Приснись мне. Я не хочу просыпаться

– Стас, зачем ты избил этого пацана? – едва ли не по слогам спрашивает меня старший брат, зажав меня в одном из кабинетов в школе.

Он прижимает меня к стене за плечи, смотря прямо глаза, будто пытаясь отыскать ответ на свой вопрос.

Я молчу. Поджимаю губы и прикусываю язык, чтобы не ляпнуть очередную гадость.

Он вздыхает и отходит от меня на шаг. В глазах только разочарование и жалость.

– Ты понимаешь, что у тебя опять сейчас начнутся проблемы? – спрашивает он, не отрывая взгляда.

– Это мои проблемы. Они же не у тебя начнутся! – говорю я с нотками безразличия в голосе.

– Ты мой брат… Твои проблемы всегда будут касаться меня.

Внутри меня что-то дрогнуло. Я думал, у меня не осталось ничего от человека, но ошибся. Я люблю брата, хоть постоянно и отталкиваю его. Он один заботится обо мне, он один пытается быть мне другом. Ни мама, ни папа, давно уже перестали любить меня, потому что от меня одни только проблемы. Но брат до сих пор продолжает любить.

Это важно, знать что хоть кто-то тебя любит, когда даже ты сам считаешь себя полнейшим ничтожеством.

Заметив, что я не собираюсь отвечать, он снова вздохнул и повернулся ко мне спиной, собираясь покинуть пустой класс.

– Директриса уже вызвала родителей, – бросил он через плечо. – Думаю, они скоро будут здесь.

И вышел из помещения, закрыв за собой дверь и оставляя меня одного.

Так или иначе, к одиночеству привыкаешь. Когда все от тебя отвернулись, когда всем уже стало все равно что с тобой и как. Ты привыкаешь решать свои проблемы самостоятельно. Кроме самого себя, тебе не на кого больше положиться. Такова жизнь.

Вспоминаю взгляд отца, когда я в очередной раз делал что-то не так. Слова матери, в которых уже давно нет любви и заботы. Плотно сжатые челюсти брата, который всегда стоит немного в стороне от разборок. Сейчас все будет точно так же, только прибавится еще серьезный взгляд директрисы. Ну и конечно же во всей этой картине не хватает меня. С безразличием во взгляде и совершенно, ни капельки, не испытывающим чувства вины.

Я не знаю на сколько меня еще хватит.

Просто надоела эта жизнь, где меня считают полным ничтожеством. Каждому человеку нужна любовь. Но, видимо, я родился роботом. Без сердца.

Смешок срывается с моих губ, разбавляя тишину в классе. Весело же я живу. Не жизнь, а сказка.

Отхожу от стены, на которую облокачивался спиной до сих пор, и иду в сторону двери. Выхожу в коридор и собираюсь привычно закрыть дверь, но передумываю. Со всей силы толкаю ее рукой и раздается характерный грохот.

Стало легче.

Музыка. Неоновые они. Светлые диоды. Множество пьяных людей и запах табачного дыма.

Все как всегда. Ничего не изменилось. Хотя меняться-то и нечему. Обычный клуб.

Пожимаю руку охраннику и захожу в обычный вип, где часто зависали мои друзья. Алкоголь, полное помещение дыма от кальяна, несколько девочек, что сидят на коленях парней. Мы часто зависаем здесь. В основном, после работы.

– Вау, кто почтил нас своим присутствием! – ухмыляется кареглазый парень, что находится ближе ко мне. Витя. Самый заводной из нас. Карие глаза уже в лёгкой дымке, что доказывает о немалом количестве алкоголя. Обычно мы много не пьем, значит сегодня какой-то важный день.

Не отвечаю, вместо этого здороваюсь с парнями, пожав каждому руку и сажусь на синий диванчик.

– Куда ты пропал-то? – спрашивает Тёма, выпуская дым изо рта.

