Восход нового мира

Восход нового мира

глава первая

Раздался первый гудок.

Нудный, протяжный звуковой сигнал, чем-то напоминающий стон.

Леонидас лежал в своей мягкой, уютной кровати и не хотел подниматься. До того момента, как прозвенел этот изрядно поднадоевший гудок, ему снился чудесный сон. В нём было что-то необычное, настолько интересное, даже захватывающее, что не давало другим мыслям кроме волнительных переживаний рождаться в голове. И, как назло, величайшая несправедливость – Леонидас не помнил, о чём именно был этот сон! Такое происходило с ним далеко не в первый раз, и с каждым новым случаем Леонидас всё больше времени проводил в попытках восстановить ночное видение в памяти.

Но вот раздался второй гудок.

Он предназначался для таких, как Леонидас – кто либо ещё не проснулся, либо просто не хотел вставать.

В окно из комнаты стали поступать лучи света.

И вновь тревожное чувство посетило Леонидаса. Каждое новое утро оно становилось всё сильнее. Какое-то необъяснимое с одной стороны глупое, с другой – пугающее ощущение.

Но свет снаружи становился ярче, и все переживания рассеивались, как тьма, растворяющаяся в ранние утренние часы.

К третьему гудку, зовущего кого-то на работу, кого-то на учёбу, Леонидас был уже готов. Он стоял перед зеркалом в своей форме и любовался собой. Этот высокий, стройный, девятнадцатилетний парень с короткой стрижкой и вертикально торчащей челкой, придававшей ему еще больше шарма, и так был первым красавцем в Городе. Но Леонидас не мог оторвать взгляда от темно-синей формы, которая говорила всем вокруг, что перед ними будущий пилот – Леонидас проходил обучение в военной школе лётной подготовки.

Леонидас вышел из дома и взглянул на Город. Отсюда, с возвышенности, было видно всё. Свет становился ярче, и на улицах появлялись и появлялись люди. Они двигались от жилого района, на окраине которого располагался дом Леонидаса, через живописные мосты, преодолевая реку под названием Белая, проходя через центральную площадь, а дальше каждый отправлялся по месту занятости – в научные центры, в лаборатории, склады, ангары …

Леонидас шёл по улице и здоровался с соседями, ловил восхищённые взгляды, и гордился в душе, что у него есть возможность носить такую форму.

Леонидас ступил на мост и пошатнулся. На ботинке развязались шнурки. Парень в ужасе огляделся вокруг, не увидит ли кто, и принялся завязывать их. Дисциплина и опрятный вид для обучающихся были на первом месте.

– Нарушаем! – раздался строгий возглас впереди.

Леонидас как раз закончил и подскочил, молясь в душе, чтобы это был кто угодно только ни преподаватель «лучших манер». Поначалу он не поверил своим глазам. Но спустя какое-то мгновение на его лице появилась улыбка.

– Жюстин! – воскликнул он.

Девушка кокетливо улыбнулась и протянула ему руку. Леонидас неловко пожал её, а Жюстин подтянула его к себе и слегка обняла.

– Не припомню, чтобы ты был таким стеснительным, – улыбаясь, сказала она.

Как же он был рад её видеть! Они были друзьями в детстве, пока в возрасте 12 лет ей не пришлось уехать. Леонидас не видел её уже шесть лет, но не узнать Жюстин он не мог.

Эти чудесные черты лица, завораживающие зелёные глаза с особенным внутренним огоньком внутри, золотистые кудрявые волосы, опускающиеся на плечи и, конечно, эта родинка слева над губами.

– Ты не рад меня видеть? – заволновалась девушка.

– Какая же ты красавица!

Леонидас оглядел её восхищённым взглядом. Серебристый сарафан придавал ей настоящий сказочный вид.

– Ты вернулась? – не мог он поверить своим глазам.

– Как видишь, ведь я здесь, перед тобой! – улыбалась Жюстин. – А ты теперь пилот?

– Да … Прости, мне нельзя опоздать!

– Ну, тогда увидимся позже, – сказала она и отошла в сторону, уступая дорогу.

Леонидас перебежал через речку и отправился к школе.

Время, проведённое на занятиях, прошло не заметно. Пару раз Леонидас не ответил на вопросы преподавателей, но серьёзно это не испортило его отметки и прежние заслуги. Мысли в его голове в этот день были только о Жюстин. Он не участвовал в разговорах с товарищами на переменах, был погружён в свои раздумья.

