Свидание на небесах

– Даже если бы я этого и хотела, у меня нет шансов, милая.

Вера заплакала, осознав это вот как-то вдруг и сразу – просто нет никаких шансов.

– Мне никогда его не догнать. Никогда! Где он, а где я!

– Ты всегда можешь стать ровней ему.

К торжественности в голосе Евы добавились скользкие интригующие нотки, которых Вера всегда опасалась. Она знала лучше всех прочих – Ева может втянуть ее в такую авантюру, из которой ей до конца дней своих не выбраться.

– Каким образом? – все же решилась на вопрос она.

– Пойди тоже в это агентство.

– Какое? Брачное?! Ты рехнулась?!

– Нет. Я вполне серьезно. Я тут навела справки: контора солидная, услуги предоставляют не каждому.

– Я поняла, только тем, у кого есть деньги. Дальше что?

– Дальше… Эта контора занимается сватовством всякой знати, если можно так выразиться. И мужики там вполне солидные.

– Одного я даже знаю! – выпалила с горечью Вера.

– Ладно тебе, прицепилась! Говорю, что знаю! Там все сплошь бизнесмены, адвокаты, даже есть политики!

– Но там ведь и женщины такого же пошиба, Ева! Я-то кто?!

– Ты? – Ева замялась, потом несколько раз вздохнула, чертыхнулась, но все же не сдалась. – Ты у нас одинокая, обеспеченная, безработная. Приличный вполне набор достоинств для, скажем, какого-нибудь адвоката. Они ведь тоже не дураки! Им голожопые девки со сцены только для выхода в клуб нужны. Для жизни они ищут других.

– Каких?!

– Таких как ты, Веруня! Таких милых, спокойных, уравновешенных. Короче… Черт! Ладно, короче, думай давай. Через месяц созвонимся. Я там дерну кое за какие веревочки. Короче, Владу попрошу, а для кого стараюсь, не скажу. Тебя примут. Ты платишь денежку, получаешь перспективное знакомство. Все!!! Уф! – с шумом выдохнула Ева. И тут же спохватилась: – Иначе тебе его никогда не догнать, Вера! Никогда не приблизиться! И уж точно никогда не вернуть! А так, представляешь: ты идешь – такая вся из себя, и он навстречу. Опешил, конечно, потому что ты не одна, а под руку…

– Все, хватит!

Тогда Вера бросила трубку. А через пару дней пошла на улицу, где в офисе, под вывеской – бордо с золотом – соединяли в пары состоятельных, одиноких, ленившихся самостоятельно заниматься поиском второй половины. Простояла под окнами, побродила по тротуару туда-сюда мимо двух вывесок, но так и не вошла внутрь.

Завтра, решила она тогда. Завтра она зайдет, посмотрит, что там и как. Может, даже и разговор какой-нибудь заведет.

Не зашла. Ни завтра, ни послезавтра, ни в ближайшие две недели. Духу не хватило соперничать с невероятно красивыми и нарядными дамами, посещающими это агентство. Духу не хватило предлагать себя невероятно мужественным, породистым красавцам, заезжающим туда без конца.

Потом снова позвонила Ева. Отбарабанила точную дату и время, когда ее ждут во «Встрече». Взяла слово, что Вера не струсит, не повернет назад, что принарядится. Обещала позвонить к концу месяца.

И вот Вера тут.

В новом кашемировом пальто кофейного цвета. Новых высоченных сапогах на острых тонких каблуках, с новой прической, которую по схеме из дамского журнала тренировалась делать целых десять дней. Платье надела из шкафа. Что, в самом деле, как покойница, во всем новом? Да и платье ей это очень нравилось. И Семену тоже очень нравилось. Вишневого цвета, узкое, чуть выше колен, с открытыми лопатками и крохотным воротничком-стойкой.

Выглядела она потрясающе. Даже скромничать было нечего – потрясающе. Она вообще-то была прехорошенькой, если кому-то нравились белокожие русоволосые стройные женщины среднего роста с длинной до поясницы косой, округлыми коленями, изящной стопой и хорошими манерами. В ней не было агрессии, не было страсти, не было ни капли желчи. Она была мила, спокойна, порой даже отрешенна.

Но это теперь ведь не в моде, так? У мужчин, маетно болтающихся по жизни от дамы к даме, у них-то спрос на другой товар, так? На загорелых, голопупых, дерзких, алчных до удовольствий, импульсивных.

Вдруг ей не найдется пары в этой самой «Встрече»? Вдруг не хватит сэкономленных процентных денег? Что тогда? Потрошить счет? Понравится ли это Семену?

Хотя о каком Семене речь? Она его даже и спрашивать не станет. Лишь бы нашелся на нее покупатель. Или купец, так ведь раньше говорили при сватовстве?

В окне адвокатской конторы наметилось какое-то шевеление. Точно за ней наблюдали, не зря ей чудилось. Потом открылась форточка, появилось мужское лицо – невыразительное, сумрачное. И ее строго, громко окликнули:

– Дамочка! Вы чего здесь целый месяц отираетесь? Мне что, полицию вызвать?

– Зачем? – изумилась она тоже громко. – Почему?

– А вдруг вы – наводчица?! – голос невыразительного мужчины сделался еще строже. – Вынюхиваете тут все. Меняете одежду. Маскируетесь, что ли? Или мужа своего тут караулите?

– Нет. – Она мотнула головой, и тут же почувствовала, как самый главный в прическе локон пополз вниз под воротник пальто. Плакала ее прическа. – Не караулю. И не наводчица я никакая.

– Тогда что? – мужчина высунул в форточку руку, постучал пальцами второй руки по циферблату часов. – Вы тут уже час! Темнеет!

– Темнеет, – согласилась она и сделала еще шаг в сторону агентства. – Я ухожу.

– Сумасшедшая!

Это настигло ее в тот самый момент, как она ступила на первую ступень «Встречи». Она вздохнула, обернулась. Форточка закрылась. Вот и ладно. Она и не обиделась. Чего обижаться, если в самом деле ведет себя неправильно? Давно пора было зайти. Давно. Ева велела еще три дня назад. А она все тянула. И Вера пошла быстрее из боязни, что мужчина может выскочить из вечно скрипевшей двери с каким-нибудь веником и погнать ее прочь с улицы.

Она вошла внутрь.

Прохладный просторный холл, выстланный сверкающей начищенной плиткой, был пуст. Не было вешалки. Не было мебели. Зеркальные стены, сверкающий пол, хрустальная люстра. Напротив входа – еще одна дверь. Вера вошла в нее. Узкий коридор, такой же сверкающий и пустой. Еще две двери. Но уже с табличками. На одной, тоже бордовой с золотом, краткая надпись: касса. На второй – Кристина Леопольдовна. Ни фамилии, ни должности. Хотя, какие могут быть должности у свахи? Сваха, она сваха и есть.

Кристина Леопольдовна, стало быть. Ну ну…

Вера потянула на себя дверь. Та подалась без шума и скрипа. Внутри просторного кабинета царил полумрак. Тяжелые, бархатные, снова почему-то бордовые, портьеры. Массивная мебель, много книг. Крохотный диванчик с резными подлокотниками и дюжиной опять же бордовых подушек. Два кресла с высокими спинками. В одном из них вполоборота к входной двери сидела грузная женщина в облаке бордового шелка. Тяжелый кокон иссиня-черных волос напоминал скорее головной убор, нежели прическу. Женщина говорила с кем-то по телефону.

– Я не знаю, что мне делать??? – вопрошала она тихо, но без горечи. – Это полный крах!!!

Потом тишина и снова:

– Я не знаю, как поступить??? У меня нет! Точно нет!!! И даже если покопаться, нет!!! Но…

Пауза затянулась. И вдруг женщина выдохнула с ужасом:

– Но это верная смерть!!! Понимаю… Но… Да, да, конечно! Хорошо. Буду искать…

Она отключила телефон, осторожно положила его на край массивного стола. И только тогда повернулась к двери.

– Кто вы, милая? – мягким, совершенно не похожим на прежний, голосом спросила Кристина Леопольдовна. – Давно стоите тут?

– Нет, нет. Только что открыла дверь. Здравствуйте.

Вере было стыдно признаваться, что она все слышала. И понять ничего не поняла, но будто шпионила.

– Добрый вечер. Входите, милая, присаживайтесь.

Вера послушно скользнула внутрь, на ходу расстегивая пальто. В кабинете Кристины Леопольдовны было очень тепло.

– Пальто можете повесить на вешалку, – толстый подбородок повернулся в угол, где стояла рогатая кованая вешалка. – Присаживайтесь – поговорим.

Вера сняла и повесила пальто. Одернула платье. Надо выглядеть пристойно, если надеешься на хорошую партию. Она надеялась. И дело было не в Семене уже. Ей и самой вдруг захотелось поменять свою жизнь. Она должна, и она может. Ничем она не хуже этой, как ее там – Влады?