Тёма самый здравый из нас. В моменты, когда я смогу конкретно вспылить, он всегда успокаивает меня. Или успокаивает Витю, когда тот перегибает палку со своими глупыми шутками и приколами. Или Толяна, который слишком погружается в свой телефон и перестает замечать все вокруг.

Мы не раз смеялись над тем, какие мы все разные. Но наша дружба длится уже шесть лет, как только мы познакомились. А сейчас, не без помощи родителей ребят, у нас свой бизнес. Этот клуб – наш. Общий. Здесь нет никаких наркотиков, – за этим строго следится! – а всем присутствующим не меньше восемнадцати лет. Все вполне легально, людям все нравится и доход у нас не маленький. Наверное, ребята – то единственное хорошее в моей жизни.

Беру вторую трубку и делаю затяжку. Арбузный привкус, вперемешку с дымом, ворвался в легкие, после чего я медленно выдохнул.

– Нужно было подумать, – отвечаю я и пожимаю плечами. – Что нового?

– Да ничерта не изменилось, – фыркает Толя, с грохотом поставив стакан с темной жидкостью на столик. – Просто решили отдохнуть.

– Мы каждый вечер приходили сюда отдыхать, но немного по другому! – замечаю я, не сдержав усмешки.

Миндалевидные глаза парня окинули меня равнодушным взглядом, и он пожал плечами.

Мы замолчали. Точнее, я просто выпал из реальности, снова погрузившись в себя. Отстраненно вижу, как Витя откровенно трогает девушек на его коленях, как Толя достает из кармана телефон и снова залипает, а Тёма о чем-то задумался, отчего на его лбу появилась складка.

Тонкие губы напряжены, брови сдвинуты к переносице, светло-голубые глаза смотрят словно в пустоту, а правой рукой крепко сжимает стакан. Светлые волосы, зачесанные наверх, торчат в разные стороны.

– Уля нам все мозги вынесла, – говорит вдруг парень, даже не смотря на меня. – Ты решил кинуть ее по английски? Не по пацански это.

– Да какой кинуть, – я поморщился, словно от зубной боли. – Просто нужно было время, чтобы побыть одному.

Тёма ничего не ответил, поняв, что это не его дело. Он никогда не лез туда, куда его не просят, за что я безумно его уважаю. Если бы на его месте сейчас сидел тот же Витя, то, вероятнее всего, он бы просто достал меня своими расcпросами.

Уля (или Ульяна) – моя девушка, с которой я встречаюсь уже около трех месяцев. В отличие от многих парней, я не встречаюсь со всеми подряд и не пытаюсь удовлетворить свои инстинкты. За мои двадцать лет, у меня было лишь две девушки. Любил ли хоть одну из них? Дальше симпатии и привязанности к этим девушкам у меня не дошло.

Тёма достал из кармана телефон и нахмурился. Он перевел взгляд с дисплея телефона на меня и хмуро сказал:

– Позвони ей лучше, а то она уже поднадоела. Чувствую, если она и дальше так будет рьяно искать тебя, когда тебе вдруг захочется побыть одному, мне придется меня сим-карту и менять место жительства.

– Ой, не утрируй! – я поморщился и достал отключенный телефон из кармана кожанки.

Включил телефон, подождал когда он загрузится и нашел в контактах номер Ули. Палец на какое-то время завис над значком «вызов», после чего все-таки коснулся экрана.

Прикладываю телефон к уху и встаю на ноги, чтобы покинуть помещение и выслушивать нотации от своей девушки без компании друзей.

Девушка ответила на звонок почти сразу.

– Никита?

По одной интонации стало понятно, что девушка ждала этого разговора и все это время висела на телефоне.

– Уль, только без криков! – говорю я и не могу сдержать улыбки, зная, что именно после этой фразы ее сейчас понесет на крик, слезы и истерику, после которой я обязательно поеду к ней и буду ее успокаивать. Такое уже было. И мы оба знаем о исходе событий.