– Так-так, – раздался голос его приятеля Ивана, когда он уже выходил из школы, – Леонидас влюбился!

Леонидас дёрнулся и огляделся по сторонам, чтобы никто не услышал.

– Да ладно тебе! – продолжал Иван. – На самый простой вопрос Тикситна не ответить! Ну, кто же та красотка?

– Жюстин вернулась сегодня, – глаза его засияли, а в голосе почувствовалась дрожащая нотка, чего раньше у всегда уверенного в себе Леонидаса никогда замечено не было.

– У-у-у, брат, да ты втюрился по самое не хочу! Помнишь, сегодня идём на озеро вечером, сегодня День Рождения нашего подземного жилища – единственный день в году, когда будущим пилотам разрешены местные слабоалкогольные напитки!

– День основания…, совсем забыл.

– Неслабо она тебе голову вскружила. Ладно, мне пора бежать. Познакомишь нас на пляже, она ведь придёт? Кстати, совсем забыл сказать, – Иван наклонился к самому уху Леонидаса и прошептал, – Наши старшие товарищи привезут немного горячительных напитков с поверхности.

Озеро располагалось в южной части Города и занимало довольно таки большое пространство между жилым сектором и поместьем старейшины. Оно было искусственного происхождения и всегда содержалось в идеальной чистоте. Для этого в него были заселены уникальные микроорганизмы, привезённые с Байкала сугубо научной экспедицией. Название озера было схожее с протекающей через него рекой – Белое. Всё из-за того что у старейшины Города белый цвет был самым любимым. На берегу озера полукругом располагался огромный пляж, на котором могли разместиться сразу все жители Города.

Леонидас оделся, как было принято в этот светлый праздник – по-летнему – в шорты, и яркую футболку. На ногах у большинства жителей сегодня были сандалеты или простые шлепанцы, однако встречались и такие, кто пришел босиком.

У входа на пляж его встретил Иван.

– Здорово! – воскликнул он. – Ты только представь, как не повезло Дубравиничу и Гансу – они сегодня в роли официантов в северном секторе!

– Не уж то Карл сдержал обещание и наказал их за нарушение дисциплины таким жестоким способом?

– В точку! Зверь он, да?

Леонидас подтвердил кивком и стал осматриваться по сторонам.

Люди всё прибывали и прибывали, пляж заполнялся.

Свет был настолько ярким, что казалось, будто прожекторы могут перегореть.

На сцене в центре пляжа уже собрались члены Великого Собрания. Ожидали лишь прибытие старейшины.

Жюстин появилась у входа. Она была одета в красный сарафан и в специальные женские сандалеты с увеличенной подошвой. Волосы были расправлены и развивались под действием искусственного ветерка. Она была необычайно красива.

– Только не говори мне, что это она, – прошептал Иван, – а то я с зависти помру!

– Я приду на твои поминки, – ответил Леонидас и отправился встречать девушку.

Жюстин заметила его и улыбнулась.

– Вот чёрт! – раздался голос сзади.

Леонидас оглянулся и показал Ивану кулак.

Он подошёл к девушке.

– Ты великолепна, – сказал он, глядя прямо в глаза.

– Спасибо, – немного смутилась та. – Старейшина спускается, пойдём поближе к сцене!

Шикарная, белоснежная, украшенная ярко-красными цветами, карета старейшины двигалась к пляжу с возвышенности. Она была запряжена тройкой чёрных, как ночь, лошадей. Русский всегда появлялся в этот праздник таким эффектным способом.

Карета въехала на пляж через огромные, в три человеческих роста, ворота и остановилась у сцены. Наконец, из неё появился старейшина. Это был высокий крепкий мужчина, с густыми чёрными волосами, находящийся в превосходной физической форме, не смотря на то, что ему шла уже третья сотня лет. Даже в праздничный день старейшина не мог позволить себе одеться как остальные. На нем были его любимые белые штаны и белоснежная рубашка.

Пляж взорвался аплодисментами и криками, приветствующими его.

Он поклонился и поднялся на сцену.

