Невеста на убой

Глава 3. Ирана

Стены так называемой трапезной не давали мне покоя ― угольно-черные, с пугающим красным лесом. К нарисованным голым ветвям развесистых деревьев были прибиты остро заточенные топоры, копья и стрелы. По всем четырем стенам тянулась огромная цепь типа той, которая сковала меня в парке. Она соединяла кроны деревьев, а каждый ее конец крепился к большим железным кольцам по обе стороны двери.

Посреди музея древнего арсенала стоял большой вытянутый стол, усыпанный различными яствами: поросенок с яблоком во рту, жаренный гусь, разные виды икры, даже зеленая (знать не хочу из чего она), добрая дюжина незнакомых мне овощных салатов, две фарфоровые корзинки с пирожками и изобилие фруктов, что лежали между блюдами, словно декор. В дальнем углу восседал король. За все это время он так и не удосужился отвлечься от тарелок и хотя бы просто взглянуть на меня.

Не привлекли его внимание ни крики извивающейся девушки, которую силком тащили на этот пир, ни моя отборная ругань и угрозы адвокатом ― папой, если быть точнее. То ли голоден так правитель, что не смог оторваться от процесса, то ли и вовсе глух и слеп. Честно сказать, сложно представить, что этот статный мужчина, что пребывал в весьма хорошей физической форме, мог оказаться хворым. Густая копна черных волос, кое-где прореженная сединой, ниспадала на его могучие плечи, которые для большего колорита украшала бордовая мантия, обшитая серой волчьей шкурой по вороту. Прямой нос (все-таки я была права, это характерная черта для драконов), ярко выраженные скулы и черные глаза с белыми кошачьими глазницами. Вдоль его шеи красовались глубокие шрамы от когтей, такие же я приметила и на правой кисти правителя.

Рядом с королем мельтешил худощавый парень, примерно моего роста. Его глаза горели зеленым светом, а руки были покрыты татуировками ― скорее всего колдун. Он внимательно следил за взглядом правителя, все время подавая ему приглянувшиеся блюда. «Интересно, он и правда приказывает ему одними глазами или просто жует все, что подсовывают?» ― от этой мысли по спине пробежали мурашки, передо мной сразу предстала картина, что вместо поросенка лежит моя окровавленная голова с красным яблоком во рту и этой чертовой короной, которую Зира, словно в отместку, с силой вдавила в мою кожу. Сначала я чувствовала боль, но теперь, кажется, привыкла.

Обе служанки стояли возле меня, но не спешили ничего накладывать в мою тарелку. Дана учтиво взяла с края стола белую расшитую красными цветами салфетку и в очередной раз вытерла скудные капли крови с моего лба.

Я закусила нижнюю губу от обиды: почему бы просто не поправить эту штуку? Зачем цедить эти жалкие капли?

Поясница заныла, я заерзала. Зира тут же вцепилась в мое плечо, больно надавив на ключицу.

– А! Сколько можно! ― завизжала я, и из глаз покатились проклятые слезы.

Терпеть больше не было сил! Сидеть и ждать, нервно поглядывая на ножи перед собой, когда уже одним из них мне перережут горло. Их молчание было невыносимо. Я дошла до той самой точки кипения, когда в голове раздается только одна мысль: «Будь что будет! Пусть будет хоть что-то!»

– Объясните мне наконец, что здесь происходит?! Больше так не могу!

Я опустила голову и поднесла к заплаканному лицу ладони. Зира вновь схватила за плечо. Я ударила ее по руке, боль отдалась в пальцах, а стальной хватке было нипочем. Дойдя до эмоционального предела, я заревела во все горло. Когда моя истерика дошла до пика, отдавшись прерывистым дыханием, король посмотрел на меня.

– Успокойте ее, ― приказал он колдуну, тот повернулся к моим служанкам и повторил:

– Успокойте Ирану.

Зира схватила стакан воды и выплеснула мне в лицо. От неожиданности я открыла рот и, к моему удивлению, отдышавшись, смогла взять себя в руки. Вжавшись в спинку стула, я с содроганием ждала его дальнейших слов, так и не решаясь посмотреть королю прямо в глаза. Как-то перед выпускными экзаменами мама дала мне совет: если нервничаешь ― смотри поверх голов экзаменаторов, им я сейчас и воспользовалась.