– Нагулялся? – спокойно спрашивает она, чем вызвала у меня замешательство. Мне не понятно, почему она так спокойна, ведь я не объявлялся несколько дней.

– Я не гулял, мне просто нужно было побыть одному и подумать, – отвечаю я и облокачиваюсь о стену в коридоре. Где-то внизу играет музыка, которую здесь почти не слышно.

– Побыл? Подумал? Гуляй!

Вот это новости!

Телефон едва не выпал из моих рук, когда я услышал что она сказала. И самое главное я совсем не понял, что на нее нашло, ведь обычно она закатывала мне истерики, пыталась выяснить что я делал, а тут в ее голосе словно… безразличие.

Она просто устала. Устала закатывать истерики, устала бегать за мной и ждать. Ей хочется, чтобы ее любили, чтобы о ней заботились, переживали… Она хочет быть счастливой. Только не со мной.

Смотрю на телефон, зажатый в правой руке. Смотрю на фотографию, которую прикрепил к ее номеру. Светлые волосы, светло-карие глаза, маленький нос и средние губы. Обычная девушка, не отличается красотой и простая. Сейчас всем девушкам хочется дорогих подарков, букеты цветов каждый день и ресторан каждый вечер. Ей этого не нужно. Достаточно просто внимания, которое я ей не всегда мог дать.

Ставлю телефон на блокировку, убираю в задний карман джинс и иду обратно в випку парней.

– Ребят, я к Уле, – говорю я, открыв дверь.

– Сильно обиделась? – спрашивает Витя, устремив на меня свои болотные глаза.

– Кажется, да. Но помиримся. Как всегда.

Ребята понимающе закивали, и я закрыл дверь.

Выхожу из клуба, обратив внимание на уменьшившуюся в несколько раз очередь у входа. Парни, которых мы наняли на работу охранников, выглядят уставшими, но тем не менее держат свой пост.

Киваю им и направляюсь в сторону своей машины, которую оставил на парковке. Сажусь в салон, завожу машину, и, немного подождав, нажимаю на педаль газа.

По дороге домой к Уле, заезжаю в цветочный и покупаю букет ее любимых фиалок. Она думает, что мне совсем на нее пофиг, и я просто так держу ее возле себя, но я люблю обращать внимание на мелочи. Я помню, что она любит по утрам надевать растянутые футболки, знаю, что она ненавидит, когда у нее распущенные волосы и всегда заплетает их в пучок, запомнил какой ее любимый чай и что она всегда пьет его без сахара. Запомнил какие цветы она любит и как стесняется, когда ей их дарят.

Купив цветы, поехал прямиком к ней, хотя, возможно, она могла быть и не дома.

Когда въехал во двор ее дома, сразу бросил взгляд на ее окно. Свет горит. Она дома.

Припарковал машину у подъезда, взял с заднего сидения цветы и заглушил машину. Зашел в подъезд, поднялся на десятый этаж и пошел налево, останавливаясь напротив двери, обтянутой черной кожей.

Нажимаю на звонок и отхожу в сторону, чтобы Уля не увидела меня в глазок. Через пару минут раздался ее голос из-за двери.

– Кто?

Я не ответил и еще раз нажал на звонок, чтобы она не подумала, что это простые хулиганы.

Она открыла дверь далеко не сразу, сомневаясь. Но когда все же вышла на лестничную площадку, я молнией метнулся к ней, прижал к стене и поцеловал в розовые губы.

– Я прощен? – прошептал прямо в губы, заметив, что она не отталкивает меня.

– Ну, я еще подумаю! – игриво отвечает она и потянула меня в квартиру, обхватив ручками мою шею.

Оставляю букет в коридоре, наспех разуваюсь и кидаю куртку на комод и снова впиваюсь в так и манящие губы своей девушки.

Старая школа. Полные учеников коридоры. Шум.