– Я приветствую вас, жители Города! – раздался низкий бархатный голос старейшины. – Сегодня вечером мы отмечаем самый светлый праздник в жизни каждого из вас! Именно в этот день, 4 августа 1943 года, в основании этого Города был положен первый камень. Город был построен вами и вашими предками в рекордные полтора года. С тех пор мы с вами проживаем в самом замечательном месте на планете, защищённые от ненасытных людей того мира, которые способны только к разрушению! Всем вам известна наша благая цель – и мы её достигнем! Я верю, что у нас получится это сделать в самые короткие сроки! С праздником, мои сограждане!

Пляж вновь взорвался приветствующими возгласами и аплодисментами.

Затем поздравления горожанам выразили члены Великого Собрания, определяющие внутреннее развитие Города, после чего, собственно, и начался праздник.

На сцене появились местные музыканты.

Свет немного приглушился, но вверх периодически взлетали яркие фейерверки, бездымные, изобретённые уже в стенах этого Города.

– Ну, рассказывай, надолго приехала? – спросил Леонидас Жюстин.

– Навсегда! Я так скучала… Последние три недели нам пришлось жить на военной базе вблизи Аляски. Жилые помещения там были ещё не достроены, там было жутко холодно!

– Ну, здесь ты точно отогреешься, перебоев с отоплением не бывает!

– Нужно поздороваться со старейшиной.

Они нашли его около сцены.

– Жюстин!

– Здравствуйте, старейшина.

– Когда же ты успела прилететь?

– Сегодня утром.

– Что ж с возвращением! Празднуйте!

Играла музыка, пляж «стоял на ушах». Жители танцевали, развлекались, купались, общались. В силу различных профессий это был, наверное, единственный вечер, когда все могли собраться в одном месте и отвлечься от той великой благой цели, ради которой они здесь находятся.

Леонидас и Жюстин сидели на причале, окунув ноги в воду. Они потягивали охлажденный морс через трубочки и смотрели на людей. Леонидас только сейчас заметил, как легко получается общаться с другом детства, которого он не видел столько времени. Обычно подобное общение дается ему с трудом, но только не сейчас. «Сам на себя не похож»,– подумал Леонидас и поставил стакан с морсом. Нахлынули воспоминания, как в те счастливые годы, когда они еще не знали горя и печали, вместе проводили время на озере. Они не умели плавать и пытались учить друг друга, давая такие советы, будто за плечами имели многолетний стаж профессионального пловца.

– Я так переживала, что не успею на этот праздник, – сказала девушка. – Вчера до самой полуночи было неясно, прилетим ли мы сегодня.

– Ну, теперь ты здесь, и можешь забыть обо всех кошмарах, которые пришлось пережить во время постоянных переездов.

– Когда у тебя первый полёт?

– Если не завалю экзамены, то через две недели.

– Волнуешься, наверное?

– Не то слово! Я очень хочу побывать снаружи. Тебе удалось хоть раз за эти шесть лет побывать на поверхности?

– Однажды … правда только на секунду. Очень обидно. Представляешь, я спала, когда летели над океаном, а проснулась за какое-то мгновение до погружения. Но я уловила розоватый свет заката, увидела чудесной красоты кораллы, огромную рыбу, акулу, кажется. На глубину опустились очень быстро…

– Ну, ты даёшь! Как можно было спать?

Леонидас сделал до крайности недовольное выражение лица и с трудом сдерживал улыбку.

– Ах, так?

Жюстин откинулась назад и столкнула его в воду. Леонидас упал и погрузился с головой. Через секунду он схватил девушку за ногу и потащил за собой. Жюстин свалилась следом.

Они держались на плаву, брызгались, баловались. Такого удовольствия каждый из них уже давно не получал. Внезапно все затихло вокруг, казалось, будто время остановилось, и весь мир замер. Существовали только эти двое. И Леонидас поцеловал Жюстин.

глава вторая

Прибой. Что может быть прекраснее, чем морской прибой ранним прохладным утром, когда небо только начинает окрашиваться в приятные светлые тона, и луна ещё не исчезла с него под натиском солнца. Летают и кричат чайки. Невдалеке волны разбиваются о скалы. Песок под ногами всё ещё прохладный и такой приятный …

Данил выскочил из палатки и с радостью осмотрелся вокруг. Это был симпатичный парень с очень доброй и светлой улыбкой, его густые темно-русые волосы наполовину закрывали уши, а челка почти доставала до глаз. Данил посещал тренажёрный зал и хотя не мог похвастаться высоким ростом, в целом выглядел крепко.

