Сердце Лисы. Менталистка для Ученого
- -
- 100%
- +
– Хотела, – согласилась я. – Но не хочу идти туда, где сейчас Феликс и его компания. Тогда я, скорее всего, стану одним из цирковых артистов для них.
– Не волнуйся, все будет хорошо, – пообещал мне Гера и я почему-то поверила ему.
Мы шли по каким-то мрачным и узким коридорам, которые петляли так, что не уверена, что сама я нашла бы обратную дорогу. Зашли в какой-то небольшой темный чулан и Герман подвел меня к стене.
– Смотри! – сказал он и отодвинул металлическую пластину на этой самой стене.
Открылось небольшое отверстие, в которое я тут же заглянула и ахнула. Через это отверстие как на ладони был виден банкетный зал, а главное – сцена с выступающими артистами. Поскольку чулан этот, похоже, находился на уровне второго этажа сбоку от сцены, представление было отлично видно. Думаю, я его могла видеть даже лучше тех, кто находился сейчас в зале.
– Здорово! – с восхищением выдохнула я.
Герман тут же пододвинул ко мне какой-то высокий стул типа барного и сказал:
– Садись поудобней и смотри. А мне придется пойти к гостям. Но я ненадолго, постараюсь как можно быстрее вернуться. Надеюсь, твои родственники тебя за это время не потеряют?
– Тетя Эмилия вряд ли вспомнит обо мне до самого отъезда. Как, впрочем, и ее муж с дочерью. А вот Феликс вряд ли забудет про свою любимую дичь, за которой он любит охотиться. Но это уже его проблемы, – ответила я.
– Ну тут он тебя не найдет! – уверенно ответил Гера. – Так что сиди, отдыхай, и смотри представление.
С этими словами он покинул темный чулан, а я осталась наблюдать в небольшую дырочку в стене за выступлением акробатов, клоунов и фокусников. Обычно на такие представления меня с собой не брали, а если и брали, то либо усаживали в такое место, что мне ничего не было видно, либо Феликс устраивал какую-нибудь гадость вроде запихнутого мне за шиворот таракана и мне было не до зрелищ. Так что на этот раз я насладилась мероприятием по полной.
Я видела также, как в зал вошел Герман в сопровождении хозяев дома и в антракте женщина представила его, как их старшего сына, молодого графа Шувальского. Я даже ахнула от изумления – вот уж не думала, что этот Гера – сын самого хозяина. Только теперь у меня в голове состыковались обращение слуг к нему, как к молодому господину, и весьма обширные покои парня. Да и лаборатория его стоила, я подозреваю, немало.
Я вздохнула и продолжила смотреть выступление цирковых артистов – когда еще мне повезет спокойно посмотреть такое! Ближе к его окончанию Герман вернулся в мой чуланчик и проводил меня в зал к гостям, где находились мои родственники, которые уже планировали собираться домой. Это был очень удачный момент, чтобы явиться пред ясны очи тети Эмилии: с одной стороны она еще не успела потерять меня, а с другой стороны, Феликс уже не успел устроить мне очередную гадость.
В следующие несколько месяцев артефакт, подаренный мне Герой, существенно облегчил мне жизнь: стоило Феликсу направиться на мои поиски, чтобы сделать мне очередную гадость, при достаточном его приближении камешек, который я держала в кармашке своего платья, начинал слегка вибрировать, сигналя мне о надвигающейся опасности. Я даже спать ложилась, сжимая в кулаке камень, что не раз защитило меня от различных ночных набегов кузена: я успевала забаррикадировать входную дверь мебелью, либо спрятаться куда-нибудь под кровать.
А потом произошло то, что в очередной раз изменило мою жизнь.
Однажды тетя Эмилия вызвала меня в гостиную и начала отчитывать за недостаточное прилежание в учебе. Не то чтобы ее особо волновала моя успеваемость, но иногда на нее нападало дурное настроение и в такие моменты она предпочитала заниматься моим воспитанием.