– Похожа, ― протянул басистым голосом король.

– Они все похожи, Ваше Величество, ― склонившись, отозвался колдун.

– А чего растрепанная такая? ― он брезгливо обвел меня взглядом. ― Да еще и в крови.

– Сейчас исправим, Ваше Величество, ― колдун, разогнувшись, повернулся к служанкам и скомандовал: ― Поправьте корону и вытрите кровь.

– Да! ― ответили они в один голос и тут же исполнили приказ.

Зира аккуратно приподняла терновый венок и отодвинула его назад, подбирая под него выбившиеся локоны. Дана вытерла мне лоб.

– Неплохо, но могло быть и лучше, ― король задумался на секунду, после добавил: ― В следующий раз пусть наденет черное.

– Слышали? ― спросил колдун.

– Да! ― отозвались служанки.

– Лю́ка, как думаешь, это, ― он провел по своей щеке ровно в том месте, где у меня были царапины, ― заживет до начала состязаний?

– Сложно сказать, Ваше Величество. У людей плохо заживают раны.

Король нахмурился.

– Спроси у нее. Она же должна знать, верно?

– Вы, как всегда, мудры, Ваше Величество, ― колдун повернулся ко мне, но на этот раз разгибаться не стал. ― Позвольте уточнить, за какое время заживут ваши раны?

– Я не знаю, ― быстро ответила я.

– Простите, Ваше Величество, ― он вновь повернулся, сохраняя «учтивую» позу, ― люди глупы.

– А нам от нее ум и не нужен, ― отмахнулся король. ― Пошлите к ней лекаря.

– Вы так милосердны! ― восхвалил его колдун.

– Люка?

– Да, Ваше Величество.

Король брезгливо прищурился.

– Твоим языком только пятки до блеска начищать.

– Простите, Ваше Величество.

– Смотри, сам не отупей от своей лести, тебя-то здесь как раз за мозги и держат.

– Конечно, Ваше Величество.

– Ладно, посмотрели на девку, и хватит.

Я ахнула: неужели опять мои вопросы останутся без ответа?! Сколько еще они будут надо мной издеваться? Только я решились озвучить это вслух, как король встал из-за стола.

– Скажи этим двум, чтобы отвели ее в зал памяти наших Иран, пусть расскажут все, что ей надо знать. Но после того, как она поест, разумеется. И пусть впихнут в нее побольше мяса, а то тощая больно, смотреть не на что! И… проследи за ними, что ли.

– Будет исполнено, Ваше Величество!

Все трое согнулись почти до самого пола, Дана и Зира при этом сложили ладони на юбке перед собой. Король медленно вышел из зала, каждый его тяжелый шаг отдавался оглушающим стуком сердца в моих ушах. Это место… Вся та пестрота опочивальни, эти дорогие платья и украшения… К чему все это? Дань будущей жертве? Хотят откормить меня, прежде чем сожрать?

– Вам надо поесть, моя госпожа, ― наконец выпрямившись, сказал колдун.

Он направился быстрым шагом в мою сторону.

– Через час у короля важная встреча, я должен присутствовать. Накормите ее поживее. Если придется ― силой.

– Я не хочу есть! ― полностью отказаться от еды, конечно, не выход, но это было лучшее, что пришло мне в голову. Других планов спасения все равно пока не было.

Колдун улыбнулся.

– Моя госпожа, о ваших желаниях здесь никто не спрашивал.

Я поджала губы и, сделав глубокий вдох, одарила его злобным взглядом.

– Я не стану есть!

Он приподнял уголок рта и лукаво прищурил глаза.

– Если вы откажетесь, то эти девки силой откроют вам рот и запихнут все, что требуется. А если начнете сопротивляться и вас стошнит, они будут повторять это действо до тех пор, пока приказ короля не будет исполнен.

Я нервно сглотнула. Он не шутил. Нет, это не мое воображение. Я бы никогда не смогла представить себе ничего подобного! Боже, куда я попала?

Насилу проглотила все, что служанки положили в тарелку, и меня повели в зал памяти Иран. Во всю высоту двери был изображен черный дракон, устремляющийся ввысь. Люка взмахнул рукой, и перед нами открылась светлая комната. Повсюду висели портреты, белые стены были буквально увешаны ими с пола до потолка. Сделала шаг внутрь, и меня охватил ужас. Дрожь прошла ознобом по всему телу и встала комом в горле. С каждого полотна на меня смотрела… сама я! В разных платьях, разных украшениях, но всегда с тем же терновым венком. Руки сложены на юбке, испуганные глаза, рот изогнут в принудительной улыбке.

– Это наши Ираны, ― голос Люка позади меня раздался неожиданно, я содрогнулась.

– Почему? ― еле шевеля губами, прошептала я.

– Они все так похожи? ― улыбнувшись, закончил за меня колдун.

Я кивнула и с опаской посмотрела на него. Мои служанки-надзирательницы замерли в дверном проеме, не решаясь пройти дальше.

– Ходит легенда, что каждые триста лет душа Ираны возвращается на Землю и перерождается в новой человеческой девушке, думаю, этим и объясняется внешняя идентичность.

Он вальяжно прошел в глубь зала и остановился у самого большого портрета, задрав голову. Я проследила за его взглядом ― стеклянный потолок! Вот откуда весь этот свет!

– Нравится, госпожа? Это моя работа, ― по-бахвальски произнес Люка. ― А это первая Ирана, доставшаяся драконам. Кажется, ее звали Глорией.

Я на портрете выглядела немного старше, чем сейчас. На мне, то есть Глории, было черное платье с вышитыми красными хризантемами на корсете и круглый медальон с изображением все того же черного дракона. По щеке катилась скупая слеза, а со лба стекала кровь из ран, оставленных короной. На одну руку у нее была надета кожаная перчатка, а на второй… Второй не было! Только один длинный рукав, аккуратно уложенный под правую кисть.

– Руку ей отгрыз оборотень, ― пояснил Люка, проследив за моим взглядом. ― Печальное было время.

– Не понимаю, ― сотрясаясь от страха, насилу вымолвила я.

– Видите ли, раньше народ оборотней был весьма диким, ― он на секунду задумался, ― хотя и не сказать, что сейчас многое изменилось, но все же стало лучше. По крайней мере, они уже действуют более обдуманно. Никто из них теперь не рискнет в одиночку пробираться в ваши покои, чтобы урвать хотя бы кусочек, после чего сразу же быть убитым.

Я обернулась, пытаясь подсчитать портреты, но нормально сосредоточиться на этом процессе не смогла.

– Сколько их?

– Драконьих Иран было двенадцать, вы ― тринадцатая. Правда, была еще одна, но она в этот зал не попала.

– Почему?

– Здесь только те Ираны, которые подарили жизнь Орниксам. А та Ирана покончила с собой в ночь перед свадьбой.

– Почему?

Он улыбнулся еще шире.

– Не хотела умирать таким образом.

– Умирать? ― все-таки смерть, ничего другого меня в этом мире не ждет.

– Ираны уникальные создания, хоть они и рождаются на Земле, в нашем мире имеют огромную ценность! Если оборотень вкусит ее плоть, то станет в сотню раз сильнее. Если колдун или ведьма выпьют ее кровь, то обретут вечную жизнь! А если Ирану возьмет в жены дракон, то она родит на свет легендарного Орникса! Дракона с невероятной силой! Он будет дышать черным пламенем, что сильнее обычного огня. Он проживет целых триста лет. Срок его выйдет только с последним вздохом новой Ираны.

– Король? Он ― Орникс? ― догадалась я.

– Да, совершенно верно. Предыдущая Ирана, ― он повернулся влево и указал на девушку в золотом платье, ― Екатерина. Она была нашей королевой. Правда, не долго. Всего один день и одну ночь.

Его слова звучали ехидно. Люка издевался надо мной. Я это знала, но не задать тот вопрос, к которому он меня подводил, не могла:

– Почему только один день?

– Ох, ― он вскинул руки к небу и повернулся ко мне, изобразив на лице поддельную жалость. ― К сожалению, ни одна Ирана не в состоянии пережить рождение Орникса.

– Рождение? Роды? Но почему только день?

– Драконы не вынашивают своих детей. Они рождаются сразу вместе с пламенем страсти, что изливается из них, когда они доходят до кульминации процесса совокупления. Люди не могут пережить близость с драконами. Но Ирана все же способна родить, даже ценой своей жизни. Это просто удивительно! Вы и ваши предшественницы самые главные загадки нашего мира! Столько вопросов и так мало ответов. Жаль, что ваша жизнь в Дракардии так коротка!

Он подошел к портрету матери короля.

– Хм, Екатерина была очень строптивой особой. Вам такой быть не советую. Ее пребывание здесь не принесло ей ничего, кроме страданий. По рассказам, она все время плакала. Просто день и ночь напролет. Больше ничего не делала, никуда не ходила, ничем не развлекалась.

– Развлекалась? ― я не верила собственным ушам: неужели это и правда было так удивительно, что девушка, приговоренная к смерти, не развлекалась, будучи в плену?

– Вы даже не представляете, как вам повезло! Представьте, к вам будут относиться как к самой благородной даме… Хотя, нет! Ни одна благородная дама не сможет сравниться с вашим положением! Любая ваша прихоть может быть исполнена, если, конечно, она не будет перечить воле короля. Все самые лучшие наряды! Лучшие яства! Почет и уважение! Все это драконы бросят к вашим ногам!

– А потом убьют, ― закончила за него я.

Люка нахмурился.

– Не смотрите на это таким образом.

– А как еще мне на это смотреть? ― его слова разозлили меня.

– Например, ― он быстро подошел к другому портрету, висевшему на противоположной стене. Ирана на нем улыбалась, она даже искрилась от счастья! ― Роза. Самая мудрая из всех. Именно благодаря ей титул Ираны получил такое уважение. Она была одной из первых, которая удостоилась прожить целый месяц в роли королевы драконов, окруженная любовью мужа и своих подданных. Советую вам взять с нее пример.

– Выторговать лишний месяц за хорошее поведение? ― гнев подступал все сильнее, я уже не могла сдерживать его порывы.

– Что в этом плохого? ― искренне удивился он. ― Поверьте, любая женщина-дракон была бы рада оказаться на вашем месте!

Я бросила взгляд в сторону служанок. Они кивнули в знак согласия. Они что, издеваются?

– Бред!

– Что, простите? ― сдвинул брови Люка, видимо, он был незнаком с этим словом. Ничего! Я еще пополню его словарный запас!

– Бред ― значит, идиотизм! Полный, окончательный и бесповоротный! Вы с ума сошли! Кто разрешил вам убивать других?

Люка рассмеялся. Его голос эхом разнесся по залу.

– Это Дракардия! Это не ваш мир, госпожа. Назад дороги у вас нет. Привыкайте, ― он принял серьезный вид и бросил на меня устрашающий взгляд, ― вам тут еще жить.

– Разве меня не собираются убить?

– Не сразу, ― он медленно подошел ко мне и, подняв выбившуюся прядь черных волос, покрутил ее перед собой, а затем со всей силы сжал в кулак и отпустил. ― Вы достанетесь самому сильному дракону Дракардии. Завтра объявят первый этап состязаний, когда будут отобраны девять победителей, что станут биться за вас насмерть! Какая романтика! Какая честь!

– Что?

Он отвернулся и направился к выходу.

– Первый этап будет длиться неделю. Желающих в этот раз много. Девять избранных переедут в вашу башню, вас окружат вниманием и заботой лучшие из лучших на целый месяц. За вами останется право прервать состязания и самой выбрать себе супруга, как и сделала Роза, за что и была вознаграждена.

Она заключила соглашение с одним из драконов? А что ей еще оставалось? Нет! Стой! Не смей даже думать об этом!

– Конечно, сроки могут сдвинуться, ― он остановился в проеме. ― Скорее всего сдвинутся. Другие кланы так просто не сдадутся. Наверняка, нам уже пришло объявление войны от ближайших соседей, ― Люка обернулся. ― Поверьте, госпожа, драконы ― лучший выбор для вас в сложившейся ситуации.

Глава 4. Обреченная

Тусклый свет свечей падал на мое усталое изможденное лицо. Я сидела перед трюмо, а Зира аккуратно прочесывала спутанные волосы гребнем. Меня уже успели искупать и переодеть в игривую сорочку.

К слову, купание и отняло у меня последние силы. Никакие уговоры и возгласы, что я могу помыться самостоятельно, не помогли мне избежать помощи служанок. Они несколько раз намыливали меня, используя различные средства с цветочными ароматами, затем терли жесткими мочалками.

Сама купальня, конечно, поражала! Стены были выложены большими серыми камнями, а пол ― брусчаткой. В дальнем углу почти от самого потолка ниспадал искусственный водопад в бассейн, устланный керамической плиткой. Воды в нем было мне по колено, поэтому Дане и Зире с их высоким ростом и подвязанными под пояс платьями было вполне комфортно подавлять мои жалкие попытки сопротивления.

Несмотря на всю окружавшую красоту, послевкусие от этого процесса осталось самое что ни на есть неприятное. Стыд и обида перемешались в моем сердце, а очередное осознание собственного бессилия кошачьими когтями скребло по душе.

– Готово, ― Зира передала гребень Дане, та положила его в верхнее отделение трюмо. ― На сегодня все.

– Вы уже уходите? ― спохватилась я.

Солнце только начало склоняться к горизонту и до времени отхождения ко сну явно было еще далеко.

– Да, к сожалению, мы не сможем составить вам компанию этим вечером. Но мы вернемся завтра утром. Ах да, чуть позже к вам заглянет лекарь.

– А что… Что мне…

– Вы можете почитать. Правда, у нас нет книг на вашем языке, но детские истории полны красочных иллюстраций.

– А разве мы не говорим на одном языке?

– В Дракардии существует общий язык, ― пояснила Зира. ― Это одно из чудес нашего мира! Все существа, от мала до велика, с рождения могут владеть им. Правда, сейчас уже лесные обитатели начали терять эту уникальную способность.

– Общий язык? ― на нем что? И животные разговаривают?

– Да. Один для всех.

– Как такое возможно? ― удивилась я.

Зира задумалась.

– Думаю, так было задумано изначально.

– Задумано?

– Да, когда создавалась Дракардия.

– Создавалась?

– Конечно, ― Дана усмехнулась, расставляя флаконы в ровный ряд и складывая украшения в корзину. ― Каждый мир был кем-то создан, иначе откуда им взяться?

– Наверное…

– Вот ваш мир кем был создан?

Я задумалась. Когда задается подобный вопрос, он приводит в смятение. Что будет правильно произнести в ответ? Рассказать о том, как бог создал вселенную за семь дней, или же выбрать одну из научных теорий?

– Вы что, даже этого не знаете?! ― воскликнула Дана и затем обратилась к Зире: ― Все-таки мир у людей примитивный.

Зира с пониманием кивнула. Меня это задело. Кто бы еще говорил о примитивности! Ни электричества, ни интернета, даже вещи из нашего средневековья! О телефонах я вообще молчу! И наверняка все еще используют голубиную почту. Но одно здесь выводило меня из себя куда больше всего выше перечисленного:

– По крайней мере, у нас, когда с женщинами разговаривают, смотрят им прямо в глаза, и никто при этом посредников не использует!

Зира поморщилась.

– Даже король?

– Королей у нас нет, ― отмахнулась я.

– Главы кланов? ― в глазах Даны загорелось любопытство.

– Президент!

– Это кто?

– Тот, кого народ избирает!

Повисло недолгое молчание, после чего Зира обратилась ко мне с улыбкой:

– Никто, кроме короля, не посмеет вам не ответить. А когда вы выйдете замуж и станете нашей королевой, вы станете единственной женщиной, с которой он заговорит.

– Так я же не за короля выйти должна, разве нет?

– Разумеется, нет, ― отмахнулась Дана. ― Наш король ― сын предыдущей Ираны. Он не может претендовать на вашу руку. Когда вы выйдете замуж, ваш супруг станет следующим королем, но взойдет на престол только после смерти действующего правителя и рождения нового Орникса. А вот вы получите титул королевы сразу.

– Конечно, ведь родив ― я умру, ― тихо прошептала я.

Служанки переглянулись. Зира тяжело вздохнула и поправила прядь моих волос, уложив спереди на плечо.

– Давайте обсудим это завтра. Сейчас нам нужно идти. Дана принесет вам несколько книг, они помогут скоротать ваш вечер и лучше понять наш мир.

– А если я не хочу здесь ничего понимать?

Зира поджала уголки рта, ей совсем не понравился этот вопрос, затем она посмотрела в глаза моему отражению и ответила: