Гитара в литературе

Молодым гитаристам и всем поклонникам гитары

Посвящается талантливому гитаристу и композитору Денису Асимовичу

ОТ АВТОРА

Впервые я познакомился с классической гитарой, когда начал преподавать сочинение музыки молодым гитаристам Валерию Живалевскому, Владимиру Захарову, Денису Асимовичу – будущим лауреатам международных конкурсов. Мне открылся ранее неведомый мир звуков, гармоний и мелодий чудесного испанского инструмента!

Помню, как однажды бродил по лесу, любовался красотой природы, а в душе зрели восторженные слова о гитаре, готовые вылиться на бумагу.

Это были счастливые минуты!

Позже мне захотелось переложить для гитары отдельные номера из моей оперы. Но – увы! – не получилось.

Выручил преподаватель Белорусской академии музыки Валерий Живалевский. Он сделал замечательные транскрипции моих пьес и сыграл их на сцене республиканской филармонии.

Я снова пережил минуты восторга!

Шло время.

Известный гитарист Денис Асимович обратился ко мне с просьбой написать книгу о гитаре. Я не мог отказать ему, ибо знал, что новая встреча с волшебницей-гитарой будет такой же радостной, как и все предыдущие.

ГЛАВА ПЕРВАЯ. XIII-XVIII ВЕКА. ПРОБУЖДЕНИЕ

АЛЬФОНС Х

Альфонс X Мудрый (1221-1284) – король Кастилии и Леона с 1252 года. Отвоевал у арабов Херес, Кадис. Централизованная политика Альфонса Х натолкнулась на сопротивление знати, в 1282 году фактически был лишен власти.

Гитара, как и любое творение рук человеческих, из века в век

преображалась. Каждое новое поколение людей вносило в ее конструкцию какие-то изменения и улучшения. История доработок гитары еще ждет

своего исследователя, но кое-что уже сделано. К примеру, на тщательно прорисованных заставках, украшающих пергаментный экземпляр

рыцарских романсов «Песни Святой Марии», автором которых является

король Альфонс Х Мудрый, встречаются изображения гитары. Нетрудно разглядеть ее разновидности: примитивную, названную в специальной литературе мавританской, и более совершенную, латинскую. Порой плохо различимы детали

инструмента, хотя любопытнейшее это дело – рассматривать старинные миниатюры!

АДЕНЕ ле РУА

Руа, Адене ле (ок.1240-ок.1300) – французский поэт. Последний из великих труверов, автор стихотворных романов «Берта Большеногая» и других.

Литературные источники свидетельствуют, что в середине XIII века на гитаре играли в основном деревенские музыканты. Иногда когото из них брали на придворную службу. Так, в «Романе о Клеомадесе» (конец XIII столетия) его автор, Адене ле Руа, описывает жизнь некоего королевского двора. После обильной трапезы музыканты развлекают пирующих. «…Для гостей отобедавших пели / Под аккорды негромких гитар / Приглашенные в зал менестрели, / И, ценя их божественный дар,

/ Гости слушать певцов были рады / И другой не желали услады…»

Не обходились без гитаристов и во время празднеств, ежегодно устраиваемых в замке. «…Был обед приготовлен на славу, / Ждали всех развлеченья, забавы, / Все, чем праздник прекрасен и мил, / Ведь король музыкантов любил / И для них покровителем был. / При дворе содержали лютнистов / И искусных в игре гитаристов…»

Как видим, гитаре уже в те далекие времена отводилось достойное место в высшем обществе!

ДАНТЕ АЛИГЬЕРИ

Данте Алигьери (1265-1321) – итальянский поэт, создатель итальянского литературного языка. В юности примкнул к школе «дольче стиль нуово» (сонеты, воспевающие Беатриче, автобиографическая повесть «Новая жизнь», 1292-1293, издание 1576). Философские и политические трактаты («Пир», не закончен, «О народной речи», 1304-1307, издание 1529, «Послания», 1304-1316). Вершина творчества Данте – поэма «Божественная комедия» (1307-1321, издание 1472) в 3 частях («Ад», «Чистилище», «Рай») и 100 песнях, поэтическая энциклопедия средних веков. Оказал большое влияние на развитие европейской культуры.

«Божественная комедия» Данте косвенно свидетельствует о музыкальных пристрастиях поэта. «Поистине улыбки был достоин / Его ленивый вид и вялый слог. / Я начал так: «Белаква, я спокоен / За твой удел; но что тебе за прок / Сидеть вот тут? Ты ждешь еще народа / Иль просто впал в обычный свой порок?» Известно, что прославленный поэт вывел в трилогии многих своих знакомых, и Белаква – не исключение. Этот флорентинец выделывал грифы к лютням и гитарам, а Данте с ним дружил и очень любил послушать его игру.

Кто знает, сколько звучных терцин поэмы были вдохновлены гитарой!

ХУАН РУИС

Руис, Хуан (1283-ок.1350) – испанский поэт. В поэме «Книга благой любви» (ок.1343)

–

конфликт возвышенного, аскетического и чувственного понимания любви.

Гитара была непременным атрибутом молодого красивого идальго. Вот как Хуан Руис описывает своего героя: «Высокий, крепкий, ходит он степенно, / Ступает важно, как павлин надменный. / Большая голова на низкой шее, / Крутые волосы угля чернее, / Нос маленький, а рот большой и алый, / Две алые губы, как два коралла… / Всегда любезный и всегда приятный, / Играет на гитаре, знает песни, / Он шутками всех шутников известней».

Герой Руиса – монах, а его страстная любовь к юной монашке все-таки осталась целомудренной, не запятнанной плотским соблазном. В этой ситуации гитара несет на себе «светскую» нагрузку, выступая в роли искусительницы.

В исследовании о «канте хондо» композитор Мануэль де Фалья приводит любопытные строки испанского поэта Хуана Руиса, свидетельствующие о том, что арабские музыканты использовали гитару особой конструкции, несколько отличную от европейской: «Там слышится резкий звук мавританской гитары, / Так остро выделяющийся среди голосов, причудливый среди звучаний, / Дородная лютня, аккомпанирующая веселью, / Латинская гитара, собирающая толпу».

Хуан Руис делает различие между гитарой мавританской и латинской. У каждой из них – своя публика.

ГИЛЬОМ де МАШО

Машо, Гильом де (ок.1300-1377) – французский поэт и композитор,       представитель

      «

арс       нова».

      Лирические стихотворения,

      аллегорические

      поэмы

      («Книга

      о действительно

      случившемся»,

      1365).

      В

      музыкальных произведениях

      одноголосие

      (традиция

музыкальнопоэтического       рыцарского

      искусства)

      сочетается

      с полиф

оническими приемами.

В хорошо известном «Взятии Александрии» Гильома де Машо сцена шумного победного торжества не обходится без упоминания гитары. «…Все инструменты оказались в сборе. / Орган могучий рядом с цистрой старой, / В соседстве с лютней – арфа и труба, / Отдельно красовались две гитары, / В чьих струнах страсть, и радость, и мольба.

/ Здесь были также бубны и цимбалы…»

Колоритная поэтическая зарисовка показывает, как широко была распространена гитара в Европе эпохи Раннего Возрождения, когда восходила звезда Петрарки и Боккаччо.

ДЖОВАННИ БОККАЧЧО

Боккаччо, Джованни (1313-1375) – итальянский писатель, гуманист Раннего Возрождения. Поэмы на сюжеты античной мифологии,       психологическая

      повесть

      «

Фьямметта»       (1343, опубликована в 1472), пасторали, сонеты. В главном произведении «Декамерон»

      (1350-1353,

      опубликовано

      в

      1470)

      –

      книге реалистических новелл, проникнуты

х идеями гуманизма, духом свободомыслия и антиклерикализма, неприятием аскетической морали, жизнерадостным юмором, – многоцветная панорама нравов итальянского общества. Поэма «Ворон» (1354-1355, опубликована в

1487), книга «Жизнь Данте Алигьери» (ок.1360, опубликована в 1477).

Одна из новелл «Декамерона» Боккаччо доказывает, что гитара уже в середине XIV века была повсеместно распространена в Италии. Некий художник влюбился в молодую сеньориту, однако робеет перед ней. Тогда его коллега решается дать совет. «По дороге во Флоренцию Бруно сказал Каландрино: “Она тает от твоих взглядов, как лед на солнце, можешь мне поверить. Захвати-ка с собой гитару и спой любовные песенки – вот ей-богу, она выпрыгнет к тебе в окошко!”»

Совет оказался удачным. Действительно, прошло совсем немного времени, и роман завершился счастливой развязкой, когда Никколоза молвила: «Милый ты мой Каландрино, сердце мое, душа моя, отрада моя, услада моя! Наконец-то ты мой, наконец-то я могу прижать тебя к своей груди! Ласковыми своими речами ты из меня веревку свил, игрою на гитаре ты меня приворожил. Неужто взаправду ты мой?»

Пылкость чувства и возвышенная музыка творят чудеса! Эту истину надолго усвоили романтические поклонники прекрасного пола.

ПЬЕР де РОНСАР

Ронсар, Пьер де (1524-1585) – французский поэт, глава

«Плеяды». В сборниках «Оды» (1550-1552), «Гимны» (1555-1556), «Сонеты к Елене» (1578) выражены гуманистические идеалы Возрождения. Трактат «Краткое изложение поэтического искусства» (1565).

Гитара была особо почитаемой при дворе Франциска I. Знаменитый поэт Пьер Ронсар посвятил ей целую оду: «Моя гитара, славлю вновь тебя я! / Любим я – и звенит струна твоя, / Звенит, когда, отвергнутый, страдаю. / Когда страстями раздираем я / Тебя, мою заветную гитару, / Я как зеницу ока берегу…»

Здесь гитара – спутница счастливой и несчастной любви.

МИГЕЛЬ де СЕРВАНТЕС

Сервантес, Мигель де (1547-1616) – испанский писатель.

Пасторальный роман «Галатея» (1585), патриотическая трагедия «Нумансия», «Назидательные новеллы» (1613), «Новые восемь комедий и интермедий» (1615), любовно-приключенческий роман «Странствия Персилеса и Сихизмунды» (опубликован в 1617).

Главное произведение – роман «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский» («Дон Кихот», Ч.1, 1605, Ч.2, 1615), в котором органически сочетаются реализм, героика и романтика, – одно из выдающихся сочинений эпохи Возрождения, оказавших большое влияние на мировую культуру. Пародируя рыцарский роман, Сервантес дал широкую картину жизни Испании, трагикомично

изобразил мир непрактичного духа и бездуховной практики. Образы странствующего рыцаря Дон Кихота и его оруженосца Санчо Пансы стали нарицательными.

Крайне любопытно узнать, в каком качестве выступает гитара в самой известной испанской книге – «Дон Кихот» Сервантеса. В конце первой части романа читаем о солдате, который бахвалится своими мнимыми подвигами. «Держал он себя развязно, с невиданною наглостью, и хвастал, что его рука – вот его родная мать, его дела – вот его родословная и что когда он в солдатском мундире, то ему и король не король». А далее приводятся забавные штрихи портрета: «Самоуверенность его питалась еще тем, что он был немного музыкантом и так умел бренчать на гитаре, что, как уверяли некоторые, гитара у него прямо так и разговаривала. Но этого мало: он обладал еще даром стихотворца и по поводу всякой безделицы, случавшейся в нашем селе, сочинял романсы в полторы мили длиной». В этого франта по имени Висенте де ла Рока влюбляется дочь зажиточного крестьянина и убегает с ним в горы. Там удалой солдат отнял у нее деньги и драгоценности, а сам, не покусившись на ее честь, запер несчастную в пещеру, после чего унес ноги.

По милости автора романа гитара оказалась в недостойных руках и сыграла неблаговидную роль.