Тетя сидела в кресле, а я стояла перед ней навытяжку, опустив голову и нервно переплетя пальцы рук в замок. Муж тети, дядя Брюс сидел в другом кресле и читал газету, не обращая на нас внимания.
– Ты доведешь меня, дрянная девчонка, – уже срывалась на крик тетя. – Раздену тебя и выпорю по заднице!
– Как это делал с вами вчера наш сосед, господин Бражников? – почему-то ляпнула я.
– Ч-ч-что? – изумленно вытаращилась на меня тетя, задохнувшись очередной тирадой.
– Ну вы стояли голая перед ним на четвереньках, а сосед шлепал вас по попе. Ой, – вдруг поняла я еще одну вещь, – только он почему-то тоже голый был.
Дядя Брюс, опустив газету, с открытым от удивления ртом посматривал то на меня, то на тетю.
– Да что ты несешь? – возмутилась взбешенная и уже не контролирующая себя тетя. – Как ты вообще могла такое увидеть? Мы же закрылись в спальне на замок!
И тут же прикусила язык, поняв, что проболталась.
– Эмилия! – грозно вдруг прорычал дядя Брюс, краснея от ярости.
– Пошла вон! – рыкнула на меня тетя и я постаралась покинуть гостиную как можно скорее.
Я уже со всех ног неслась по коридору, слыша из гостиной громовые вопли дяди и жалобный вой тети.
Как я смогла увидеть все это, я не знаю. Просто вдруг у перед глазами предстала картина, словно увиденная глазами моей тети: она смотрела в большое, во всю стену зеркало в ее спальне, где отражались она, голая, и на четвереньках и позади нее сосед, тоже голый и шлепающий ее по попе. При этом тетя стонала. Наверное, ей было больно, подумала я. Хотя шлепал ее сосед просто ладонью, даже не ремнем.
Глава 6
В следующие несколько дней меня не допекали никакими нравоучениями. Я вообще в эти дни тетю Эмилию не видела. В гостиной она не появлялась, а завтракать, обедать и ужинать предпочитала у себя в спальне. Я сочла за лучшее ничего не спрашивать, но услышала, как Танита спросила у отца, почему их мать не принимает пищу со всеми в столовой, на что дядя Брюс буркнул, что его жена приболела и пока будет отлёживаться в постели.
Спустя несколько дней поздно вечером, пробираясь на кухню за булочкой, я услышала вдали голос тети Эмилии и поторопилась спрятаться в холле за портьерой, дабы меня не застали на месте преступления. Тетя шла через холл в сопровождении своей камеристки и что-то ей выговаривала. Я не удержала своего любопытства и выглянула в щель между шторами. При ярком свете ламп мне удалось хорошо рассмотреть огромный желтеющий синяк под глазом тети. Синяк также красовался на ее скуле, а руки и шея были спрятаны под очень закрытым платьем. Обычно тетя Эмилия предпочитала открытые платья, демонстрируя свою длинную шею и тонкие руки.
Увидев, что тетя идет в сторону кухни, красться туда я тут же передумала, решив, что лучше лечь спать голодной, чем попасться ей под горячую руку.
***
Мои странные видения по-прежнему посещали меня. Только теперь я начала понимать, что происходит.
Так, однажды я мчалась в учебную комнату, опаздывая на урок с учителем, и случайно на лестнице врезалась в Таниту. Кузина, которой на тот момент исполнилось тринадцать лет, настолько разозлилась, что замахнулась и врезала мне хорошую пощечину. И в тот самый момент, когда ее рука коснулась моей щеки, я вдруг увидела…
Я стала Танитой. Я была в платье Таниты, на мне были ее изящные туфельки, у меня были ее ухоженные руки с аккуратным маникюром. Я стояла в конюшне возле любимой кобылы Таниты и… целовалась с сыном конюха Архипом. Парню было пятнадцать лет и, кажется, ему нравилось целовать дочь хозяйки. Да и сама Танита явно получала удовольствие от этого процесса.
