Абьюзер на заказ

– Ариф где-то три часа назад приехал. Когда он изложил суть дела, я сразу начал тебе названивать. Но не дозвонился. Потом набрал дежурного. А он сказал, что ты на выезде с бригадой. Если не устал, то расскажи, что опять у вас произошло?

– Ездили в Гарадаг. Недавно вернулись оттуда. Ей-богу, не понимаю, что происходит. За месяц это третий случай. Такого даже и не припомню… когда было! – Я, помолчав, потрогал стакан – чай еще горячий был. Сделав несколько глотков, продолжил: – В общем, два соседа – одному сорок два года, а другому, которого повесили или сам повесился, сорок лет недавно исполнилось. Тот, что постарше, у него двое детей, а у погибшего жена беременная и больше никаких детей нет. Вчера утром оба на сельском грузовике отправились в лес за дровами. Машину отпустили, а сами целый день занимались заготовкой. А вечером машина за ними поздно поехала. И когда шофер уже приближался к лесу, то увидел только одного заготовителя – того, который был постарше. Ну и спрашивает, а где, мол, твой напарник? Тот отвечает: «Да нет его. Он отлучился в кусты… ну, по большому, и испарился, исчез. Я его ждал, ждал, ну и пошел искать. Далеко-то побоялся идти, еще заблудишься. Поблизости везде искал: никаких следов, как сквозь землю провалился. А тут стемнело… А куда пойдешь в темноте? Пойдешь, потом тебя самого будут искать». Короче, еще немного подождав, они с шофером уезжают. А в деревне жене пропавшего сообщают, что, мол, так и так. Потерялся ваш драгоценный, а скорее всего, заблудился. Завтра утром надо ехать и хорошенько прочесать лес. А сегодня нет смысла шум поднимать. Жена в слезы, истерика! Хочет тоже ехать, участвовать в поиске. А кто позволит? Не хватало там беременной! Ну и утром рано шофер и вчерашний заготовщик еще с двумя односельчанами едут в лес. И недалеко, примерно в тридцати – тридцати пяти метрах от того места, где дрова были сложены, они находят этого бедолагу – повешенным на высоком суку. Но заготовщик, старший, клянется, божится, что вчера там везде лазил и никакого висельника не было.

Я прервался и допил почти остывший чай. Друзья сидели молча и внимательно слушали. Отодвинув стакан, я продолжил:

– Честно говоря, я вначале заподозрил старшего заготовщика. Подумал, может, они с напарником между собой что-то не поделили и в ссоре один другого… это самое – взял да повесил, понадеявшись, что все решат, будто он сам свел счеты с жизнью. Но если так, то труп должен был окоченевший, потому что это дело было бы вчера. В общем, после того, как мы бедолагу сняли, криминалист при осмотре сказал, что он скончался утром, максимум четыре часа назад. Стало быть, несчастный действительно исчез накануне, по какой-то причине, и его товарищ правду говорил. Мысли всякие были. В том числе, может, мужчина сам повесился. Ребята начали осматривать местность вокруг, а я ползал на коленях под деревом, с которого сняли этого заготовщика. Конечно, все там было затоптано. Но кое-что вроде вырисовывалось. А тут криминалист позвал. Он все еще около трупа возился. Когда я подошел, он, показывая на тело, негромко сказал: «Это не самоубийство, его убили! Да, сначала прикончили, потом мертвого повесили. Остальное после вскрытия». Я думал, кому же он мог дорогу перейти?! Здесь, в деревне, где все друг друга знают, живут спокойно, как могло такое случиться?! Конечно, мы там все осмотрели, сняли кое-где отпечатки, забрали веревку – может, на ней следы остались. – Я, чуть повернувшись к Арифу, продолжил: – Мы, когда еще раз изучили район, обнаружили следующее: чуть подальше, около дороги, были следы от шин грузовой машины, которая, судя по всему, некоторое время стояла там, и рядом – следы двух людей. И эти же следы были видны на месте преступления. Не хочу сейчас отнимать у вас время, но у меня есть кое-какие соображения. Вопрос Арифу: когда ты через перевал ехал, не попадался тебе грузовик или же, может, кто-то пешком шел?