Все носятся по коридорам, смеются и играют. Верно, перемена же. Небольшой перерыв между уроками. Что еще делать в это время.

Мальчик с темными волосами стоит у подоконника, засунув руки в карманы ненавистных брюк. Он выглядит не по годам старше. Не смотря на ранний возраст, в его взгляде отчетливо выделяется ненависть, с которой он смотрит все его окружающее. Почему?..

Я смотрю на него и начинаю вспоминать. Странный мальчик с параллельного класса. Брат Жени. Трудный ребенок. Стас!

Тяну к нему руку, стараясь коснуться, но словно натыкаюсь на невидимую стену, которая не позволяет мне дотянуться до мальчика.

Тут же, неподалеку, замечаю копну темных волос. Это я. Стою в компании девчонок и о чем-то разговариваю с ними. Обычный ребенок, ничем не отличающийся от остальных. Обсуждает наклейки, которые тогда были еще в моде, смеется…

Смотрю опять на Стаса и замечаю, что он внимательно наблюдает за мной маленькой. Его брови нахмурились, губы сжались в сплошную линию, словно он меня ненавидит. Я часто видела его таким, но не думала, что у него есть по отношении ко мне ненависть. Да, он нелюдим, но нельзя его назвать таким человеком, который ненавидит людей просто за то, что они есть.

Но на самом деле он был именно таким человеком. Он ненавидел окружающих его людей и ненавидел тот факт, что он все еще жив.

Самый странный из детей его возраста. Не нормальный. Другой.

– Что ты здесь делаешь?

Резко оборачиваюсь и вижу парня из своего сна. Его челюсть напряжена, руки задних карманах джинс, недоверчивый взгляд сосредоточен на мне.

– Ничего, – спокойно отвечаю я, бросив последний взгляд на Стаса. – А ты почему здесь? И вообще кто ты? Как тебя зовут?

Он только открывает рот, чтобы что-то сказать, как его образ вдруг помутнел, а вскоре и вовсе исчез, оставшись где-то вдали.

Открываю глаза и смотрю на потолок своей комнаты. Мой больной мозг снова нарисовал в моем сне парня, которого не существует. Сколько можно?

Встаю с кровати, выхожу из своей комнаты и иду на кухню, где наливаю себе стакан холодной воды. Выпиваю его и иду обратно в комнату. Устало падаю на кровать, закрываю глаза и снова засыпаю.

С удивлением смотрю на озеро, в котором я снова оказалась. Мы уехали с ребятами отсюда несколько дней назад, и вот я снова тут. Нет, я еще не соскучилась по этому месту.

– Ты была здесь? – спрашивает меня парень с глубокими карими глазами. Кажется, они настолько прочно въелись в мою память, что я никогда не смогу их забыть.

Поворачиваюсь к нему лицом и с удивлением смотрю на него. Второй раз за одну ночь. Подумать только.

Сумерки, но на удивление тепло. Парень сидит на бревне возле костра, который горит словно сам собой. На этот раз на нем бордовая толстовка фирмы Levi’s и светлые джинсы. Сама же я тоже оказалась в толстовке и джинсах.

– Да, была. С друзьями.

Он хмыкнул и перевел взгляд с меня на огонь.

– Значит, про это место уже все подряд знают… – тихо сказал он сам себе, но я расслышала, хотя решила никак не комментировать его фразу

– А ты был здесь? – спрашиваю я, с интересом поглядывая на парня.

Он неопределенно пожал плечами, не отрывая взгляда от яркого пламени. Огонь отражается в его зрачках, отчего показалось, что в нем есть что-то от дьявола. Выглядит весьма устрашающе, учитывая тот факт, что я его совсем не знаю и мы совершенно одни возле озера, существование которого для многих неизвестно.

Вокруг тишина, разбавляемая стрекотанием кузнечиков и других насекомых в траве и треском костра. Природа живет своей жизнью, а люди своей. И эти жизни абсолютно разные.

