- -
- 100%
- +
— По ощущениям — очень давно, — сказала лиса.
— Только не говори мне, что… господи, — произнёс шокированный кролик.
— Что такое?
Кролик начал ходить по всей комнате. Остановившись перед окном, он начал быстро топать правой лапой.
— Ты же была человеком? Ты не помнишь этого?
— М-мда… кажется я припоминаю, что была человеком…
Сильно напрягая голову, лиса пытается вспомнить, кем именно она была, но всё что возникает у неё перед глазами, так это всего лишь чёрный силуэт, по которому вообще ничего не понятно. Женщина ли это, или мужчина, лиса не могла понять.
Но внезапно, она решила посмотреть на себя и вскрикнула. Она начала себя ощупывать не веря в происходящее. Да, она только что поняла, что она такое же животное, как и этот кролик. Пощупав свой нос, она заметила только лишь лисью морду и лисьи лапы. Она запаниковала ещё сильнее.
Нолан тут же подбежал и взявшись за плечи сказал:
— Тише, тише. Успокойся. Расскажи мне, что тебя так напугало?
— Я была человеком… — тяжело дыша, сказала лиса, переведя взгляд на кролика продолжила: — Я не была лисой! У меня не было лап, морды и хвоста!
— Да, люди для нас считаются «голыми обезьянами», как раз за то, что у них не было шерсти. Поэтому тебе частично повезло.
— В каком смысле? — спросила лиса, удивлённо посмотрев на кролика.
— Да в самом что не наесть прямом! — с улыбкой произнёс кролик, — Теперь у тебя есть шерсть, чтобы просто так не замёрзнуть в морозы. А вот мне так же повезло, между прочим…
— И в чём же?
Тот посмотрел на лисицу и широко ухмыльнулся:
— Теперь у меня есть друг-человек.
— И всё?
— Да. А что? Мне плевать на то что ты — лиса. Одна из опасных хищников нашего континента. Главное — что ты раньше была человеком, и скорее всего, сможешь нам рассказать о тех временах, когда вы ещё были у руля всего мира!
— Кстати… по поводу мира. А есть ли тут другие люди?
— Нет. Их нет. Они вымерли. — сказал Нолан, гордо подняв голову.
Широко раскрыв глаза, лиса резко встала и за два шага оказалась перед окном. На улице она заметила лишь зверей, которые живут вместо людей. Она снова начала тяжело дышать и, закрыв глаза лапами, она начала плакать.
— Нет… Этого быть не может!
— Чего с тобой не так опять? — спросил Нолан ещё раз. В его голосе уже была слышна надоедливость.
— Я не верю… Не верю!
Внезапно, кролик крепко обнял лису. А сама же лиса чуток смутилась, но быстро успокоилась и обняла кролика в ответ.
— Слушай, — обратился к ней Нолан, — может быть тебе имя придумаем. Ну… ты же его скорее всего не помнишь, так? Как тебе на счёт…
Но лиса, чуток сильнее, но ласково, сдавив Нолана, вдруг решила сказать:
— Софи. Зови меня просто — Софи…
***Прошло два часа, как лисица Софи проснулась от своего долгого сна. Настал вечер, солнце уже садилось за горизонт, а в дом тут же нагрянула вся остальная семейка Нолана. Когда же Софи, сидя на кровати и рассматривая внушительную коллекцию бейсболных карточек Нолана, услышала, как по первому этажу проносятся много маленьких шажков и криков, то тут же задала вопрос Нолану, который сидел за столом и читал книгу.
— Это твои братья и сёстры?
— Да, мои, — нудно ответил Нолан, не желая отвлекаться от интересной книжки, — но одновременно с этим мне кажется, что я — не их сын. Слишком уж… окрас другой.
— Так дети, ну-ка разбежались по своим комнатам и не шумите! — послышался заботливый голос, как поняла Софи, отца семейства, — А иначе мне придётся искать новые оправдания перед миссис Эдисон…
— Ну вот… теперь ещё и от него получать буду, — спокойно констатировал Нолан.
— Так может быть… я перед ними представлюсь, как подобает.
