Измена. Муж в законе не отпустит

ГЛАВА 1

Я стою в тени колонн, наблюдая за тем, как муж смеётся, склонившись к модельке в коротком блестящем платье. Его рука слишком близко к её округлой заднице, а взгляд полон того самого огня, который, когда–то был только моим. Осенний вечер окутывает зал тяжёлым бархатом сумерек, а за окнами шумит дождь, словно вторя моему разбитому сердцу.

Звон бокалов сливается в какофонию боли, музыка режет слух, а голоса гостей превращаются в далёкий шум. Только их смех, их близость, их беззастенчивость звучат кристально чисто.

Она – молодая, дерзкая, с вызывающим взглядом и слишком откровенным декольте. Та, кто осмелилась украсть то, что принадлежит мне.

– Миша, – шепчет потаскушка, проводя пальцем по рукаву его черной рубашки, – может поедем в местечко потише? М?

Его циничная ухмылка режет сильнее ножа. Но когда подлец замечает меня, то превращается в еще более безжалостного зверя.

– Есения, дорогая, – тон ровный, ни капли раскаяния, только насмешка, – я думал, ты уже давно уехала. Мы же попрощались полчаса назад. Я проводил тебя до машины.

Это правда. С одной поправочкой: я оставила в туалете любимую помаду. Накрасила губы и забыла тюбик на столике возле умывальника. Но Мише ни к чему это знать. Забытая помада не имеет никакого отношения к тому, что сейчас происходит.

– Ты этого и добивался, да? Мечтал меня сплавить и потискаться с этой… этой… – слова застревают в горле, превращаясь в горький ком.

– Тискаться? – его голос сочится ядом. – Не преувеличивай, дорогая. Это всего лишь деловой разговор.

– Деловой разговор? – я почти кричу, и гости начинают оборачиваться. – С ней?

– А что такого? – овца вклинивается в разговор, ласкает твердую грудь Миши. – я кажусь вам слишком распутной? Мишеньке такие очень нравятся. Верно же?

Мир вокруг меня кружится, словно карусель, а дождь за окнами бьёт по стёклам всё сильнее и сильнее. Капли стекают по окнам, как мои слёзы по щекам.

– Ты… ты… – я не могу подобрать слов. – Сукин сын…

– Да хоть пес подзаборный. Думаешь, ты особенная, Есения? Ты же просто удобная жена для прикрытия. Хорошенькая картинка.

– Прикрытия? – эхом повторяю я.

– Да, дорогая. Ты понимаешь, о чем я говорю, не тупи. И не устраивай концерт на потеху публике. Езжай домой.

Его слова бьют наотмашь, словно пощёчины. Я отшатываюсь, хватаясь за колонну, чтобы не упасть.

– Ты… ты проведешь вечер с ней? – шепчу я, наконец складывая нехитрый пазл.

Его смех звучит словно смертельный приговор.

– И не только вечер. Но это не твоё дело, дорогая. Ты же у нас идеальная жена. Занимайся своими благотворительными вечерами и не лезь туда, куда не просят.

– Ненавижу, – шепчу я, чувствуя, как внутри что–то ломается окончательно.

– О, не драматизируй, – он пожимает широкими плечами. – Это бизнес, детка. И в нём нет места сантиментам.

Я разворачиваюсь и иду прочь, чувствуя, как за спиной смеются оба. Дождь за окнами превращается в ливень, словно природа оплакивает мою разрушенную жизнь.

Мой мир только что рухнул, и я не знаю, как собрать его осколки.

Я останавливаюсь. Ноги будто врастают в мраморный пол. Что–то внутри меня надламывается, и я понимаю – не могу просто уйти. Не могу оставить всё так.

Разворачиваюсь резко, почти бегом возвращаюсь к ним. Музыка вокруг кажется издевательской, голоса гостей – насмешливыми.

– Миш, – холодно и твёрдо, – я еще не все сказала. Так что послушай внимательно!

Он поднимает одну темную бровь, его лицо – маска превосходства.

– Дорогая, мы уже всё обсудили.

– Нет, – я делаю шаг вперёд, – мы не обсудили главного. Как ты мог? Как ты мог предать всё, что между нами было?