Он побежал в сторону моря с криками:

– Не догонишь! Я всё равно буду первым!

Следом выбежал его двоюродный брат. Павлик был младше на три года, но любил соревноваться с ним, нисколько не уступая.

В воду они вбежали одновременно и начали купаться.

Это был последний день пребывания Данила в гостях у дяди в Абхазии. Сюда он приезжал регулярно – раз в год – летом. Родителей он потерял в возрасте семи лет, и помнил их только обрывками. В России у него остался старший брат. Тимофей почти всё время проводил в различных экспедициях и не хотел оставлять младшего одного, поэтому отправлял к родственникам, чему тот был только рад.

Тёплое море, прекрасный климат, живописные места – здесь не было недостатков.

Но, как это ни грустно, всё хорошее когда-то заканчивается. Два месяца, пролетевшие как миг, тем не менее, навсегда останутся в памяти.

Уже вечером этого дня Данила посадили в самолет.

Многие испытывают страх, пользуясь этим видом транспорта. Данил никогда не понимал таких людей. Он любил небольшие перегрузки, которые испытывает пассажир при взлёте и посадке. Данил с любопытством наблюдал за чужими переживаниями и гордился в душе, что не подвержен им.

По прибытии его встретил лучший друг старшего брата, Максим.

Он как и всегда был в потертых джинсах и темно-зеленой футболке. У Максима было несколько футболок с различными оттенками зеленого, Данил просто не представлял этого человека в другой одежде, если бы он встретил его в брюках и рубашке, то, наверное, не узнал бы. Но Максим был такой однообразный только в выборе одежды. Его уникальные дедуктивные способности и хорошая память позволили с отличием закончить юридический факультет и устроиться в Следственный Комитет.

– Как отдохнул? – спросил Максим после рукопожатия.

– Лучше не бывает, остался бы там навсегда.

– Закидывай сумки в багажник и поедим.

– А что Тимофей? Еще не вернулся?

– Вчера его экспедиция на Алтае подошла к концу, скоро появится.

Данил немного расстроился, что брата еще нет, но старался этого не показывать.

– Зато пока его нет можно домой друзей привести. Ух, повеселимся! Два месяца уже не виделись! А ты там следи, если соседи будут жаловаться, что шумим после одиннадцати, чтобы приехал!

– Я тебе приеду!

– Каникулы скоро закончатся, так не охота в школу идти…

– Последний год, как-нибудь дотерпишь.

Утром Максима разбудил звонок телефона. Убийство – нужно подниматься и ехать на работу.

Неприметная пятиэтажка на окраине города. Обшарпанный подъезд, третий этаж и вот она – квартира жертвы. Однокомнатная, неприметная, на стенах самые простые бирюзовые обои, мебели по минимуму.

Оперативники сообщили об убитой: женщина 57 лет, жила одна, нигде не работала.

Поговорив с криминалистами, Максим отправился опрашивать соседей. Дома оказалась только одна из них – пенсионерка Матрена Васильевна.

– Много гостей к ней шастало, – призналась та, – я и сама по нескольку раз за месяц к ней заходила. Она лечить могла, без лекарств. Голова разболится или спину начнет ломить – сразу к ней. Поводит руками пару минут и все проходит. Савельева не только лечила, могла снять порчу, могла помочь человеку измениться.

– Где вы были этой ночью?

– Как где? Дома конечно. Обычные люди по ночам спят. Это у вас работа такая, что…

– Может, слышали что-нибудь необычное?

– Да, слышала. Обычно Савельева принимала посетителей до девяти вечера. А тут какая-то девчонка, лет шестнадцати, прискакала.

– Вы можете описать ее внешность?

– Невысокая, рыжая. Обувь на ней была спортивная. Лица ее я не видела. Но она точно была последней, кто заходил к соседке. Сон у меня чуткий, я бы услышала, если бы еще кто пришел.

– Спасибо за помощь.

Под конец рабочего дня Максим уже строил планы на вечер, ведь сегодня должен был вернуться Тимофей. Однако им не суждено было сбыться. Данил позвонил Максиму и сообщил, что его старший брат попал в аварию.

Данил встретил Максима на крыльце больницы.

– Как он? – спросил Максим.

– Уже пришёл в себя. Тебя хочет видеть.

Максим прошёл вперёд.