Очнувшись от своего видения, я взглянула на кузину и прошипела ей:
– Если ты еще раз притронешься ко мне, я всем расскажу о том, как ты целовалась с Архипом на конюшне!
Танита, уже было замахнувшаяся на меня другой рукой, вдруг замерла, ее губы обиженно скривились и дрогнувшим голосом она сказала:
– Откуда ты… ты подсматривала? Шпионка! Да тебе никто не поверит!
Я лишь усмехнулась:
– Может, и не поверят, но приглядывать за тобой станут гораздо внимательней.
– Сука! – рявкнула она и, отвернувшись от меня, быстрыми шагами пошла прочь.
Таким же образом я пригрозила Феликсу, что если он не прекратит свои издевательства надо мной, то его папочка скоро узнает, кто ворует его деньги из карманов. Я даже назвала место, где кузен хранит украденное. Место он, скорее всего, после этого разговора сменил, но издеваться надо мной стал гораздо меньше.
Однажды за ужином тетя снова завела разговор о том, что надо бы отправить меня в пансион, где, наконец, займутся моим воспитанием, поскольку ей сложно справляться с такой неуправляемой бестией. На что дядя заявил, что у него нет на это денег.
Честно говоря, я была бы не против пансиона, потому что было у меня крупное подозрение, что хуже, чем в доме у тети, просто быть не может, Потому и ляпнула, не подумав:
– Конечно, вы же все деньги проиграли вчера в этом… как его… в ка-зи-но. И даже тетину любимую брошь.
– К-к-какую брошь? – с подозрением посмотрела тетя Эмилия почему-то на меня.
– Ну такую, в виде прозрачного цветочка с красной серединкой! – ответила я.
Понятия не имела, как называются камни, из которых та брошь была сделана. А вот тетя, похоже, отлично знала стоимость этого украшения, потому что она тут же с подозрением воззрилась на дядю и грозно произнесла:
– Брюс!
– Дорогая, ты же не будешь верить этой несносной девчонке! – почему-то фальцетом возопил дядя.
– Сейчас я проверю и если ее нет на месте… – грозно заявила тетя.
– Милая, да она сама ее украла и на меня все сваливает! – попытался перевести на меня стрелки дядя.
– От этого сейфа ключи есть только у нас с тобой! – рявкнула тетя.
– Но дорогая! – продолжил что-то кричать ей дядя.
Мы с кузеном и кузиной тихонько выскользнули из-за стола и быстро отправились по своим комнатам, стараясь избежать участия в дальнейшем скандале, опасаясь, как бы не попало под горячую руку.
Весь вечер из комнаты дяди доносились визгливые возмущенные вопли тети, звон бьющейся посуды и грохот ломающейся мебели. Слуги, как и мы, дети, старались обходить эту часть особняка стороной и оставаться как можно менее заметными.
А рано утром меня разбудила служанка:
– Госпожа Лиза! Вставайте! Вам скоро ехать.
На столе меня уже ждал простой завтрак, а на полу стоял небольшой чемодан, в который служанка складывала мои нехитрые пожитки.
– Куда? – удивленно воззрилась я на девушку.
– Не знаю, меня не известили. Велели вас собрать и через полчаса усадить в карету. Вы уезжаете.
Я поняла, что расспрашивать бесполезно – девушка просто ничего не знает. Съела весь завтрак, поскольку кто знает, как скоро мне удастся поесть в следующий раз, надела дорожное платье, которое мне приготовила служанка, и вышла вслед за лакеем, несшим мой чемодан.
В карете меня уже ожидали. Там сидела пожилая гувернантка Феликса и Таниты. Эта женщина обучала их с довольно мелкого возраста и вот теперь ее отправляли вместе со мной, как выяснилось, в дальнее поместье тети Эмилии. От меня избавились наиболее прил
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.