– Было? – его полные губы кривятся в гнилой усмешке. – Ты серьёзно? Ты правда верила в эту сказку?

– Я верила в тебя! – кричу, не сдерживаясь. – Верила в нашу любовь, в наше будущее!

– Любовь? – он почти смеётся. – Любовь – это слабость, Есения. А я всегда был сильным.

– Сильным? – я наступаю на него. – Ты просто трус! Трус, который прячется за маской цинизма и жестокости!

– Осторожнее, – его голос понижается до угрожающего шёпота. – Не забывайся.

– А что мне терять? – я раскидываю руки в стороны. – Ты уже всё потерял. Свою честь, своё достоинство, моё уважение.

– Уважение? – вмешивается его пассия. – А что ты вообще знаешь о своем муже? Ты просто слепая дура, которая не видела, что происходит у неё под носом.

– Замолчи! – рявкаю на неё. – Ты ничего не понимаешь, дура. Ничего!

Обворачиваюсь к Михаилу, мои глаза полны горячих слёз.

– Знаешь, что самое ужасное? То, что я любила тебя. Действительно любила. Таким, какой ты есть. А ты же не ангел, Миш. Далеко не ангел. И ты обесценил, растоптал мои чувства, как какую–то грязь.

– Нет и не было никакой любви, Есения. И сейчас ты позоришь меня перед коллегами и будущими клиентами.

Слишком спокойно и обыденно.

– Они знают о твоих грязных делишках? – выплевываю я. —В курсе, что твоя империя построена на крови и предательстве.

– Захлопни варежку, – его лицо каменеет.

– И не подумаю – качаю головой. – Ты потерял не просто жену. Ты потерял человека, который верил в тебя и который пять лет хранил твои секреты. Но теперь мне ничто не помешает мне поделиться ими с нужными людьми в погонах.

ГЛАВА 2

Я молниеносно разворачиваюсь и ухожу. На этот раз окончательно. Дождь за окнами стихает, словно природа наконец–то обрела покой. А я… я наконец–то поняла, что свобода от этого человека – единственное, что может залечить мои раны.

Я иду по тёмным коридорам старинного особняка Морозовых, а в голове крутятся его слова, его холодный взгляд, его презрение. Едва выхожу га улицу, осенний ветер пробирается под платье, словно пытаясь утешить мою израненную душу.

Сажусь в машину, но не завожу двигатель. Просто сижу, глядя в окно на капли дождя, стекающие по стеклу. Вспоминаю каждую деталь той сцены: его руку на талии драной курвы, её наглый взгляд, их смешки за моей спиной.

Внезапно что–то щёлкает в памяти. Её лицо… Где–то я уже видела это лицо. Эти дерзкие карие глаза, эту вызывающую фигуру…

Офис. Точно! Я видела её в офисе Мишки. Пару раз она приходила с документами от конкурентов. Помню, как она тогда держалась с таким видом, будто знает, что–то важное, будто имеет власть над ситуацией.

Боже… Неужели всё это время у него была связь с помощницей врага? Какая изощрённая игра. Какая подлость.

В голове начинают складываться немыслимые сюжеты. Все эти деловые встречи, поздние возвращения, срочные поездки. Всё это было частью их плана. Их скотского, продуманного плана.

Она не просто любовница. Она шпионка. А он… он предатель не только в личной жизни, но и в бизнесе.

От этой мысли становится ещё больнее, но одновременно внутри разгорается огонь. Огонь ярости и решимости. Я не позволю им использовать меня. Не позволю разрушить то, что я считала своим.

Вытираю слёзы, беру себя в руки. Теперь я знаю слишком много. И это знание – моё оружие. Пусть думают, что сломали меня. Пусть празднуют свою победу. Но я ещё покажу им, что значит играть с огнём.

Завожу–таки машину и выезжаю на мокрую от дождя дорогу. Вокруг густой туман. Осенняя ночь поглощает следы шин и мое бешеное сердцебиение.

Толком не помню, как доезжаю до дома и поднимаюсь в квартиру.

Часы наедине с собой тянутся бесконечно. Каждый звук в тишине кажется ударом молота по нервам. Я сижу в нашей спальне, глядя на дверь, и жду его возвращения. Жду, чтобы высказать всё, что за это время накипело в душе.