Еще один обольститель юных красоток обрисован Сервантесом во второй части «Дон Кихота». Некий привлекательный кабальеро своей молодостью и необыкновенными способностями соблазнил очаровательную принцессу. Добился он этого благодаря тому, что «гитара у него в руках прямо так и разговаривала, да к тому же он был стихотворец, изрядный танцор и умел мастерить клетки для птиц…» Его песня дуэнье принцессы показалась «перлом создания», в котором было столько отчаяния: «Ранен в сердце я прекрасной / Ненавистницей моей / И – что вдвое тяжелее – / Должен боль терпеть безгласно». А вот глубокомысленные фразы: «Смерть! Конец приуготовь / Мне с такою быстротою, / Чтобы, насладясь тобою, /

Благом жизнь не счел я вновь…»

Именно эти строки, их подтекст должна комментировать гитара. Поэтому Сервантес и употребляет несколько неожиданное слово «разговаривает» применительно к гитаре.

Чем закончился флирт кабальеро и принцессы, догадаться нетрудно: инфанта забеременела. Ее и безродного дворянина тайно венчают, после чего королева, не выдержав позора, умирает, а лиходей-волшебник заколдовывает молодоженов прямо на могиле матери: «Инфанту превратил в медную, а дона Треньбреньо – в страшного крокодила из какого-то неведомого металла…»

Имя героя данной истории исходит от пренебрежительного междометия «трень-брень», каким характеризуют неумелый, беспомощный перебор струн. Таким образом, важная роль гитары в разъяснении смысла хорошего стихотворного текста тут же перечеркивается иронией Сервантеса. С его легкой руки сотни писателей и поэтов позднее начали говорить о ней, как об инструменте, пригодном всего лишь для бряцания.

Взгляните, как Сервантес устами студента описывает юношу, богато одаренного природой: «Басильо – самый ловкий парень, какого я только знаю, здорово мечет барру, изрядный борец, в мяч играет великолепно, бегает, как олень, прыгает, как серна, кегли сбивает точно какой волшебник, поет, как жаворонок, гитара у него прямо так и разговаривает, а главное шпагой он владеет – лучше нельзя».

Эта филиппика свидетельствует о том, что гитара была весьма популярна в Испании XVI-XVII веков и частенько являлась собеседницей, другом влюбленных молодых людей. Она не пела, а «разговаривала», то есть обращалась не только к чувствам, но и к мыслям человека. Сервантес, похоже, подчеркивает ее интеллектуальное начало. И действительно, гитару не встретишь на шумных деревенских свадьбах среди рожков, волынок, тамбуринов, гуслей, свирелей, бубнов и погремушек. Автор «Дон Кихота» почему-то не говорит о ней, перечисляя простенький состав сельских оркестров.

Как-то Дон Кихот небрежно промолвил: «Все или почти все цирюльники – гитаристы и стихоплеты».

Это замечание Рыцаря Печального Образа еще раз говорит нам о том, что гитара в Испании сервантесской была весьма доступным инструментом.

ЛУИС де ГОНГОРА

Гонгора, Луис де (1561-1627) – испанский поэт. Поэма «Полифем» (1612-1613), сборник «Сочинения в стихах испанского Гомера»       (опубликован

      в

      1627),

      для

      которых

      характерен вычурный, нароч

ито усложненный поэтический язык. Имел последователей среди поэтов Испании и Латинской Америки (аристократическая поэтическая школа – гонгоризм).

В сатирических куплетах «Летрильи» Луиса де Гонгоры упоминается и гитара, и серенады под ее звуки: «Что гитара до рассвета / Может тренькать то да это, / Что ж. / Но что нас не доконали / Упражнения канальи – / Ложь… / Что внимает серенаде / Менга со слезой во взгляде – / Что ж. / Но что ей не снится проза / Вроде денежного воза – / Ложь…»

Как видим, автор исполнен скепсиса, он весьма невысокого мнения как о гитаре в руках невежды и нахала, нарушающего ночной покой, так и о сребролюбивой «даме сердца», которой посвящена «любовная песнь».

