Корабль уходит в небо

Корабль уходит в небо…

Предисловие

Он в море один, один на этом белом свете.

Кораблик плывёт навстречу этим западным ветрам.

Он любит тебя, он ждёт, он дышит вашей любовью.

Бушует волна – его сердце наполняется кровью.

Каштаны – «Моряк» (куплет из песни)

Идея этого рассказа возникла ни из чего, точнее, всё-таки откуда-то она появилась, и, может быть, когда-нибудь великие мужи, а может, даже и девы, найдут всё-таки это облако коллективного разума, откуда всё берётся. Но не сегодня. Любые совпадения с реальностью – с вашей жизнью, прошлой, настоящей или будущей, – являются огромным, почти что невозможным совпадением, и если вы всё-таки нашли что-то общее, то вам впору обратиться к психологу. А лучше – сразу в государственные службы безопасности разума, там вам найдут применение.

Автор не претендует на историчность романа – если честно, он и на море-то никогда не был, – да и не претендует на литературную премию, а только лишь на её денежную часть, ибо всё корыстное ему не чуждо.

Саму идею романа разрешаю использовать разным инфоцыганам, религиоведам и деятелям аниме-культуры. Всем – мирного моря над головой.

Глава 1

Это был день огромного события. Масштаба Великого взрыва Вселенной, и, как правило, такой день начинался, как и любой другой. Некоторое количество людей – разных возрастов, разных, узаконенных великой конституцией Великого Государства Алмазного Хлеба, полов, а если быть точнее, только двух: мужского и женского, разного сословия – пребывали на маленьком острове в большом океане. Они уже были большими счастливцами в глазах оптимистов, так как пережили большое кораблекрушение и сумели выжить. Другие же, более извращённые к жизни люди, считали, что им повезло меньше, чем тем, кто погиб сразу. Но кто из нас не задумывался о своём стакане? Ведь именно этот злосчастный стакан, который ещё непонятно – наполовину полон или пуст, – становится главной идеологической идеей родить себе подносильщика этого самого стакана.

• Идеологически-демографическая политика стакана – принятая разбирательной властью Великого Государства Алмазного Хлеба.

Никто не может чётко сказать, сколько по времени они находились на этом острове, да и считать время в эпоху больших свершений было очень некрасивым жестом. Поэтому только у совсем падших людей были часы, с помощью которых они следили за своим временем. Действительно, когда у тебя чего-то мало, за этим приходится следить, чтобы ещё больше утверждаться в своей никчёмности, когда чего-то у тебя становится ещё меньше, чем было.

Можно сказать одно: на острове они уже успели обжиться, кожа их приобрела красивый бронзовый цвет, и мысли их всё больше и больше становились томными.

Скорее всего,многие из нас хотели бы оказаться на недельку на этом самом острове: вокруг голубое до безобразия море, тёплое солнце и умиротворяющая до самого сердца акустика. Но ценность таких мест повышается только от того, что мы знаем – очень скоро сможем оттуда уехать; эти же люди об этом уже и не мечтали. Они просто и ясно приняли, что это их последняя пристань.

И вот как раз в такой, вроде бы казалось бы, обычный день разморённых, засыпающих людей разбудил резкий и высокий голос краснощёкого юнца:

– Корааааабль!

Это был не то вопль, не то здравствующий клич, поэтому всё население острова устремилось к горизонту.

Появление здесь спасительного корабля было практически невозможным: тёплое море было не очень популярно для прогулочных маршрутов с того времени, как началась Великая Война За Что-то.

• Война За Что-то – во времена Кукурузного короля была придумана универсальная претензия – на что-то. От этого каждая после этого война была за что-то. В событиях, описанных в этом романе, говорится о седьмой Войне За Что-то.

Да и радость спасения сразу же сменилась волнением. Это мог быть корабль неприятеля, который неминуемо взял бы в плен детей и подростков, а женщин и мужчин заставил бы менять пол здесь и сейчас, что было унизительным и хуже любой смерти или пытки.

Если всё-таки это корабль нашего флота, то участь была бы тоже не из лёгких: все спасённые сразу были бы полуобезличены, да и в возрасте тоже, и записаны прямиком в состав флота, и отправились бы воевать за что-то.

Поэтому приближение корабля к острову было невероятно волнительным и страшным до ужаса. И весь спектр этих эмоций заставлял белеть от ужаса даже уже изрядно сгоревшую кожу.

Корабль шёл медленно. Он был огромный, и с каждым приближением становился всё непонятнее. Опознавательных флагов на нём не было, людей на палубе тоже не было видно, и когда шум бьющейся об него воды стал слышен людям на острове, один из мужчин невысокого роста что-то буркнул себе под нос, видимо высказав мысль сначала себе, а потом огласил её всем остальным – что на корабле никого нет, что он плывёт сам по себе.

Люди оторопели, но мужчина всё ещё небольшого роста крикнул голосом ещё не окрепшего или уже уставшего полковничьего голоса:

– Вперёд! К нему!

И вся толпа ринулась собирать свои пожитки, закидывать их в самодельные лодки и плавательные средства. Верить в чудо не было времени, да и когда оно есть? Верят в чудо те, у кого его либо не было, а может, никогда и не будет. Потому что как только оно к тебе явится, единственная твоя цель будет его ухватить.

Картина была яркой, она нарушала установившиеся здесь законы размеренности: люди мельтешили, торопились, падали, поднимались и бежали снова. Не пережив ещё страх приближающейся опасности, их сверху накрыла радость спасения, а это двойственное чувство – самое опасное для нашего бытия.

И вот вся братия стала отходить от острова, от своего настоящего спасителя. Лишь редкие юнцы оглянулись назад с сожалением, да и только потому, что забыли там свои игрушки.

Взгляды и мысли большинства были устремлены к этому морскому гиганту. И чем ближе они к нему подплывали, тем яснее становилась картина.

Корабль был сломан и, видимо, покинут в ходе битвы. Из трёх мачт была цела только одна, в корпусе имелись пробоины, куда затекала вода, оттого он и шёл великим, гордым шагом прямиком в морскую пучину с чувством выполненного долга. Как правило, именно с таким видом мы и уходим от этого долга – сломанными, разбитыми и с чувством мифической победы, которая вызывает у нас больше тошноты, чем гордости.

И вот наши герои во главе с мужчиной небольшого роста уже цепляются за канаты, цепко лезут на корабль и скидывают новые верёвки и лестницы, по которым забираются и все остальные.

Глава 2

Корабль был огромный и богатый. Он был старый: судя по его отметинам и документам, которые не успели уничтожить, дрейфовал он в таком состоянии ещё с шестой Войны за Что-то. По всей видимости, именно на нём передвигались полководцы одной из битв, в которой он и получил свои увечья.

Проникая в недра корабля всё глубже и глубже, люди про себя радовались богатым находкам: отсеки ломились от еды и пороха. Пушки были новые и, похоже, их даже и использовать толком не успели. Вокруг были следы того, что корабль оставляли в спешке. И этому были причины.

Корпус корабля был пробит тремя взрывными радиоуправляемыми чайками, в них медленно заливалась вода, а также имелись мелкие пробоины от осколков неустановленных снарядов. Мачты были поломаны, осталась только одна – с разорванным парусом, и, конечно же, беспорядок, оставленный как дань в наследство страху и ужасу погибели.

Мужчины подручными средствами заделали как смогли дыры, сняли изрядно порванный парус; женщины как получилось привели его в божеский вид и, как подобает Господу, снова его распяли и навели хоть какой-либо порядок.

Пришло время жить… Самое страшное время в эпоху человечества на любой планете, любой из вселенных. Ведь именно в этот период ты встречаешься сам с собой, и не всегда эта картина тебе приятна. Жить в настоящем – это всегда страшно, невыносимо, но наш мозг в кредит нам эти мысли зашифровывает и выдаёт их в дальнейшем с ещё большим паскудством, чем если бы мы пережили их в моменте.

После плотного обеда на палубе люди немного начали приходить в себя. Солнце уже близилось к горизонту, море всё так же оставалось спокойным и тёплым. Ели молча, так тихо, что скрип неоторвавшихся досок перекрикивал жующих. Радость была непомерная. Но в Великом Государстве Алмазного Хлеба, спасёнными гражданами которого они и являлись, радоваться было не принято. Даже наоборот – за излишнее удовлетворение ты мог быть наказан.

Первым разорвал молчание почти беззубый, лысеющий, усатый мужчина с практически чёрным лицом от загара и белыми-пребелыми усами.

– Сожители, – произнёс он низким гундосым голосом. – Мы с вами стали свидетелями ряда великих событий, которые и привели нас сюда. Сюда, где есть еда, вода, порох, драгоценности и возможность спрятаться от непогоды и палящего солнца.

Все на борту в этот торжественный момент перестали есть и смотрели вверх на человека с усами.

– Все мы сожители Великого Государства Алмазного Хлеба, – как можно трагичнее выкрикнул он, – и мы не должны отступать от наших духовных заграждений. И, как требует того закон, у корабля должен быть капитан – человек нашего честного теста, строгий к себе, ещё строже к другим и с большой любовью к Алмазному Государству. И среди нас только лишь один такой джентльмен.

Он указал рукой на сидящего, сутулившегося мужчину небольшого роста, который и скомандовал к кораблям.

– Капитан Ульям Мотылев, – представил его усатый человек.

Ульям Мотылев сдержанно кивнул, достаточно бодро для своего вида встал и потёр руки о свой пиджак. Мужчина с белыми усами пригласил Ульяма Мотылева к импровизированной трибуне. И Ульям покорно, немного стесняясь, подошёл к ней.

– Здравствуйте, сожители, – сказал он.

Голос его был весьма задумчив, но то, как он стоял и жестикулировал, выдавало в нём очень уверенного человека.

– Сегодняшний день показал нам, кто мы есть и кем мы являемся. Он показал нам, что мы, сожители Великого Государства Алмазного Хлеба, никогда и ни перед чем не остановимся.

Выждав небольшую паузу, он продолжил:

– И поэтому я благодарю вас за оказанное мне доверие стать вашим капитаном, и мы вместе сможем привести этот корабль к гавани нашего бессознательного будущего.

Народ вяло переглядывался: кто-то принялся снова жевать, кто-то вяло поаплодировал. Никто и внимания-то особого не придал тому, что голосования никакого не было, но и желающих поучаствовать тоже не было, поэтому приняли, как и любое судьбоносное решение, очень просто – приняли его на веру.

Никто не знал Ульяма Мотылева. Это потом, в процессе произошедших с ними волнений, люди перешёптывались, что этот самый Ульям Мотылев когда-то служил в Федеральном бюро по запрету чужеродных букв в Великом Государстве и на своём посту очень хорошо преуспел.

Вид у него был непримечательный: серые впалые глаза, всегда задумчивый взгляд, спектр его эмоций был ограничен. Конечно, ведь было ещё и агентство, которое могло уличить тебя в использовании чужеродных эмоций. И от этого тебе могло сделаться ещё хуже, чем если бы ты просто использовал чужеродные буквы.

Поначалу людям даже нравилось, как он толково управляется с кораблём и командой. Он сразу же выбрал себе ближайших помощников. Усатый человек по имени Билли Боба, например, стал утверждать мысли на день: он каждое утро, выходя на капитанское место, определял, о чём думать людям на корабле сегодня нужно, а о чём не нужно. Объяснили это тем, что управление кораблём – невероятно сложный процесс, и любая неправильная мысль может заставить его идти ко дну.

Лоцманом был назначен сожитель Покорителев – человек низенький, со злыми глазами и лицом как у собаки породы бульдог. Он сразу запретил людям подходить к штурвалу, а те, кто ослушается, пойдут кормить рыб на дно.

Были ещё и другие безликие его помощники, которые каждый день как-то проявлялись.

Глава 3

Море. Великая сила. Его звук, его запах – оно всегда ярко выраженно действует на душу человека, на его глубокое состояние, до которого сам человек редко может дотянуться. Оно убаюкивает нас в минуты своего спокойствия, как успокаивает нас мать, ведь именно море и есть мать человека, мать, которая видит тебя настоящего – не того, кем ты стал, а тем, кем ты был, и именно она знала, кем ты станешь. И вызывает даже не животный страх перед смертью, а что-то большее, страшное, когда эта мать выходит из себя, и если ты минуту назад думал, что ты покоритель этих самых морей, то теперь ощущаешь себя игрушкой в руках чего-то по-настоящему могущественного.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.