- -
- 100%
- +
Но я не понаслышке знала, как могут быть опасны духи, поэтому совсем непедагогично припечатала:
– Вот дураки!
– Знаю, но уже поздняк метаться, девчонки на каникулах заговорили об этом. Мне и самому интересно стало, что произойдет. Вечером произнесли, в зеркале только огонь появился, и мы услышали жуткий смех.
На следующий день Ирка получила странную смс-ку: «Я иду искать».
Сначала она накричала на подруг, думая, что это их шуточки. А утром ее родители обнаружили в комнате без сознания. Вызвали скорую, ее увезли в больницу, положили в реанимацию. Врачи разводили руками, а потом признались, что Ирка будто дыма наглоталась во время пожара.
На следующее утро странная смс-ка пришла Оле. Ровно через сутки ее отвезли в больницу. На третий день настала очередь Дины.
А сегодня мне пришло это же сообщение.
– Покажи.
«Я иду искать» – отправлено с номера, который был скрыт.
– Значит, у нас есть сутки. Как вы вызвали дух?
– Поставили зеркало, перед ним свечу и три раза произнесли: «Дух огненной Дианы, появись».
Трепетный огонек свечи в отражении завораживал, успокаивал, растворял все тревоги.
Я перестала видеть в зеркале комод и закрытую дверь. Перед глазами плясал только огонек свечи в зазеркалье.
Внезапно он стал увеличиваться. И сквозь пламя проступило женское лицо с раскосыми зелёными глазами и рыжими волосами. «Неудивительно, что он ее сжёг», – мелькнуло у меня.
Я оглянулась на Тему, видит ли он ее? Мальчик уже лежал без сознания.
– Диана, появись! – не выдержав, закричала я.
Она перешагнула зеркальную рамку и оказалась возле комода.
– Что случилось с детьми? Освободи их, пожалуйста. Они не хотели ничего плохого. Просто это дети.
В ее глазах я прочитала удивление.
– Я ничего с ними не делала, – раздался голос в моей голове. – Я даже не приходила к ним.
– Тогда, почему они все в коме? Врачи говорят, они словно дыма надышались. Откуда он?
– Что видели дети?
– Огонь и слышали жуткий смех.
– Кажется, я знаю, кто показался перед ними. Это Огнезва. Дух, отделившийся от меня и заживший своей жизнью.
В зеркале появился огненный шар, который выкатился в комнату, превратившись в точную копию Дианы, состоящую из маленьких язычков пламени.
Два духа смотрели на меня. Один – обеспокоенно. Другой – вызывающе.
– Прости, я не управляю ей. Она давно живёт самостоятельно, – в голосе Дианы отчётливо проступили нотки вины.
– Как мне спасти детей? – я ждала ответа от Огнезвы.
– Мне нужна жертва, – услышала я хриплый голос.
– Хорошо, ты ее получишь!
– Поторопись. У них осталось немного времени, – обрадовала меня Огнезва.
В двух словах рассказала родителям Темы о происшедшем и попросила побыть с ним. А сама побежала домой. Огонь… пламя… пожар…
Пожар – вода…
Я резко остановилась и посмотрела на кольцо, которое летом мне подарила Ундина.
– Если тебе вдруг понадобится моя помощь, сними его с правой руки и надень на левую, – раскрыла она ещё один секрет кольца. – Но будь у воды. Там мой голос сильнее.
И я, развернувшись, помчалась к реке.
На берегу едва отдышавшись от быстрого бега и успокоив сердцебиение, я сняла кольцо русалки с правой руки и надела на левую.
– Ундина! – позвала я.
– Что случилось? – так странно было слышать её голос, словно она находилась рядом, а не за тысячи километров.
– Мне нужна твоя помощь! – и я рассказала ей о случившемся. – Какую жертву она просит?
– Тебя! Но ты не бойся, мы обманем ее.
Я слушала ее внимательно, стараясь запомнить все нюансы, о которых упоминала Ундина. Но чувствовала себя какой-то раздвоенной что ли. Одна моя половина внимала советам русалки, а вторая – летала где-то возле детей.
– Не делай так! – вдруг услышала я. – Перестань сливать свою энергию в ненужное русло. Беспокойство за детей – это твой страх. Сейчас он тебе не помощник. Сосредоточься на выполнении ритуала. У тебя все получится! Верь в себя!
Последние слова Ундина произнесла медленно, словно заклинание. И я почувствовала прилив сил и веры, что будет хорошо. Наверное, она использовала какую-то русалочью магию.
