Гуриона и Ицхака Гринбойма о судьбе европейского еврейства. Хаим Вайцман называл гибнущих в Холокосте евреев пылью. (Заявление было сделано на сионистском конгрессе в 1937 году, где будущий президент Израиля Хаим Вейцман сказал следующее: «Меня спросили: «Ты можешь переселить в Палестину шесть миллионов евреев? Я ответил: «нет». Из этой глубокой трагедии я хочу спасти… молодых. Старики уйдут из этого мира. Или они выстоят перед приговором судьбы, или не выстоят. Они пыль, пыль экономическая и моральная в жестоком мире… Только молодые смогут выжить. Они (старики) должны принять это».
Ицхак Гринбойм, ответственный в руководстве анклава за помощь европейским евреям, заявил, что одна корова в Палестине дороже всех евреев Польши.
А это уже первый премьер-министр Израиля Давид Бен-Гурион на съезде партии МАПАЙ (социалистической рабочей партии Израиля) в июле 1949 года: «Среди выживших в германских концентрационных лагерях изначально были люди, которые, если бы не были тем, чем были: людьми тяжелыми, плохими (злыми), эгоистичными – они бы не выжили и то, что они пережили уничтожило в их душах все, что было хорошего».
И вот еще не менее известный перл первого премьер-министра Израиля: «Если я я буду знать что можно спасти всех (еврейских) детей Германии путем отправки их в Англию и только половину, путем отправки их в Палестину (Эрец Исраэль) я выберу второе, потому что у нас долг не только перед этими детьми, но и перед историей народа Израиля». Приписывается Бен-Гуриону Мартином Гилбертом, Нью- Йорк Таймс, 21. 06. 1987
Какой вывод можно сделать из подобных заявлений?
Из вышеприведенных заявлений логически напрашивается вывод: никто из этих людей не собирался спасать своих европейских собратьев в период Катастрофы.
– Чем больше погибнет евреев в Европе, тем больше у нас будет оснований требовать для себя государство, – заявил в 1943 году Хаим Вейцман – будущий президент Израиля. Гибель европейского еврейства Вайцман рассматривали как необходимое условие для создания государства Израиль.
Чем занимались будущие лидеры государства Израиль и подвластные им структуры в период Холокоста, по сей день является одним из самых малоисследованных вопросов в современной истории. Как бы то ни было, большинство прежней и нынешней израильской элиты, государственные чиновники и те, кто распоряжаются германскими компенсациями, от Холокоста были либо чрезвычайно далеки, либо не имеют никакого отношения к Холокосту, либо их роль в этой истории недостаточно исследована.
И логически возникает вопрос: а какое право все эти люди имеют для критики Германии и тех евреев, которые хотят жить в этой стране? Разве они обеспечили своим единоверцам и согражданам в Израиле такой же уровень благосостояния и безопасности какой обеспечила Германия живущим здесь евреям? Разве Германия хуже чем они заботится о жертвах Холокоста или недостаточно делает искоренения любых форм расизма?
Для справки: за нацистское приветствие в Германии положен солидный тюремный срок. То же самое за отрицание Холокоста. Для нацистских преступников здесь нет срока давности, хотя после войны многие нацистские чиновники остались на своих должностях и при новой власти.
В свою очередь Израиль не жалеет денег на культ Холокоста. В рамках этих усилий тысячи израильских школьников ежегодно прилетают в Польшу и Германию, чтобы воочию увидеть те места, где нацистами массово уничтожались евреи – Освенцим, Бухенвальд, Дахау. При этом мало кто из израильтян изучавших историю в рамках школьной программы знает о том, что выживших в Катастрофе евреев в Израиле называли «мылом», подразумевая этим, что из узников концлагерей нацисты делали мыло как из собак.
Выживших в Катастрофе европейских евреев третировали как позволивших издеваться над собой и покорно шедших на заклание как скот.
Шай Агнон – единственный израильский лауреат Нобелевской премии в области литературы, получивший свою премию не столько за литературное дарование, сколько за популяризацию еврейской тематики, также выразил свое отношение к жертвам Холокоста в рассказе «ха-симан» (знак): «Лучше жить в стране Израиля, чем за ее пределами, стране Израиля, которая дала нам силы стоять на своем, не так как за ее пределами, где мы послушно шли на бойню». Для справки: выражение «шли как скот на бойню», родилось из листовки Аббы Ковнера, изданной 31.12.1941 года в гетто Вильнюса и звучали его слова так: «Не пойдем как скот на бойню!»