– У меня отличные новости! – радостно произнёс Данил. – Братишка согласился взять меня в следующий раз с собой. Раньше разговоры на эту тему с ним больше одной фразы не продолжались.

Они вошли в палату.

Тимофей был рад видеть друга. На лице у него была царапина, а правый глаз почти не видел из-за отека. Голова была перебинтована.

– Здравствуй! – сказал Максим. – Ну, ты даёшь! Говорил тебе, завязывай ты эти экспедиции!

– Данил! Выйди, мне нужно поговорить с Максом наедине.

– Как скажешь, – тот закрыл за собой дверь.

– Ты пообещал Данилу, что возьмёшь с собой?

– Сказал, чтобы он отвязался от меня.

– Зря ты так с ним, он славный парень.

– Стерпит, не принцесса. Присядь, – сказал Тимофей. Он огляделся по сторонам, хотя в палате остались только они двое.

– Что происходит?

– Макс, я вляпался как никогда. У меня до сих пор дрожь в теле. Как только закрываю глаза, вижу эту пещеру.

– Вы нашли какие-то пещеры?

– Мы исследовали необычные пещеры. Они уходят вертикально вниз. Наши приборы не смогли определить их глубину. А в СВЦ используются самые новейшие приборы! Пять дней мы осматривали их, фотографировали, пытались спуститься вниз, но обстоятельства складывались иначе. То порвется страховка, то кто-нибудь что-нибудь забудет в лагере или внезапно кому-нибудь станет плохо. На шестой день пошел дождь, который по прогнозам должен был затянуться на несколько дней. Времени у нас больше не было, тогда я и Красилов решили спускаться, во что бы то ни стало. Мы начали спуск. Пещеры были узкие, пришлось идти по одному. Когда я опустился на некоторую глубину, что-то изменилось. Воздух стал намного чище, свет сверху туда уже не проникал, но и пользоваться фонариком не пришлось. А затем я ощутил внезапное чувство тревоги. Лютый ужас охватил меня. И появились они … Маленькие чёрные шарики … Они летали вокруг меня. А когда я продолжил спуск, они стали кусаться и обжигать меня!

Тимофей показал руки. На них остались небольшие следы ожогов.

– Продолжать спуск дальше было страшно, и я начал подниматься. Эти маленькие чёрные шарики казались живыми существами, они остались внизу, там, куда не захотели меня впускать. Красилов не успел это почувствовать, моим рассказам не поверил, но и продолжать спуск не захотел. Красилов возглавлял наши экспедиции и о результатах всегда докладывал он. Мои свидетельства в доклад он не внес, но почему-то разоткровенничался перед отъездом. Красилов поведал мне, что организация Следы Внеземных Цивилизаций разыскивает вход в какой-то параллельный мир. До этого мы ездили на Урал, несколько раз бывали в Западной Сибири, а теперь Алтай. Макс, СВЦ действительно ищет что-то конкретное. И мне кажется, что это нашел я.

Тимофей замолчал. Он знал, что Максим относится к его экспедициям отрицательно, такое же отношение было у него и к мистике, в которую он не верил.

– Это всё? – нарушил неловкую тишину Максим.

– В аварии, в которой пострадал я, Красилов погиб. В пещеры спускались только мы двое. СВЦ потребует доклад от меня. Но что-то подсказывает мне, что я не должен говорить им о случившемся.

Максим поднялся с кровати и подошел к окну.

– Тебе точно не привиделись эти твои черные шарики?

– Макс!

– Ладно, ладно, не кипятись. Что ты знаешь о своей организации?

– Немного. Ты же знаешь, как я туда попал. Когда погибли родители, почва ушла из-под ног. Пару месяцев я был в запое, пока органы опеки не пригрозили, что заберут брата в детский дом. Потом полгода провел в монастыре, где Никифор промыл мне мозги и помог вернуться к нормальной жизни. Никифор помогал мне содержать брата, но долго это продолжаться не могло. Я не мог находиться у себя дома, не мог видеть Данила – все это напоминало мне о родителях, и я боялся сорваться. Тогда я и нашел СВЦ. Они платили неплохие деньги, которыми я мог помогать брату, все экспедиции так же хорошо оплачивались. Это был идеальный выход для меня. Я не бросил Данила, и нашел себе дело. Меня не волновало ничего, никакие причины, я просто выполнял свою работу, которая пришлась мне по душе. Макс, я ничего о них не знаю.