Итак, я отправилась домой и нашла куклу, с которой больше всего играла в детстве.
Теперь мне нужно сшить для нее наряд, максимально похожий на один из моих.
Я вспомнила про летний сарафан, который одно время носила не снимая. Отрезала низ и раскроила платье кукле. На руках прошила швы.
Попросила бабулю натопить баню, налила в таз воды, произнесла слова, которые мне велела Ундина и облила себя и куклу. А потом привязала ее к себе веревкой.
Для чего это нужно было? Как объяснила мне русалка, игрушка должна впитать в себя часть моей ауры, как бы слиться со мной в единое целое.
Мне предстояло провести с ней ночь, в это время произойдет обмен энергией. Важно было спать одной и при полной темноте.
Позвонила мужу и попросила его провести ночь у родителей.
– Что случилось? – задал Рома закономерный вопрос.
– Не могу сейчас рассказать, это связано с моим даром, – намекнула я ему. – Не переживай! Я никуда не пойду ночью. Мне просто нужно побыть одной.
– Хорошо, я переночую на диване в гостиной, рядом с нашей спальней.
– Ты ревнуешь что ли? – рассмеялась я.
– Нет, беспокоюсь за жену.
Ночью я уснула сразу, едва голова коснулась подушки. Проснувшись на рассвете, представила, как часть меня в виде маленького золотистого шара входит в куклу.
Затем повесила маленькое зеркало в саду, развела костер так, чтобы пламя отражалось в зеркале, и призвала Огнезву.
Когда маленький огонек появился в отражении, бросила куклу в костер. И сразу я потеряла сознание.
Очнулась на руках у Ромы.
Как он ругался! Почему всё произошло без него? Почему не рассказала? Короче, я получила хороший нагоняй. А потом меня ещё крепче прижали к себе и понесли в дом.
Детки все очнулись. Через неделю я увидела их на уроке. Но мне ещё предстояло разобраться с призраком Дарьи и духом Огнезвы. Надеюсь, все получится.
И снова ночью я сижу перед зеркалом в ожидании огненной Дианы. Что же держит ее здесь?
Огонёк свечи мерцал, притягивая взгляд.
– Диана, появись!
Тишина.
– Диана, появись! – произнесла я ещё два раза.
Услышала тяжёлый вздох, и возле меня появился призрак.
– Почему ты здесь? Что держит тебя? Я могу тебе помочь?
Диана посмотрела в окно.
– Думаю, так даже будет лучше, – и вновь она общалась со мной мысленно. Я просто слышала голос в своей голове.
– Я родилась с разными по длине ногами. С годами этот дефект не исчез. Я осталась хромой на всю жизнь.
А ещё я выделялась среди толпы деревенских детей – рыжеволосая, с зелёными глазами. Таких как я считали ведьмами. Дети были жестокими. «Хромоножка» или «ведьма» – кричали мне вслед.
Мать умерла через два года после моего рождения, поэтому утешение я находила только у отца. Он звал меня «моя златовласка».
Дар предсказания во мне проснулся рано. Я видела события, которые ещё на наступили. Однажды спасла отца, когда запретила ему лезть на колокольню. Увидела, как под его ногой разломилась подгнившая ступенька на лестнице, и он полетел вниз. Рассказала отцу, и он, прислушавшись к моим словам, нашел ту ступеньку и заменил доску.
В десять лет я предупредила тётку, мамину сестру, о гибели младшего сына, который убежал на речку купаться один. Она, естественно, сначала не поверила, а разозлилась. Мол, каркаю я, ведьма и есть ведьма. Но отец рассказал про сломанную лестницу, и она бросилась искать сына. И вовремя. Он уже начал захлёбываться, а рядом никого не было. Если бы она не прибежала, малыш погиб.
А когда зимой я предупредила о подтаявшем льде на реке, где проходил путь в город, и спасла два обоза с товарами, то и многие односельчане стали прислушиваться к моим словам.
Но дети, по-прежнему, дразнили и не играли со мной.
Шли годы, я росла, превращаясь в красавицу. Нет, я не тщеславна, но постоянно ловила на себе восхищённые взгляды мужчин.
В шестнадцать лет парни стали приглашать на свидания, только я видела, что попользовавшись мной, они бы никогда не позвали замуж.
Когда появился Прохор, я уж и не надеялась, что мое сердце проснется и откроется навстречу любви. Он приехал из соседнего села узнать, как пройдет сделка со столичными купцами. Я увидела его на обрыве, худого, в каких-то лохмотьях. И сказала, чтобы он не заключал с ними сделку.