Внезапно, на удивление Софи, Нолан резко повернул голову и взгляд на неё и смотрел широко раскрытыми глазами.
— Не стоит им говорить, что ты человек, — помотав головой, сказал Нолан, — иначе тебя заберут в какую-нибудь лабораторию и будут тебя изучать, возможно до смерти. В нашем мире человеков ненавидят. Уж тем более те, кто был у них домашними… те же собаки или кошки. Сейчас они сидят по своим номерам или дорогим отелям, пьют, с девками гуляют. Тьфу ты! Будь они прокляты со своими богатствами.
— Не думаю, что пустая зависть к таким вещам к добру приведёт, — сказала Софи.
— Думаешь, м? — улыбнулся Нолан.
Внезапно дверь открылась и туда вошёл отец Нолана. Большой, пузатый, оранжево-серый кролик, который был больше их в два раза. Одет он был в длинное чёрное пальто с серой шляпой. Он подошёл к Нолану и начал его обнимать.
— При-и-иветик, сынуля! Что, опять гулял до поздней ночи?
— Да. Ещё с парочкой крыс подрались, слава богу обошлось.
Тут он обернулся и увидел Софи, сидящую на кровати и испуганно смотря на большого кролика. И не зря, ведь тот резко поменялся в лице и подошёл ближе к Софи. Смотря на неё из-под своего большого пуза, он спросил:
— А это что ещё за шваль? И почему без намордника?
— Эта шваль, как ты говоришь, мне жизнь спасла, а я ей, — ответил Нолан, соврав, — тебе, как обычно, всё в подробностях?
— Нет. Сегодня на работе их хватило с лихвой, — мрачно ответил отец.
— При драке с крысами, она их отпугнула своим грозным рычанием и помогла мне и Рону не упасть в сточные воды, которые могли нас унести в винты, — рассказал Нолан, соврав каждую букву в этом предложений, но переведя дух, он продолжил: — потом оказалось, что она бездомная, так как из-за долгов её дом отняли, а семью убили. Поэтому она попросила пожить у нас.
Отец всё продолжал смотреть мрачным взглядом на напряжённую Софи, которая уже вся тряслась от страха. Внезапно, отец хватает за шиворот рубахи Софи и слегка её поднимает. Нолан, почувствовав неладное, резко встал с табурета. Отец грозно прошептал:
— Я позволю тебе тут остаться. Но если ты хоть одного ребёнка в моей семье тронешь, ну, кроме Нолана разумеется, то я с тебя трижды шкуру спущу и выброшу на ближайшей свалке твои останки. Ты. Уяснила?
Софи быстро покивала в знак того, что она поняла.
— Тогда я разрешаю тебе ходить по дому, — произнёс отец и отпустил Софи, — Свои правила ты знаешь. Наши тебе расскажет Нолан, хоть он их и сам нарушает не мало.
Не смотря на грозные слова, он улыбнулся и подмигнул Нолану, как бы говоря: «Продолжай, если нравится!». Нолан тоже улыбнулся и кивнул. Отец подошёл к Нолану и сказал:
— Прогуляйся с Софи до магазина одежды и прикупи ей что-нибудь. О! Точно! Зайди к Лучио. Он тебе точно поможет.
— А не к Фролло? — удивился Нолан, — Неужели у него цены поднялись?
— Нет, просто сейчас он занят, сам только что был у него. Заказов накопилось мать моя, ах… Ну ладно. Удачной вам прогулки.
Он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. Нолан же встал и подойдя к шкафу, достал штаны и свою старую коричневую куртку. Посмотрев на них какое-то время, он посмотрел на Софи и передал их ей, отдав прямо в руки.
— Одевайся. Позволь мне показать тебе, как теперь живёт мир после вас, — сказал Нолан и подошёл к двери, — Когда закончишь, иди вниз. Буду ждать тебя возле выхода.
Он вышел из комнаты. Софи, посмотрела на куртку со штанами и задалась вопросом: «А не велики ли они ей?». Но сняв белую рубашку и одев на себя одежду Нолана, сразу же поняла — её размер. Точь в точь. Она застегнула куртку и надела штаны и одела старые, потрёпанные туфли, которые так же принадлежали Нолану. В них была дырка с боку, но это мелочи. Главное, что всё для Софи подошло и теперь она готова выходить.
Спустившись со второго этажа в гостинную с диваном, там её встретили десять крольчат, которые с радостными визгами и криками прыгали по дому. Нолана же тут не оказалось. Мать Нолана, которая стояла у плиты, заметила лисицу и сказала, недовольным и скверным тоном:
— Нолан на улице. Иди и побыстрее! И только попробуй кого-нибудь из детей похитить, я тебя…
Софи решила подойти и вежливо ответила:
— Я ничего не хочу причинить вашим детям.
— Звучит очень нагло, дорогуша, — ответила крольчиха, — не груби мне или моему мужу! Иначе вышвырнем тебя на помойку, откуда ты и взялась!
Она повернулась и гневно сверкнула глазами. Софи, поняв, что дальше диалог с ней не свяжется, решила извинится и уйти:
— Извините меня за беспокойство. Я, пожалуй, пойду.
— Иди, иди! Пока я тебя своими лапами не выперла!
Софи не понимала агрессии в её сторону. Злиться только из-за того, что ты — хищник… Весьма обоснованно, когда рядом с тобой твои дети. Софи стало чуть-чуть понятно.
Как бы то не было, Нолан ждёт. Поэтому надо просто выйти и…
— БУ!
Софи вскрикнула, когда открыла дверь и на неё внезапно выпрыгнул кролик. Нолан заулыбался.
— Никогда не расслабляйся, подруга, — сказал он, взявшись за плечо лисы.
— Ты меня чуть до инфаркта не довёл! С ума сошёл? — тяжело дыша, недовольно ответила Софи.
— Прости, больше так не буду, — ответил Нолан, помахав лапами перед грудью, — я понял, какая ты нервная. Но вот с моим другом будь по осторожней.
— С каким другом?
— А он уже нас ждёт, в конце переулка. Давай направо, за забором.
Нолан радостной припрыжкой помчался в сторону переулка, обогнув забор, что был перед ними. Лиса побежала лёгким бегом за кроликом. Пробежав через тёмный переулок, в конце которого ярко светило оранжевое солнце. В конце Нолан остановился и повернув голову направо, радостно сказал:
— Вот ты где. Всё таки вчера добрался до своей норы.
— Я тебе щас дам нора! Это мой дом вообще-то!
Софи добежала до угла и выглянув из-за угла, увидела Нолана, разговаривающего с мышью. Софи стало не по себе от размеров мыши. Стоя в коричневой, расстегнутой куртке и голым торсом, он грозно посмотрел своими синими глазами на лисицу. Его чуток округленные уши и розовый длинный тонкий хвост давали понять, что он и вправду мышь, а не крыса. У крыс хвост длиннее и сами они крупнее.
— Слушай Нолан, а ты уверен, что ты хочешь помочь ей?
— Знаешь, я скажу тебе тайну, которая должна оставаться между нами, — сказал Нолан, подойдя в упор к Рону, — Она — человек.
Рон закатил глаза, легко отпихнул друга от себя и подошёл к Софи. Смотря ей прямо в глаза, он дерзко спросил ее:
— Знаешь, за что Нолана недолюбливают, лисица?
— Н-нет…
— Да за то, что во время войны его контузило по самую душу, — выкрикнул он прямо на Софи, громко хохоча.
Нолану это не понравилось и тот взял его за шиворот и впечатал его лицом об кирпичную стену. Легонько, чтобы не обиделся, и при этом спокойно добавил:
— Ещё раз об этом кому-то расскажешь, вырублю и оставлю в кошачьем квартале. А котики там ой какие голодные… Ты меня понял?
Но Рон, несмотря на то, что его прижали лицом к стенке, улыбнулся и сказал:
— Только с удовольствием, давно не бил эти мохнатые рожи!
Нолан отпустил его и тот, погладив свою щёку, поинтересовался:
— А куда вы идёте?