Приведем еще один образчик поэзии Луиса де Гонгоры: «Расфуфыренные хваты / Разодеты в прах и дым: / Предков, мол, не посрамим. / Те и впрямь аристократы, / Но носили чаще латы, / Чем крахмальный воротник. / Восемь фиг. / В битве с одного удару / Сей храбрец сражает трех. / Только этот пустобрех / Брешет с винного угару: / Мастер петь он под гитару, / Но не слышал пенья пуль. / Девять дуль».

В этом отрывке тоже немало яду. Насмехаясь над хвастуном и трусом, именующим себя «храбрым идальго», стихотворец, походя, поносит также ни в чем не повинную гитару. А это уже несправедливо по отношению к чудесному инструменту!

Стихи Луиса де Гонгоры пользовались необыкновенной популярностью в Испании. Их мелодика и жизнерадостный юмор не могли оставить аудиторию равнодушной. Возьмем отрывок из песни о несчастном влюбленном: «Сколько раз о полночь / Пел я под гитару: / – Дай воды, сеньора, / Гибну от пожара! – / Ты не помогла мне, / Черствое созданье, / Лишь сосед на помощь / Подоспел с лоханью… / Что ж – прощай, сеньора, / Ты добра со мною: /

Обогреешь летом, / Снега дашь зимою…»

Пожар любви был потушен самым оскорбительным образом: певца с гитарой окатили из окна помоями.

Традиции бардовской песни очень давние – достаточно вспомнить Гомера и прочих древнегреческих кифаредов. Не был исключением и Луис де Гонгора, который обычно пел свои стихи под гитару. Нужны доказательства? Пожалуйста. Вот зачин одной из его баллад: «Я про Фисбу и Пирама / С позволения гитары / Вам поведаю – про верность / И страданья юной пары».

Несложно представить себе испанского поэта с гитарой в руках.

ЛОПЕ де ВЕГА

Вега, Лопе де (1562-1635) – испанский драматург. Крупный представитель Возрождения. Автор свыше 2000 пьес (500 из которых изданы), романов, стихов. В том числе – историческая драма «Великий герцог Московский» (1617), социальные драмы «Кровь невинных» (1623) и «Звезда Севильи» (1623), народногероическая драма «Саламейский алькальд» (написана до 1610) и «Фуэнте Овехуна» (1619), комедии о любви «Собака на сене» (1618), «Учитель танцев» (1593).

В пьесе Лопе де Веги «Учитель танцев» главный герой, дворянин Альдемаро, попадает в дом к любимой девушке, представившись ее отцу простым музыкантом. Готовясь к первому уроку, он настраивает гитару и по ходу дела излагает притчу применительно к ней: «Таит божественные звуки / Душа моя, как инструмент: / И вот теперь в один момент / Она к любви попала в руки…» Здесь же драматург выстраивает ряд параллелей между пятью человеческими чувствами и струнами гитары (надо помнить, что в те времена этот инструмент был пятиструнным): «Пять струн – пять чувств. / Во-первых, зренье. То – прима: надо увидать / Предмет любви, чтобы отдать / Ему навеки поклоненье. / Секунда – это будет слух. / Согласно с зреньем чувство это / В вопросе выбора предмета, / Не разделяем мы их двух. / Поставим третьим – обонянье: / Как терция, оно звучит, / Любимой аромат таит / В себе всю силу обаянья. / Над нею кварта верх берет, / Земное страстное желанье, / А это, чувство осязанья, / Невольный страх с собой несет. / К нему же квинтой будет бас, / То чувство вкуса, и известно, / Что с осязанием совместно / Оно является у нас. / Когда, как нежным дуновеньем, / Любви небесная рука / Тех струн касается слегка, / Дано звучать им вдохновеньем / И песни рая вызывать. / Но ревности жестокой муки / Способны исказить те звуки / И струны навсегда порвать…»

Великий испанец своеобразно и весьма тонко охарактеризовал исполнительские возможности гитары.