Прохор послушался, хотя всё уже было готово. А вскоре появились честные компаньоны, и его старания не пропали даром.
И стал Прохор к нам в гости захаживать, отец только в бороду усмехался, да подшучивал над ним. А я влюбилась без памяти, сердце билось втрое быстрее, когда я на него смотрела. Дни, когда мы виделись, становились самыми счастливыми. Я поняла, что понесла, когда ребёночек первый раз зашевелился.
Прохор не поверил, что ребенок его и отправил меня к повитухе избавляться. Только я сбежала к бабушке в лесную избушку, там и родила дочку.
А когда однажды вернулась домой с отцом повидаться, то появился Прохор. Худой, обросший, глаза красные, словно он пил долго. Злые слова мы наговорили друг другу, он все кричал, что я ведьма и приворожила его, что он не может теперь на других девушек смотреть, только меня видел перед глазами. А я не могла его простить, что ребенка нашего он хотел убить.
Хлопнул дверью и ушел Прохор. А ночью начался пожар. Отец в храме задержался, а я… Не успела выскочить. Дверь кто-то закрыл. Знаю, что Прохора обвиняют в моей смерти, только я не верю этому.
– Ты хочешь, узнать, кто дом поджёг?
– Хочу.
– Знаешь, я вижу только один способ попробовать узнать правду. Вызвать дух Прохора. Я правда, ни разу так не делала. А как его фамилия?
– Ступин.
И я выдохнула, позвала:
– Дух Прохора Ступина появись!
Никого. Повторила призыв ещё два раза.
И тогда возле Дианы появился призрак молодого мужчины. О, не мудрено, что девушка голову потеряла. Высокий, статный, со смоляной шевелюрой. Черные глаза Прохора широко распахнулись, когда он увидел Диану.
Сделав шаг, упал на колени и взмолился:
– Прости, любимая! Не я это сделал. Матушка, глядя на мои страдания, решилась на тяжкий грех. Прости, не знал я ее задумок, иначе бы никогда не пустил ее в ночь.
Я видела их взгляды друг на друга! Огонь! И в тоже время нежность… Вот это любовь…
Я тактично вышла из комнаты, пусть пообщаются.
Размышляя о судьбе двух влюбленных, я сварила себе кофе. Потом опомнилась, что сейчас ночь. И решила выпить какао. Когда я уже выпила горячий напиток и вымыла чашку, возле меня появилась Диана.
– Могу ли я тебя попросить ещё об одном? Моя дар передался правнучке. Он недавно проснулся, и она пока не знает, как им управлять. В избушке, где я жила после рождения дочери, за печкой лежит тетрадь с моими записями. Найди и передай ей её.
– А где мне найти твою правнучку?
– Она скоро придет к тебе.
– Хорошо, сделаю. А что на счёт Огнезвы? Она по-прежнему будет вредить людям?
– Она исчезнет вместе со мной.
– Хорошо, скажи, где находится избушка?
И Диана рассказала.
Прощаясь с призраком, я не удержалась от вопроса.
– Почему Диана? Это странное имя для твоего времени.
– Мой отец увлекался греческой и римской мифологией. Отсюда и имя, – улыбнулась она.
В выходные мы с Ромой съездили за тетрадью. А на через день к нам пришла правнучка призрака. Оказывается, Диана приходила к ней во сне и рассказала про меня и мой дар.
Вот так и закончилась эта история.
Глава 6. Подарок с сюрпризом
– Она живая! Поверь мне, кукла, которую мне подарили на день рождения, жи-ва-я! – последнее слово Анечка произнесла по слогам. – Я ее боюсь! У нее глаза в темноте страшно светятся. Зеленым светом.
Пятилетняя племянница Романа никогда не звонила мне по телефону. Я и не подозревала, что она знает о моем существовании. Нет, скорее всего, двоюродная сестра Романа обсуждала нашу свадьбу, и вероятно, при своей дочери. Но откуда девочка узнала мой номер?
– Анечка, а почему ты мне звонишь? – я, затаив дыхание, ждала ответа. – Маме ты про куклу рассказывала?
– Они мне не верят. Ни мама, ни папа. Я подслушала их разговор в спальне. Детские выдумки, говорят. А мне страшно. Кукла злая, – ее голос дрогнул.
– А откуда ты узнала мой номер? – я всё-таки решилась на этот вопрос.
Разговор прервался, в трубке раздались короткие гудки.