— Мы с Софи идём в магазин одежды Лучио, купить ей соответствующей одежды.
Рон, не убирая свою нахальную улыбку, развернулся и спросил у Софи:
— А наша лисичка знает о нашей моде? Или предпочитает ходить голой?
Нолана это начало сильнее выбешивать и он уже с силой ударил Рона под дых.
— Ай!.. Да за что? — недоумённо произнёс Рон.
— Не будь задирой. Тебе это не идёт, — твёрдо ответил Нолан.
— Ладно, ладно. На этот раз я окончательно тебя понял. Так, мы встречаемся сегодня или нет?
— Не думаю. Меня родаки оставили на неделю дома. Поэтому…
— Тогда почему ты сейчас здесь? — перебил Рон.
Нолан молча показал взглядом на Софи. Рон, вспомнив и раскрыв пасть, покивал.
— Всё. Я понял, понял. Значит приду вечером и обсудим это у тебя… Только без неё.
Он посмотрел недоверчивым взглядом на Софи. Её же в свою очередь это достало и она произнесла:
— Да иди ты уже! За что вы меня ненавидите?!
Но она не заметила, как она это прокричала и на неё уставились и другие животные на улице. Нолан же заметив это, схватил руку Софи и пошёл вместе с ней дальше по улице, крикнув другу:
— Вечером у меня, Рон! Запомни!
Нолан ускорил темп и завернул за угол. Остановившись, кролик обернулся и грозно сказал:
— Не кричи тут! Это Травоядный район и здесь не рады хищникам. Ходить и покупать им тут можно, но вот разговаривать с ними лучше не стоит. За это тебя могут и убить!
Софи немного прослезилась. Нолан тут же, почесал подбородок и улыбнувшись, ответил:
— На моего друга Рона не обращай внимания, он всегда таким был. Сначала его самого все били и унижали, пока я не заступился. А теперь… он такой какой он есть сейчас. Грубоватый, но в душе добрый, я это знаю и не раз в этом убеждался. А сейчас, я предлагаю тебе посмотреть по сторонам.
Софи осмотрела улицу и нижняя челюсть упала до пяток. Они были на оживлённой улице, где ходили множество видов животных, даже птицы или утконосы! Так же было полно рыночных ларьков и так же все подзывали к своим лавкам невероятными предложениями. Не поверив, что тигры умеют торговаться с зебрами, Софи ахнула от такой идиллии и гармонии.
— Попрошу не мечтать так сильно, — прервал радость Софи Нолан, — У нас ещё дел по горло.
— Нолан, мне вот стало интересна одна вещь, — спросила Софи, посмотрев на мясной прилавок, — а чьё мясо вы едите?
Посмотрев на кролика, Софи увидела пустое и безжизненное выражение лица. Его взгляд был примагничен к земле. Лисица начала догадываться.
— Неужели вы…
— Да. Мы едим себе подобных. Правильно подумала.
Софи удивилась этому и внезапно из её желудка донеслось очень не приятное желание. Нолан, заметив это, взял её за плечи и сказал:
— Н-нет, нет! Ты не так подумала! Успокойся. Сейчас блевать не стоит. Потом об этом расскажу.
Отдышавшись, Софи спросила:
— Нет. Прошу расскажи сейчас. Я хочу знать правду.
— Хорошо, только пообещай мне не блевать, лады?
— Угу…
— Идём дальше, по пути расскажу.
Взяв Софи за лапу, как истинный джентельмен, Нолан начал рассказывать.
— Мы поедаем не себе подобных, то есть разумных или около разумных зверей, а Одичавших — тех, кто утратил последние остатки подаренного разума. По исследованиям, проведёнными учёными-зверьми, было выявлено, что употреблять таких в пищу можно. Они не дают никаких неврологических болезней, как бы то было, если бы я например пошёл против своей природы и начал есть других кроликов. Это было бы для меня смертельно.
— А почему, например, такое травоядное как ты, можешь вообще есть мясо? Тогда получается, что ты всеядный по такой логике, — сказала Софи, еле-еле держа всё в себе.
— Было бы правильно, но я ем мясо редко. Даже одичавших. А из-за того, что ем редко — считать что была одноразовая акция для моего организма. Можно сказать, День Благодарения у вас, но у меня это сладкая ножка одичавшей курицы на вечер, и то сильно обработанная, — сказал Нолан, пустив слюну.
— Понятно. М-можно сменить тему разговора? — нервно спросила Софи.
— Конечно. Я и сам не очень то люблю такую тему. А на какую ты хочешь?
Подумав, Софи ответила:
— Как тут одеваются женщины?
— Посмотри вокруг и поймёшь.
Софи посмотрела. Увидела лишь только зверей, которые одевали на себя человеческую одежду на свои звериные тела. Софи поняла, что можно одеваться так же, как она это делала в человеческом облике. Поэтому, как она думает, проблем не возникнет.
— О! Вот мы и пришли. Лавка Лучио. Хороший вариант, если Фролло по каким-то причинам будет занят. Как раз для нас. И дёшево и не позорно. Заходи.
Он открыл дверь и впустил первую Софи, после же сам зашёл в дверь, на которой было написанно: «Лавка одежды и обуви Лучио Винцеди».
Зайдя, Софи уже не слышала шума на улице и в лавке было так тихо. Тёмно-зелёные обои и множество одежды и обуви на паре стен были красиво разложены, что создавали ощущение не типичного захолустного ларька с одеждой, а премиального, для тех, человеческих, лет. Тишину нарушил Нолан, крикнув:
— Друг Лучио, ты здесь?
Из-за дверного проёма за кассой, вышел баран с пышными, слегка сероватыми, клубами шерсти и в очках на его чёрной мордочке.
— B-b-bonne Gras-s-sia, Нолан. Что ты хочешь сегодня-я-я? — спросил он уверенно и с улыбкой на лице.
— Мне бы одёжку для моей подруги лисицы подогнать. Не знаешь ли, что нибудь строгое и незаметное по цветам?
— Бе-е! Лиса! — недовольно посмотрел на Софи Лучио, — Ну ладно, так и быть. Потолок цены?
— Думаю… — сказал Нолан и достав кошелёк, посчитал и ответил: — Двадцать баксов, сойдёт?
— Да. Только вот за качество, боюсь, стоит побеспоко-о-оится, — сказал Лучио и ушёл обратно в свою подсобку.
Нолан посмотрел на Софи и усмехнулся:
— Не обращай внимания. Он так же как и все травоядные себя ведёт, поэтому не злись на него.
— Я и не злюсь, Нолан, — ответила Софи, скромно взявшись за его рукав, — просто меня это нервирует и беспокоит. Ничего более.
— Привыкнешь. Был у нас один хищник, как раз перед твоим появлением он переехал в центр города, — сказал Нолан, указав пальцем в сторону предположительного центра.
Тут вышел Лучио и принёс два платья. Оба были чёрные, и как заметила Софи, больно уж вызывающих. Баран дал их в лапы Софи и сказал:
— Приме-е-ерочная справа от тебя по корр-и-идору.
Софи кивнула и направилась в сторону двух дверей, в одну из которых она и зашла. Закрыв дверь на замок, она начала снимать с себя куртку. После же обернулась и тихо ахнула. Она впервые заметила себя в полный рост.
Худощавая лисица, с тонкой мордочкой и с такими же «волосами» как и у Нолана, только рыжими. Лапы её были массивные, это она и так заметила, когда собиралась в комнате Нолана, но посмотрев сейчас, она убедилась, что они чуток больше её тела, что не должно быть. Но на них было три больших пальца с подушечками.
Дальше Софи решила осмотреть свою мордочку. Красивые и большие апельсиновые глаза, которые были ей как раз, большие лисьи ушки с чёрными кончиками.
Дальше в основном Софи и так знала. Тонкие четыре пальца на руках и тоже с чёрными кончиками, а так же с маленькой грудью. Тут лисица вспомнила, что не подумала о них сначала. Они были на столько маленькие, что Софи на уровне инстинктов стало как-то обидно. Нахмурившись, она убрала мех на уровне груди и заметила их, поэтому вопросов у неё больше не было.
Повесив куртку на крючок слева, она взяла первое платье и одела его. Как она и догадывалась, оно было больно уж откровенным. Чёрное, с проблесками синего, платье выглядело сильно укороченным. Только сумочки и туфель не хватало для такого комплекта. Это Софи не понравилось и она сняла его и одела другой.
Тут уже было получше. Платье было чуть длиннее предыдущего, но выглядело как подобает нормальной девушке. Такое же чёрное, но уже просто глянцевое платье, которое имело два коротких рукава и красивый вырез над грудью. Оно очень даже понравилось Софи и она, смотря на себя в зеркало начала улыбаться и наигрывать радостную мелодию. Мило хихикнув она, послала воображаемый поцелуй в зеркало и тут же замерла.
Внезапно ей показалось, что что-то тут не так. Как будто бы она этого делать не должна. Ей вдруг стало стыдно и она, встав солдатиком, начала гладить левую руку. Софи стало очень-очень стыдно, но за что она не поняла.
Похлопав по своим щекам, она посмотрела вниз и поняла. У неё нет женских туфель. Она приоткрыла дверь и крикнула:
— Нолан, подойди сюда, пожалуйста.
Кролик тут же подскакал и спросил через щель:
— Что случилось, Софи?
— Я тут подумала, что это платье не идёт в сочетаний с твоими туфлями. Не мог бы ты подыскать вместе с Лучио мне такие же чёрные туфли, пожалуйста?
— А у тебя какой размер? — спросил Нолан.
— Я не знаю, прости, — ответила Софи.
— Покажи свою лапу.
Софи приоткрыла дверь и показала свою ногу.
— Ага… Лучио, можешь принести мне женские туфли сорок восьмого размера?
— Для лисицы?
— Да, — произнёс Нолан и, развернувшись, пошёл к кассе.
Софи продолжала смотреть в щель. Из подсобки выходит баран и отдаёт туфли Нолану, что-то добавляя ему. Нолан же громко воскликнул:
— Сколько?! О боже, на неё вся моя копилка уйдёт!
Лиса, нервно дрожа, поняла, что Нолану надо будет отплатить, но чем, она не знает. Что поделаешь… факт есть факт. Надо достать денег на оплату долга. Иначе Нолан пришвартует её к стене, как Рона. Сам же кролик уже подошёл и говорит:
— Одевай. И если ты определилась с выбором, то лучше выходи, иначе этот баран меня до последнего цента обкрадёт.
Софи послушалась и взяв коробку, открыла и достала от туда обычные чёрные туфли и надела на свои лапы. Какого было её удивление, когда они оделись легко и оказались ей прям как раз. Как будто бы у неё и вправду сорок восьмой размер ноги.
Она вышла и увидела явно сердитого Нолана, который пялил прямо на неё.
— Я уже всё оплатил. Теперь идём на выход и не забудь отдать второе платье.
Подойдя к кассе, Софи положила на стол платье и тихо сказала: «Спасибо.» Дверь со звоном колокольчика открылась и Софи снова увидела дневной свет.
— Итак, Софи, смотри сюда, — обратился к ней уже спустившийся по ступенькам Нолан, — я сейчас на мели. Всё благодаря твоим хотелкам и жадности этого барана. Поэтому ты мне должна как минимум пятьдесят долларов. Отработаешь одно дельце со мной и Роном — вернёшь долг.
— Хорошо, только можешь сказать своему дружку, чтобы меня не провоцировал? — уверенно и улыбаясь ответила Софи.
Нолан развёл руками и широко улыбнулся:
— У нас с ним общий язык…
*** — Ай! Ой! Да всё! Хватит уже! Я всё понял!
Нанеся последний удар, Нолан отпустил Рона, который еле-еле стоял на ногах. Они находились в одном из тёмных переулков, и сейчас они будут выполнять одно дело, которое поручил им какой-то зверёк на районе. Он попросил Нолана и Рона добыть пять килограмм меди, благодаря которому они и заработают шестьдесят долларов. Это неплохие деньги, как казалось, за простую работу.