– Да, дружище, похвалить мне тебя не за что. Не говори им пока о пещерах. Придумай что-нибудь. А я попробую разузнать о них что-нибудь.

глава третья

Две недели пролетели очень быстро, и все же для Леонидаса время тянулось мучительно долго. Ведь ему не терпелось отправиться в полет.

К обычному времяпрепровождению в школе и с приятелями добавились романтические встречи с Жюстин. Они гуляли на пляже, устраивали пикники на берегу реки, прятались от надоедливого Ивана под мостами, в закутках научных лабораторий.

Леонидас все больше притягивался к Жюстин и уже не представлял свою повседневную жизнь без этой веселой девушки.

Из всех школьных лекций больше остальных запомнилась только одна. Это был урок истории с преподавателем Олеговым. Владимиру Олегову было уже восемьдесят четыре года, но держался он молодцом. Королевская осанка, приглаженная борода, добрый характер – он был самым справедливым и любимым учителем. Владимир Олегов преподавал несколько дисциплин, он являлся настоящей легендой и был к тому же членом Великого Собрания.

В этот раз он познакомил своих учеников с не менее легендарной личностью, главой Коалиции и их главным врагом. Перед просторной аудиторией располагался экран, на котором высветилась фотография Элиши Куммера. Это был мужчина шестидесяти лет, приятной внешности, за маской которой скрывалась лютая злость на все человечество. Элиша Куммер владел 70% мировых денежных средств. Сеть его банков под названием Мировые Банки Куммера располагались по всему миру, а во многих государствах уже исполняла роль местных центральных банков. Власть Элиши в капитализированном мире наверху росла в геометрической прогрессии. Специалистами Города были организованы уже несколько операций по его устранению, однако все они не увенчались успехом.

… Наступило время главного экзамена в жизни, как считал Леонидас. Сегодня или никогда решится его судьба как пилота.

Он жутко переживал и даже не ложился спать этой ночью, повторяя уже давно вызубренную теорию.

Раздался стук в дверь.

«Кого там ещё принесло?» – возмутился Леонидас, посмотрев на часы. Была полночь.

Открыв дверь, Леонидас обнаружил на пороге Жюстин. Девушка улыбнулась и попросила разрешения войти, она явно была чем-то сильно расстроена.

– Привет, конечно заходи. Почему ты не спишь в такое время?

– Прости, знаю, у тебя завтра экзамен… Но … папа прилетел с задания и сказал, что мы опять должны улететь вместе. На этих станциях мы всегда жили одни, другие появлялись там только временами. Невыносимая скука…

– Я не хочу, чтобы ты улетала…

– Я не хочу этого еще больше. Слушай! Старейшина ведь хорошо к тебе относится, да и ко мне тоже. Мы можем сходить к нему и попросить, чтобы он повлиял на отца. А ты скажешь, что будешь приглядывать за мной.

– Ты думаешь?

– Я не знаю, как по-другому повлиять на отца!

– Может быть, это сработает.

На лице Жюстин засияла улыбка, а в глазах снова загорелся тот самый огонёк, который так нравился Леонидасу.

Город спал. Свет фонарей был приглушен. Они передвигались в полумраке.

– Не переживай, – Леонидас пытался подбодрить девушку, которая все же нервничала, – старейшина будет на нашей стороне.

Подойдя к дому старейшины, они обнаружили его не спящим. Старейшина был задумчив и покуривал сигару на балконе. Увидев гостей, он приветливо помахал им рукой и спустился со второго этажа.

– Мои юные друзья, почему вы не спите? Леонидас, завтра в школе всеобщий экзамен.

– Извините, что беспокоим вас – ответил Леонидас, посмотрел на девушку, и она начала говорить:

– Я хотела попросить вас кое о чём. Мой отец вновь уезжает на станцию в Атлантику ранним утром. Я понимаю, у него такая работа – постоянно переезжать с места на место, встречаться с новыми людьми, чему-то постоянно учиться. Но я не хочу быть к этому причастна! Я уже взрослая девушка! Он же до сих пор считает меня маленьким ребёнком! Я хочу попросить вас, чтобы вы поговорили с ним, чтобы вы убедили его – не нужно меня так сильно опекать, я уже сама могу за себя постоять. Я хочу остаться здесь.