Миф о еврейских проститутках в нацистских концлагерях и еврейских Гетто родился не где-нибудь, а именно в еврейском анклаве Палестины еще в 1945 году.
В октябре 1945 года командир Пальмаха (еврейской милиции в подмандатной Палестине) Ицхак Саде – впоследствии прославленный израильский генерал, опубликовал рассказ «Моя сестра на берегу», в котором рассказывает о женщине, которая среди прочих нелегальных иммигрантов сходит под покровом ночи с корабля, перевозившего уцелевших в Катастрофе европейских евреев на берег Земли Обетованной. Автор зовет ее «своей сестрой». На ее локте он обнаруживает татуировку: «проститутка для офицеров» и осознает, что она была вынуждена служить нацистам в качестве проститутки и также, что была стерилизована. И тогда автор клянется «своим сестрам»: «Во имя этих сестер своих я буду сильным, во имя этих сестер своих я буду смелым, во имя этих сестер своих я буду также жестоким».
Эта история была, что называется, «высосана из пальца» автором, поскольку, во-первых, расовые законы нацистской Германии запрещали интимные связи между арийцами и неарийцами, а тем более, между немцами и евреями. К тому же подобные татуировки были только у узников Освенцима и Биркенау и не в виде надписей, а в виде номеров.
Посредством этого рассказа Ицхак Саде, как он видимо позже объяснил, хотел мобилизовать молодежь еврейского анклава на помощь нелегальным иммигрантам, выжившим в Катастрофе. В действительности же он создал в сознании уроженцев анклава стереотип, согласно которому все выжившие в Катастрофе молодые женщины и девушки были проститутками в нацистских концлагерях и гетто.
С тех пор все женщины выжившие в нацистских концлагерях воспринимались ими не иначе как проститутки, а мужчины – как уголовники или коллаборционисты.
Вся эта кампания против выживших в Катастрофе не встретила никакого ни осуждения, ни вообще какой-либо реакции со стороны израильских элит, хотя выжившие в Катастрофе евреи внесли, наряду с советскими солдатами и офицерами, решающий вклад в победу Израиля в первой арабо-израильской войне и никогда не требовали и не просили для себя каких-либо привилегий: работали и устраивались как могли в новой жизни.
Кстати, идея Яд Вашема первому премьер-министру Израиля не нравилась – он не хотел какого-либо статуса для выживших в Катастрофе. Но в конце-концов уступил, видимо вняв словам министра иностранных дел Абы Эвена: «No Business Like Shoah Business!»
В Германии ни после войны, ни сейчас никто не позволит себе такое отношение к евреям. Наверное к большому сожалению израильских политиков, последняя надежда которых – неонацисты.
Антисемитизм – это самый дешевый способ удержать евреев в стране и завезти новых. Гораздо дешевле, чем поднимать уровень культуры, благосостояния и безопасности для собственных граждан до европейского. Но подобная уловка действует не на всех и особенно слабо – на молодых израильтян.
Вопли отчаяния об аморальности отъезда в Германию последняя неловкая попытка удержать израильскую молодежь.
В ответ на укоры и осуждения немцы привычно молчат. Да и нужно ли что-то отвечать? ФРГ не так мало уже сделало для Израиля и просто евреев, и продолжает делать.
И последнее. Для того, чтобы осуждать чей-то поступок, нужно находиться в ситуации этого человека. Я не думаю, что осуждающие своих соплеменников, эмигрирующих в Германию, имеют те же проблемы и живут так же, как те, кого они осуждают.
И все таки, Европа для евреев – лучше
Знаменитый герой рассказов Исаака Бабеля Беня Крик (который хоть и был бандитом, но за еврейский народ душой болел) считал наиболее подходящим местом для жизни евреев Швейцарию, поскольку там и природа красивая и воздух свежий.
Знаменитый герой рассказов Исаака Бабеля Беня Крик (который хоть и был бандитом, но за еврейский народ душой болел) считал наиболее подходящим местом для жизни евреев Швейцарию, поскольку там и природа красивая и воздух свежий.