Гитара часто звучит там, где разыгрываются любовные драмы. Для графини Дианы, главной героини пьесы Лопе де Веги «Собака на сене», свет кажется не мил, как только поклонник отворачивается от нее. Даже песня не в силах увлечь ее. Служанка Анарда возражает госпоже: «Любовь и музыка созвучны. / Что нагадает нам гитара?» И за сценой звучит: «О, если б можно, если б можно было, / Чтоб самовольно сердце разлюбило! / Зачем, зачем того не может быть, / Чтоб самовольно взять и разлюбить!»

Звуки испанского инструмента и мудрые слова романса в иных ситуациях способны врачевать разбитые сердца.

ТИРСО де МОЛИНА

Молина, Тирсо де (Габриель Тельес, ок.1583-1648) – испанский драматург. Эстетические принципы ренессансной драмы сочетал с духом барокко. Драма «Севильский озорник, или Каменный гость» (1630) – первая драматургическая обработка легенды о Дон Жуане.

Менее десяти лет отделяют появление пьесы «Севильский озорник» Тирсо де Молины от выхода в свет второго тома «Дон Кихота» Мигеля Сервантеса. Герой Молины – развратный Дон Хуан, Сервантеса – целомудренный Рыцарь Печального Образа. Нравственный облик двух бессмертных персонажей диаметрально противоположен.

В обоих произведениях гитара возникает эпизодически, занимая довольно-таки скромное место в жизни общества. В «Севильском озорнике», например, она фигурирует в сцене из быта рыбаков. Доверчивая и трогательная Тисбея говорит о любви преданного ей Анфрисо: «И все ж, чуть день погаснет, / Он бродит неизменно / Под окнами моими. / От холода немея, / А утром, с ближних вязов / Охапку веток срезав, / Мой дом украсит ими, / Как праздничной одеждой. / Порой он на гитаре / Иль камышовой флейте / Дает мне серенаду, / Мое не тронув сердце…»

Больше гитара в знаменитом сюжете о Дон Хуане и Каменном госте не появляется! Довольно странно, если учесть, что герой Молины – прославленный сердцеед. Уж кому-кому, а этому идальго без гитары и серенад обойтись было бы трудно!

ФРАНСИСКО КЕВЕДО

Кеведо,       Франсиско

      (1580-1645) –

      испанский писатель. В плутовском романе «История жизни пройдохи по имени дон

Паблос» (1626), цикле социально-политических       памфлетов

«Сновидения» (1627), сборнике новелл «Час воздаяния, или Разумная Фортуна» (опубликован в 1650) создал сатирическую панораму Испании XVII века.

С лукавой иронией Франсиско де Кеведо, современник и ярый противник Луиса де Гонгоры, обращается к красавице, «утратившей былую

прелесть»: «Какая тягостная тишина / Теперь, Лаура, под твоим балконом, / Где так недавно голосам влюбленным / Гитары томной вторила струна. / Но что поделать? Бурная весна / Впадает в осень, и по всем законам / Мертвеет свет зари в стекле оконном, / А кровь и кудри метит седина».

У обоих стихотворцев-сатириков, Кеведо и Гонгоры, гитара низводится до уровня инструмента, чье единственное предназначение – аккомпанировать серенадам под окнами прелестных дам. И такой взгляд свойствен едва ли не всей испанской поэзии! Пожалуй, лишь Федерико Гарсиа Лорка был первым, кто сумел разгадать тайны души и неизъяснимую прелесть гитары.

Франсиско Кеведо в своих «Сновидениях», запрещенных инквизицией, высмеивает многие людские пороки, и почему-то особенно достается от него парикмахерам. «Тут вдруг грянули гитары, да многое множество. Я малость повеселел. Слышались сплошные пассакальи да ваки.

–

Провалиться мне на месте, если это не цирюльники! Тут они самые и входят.

Чтоб угадать, особой смекалки не требовалось. У этой братии пассакальи в крови, и гитара им по чину положена. Стоило послушать, как одни бренчат, а другие наяривают. Я приговаривал про себя: