- -
- 100%
- +
Луи промолчал, неодобрительно посмотрел на Клема и продолжил. Клем впервые испугался его взгляда, отложил пустую миску и стал слушать дальше.
— Потом Годфри решил объявить наследником любимого младшего сына — Хэдли. Болдрик, старший сын короля, был оскорблён решением отца, но виду не подавал. Король умер, и на престол взошёл Хэдли. Но править ему пришлось недолго: в ту же ночь после коронации Болдрик проник в покои молодого короля и перерезал ему горло — так неумело, что тот успел проклясть брата. На вечные муки — и на то, что тот никогда не станет великим королём, как Годфри.
Естественно, Болдрик не придал этому значения. И вот через год-другой дела в королевстве пошли совсем плохо. Все напасти обрушились на Меаркурию. Вспомнив о проклятии, Болдрик в панике стал искать волшебников по всему Этернису. И вот однажды к нему пришёл колдун в чёрном плаще и пообещал снять заклятие — всего за королевскую кровь. Король не колеблясь согласился. После ритуала ему стало плохо — он, лёжа на полу, бился в конвульсиях. Колдун обманул Болдрика и выдвинул условия: расколдует, если тот отдаст всю королевскую казну. Король снова доверился и принял условия. После того как его расколдовали, он стал жить. Но был один нюанс: он стал призраком — бесплотным существом, обречённым бессмысленно влачить существование.
Такой исход Болдрика не устроил. Он искал способ вернуть себе облик — и после долгих поисков отыскал заклинание… — Луи содрогнулся и замолчал.— Что… что за заклинание? — с интересом спросил Леон.— Он должен был забрать души у пары тысяч человек — и тогда на время обрёл бы облик. Где взять столько душ, как не в родном городе? Забрав души жителей, он снова стал королём, а его подданные превратились в нежить, что бесцельно служат ему целую вечность. Эриданцы прозвали его Вэйлом — так имя и прижилось.— И что же с ним теперь? — спросил Леон.— По преданиям, он появляется в Сецессии раз в год со своей армией и ищет новые души.
Леон ничего не сказал. Только посмотрел на замок — чёрный, безмолвный — и почувствовал, как по спине ползёт холод. Если в легенде есть хоть часть правды, то за стенами сейчас не узурпаторы. За стенами — мёртвые.
— Интересная сказка, — сказал Клем. — Но на правду мало похожа.— Это было давно. Может, что-то и приукрашено, но суть не меняется, — сказал Луи.— Лео, как тебе эта история? Веришь в неё? — с интересом спросил Клем, ожидая ответа.— Думаю, в ней что-то есть. Хотя таких историй и правда много.— Всё с вами понятно. Верите в легенды. А настоящая война — далеко не то, что в книжках пишут. Нет никакой магии, нет призраков. Есть лишь бесконечная смерть на полях и смрад от трупов, — со злостью сказал Клем.— Откуда тебе знать? Ты ещё не был ни в одной битве — а уже делаешь выводы. Во всякой легенде может оказаться частица истины, — сказал Луи спокойно и неторопливо.— Я согласен с Клемом. Война куда суровее, чем о ней говорят, — сказал Эдмунд.— Вот… вот хоть один разумный среди нас, — Клемен одобрительно кивнул Эдмунду. — Ты же участвовал в битвах, Луи. Как оно на самом деле?
Луи ответил строго и резко:— Все битвы, в которых я был, заканчивались слишком быстро. Противники отступали, едва увидев поражение. — Больше говорить об этом он не хотел, и это было видно.— Завтра мы это и узнаем, — тихо, невзначай сказал Леон.— В каком это смысле? — удивлённо и быстрее всех отозвался Эд.— Сегодня я слышал, как Карл советовался с комендантами. Они хотят завтра начать первое наступление на Сецессию, — встревоженно сказал Леон.— Так быстро… Ну и дела. Давайте не будем о войне, — сказал Эдмунд.— Верно. Не о войне. Какие у вас планы после войны? — с интересом спросил Клемен.
Луи усмехнулся:— Дожить до завтрашнего утра. Вот мой план. А там видно будет.
Все неловко засмеялись.
Спор о Вэйле угас сам собой, растворившись в ночной тишине. Кто-то принёс ещё дров, кто-то попросил добавки каши. На время они перестали быть солдатами и стали теми, кем были всегда. Простыми людьми, которых волновали простые вещи — и, конечно же, родной дом, о котором они готовы были говорить днями напролёт. Говорили о том, что останется с ними, даже если завтра они не проснутся. Когда костёр погас, они не заметили, как наступила ночь.
***
Ночь для Леона выдалась бессонной — после разговора у костра он так и не сомкнул глаз. Всю ночь он ворочался и потому оставался настороже. Это пригодилось: спустя пару часов после пиршества он услышал протяжный звук. Сигнальный рог эриданцев — тревога.
Леон выбежал из палатки в одной рубахе и, осмотревшись, увидел хаос. Град стрел обрушился на лагерь. Свист бил по ушам, а когда стрелы падали — становилось хуже: горящие палатки раздували огонь быстрее ветра. Ошеломлённый, Леон замер, глядя в небо. Но Эдмунд подошёл сзади и привёл его в чувство:— Твою мать, Леон! Чего ты стоишь? Иди вооружайся… быстрее!
И сам побежал к стойке с бронёй и оружием. Обмундировавшись, Леон вернулся к Эдмунду, вокруг которого собрались товарищи. Вскоре подошёл комендант:— Всем в конюшни, живо!
По дороге Эдмунд спросил коменданта:— Давно они напали?— Только что. Хотя на восточные ворота напали чуть раньше, — озадаченно ответил маршал.— Сколько у них людей? Как они вооружены? — настойчиво допытывался Эдмунд.— Не знаю, сколько их, даже приблизительно. Но наши ряды точно проредили.— Намного?— А ты сам оглянись.
Эдмунд окинул взглядом казармы и увидел, как многие солдаты лежат в грязи, застреленные стрелами, другие — заживо сгоревшие — скорчились в палатках. А остальной лагерь всё больше охватывало алое пламя.
Пока они шли к конюшне, к ним присоединился Луи:— Я еле выбрался из такого дерьма, что вам и не снилось!— Я всегда знал, что ты не пропадёшь, Луи. А Клемена не видел? Он должен был быть с тобой, — встревоженно сказал Эдмунд.— Я думал, он с вами… Не переживайте: такой выскочка, как он, не пропадёт.
Как только они пришли к конюшне, командир поторопил их. Воины быстро оседлали лошадей. Готовые к бою, они двинулись за комендантом к тыловому выходу. Обойдя лагерь и поднявшись на холм, комендант заговорил:— Карл приказал зайти врагу в тыл. Мы это и сделаем. Лагерь в огне, внизу — наши павшие товарищи, что даже не успели поднять меч! Нас немного, но мы не просто изменим ход битвы — мы перепишем её исход! Отомстим за наших собратьев! Заставим их пожалеть о содеянном!
Воодушевлённые солдаты ждали приказа. С холма было видно, как многотысячная армия штурмует пылающий лагерь. Оттуда доносились только крики и стоны умирающих. Армию было видно, но разглядеть, кто там, мешала тёмная ночь. Комендант не отдавал приказа атаковать: он увидел, что к нему скачет подкрепление. Это был Клемен с выжившими солдатами, ещё способными воевать. Как только все были в сборе, комендант крикнул во весь голос:— Во имя Эридании… в атаку!
В ту же секунду конница клином ударила во врага. Под звон мечей, стоны умирающих и треск пылающего лагеря она тараном влетела в первый отряд.
Леон взял саблю и направил её вперёд — готов был сразить первого же врага. Но лошадь рухнула на полном скаку: в неё попала стрела. Леон вылетел из седла и кубарем покатился по земле. В глазах потемнело, адреналин ударил в кровь.
Он поднялся, подобрал саблю и огляделся — но из-за пепла и дыма ничего не было видно. Только рядом, в двух шагах, тяжело хрипела его лошадь. Она попыталась подняться, повела головой — и снова упала. Стрела торчала у неё из шеи, кровь заливала землю. Через мгновение она затихла.
Леон стоял, не в силах отвести взгляд. Первый бой, и он уже без коня, в самой гуще, один. Он сжал рукоять сабли так, что побелели пальцы.
— Леон!
Он обернулся. Эдмунд, весь в крови, бежал к нему сквозь дым, расталкивая обезумевших солдат. Подбежал, схватил его за плечо:— С тобой всё в порядке, братец?— Да… вроде в норме. Ты-то как? Выглядишь паршиво… весь в крови, — замедлено и тревожно сказал Леон.— Не переживай. Кровь не моя — лошади. Я наскочил на копьё и вылетел из седла. Ты уже видел врага?— Нет. А что?— Это армия Вэйла. Всё, что говорил Луи, — правда.— Не может быть. Ты не бредишь?— Нет. Сам всё увидишь.— Где Клем, Луи, комендант?— Я только тебя встретил. Идём, мы должны сражаться.— Против нежити?— Леон, мы дали клятву королевству — биться за неё до самой смерти. Исполним же наш долг!— Я даже не знаю…— Вперёд! Мы должны действовать, или нас просто убьют! Не тупи, Леон!— Хорошо… пошли.
Леон с Эдмундом двинулись в бой. Оказавшись в гуще, они увидели страшное. Леон остановился. Ноги не шли.Скелеты в человеческий рост рубили и кололи всех, кто приближался. Убить их было почти невозможно. И вид их был страшен: из глазниц и ртов шёл зелёный дым. Говорят, это душа, заточённая в нежить.
На Эдмунда сразу побежали два скелета. Замахнувшись, они чуть не достали его, но от одного удара он увернулся, а другой парировал саблей.
Пока Леон смотрел на скелета, не веря своим глазам, на него напал другой. Удар он не успел парировать — попытался увернуться, но меч нежити всё же достиг цели и рассёк живот. Их клинки прорубали даже броню — Леон понял это слишком поздно.
Леон пошатнулся. Раны он сначала не заметил — и рухнул в ров.
Скелет не стал добивать — побежал к следующему. Лёжа в грязи, Леон почувствовал боль — словно внутренности рвались наружу. Он засунул руку под кирасу, нащупал влагу, посмотрел на пальцы — тёмная кровь.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.