Хорошо, что звонок раздался после уроков. Вряд бы я смогла нормально провести оставшиеся уроки.
Пойду-ка я в клинику к мужу, порасспрашиваю его про двоюродную сестру.
Из клиники вышел щенок добермана. Видимо, на прививку приходил. Тьфу ты, я прямо как муж заговорила. Конечно же, собака была с хозяином. И правильнее было бы сказать, что вышел мужчина лет тридцати пяти с доберманом на поводке.
Но от Ромки я быстро подхватила привычку говорить только про животных. «Кошак заболел, пришел весь квелый» или «Пожилой ретривер поведал мне о своих болячках» – примерно такое я слышала по вечерам от мужа.
Поднявшись на крыльцо, взмолилась про себя, пусть никого не будет на приеме, чтобы мы спокойно поговорили.
Коридор был пуст, из приемного кабинета вышла девушка с котёнком.
– Ром, привет! Как день прошел? – я чмокнула мужа в щеку и уселась на стул.
– Нормально, а ты чего пришла? Случилось что-то?
– У тебя есть племянница по имени Анечка?
Муж замер на мгновение, а потом плюхнулся на диванчик.
– Она умерла три года назад. Это старшая дочка моей двоюродной сестры Риты. К тебе призрак приходил?
У меня по телу побежали мурашки, и в груди разлился холод.
– Кажется, она звонила.
– Номер определился?
– Нет. Обычно я не отвечаю на такие звонки, а сегодня почему-то ответила.
– Посмотри в журнале звонков.
Я открыла в смартфоне вкладку «недавние звонки». Последним отображался номер бабули, которая вчера уехала в гости к подруге и вечером отчитывалась о встрече.
– Странно, сегодня мне никто не звонил.
– А о чем вообще был разговор?
Я рассказала ему про куклу, которая пугает… Кого она пугает? Призрака умершей дочери?
– А ты можешь позвонить Рите и как бы между прочим поинтересоваться делами? Ты говоришь, Анечка была старшей дочкой? У нее ещё ребенок родился?
– Да, Полина. Ей всего девять или десять месяцев. Сейчас позвоню.
Роман долго общался с сестрой, вспоминая каких-то знакомых, преподавателей из ВУЗа, где учились оба с разницей в десять лет, пока не дождался приглашения в гости.
– Мы едем к ним в субботу. Там всё и узнаем, – он потёр ладони, радуясь, что вопрос поездки так легко решился, даже не пришлось напрашиваться.
Рита жила в селе, расположенном недалеко от нашего Коровино. Нас ждали к обеду, поэтому мы отправились в полдень. Подарки я купила заранее, чтобы не отвлекаться на их поиски в дороге. Где-то через час мы уже были на месте.
Ритин дом стоял в центре села. Красивый голубой домик с белыми резными наличниками, асфальтированной дорожкой, ведущей от калитки к крыльцу.
Нас встретил её муж, Анатолий. Высокий, худощавый шатен. Серые глаза смотрели на нас с улыбкой. Мне он сразу понравился.
– Просто Толя, – представился он.
Маргарита оказалась худощавой тридцатипятилетней женщиной. Если бы я не знала, сколько ей лет, то дала бы на десять лет больше. Синяки под глазами, уставший взгляд, тусклые волосы, стянутые в пучок.
– Мда, мать, что-то ты сдала, – ляпнул Ромка, за что и получил от меня тычок в спину.
– Спасибо, – усмехнулась она. – А ты цветешь и пахнешь.
Мне было чертовски неудобно за мужа, поэтому я попыталась сгладить неприятную ситуацию.
– Рита, мы не просто так приехали, – мне не хотелось врать Роминой сестре, поэтому я пошла, что называется, ва-банк.
– Я знаю, – перебила мою речь хозяйка. – Я тётку Полю сегодня во сне видела. Она мне странную фразу сказала. Мол, сегодняшняя гостья поможет очистить наш дом. О чем это она, не знаешь?
– У меня есть необычный дар. Я вижу призраков, – Ромка обнял меня за плечи, показывая тем самым, свою поддержку.
Рита побелела и присела на табурет.
– Ты видела нашу Анечку? – еле слышно пробормотала она.
Только материнское сердце может так угадать.
– Скорее, разговаривала. Она боится какой-то куклы…
– Кукла появилась в доме три месяца назад, и с тех пор в семье всё пошло кувырком. Начались ссоры на ровном месте, Полина перестала по ночам спать, плачет, я не высыпаюсь, и в итоге превратилась в не пойми кого, – Рита горько вздохнула и, спрятав лицо в ладонях, разрыдалась.
Анатолий метнулся было у ней, чтобы успокоить ее, но я покачала головой. Горькие слезы должны выйти. А потом Рите обязательно будет легче.
– А у меня на работе начальник поменялся, а новый проходу не даёт, то это ему не так, то другое не эдак, – пожаловался Толя.
– Откуда у вас эта кукла? – Рома покрутил головой в поисках злополучной игрушки.
– С работы подарили, – успокоившись, ответила Рита. – Антонина Степановна.
– Какие у тебя с ней отношения были? – это я уже поинтересовалась.
– Нормальные, она мне, когда я устроилась, здорово помогала. А потом как-то отношения охладели. Я тогда с Толей познакомилась, у нас роман закрутился, я сначала и не заметила, что между нами, словно черная кошка пробежала.
– Может, ты чем-то обидела её? – не отставала я.
– Не знаю, не могу припомнить.
В это время Толя сходил в детскую и принес куклу.
Я покрутила ее в руках. Кукла как кукла. Ничего особенного. Огромные глаза, рыжие кудрявые волосы, голубое платьице. Не было в ней ничего зловещего. Почему же с ее появлением в семье всё пошло наперекосяк?
– Давайте пообедаем, а то всё остынет. Я сегодня с утра готовила, – пригласила нас в столовую Рита. Дверь между комнатами отсутствовала. Я села как раз напротив арки, в которую мне был хорошо виден стол и кукла.
За обедом не хотелось касаться вопроса, из-за которого мы сюда приехали, поэтому я молча слушала лёгкую беседу, начавшуюся с воспоминаний Романа и Маргариты, и плавно перешедшую на общих знакомых.
Анатолий сидел с дочкой, давая возможность жене отдохнуть. В какое-то мгновение мне показалось, что в доме мы не одни. По ногам словно ледяной ветер прошел, на руках появились мурашки.
Она появилась возле куклы. Девочка лет пяти.
– Ангелочек, – мелькнула у меня мысль. Она стояла в розовом платье, с огромными бантами на белокурых волосах, темные глаза широко распахнуты, а по-детски пухлые губы сложены в трубочку. Но что-то в ее облике меня насторожило.
– Прости, – я перебила Риту, рассказывающую Ромке что-то смешное. – У вас остались фотографии Анечки?
Я тут же пожалела о своем вопросе, потому что взгляд Маргариты сразу потух. Словно лампочку выключили. Мне было невыносимо её жаль, но я не из любопытства спрашивала.
– Она здесь? – шепотом спросила хозяйка.
– Здесь белокурая девочка возле куклы.
– Белокурая? – синхронно переспросили Рита с Толей. – Анечка была темно-русая.
Рита открыла телефон, судорожно разыскивая фотографию старшей дочери.
На меня с экрана смотрели серые смеющиеся глаза. Точная мамина копия.
– Как на тебя похожа. Почему она умерла?
– Сказали, сердце остановилось. Как от испуга.
– А что ее напугало?
– Не знаем, утром зашли в детскую, а она уже холодная, – глаза Риты повлажнели.
– Анечка наверняка с кем-то дружила. Были среди ее подруг блондинки?
– Я сейчас фотографию принесу из детского сада. Может ты кого-то узнаешь?
Рита отправилась в спальню, а я наблюдала за призраком девочки, не сводившего взгляда с куклы.
Кто же эта незнакомка? И что её связывает с этим домом? Не она ли мне звонила, представившись Аней?
Рита принесла несколько фотографий.
– Вот, может, на какой-то увидишь эту девочку.
Я разглядывала снимки и не видела ребенка, хоть чем-то напоминавшего призрак возле куклы. Блондинки были, но у них на фотографиях совсем другой оттенок волос, и не такой длины.
Рассматривая снимки, я вдруг поняла, что меня насторожило в облике ангелочка. Она была не из нашего времени! Покрой платья, банты на голове, она словно сошла со старых открыток…
– Ребята, а когда вы купили этот дом? И у кого?
– Он мне достался от тети. Она умерла около пятнадцати лет назад. Дом стоял заброшенный. Перед свадьбой я его отремонтировал, и мы переехали, – Толя покачивал дочку, а другой рукой накладывал себе картошку.
– Ты помнишь свою тетю? У нее дети маленькие не умирали? – допытывалась я.
– Не помню, надо деду позвонить, ее брату. Он жив и всю историю семьи хорошо знает.
Хорошо, что мы остались с ночёвкой. Призрак белокурой девочки появился около полуночи возле нашей кровати. Ромка уже видел десятый сон, а я всё ворочалась, размышляя над этой странной историей.
Откуда здесь оказался призрак, мы уже знали.
– Дед говорит, что около пятидесяти лет назад у тети Дуси родилась дочка. Но когда девочке исполнилось десять лет, она умерла от скарлатины. Слишком поздно тетушка обратилась к врачам. Девочка была прямо ангелочком. Белокурая, кудрявая, обожала во всё розовое одеваться, – рассказал нам Анатолий после звонка деду.
Я села на кровати, ожидая от нее какого-то знака. Но она поднесла палец к губам и еле слышно прошептала:
– Пойдем.
Накинув халат, я вышла за дверь. Девочка уже ждала возле комнаты Полины. Махнув мне рукой, она прошла сквозь стену.
Я нерешительно топталась возле закрытой двери, боясь разбудить младенца. Из стены высунулась голова призрака.
– Ты чего встала? – поинтересовалась она.
– Тебя хоть как зовут-то? – вместо ответа спросила я.
– Тая. Так ты идёшь?
– Куда ж я денусь? Иду! – вздохнула я и вошла.
Полина спала. Ангелочек стояла возле куклы. Видимо, Толя вернул ее в детскую.
– Ты, и правда, когда-то жила в этом доме? – мне хотелось определенности. Я боялась ошибиться.
– Да, мою маму звали Евдокией.
– А почему ты здесь? Насколько я поняла, ты в доме недавно.
– Меня Анечка попросила. Я спустилась, чтобы защитить ее младшую сестру.
– Почему она сама не пришла? – удивилась я.
– Ее не отпустили. Сказали, что ее земные дела завершены.
– А что у тебя здесь осталось незавершенным?
– Видишь мишку, который стоит на полке в самом углу? Это моя любимая игрушка. Мама обещала, что он всегда будет со мной. А сама …оставила его себе. Я понимаю ее и не виню. Она хотела, чтобы хоть какая-то частичка меня осталась рядом с ней. А я тосковала по моему медвежонку. Поэтому мне разрешили сюда вернуться, чтобы помочь Полине и забрать с собой мишку.
– Кто напугал Анечку? И что угрожает Полине? – я подошла ближе к полке, чтобы рассмотреть ещё раз куклу, после появления которой в доме стало происходить что-то странное и страшное.
– Во всем виноват один человек, – всё также тихо продолжила Тая. – Она очень зла на Риту, поэтому захотела отомстить.
– Та женщина, что подарила куклу? – изумилась я.
– Да! Когда-то ее дочь встречалась с молодым человеком. Потом он встретил другую и женился.
– Ты говоришь о Толе?! – опять перебила я.
– Да, до знакомства с Ритой, он встречался с дочерью этой дамы.
– Как она убила Анечку?
– Рита должна вспомнить. Аромат иногда вызывает галлюцинации. И вскройте уже эту куклу. Только не дома, а на кладбище, – посоветовала Тая и пропала.
После услышанного я не смогла заснуть и отправилась к хозяевам.
Они не спали.
– Рита, у Антонины Степановны есть дочь?
– Вроде бы да, Аля, кажется.
– Толя, ты с ней встречался до свадьбы?
– Я…, – растерялся от такого натиска Ритин муж. – Я несколько раз сходил с ней на свидания. Но я быстро понял, что это не тот человек, с которым бы я хотел провести всю жизнь.
– Рита, что происходило накануне смерти Анечки?
– Она приболела, лежала вся квелая, и я даже с работы отпросилась, чтобы с ней посидеть. А вечером пришла Антонина Степановна и принесла какие-то ароматические палочки. Сказала, чтобы я их обязательно зажгла, эти травы прогонят болезнь Анечки. Я зажгла, дочка уснула через несколько минут, и я ушла к себе. А утром… ну, я уже рассказывала.
– Девочка-призрак, кстати, действительно, дочь твоей тети, Толя, сказала, что аромат иногда вызывает галлюцинации. Видимо, палочки были пропитаны какими-то галлюциногенами. Аня проснулась и увидела что-то страшное …, – предположила я.
– А что с куклой?! – взвилась Рита. – Надо убрать ее из дома!
– Тая посоветовала вскрыть ее на кладбище, – осторожно сообщила я.
– Собирайтесь, девочки! – скомандовал Анатолий. – Рому оставим с Полиной.
Так мы и сделали. В кукле оказалась тряпица с землёй. Видимо, это был подклад.