Заметно было, что настроение Арифа испорчено на весь вечер. Он, немного подумав, ответил:

– Как вы видели, в этот раз я приехал на «Москвиче». И, к сожалению, он не мой – односельчанина. Когда после перевала миновал где-то километров десять – пятнадцать, навстречу мне попался грузовик ГАЗ-51. Номера были не ваши, а кафанские. И знаете, если бы на нем не было бы этих номеров, я мог бы подумать, что это моя машина.

Я хотел перебить Арифа, чтобы задать ему вопрос. Но он, не заметив, продолжил:

– Я свою машину хорошо знаю. Если бы сейчас она не стояла на стоянке на автобазе, и если бы не эти номера, висевшие на бампере того встречного грузовика, я мог бы подумать, что видел свою машину. И знаете, что еще: лицо сидевшего рядом с водителем мне показалось знакомым. Но где я его видел, никак не вспомню.

Да, интересный оборот приобретало это дело. Я спросил Арифа:

– Хорошо, скажи, пожалуйста, сколько человек было в кабине?

– Да двое сидели, – ответил Ариф.

Мы с Исламом, переглянувшись, замолчали. Интересно, как круто заварилась каша! Если в деле замешаны люди из соседней республики, то нам придется туго. Долго придется распутывать этот узелок. Ислам, потрогав меня за руку, произнес:

– Ты еще послушай причину приезда друга. – Он кивнул Арифу: – Давай, брат. Изложи все, что мне рассказал.

Ариф, почесав пятерной давно не бритое лицо, стал рассказывать:

– Знаете, что – я завтра до обеда должен выехать, чтобы вовремя попасть на работу. А то почти месяц прогулял… Только неделя, как вышел на работу.

Я удивленно посмотрел на Ислама. Он, пожав плечами, помотал головой. Правда, я не понял, что обозначали все эти его телодвижения, и потому спросил Арифа:

– А ты где был-то, что прогулял?

– Да в КПЗ!

– Как в КПЗ, за что?! – воскликнул я. Ни фига себе! С этим Арифом вообще не соскучишься. Он махнул рукой:

– Расскажу чуть позже. Но у меня вопрос. Теперь допустим, что по приходе на работу я проверяю состояние моего грузовика и узнаю, что на нем куда-то без меня выезжали. Как я должен реагировать? Ей-богу, в последнее время со мною столько всего произошло, что нисколько не удивлюсь, если сегодня попавшаяся мне навстречу машина окажется моей.

Мы с Исламом от слов Арифа были в недоумении: что это он говорит? Кому это понадобилось снять на автобазе номера его машины, прицепить другие, которые он не помнит, и угнать машину? А после приехать в такую даль, чтобы прикончить какого-то крестьянина и спокойно вернуться обратно. Бред какой-то!

Наступила тишина. Ислам, взяв чайник, вышел из комнаты, после, зайдя уже без чайника, опять занял свое место. Ариф грустно сказал:

– Кажется, вокруг меня большую игру затеяли. Хотя эта игра, как вы знаете, давно начата. Но сейчас она приобретает совсем другой оттенок. Поэтому нельзя терять времени. Я понимаю, у вас сегодня был трудный день. Но думаю, что надо с особистом встретиться. Потому что в связи с последними событиями только вы и он сможете мне подсказать, как лучше поступать.

Я знал, о ком Ариф говорит. В прошлый раз мы втроем обсуждали сложившуюся ситуацию в деревне Сеидлер, где жил Ариф. Но если он настаивает на встрече опять втроем, стало быть, дело действительно серьезное. Итак, надо было подвести черту под сегодняшним разговором. Я задал нашему гостю последний вопрос:

– Скажи, пожалуйста, у тебя на машине из-под поддона мотора или из коробки масло не подтекает?

Ариф, ни на секунду не задумываясь, ответил:

– После ремонта двигателя прокладку поддона поставили старую, новой не было. Поэтому да, из мотора подтекает.

Стало понятно, что действительно что-то затевается. Я посмотрел на часы. Было уже поздно. Надо было уходить, и я попрощался с товарищами:

– Ладно, спокойной ночи. Завтра встретимся. Я позвоню.