Когда наконец слышу, хлопок входной дверь, подрываюсь с постели. Мои глаза сухие, но внутри всё горит от невыплаканных слёз.

Он входит в комнату, пытается изобразить искреннее удивление.

– Есения? Ты тут? Чего еще не свалила?

– Свалю, – произношу тихо. – Но сначала я хочу понять, какого черта творится, Миш?

Он пытается обойти меня, но я преграждаю путь.

– Нет, ты выслушаешь меня. Выслушаешь всё до конца.

– Слушай, давай не будем устраивать сцен, – сквозит дрянной фальшью.

– Сцен? Ты называешь это сценой? После того, как я видела тебя с той… помощницей твоего конкурента?

О, я бью точно в яблочко. Сразу багровеет.

– Ты ее узнала?

– Ага, – вдыхаю глубоко. – И мне непонятно, почему именно сейчас ты решил вскрыть все карты разом. Выходит, все эти годы я была для тебя всего лишь домработницей? Кухаркой? Прислугой, которая должна молчать и улыбаться?

– Есения, ты перегибаешь, остынь…

– Остыть? – перебиваю его. – Я отдала тебе всё: любовь, заботу, верность. А ты… ты предал меня дважды. И профессионально, и лично. И я клянусь, я заберу у тебя то, что мне причитается. В качестве моральной и материальной компенсации за предательство.

– Ты не посмеешь…

Сжимает кулаки.

– Посмею. И сделаю. При разводе я заберу свою долю. Заберу то, что по праву принадлежит мне.

– Не на того рыпаешься, – сужает лживые глазки.

– О, поверь, я смогу. А если ты будешь сопротивляться… – делаю паузу, наслаждаясь его коротким замешательством. – Я знаю о твоих «дополнительных» бизнес–проектах. О незаконной перегонке машин, о связях с местными авторитетами. Думаешь, я не найду, кому рассказать об этом? В полиции будут очень заинтересованы такой информацией.

Миша отступает, впервые показывая, что–то, кроме злости.

– Ты не сделаешь этого.

– Сделаю. Потому что больше не позволю тебе разрушать мою жизнь. Ты думаешь, что я слепая дурочка? Что я закрою глаза на твою измену и ложь? Нет, Миш. Пришло время платить по счетам.

Он молчит, а я вижу, как в его глубоких синих глазах мелькает страх. Приятно видеть его уязвимым, растерянным.

– И все же, у тебя есть выбор. Либо мы расстанемся цивилизованно, либо… ты узнаешь, на что способна оскорблённая женщина.

Разворачиваюсь и ухожу, оставляя его наедине с его мыслями. Впервые за долгое время я чувствую себя сильной. Сильной и свободной.

Я направляюсь к двери, но его тяжёлые шаги за спиной заставляют меня остановиться. Мишка догоняет меня, его дыхание тяжёлое, радужка горит яростью.

– Ты никуда не пойдёшь. Развода не будет. Ты останешься моей женой, моей притворной ширмой для общественности.

ГЛАВА 3.

Я круто разворачиваюсь к нему, встречая его взгляд с храбрым вызовом.

– Ты не можешь меня заставить.

– О, поверь, могу, – его губы глумливо кривятся. – Ты слишком много знаешь, Есения. И если ты думаешь, что сможешь уйти, забрать часть бизнеса и пойти в полицию… ты глубоко ошибаешься.

Он подходит ближе, нависает надо мной, как скала.

– Ты будешь делать то, что я скажу. Будешь улыбаться на светских приёмах, играть роль идеальной жены. Или… – он делает паузу, наслаждаясь моим страхом, – ты окажешься в багажнике одной из моих машин на свалке. Никто не найдёт твой труп.

Его слова бьют наотмашь, но я заставляю себя оставаться спокойной. Внутри всё дрожит, но я не позволю ему увидеть мой бешеный испуг.

– Ты не посмеешь, – мямлю вполголоса.

– Посмею, – поддевает светлый локон моих волос. – Я уже много лет играю по этим правилам. И ты думаешь, что сможешь меня остановить?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.