К сожалению ни Герцль, ни его продолжатели Беню не послушали.
В результате, евреям, живущим в Палестине, все чаще приходится вдыхать вместо свежего воздуха Альп малоприятные запахи бомбоубежищ.
На фоне этой тенденции, предложение президента Ирана Махмуда Ахмадинеджада о переносе «Израиля» с Ближнего Востока в Германию или Австрию становится все более атрактивным.
Наибольшее воодушевление предложение иранского президента встретило в Сохнуте -организации, агитирующей евреев по всему миру переселяться в Израиль.
В Сохнуте считают, что убедить евреев переехать в Германию или Австрию будет гораздо проще нежели убедить их жить в Израиле.
Правда, не все «за».
Биби Натанъяху например, готов переехать куда угодно, но только в качестве премьер- министра.
Остальные депутаты согласны на переезд, но только в том случае, если им на новом месте назначат пособия по прожиточному минимуму в размере ежемесячной зарплаты израильского парламентария и сохранят все положенные избранникам народа привилегии.
С министрами еще сложнее – они требуют помимо пособий в размере ежемесячного министерского пособия оставить за ними еще и государственные машины с водителями.
Не просто и с пока еще действующим премьер министром Эхудом Ольмертом, а также кандидатом на пост главы правительства от оппозиции Эхудом Бараком.
Эти согласны на переезд только в том случае, если получат запрашиваемую сумму за свою недвижимость.
Есть у инициативы президента М. Ахмадинеджада и откровенные противники.
Бывшему спикеру израильского парламента Аврааму Бургу, например, Германия и Австрия не нравятся вовсе. Поэтому он поселился в Париже.
Категорически против переезда и израильский генералитет.
Они мотивируют свой категорический отказ переезда в Европу невозможностью эффективно контролировать ситуацию в Газе из Австрии или Германии, а также тем, что не на кого будет оставить охрану забора.
Так же категорически против переезда президент Израиля Шимон Перес, министры Шауль Мофаз и Ави Дихтер.
Президента Израиля уже который год ждет не дождется бельгийский суд, которому не терпится узнать от Переса подробности о гибели ста ливанцев во время бомбардировок деревни Кфар Хана в 1996 году.
Министра внутренней безопасности Ави Дихтера с нетерпением ждет лондонская полиция, которой не терпится расспросить его об убийстве 22-х мирных жителей, в числе которых 9 детей, во время покушения на Салаха Шахада – одного из лидеров военного крыла ХАМАС в 2002 году.
Другого министра, Шауля Мофаза, лондонская полиция давно мечтает расспросить о пытках, убийствах и уничтожении жилых домов палестинцев во время бойни в Дженине.
Резкое недовольство проектом переноса Израиля в Европу выразила и Всемирная сионистская организация.
Там утверждают, что воздух, может быть, и свежее, но такого хумуса или фалафеля как в Израиле, уж точно нет.
Есть и такие, кому уже абсолютно все равно.
Это бывшие премьеры Ариэль Шарон, от ожирения впавший в кому, и Ицхак Шамир, впавший в маразм, а также все те, кто уже обзавелись грин-картой или вторым гражданством.
Есть, правда, и такие, которым вовсе не все равно, но их никто не спрашивает.
Это жители обстреливаемых «Кассамами» израильских городов типа Сдерота и Аскаляна, у которых нет возможности переехать ни в Швейцарию, ни за океан, но зато есть все шансы переселиться в бомбоубежища, так сказать, на ПМЖ. (Постоянное место жительства – если кто не знает).
Эта категория населения мало верит предвыборному лозунгу Натанъяху: «Биби – хорош для евреев» и считает, что Европа, или любая страна, где тебе постоянно не грозит упасть на голову очередной снаряд, все-таки лучше чем Биби.
Двадцать лет меня пугают арабами
Двадцать лет меня пугают арабами, убеждая, что они и есть мой главный враг.
Как-будто это арабы отправили меня, человека с высшим образованием на самую грязную и неквалифицированную работу, когда мы приехали в Израиль.
Как-будто это арабы воровали деньги из моей зарплаты.
Как-будто у арабов я нахожусь в долговой кабале. Как-будто арабы приходили выселять меня и моих близких из квартиры, когда нам нечем было платить за ипотеку. Как-будто арабы арестовывали нас и наше имущество за долги.