Какое-то время смотрю на него, после чего вздыхаю и подхожу к противоположному от него костру. Он странный. В прошлый раз, при нашей первой встрече, он был совсем другой. Два разных человека. В прошлый раз он был каким-то веселым, нежным, жизнерадостным, а сейчас какой-то грустный и хмурый.

– Так и будешь игнорировать меня? – спрашиваю я, но смотрю не на него, а на костер.

На танцующие языки пламени можно смотреть бесконечно.

– Я не буду отвечать на этот вопрос, хорошо? – раздался низкий голос над самым моим ухом, отчего я вздрогнула.

Он опустился рядом со мной на бревно и безмятежно закинул руку мне на плечо, снова устремив свои карие глаза на огонь.

Мне нравится его рука на моем плече. Нравится ровное дыхание и его запах.

– Ты так и не сказал кто ты, – замечаю я.

– Это не важно, – говорит он в ответ. – Странно, что тебя волнует только это, потому что мою голову занимают мысли о том, почему ты мне снишься уже третий раз.

– Да, это странно, – бормочу я, вздыхая. – Кстати, школа! Ты знаешь Стаса?

Его взгляд резко меняется, челюсть напрягается и ладони сжались в кулаки. Лицо принимает непроницаемое выражение, взгляд становится словно пустым. Мне не нравятся эти резкие изменения в нем при упоминании Стаса.

– Понятия не имею о ком ты, – говорит парень спокойным голосом, но я не верю ему, уверенная, что он врет.

Стас пропал довольно давно, прошли года, но сейчас мне показалось, что у меня появилась зацепка найти его. Да, все уже отчаялись его найти, с ним могло произойти все, что угодно, но он вполне может еще быть жив. И если это так, то почему бы не отыскать его?

– Почему ты врешь? – спрашиваю я его и отодвигаюсь. – Что ты тогда делал в коридоре? Почему так напрягся, когда я назвала это имя?

Он встал на ноги и направился к озеру, наблюдая за гладью поверхности воды. Руки он засунул в карманы джинс, легкий ветер треплет его темные волосы.

– Слишком много вопросов, не считаешь?

Поднимаюсь с бревна и подхожу к нему, остановившись за широкой спиной парня. Кладу руку ему на плечо и говорю:

– Мне важна эта информация. Если ты что-то знаешь, то, пожалуйста, расскажи мне. Если он жив, если с ним все в порядке, то я обязана его отыскать! Его старший брат будет счастлив, если он все же найдется. Это очень важно!

Я вложила в свой голос нотки мольбы, нахмурив брови. Во мне твердо засело чувство, что он все знает, что он может мне рассказать, но прошло минуты две, а он так и не сказал ни слова.

– Я не знаю почему ты мне снишься. Я не знаю кто ты и что из себя представляешь. Я ничего не знаю. Не знаю, что ты за человек и существуешь ли ты вообще, или просто плод моей шальной фантазии, но, даже если это просто сон, даже если все это – выдумки моего мозга, может быть сон даст мне подсказку как найти Стаса.

Выражение его лица не изменилось. Ветер усилился. Вода озера заволновалась, говоря о том, что скоро начнется дождь. Кареглазый смотрит на воду, поджав губы и нахмурив брови, словно о чем-то очень напряженно думает.

– Стас… – наконец раздался его голос. – Его больше нет. Стас умер.

Зажмуриваюсь, принимая его слова, но молчу. Это просто сон. Пусть он очень реалистичный, пусть на утро я опять буду ломать над ним голову, это просто мой сон. Я переутомилась за день, вот мне и снится черт пойми что.

Я вздыхаю и убираю ладонь с его плеча.

– Как бы мне хотелось, чтобы ты был не просто моим сном, а реальным человеком…

Поворачиваюсь и собираюсь снова пойти к костру, но чувствую теплую ладонь, которая сжала мою кисть. Удивленно поворачиваю голову и вижу его легкую улыбку, которая в реальной жизни наверняка очень нравилась бы девушкам. Он притягивает меня к себе за руку и обнимает, сложив руки на моей спине.

Я утыкаюсь носом ему в грудь, ощущая тепло и запах его тела. Чувствую, как под моей ладонью сильно бьется его сердце и улыбаюсь. Положив подбородок на мою макушку, он медленно выдохнул.

– Как же жаль, что ты всего-лишь сон… – бормочу я, чувствуя, как становится тепло внутри меня. Словно на душе становится тепло.

Человеку не нужно много времени, чтобы начать что-то чувствовать к человеку. Достаточно пары мгновений, нескольких пересекающихся взглядов и одного прикосновения.

– Жаль? – усмехается парень. – Даже если я реальный человек, то ты бы тысячу раз разочаровалась во мне.

– Не думаю. Мне хорошо с тобой.

Закрываю глаза и обхватываю его торс руками, обнимая. Совсем скоро сон закончится, розовые очки будут сняты, и я опять окажусь в жестокой реальности своей жизни. Хочется спать вечно.

Мир устроен так жестоко. Одни люди уходят, другие приходят и никто не задерживается надолго. Даже самой дорогой сердцу может однажды собрать чемоданы, вызвать такси, сказать что-то на подобии: «Прости, так будет лучше» и махнуть ручкой на прощание. А ты будешь стоять и слезы будут литься по твоим щекам. Но ни за что не должен бежать следом, пытаться как-то остановить, потому что если человек хочет уйти – пусть уходит. Тебе нужно его просто отпустить. Здесь уже ничего не сделаешь, ничего не изменишь.

Так же и мы уходим от кого-то, сделав для себя вывод, что так будет лучше. И кто-то будет так же стоять и плакать, смотря вслед, но ничего не делая, чтобы остановить. Это происходит с каждым. Это жестокая реальность. Жизнь.

Жалкое существование.

Я проснусь, встану с кровати и буду заниматься уже привычными делами. Буду делать то же самое, что делаю каждый день.

– О чем ты думаешь? – слышу его голос над своим правым ухом и чувствую, как завибрировала его грудь.

– О жизни, – отвечаю я, пожав плечами. – О том, что буду делать после того, как это все закончится, и я открою глаза. А ты о чем думаешь?

– Ни о чем. Пусто в голове. Поделишься своими мыслями?

Улыбаюсь и опять пожимаю плечами.

Что-то упало на мою ладонь, оставляя влажный след. Потом еще раз.

Поднимаю голову к небу, а кареглазый парень из моего сна повторяет мои действия. С неба начали падать капли, с каждым мгновением набирая скорость. Щурюсь, чтобы жидкость не попадала в глаза и смотрю как летят с неба прозрачные маленькие капельки.

Ливень. Моя одежда промокла до последней нитки. Волосы напитались влагой и тяжелым грузом легли на спину.

Опускаю голову и встречаюсь взглядом с карими глазами. Наши носы соприкоснулись, заметила на его лице улыбку и сама не могу сдержать уголки губ, которые сами собой поползли вверх. Смех вырывается из груди и не могу его сдержать. Громко смеюсь и он смеется вместе со мной.

Оба промокшие до нитки, оба смеемся, обнявшись, под проливным дождем. И не нужно лишних слов, чтобы описать свои ощущения.

Его смех стал доноситься до моих ушей все тише и тише, его лицо становится все мутнее, словно резко появился густой туман.

В последний раз сжимаю ткань его толстовки, понимая, что мое сознание начинает просыпаться.

– Надеюсь, мы еще увидимся, – шепчу я и закрываю глаза.

Открываю глаза и устремляю взгляд в потолок своей комнаты. За окном уже посветлело, говоря мне о раннем утре.

Доброе утро, Лия! Вот и очередной день твоей жизни. И неизвестно, что он тебе принесет…