Она присела на краешек кресла напротив Кристины Леопольдовны. Уставилась в темные глаза, смотревшие на нее с интересом и усталостью.

– Как вас зовут, милая? – Кристина Леопольдовна улыбнулась приветливо, открыто. – Красавица… ну просто красавица!

– Вера. Меня зовут Вера.

– Прекрасное имя! – хозяйка кабинета протянула к ней руку, тронула выскочивший локон, нежно погладила Веру по плечу. – Прекрасная женщина. Вы одиноки?

– Да…

– Хотите поменять свою жизнь? Найти спутника? – не спрашивала, скорее перечисляла Кристина Леопольдовна, вновь пройдясь по ней цепким изучающим взглядом. – Есть какие-нибудь особые пожелания, кроме тех, чтобы не пил, не гулял, был обеспечен и красив?

– Я… – Ей все хотелось сказать, что Ева должна была звонить насчет нее, но смысла пока вроде не было. – Я не знаю, что сказать.

– Говорите как есть, – подбодрила ее профессиональная сваха.

– У меня уже был не пьющий, обеспеченный, красивый… Думала, что не гулящий. А потом он…

– Ушел к другой, – закончила за нее Кристина Леопольдовна с мягким кивком. – Так бывает. Это жизнь. С некоторых пор неверность вошла в обыденность. Люди встречаются, люди влюбляются, женятся. Потом расстаются. Так бывает… Какой мужчина вам нужен, Вера? Давайте начнем с внешних требований, идет?

– Идет, – согласилась она и тут же поняла, что не знает, какой ей нужен. – Только я не знаю.

– А мы вам поможем, Вера! У меня есть фотографии мужчин, взгляните. Может, кто-то и приглянется. А потом уже обсудим набор их достоинств. Хорошо?

– Хорошо. – Вера обрадовалась – смотреть и выбирать все же лучше, чем придумывать.

– Но для начала расскажите о себе немного. Чем занимаетесь? На что существуете? У нас услуги, сами понимаете… – Кристина Леопольдовна выразительно потерла большим об указательный палец.

– Все знаю, деньги есть, – и она полезла в сумку.

– Да погодите вы! – хозяйка невольно рассмеялась. – Сегодня у нас с вами предварительное знакомство. Вы должны отдать мне сегодня только ваши фотографии. Принесли? – Вера кивнула. – Хорошо. И ни к чему не обязывающая беседа. Фото мужчин посмотрим тоже совершенно бесплатно. Но вот завтра…

– А завтра тоже приходить? – изумилась Вера.

– Конечно. Вы теперь ко мне будете сюда ходить, как на работу. Пока не заработаете свое счастье. Каждый визит платный. И визитов этих будет ровно столько, сколько вы захотите. Никакого принуждения. Начнем?

– Хорошо… – Вера выпрямила спину, положила сумочку на колени, начала рассказывать. – Мне тридцать лет. Я разведена. Живу одна в трехкомнатной квартире на набережной.

Кристина Леопольдовна пока что одобрительно кивала.

– У меня два высших образования. Юридическое и факультет иностранных языков.

– Какими языками владеете? – оживилась собеседница сразу.

– Английским – в совершенстве. Испанским чуть хуже, но если будет практика…

– Замечательно! – темные глаза свахи алчно заблестели. – Испанский… Гм-м… Работаете?

– Нет.

Вере было стыдно, но работать учителем в школе ей не хотелось. А против переводчицы Семен был настроен категорически.

– На что живете? – Хозяйка пробежалась оценивающим взглядом по ее недешевому туалету. И добавила: – Так неплохо?

– Бывший муж оставил мне средства, – она плохо представляла – много это или мало по современным меркам, но вспомнила округлившиеся Евины глаза и добавила тоже: – Неплохие средства.

– Так… Замечательно… И вы можете ими распоряжаться самостоятельно?

– Разумеется. Счета открыты на мое имя.

На самом деле, счет на ее имя был всего один. Два других, чуть помельче, были на предъявителя. Ева посоветовала с видного места сберкнижки убрать.

– Не ровен час, ограбят!

– Кто?!

– Да хоть твой же благоверный! Мало ли как у него все сложится без тебя!

Это Ева так говорила, когда еще не встретилась с ним на вечеринке у тамошнего губернатора. Но Вера все равно сберкнижки прибрала. И раз в неделю проверяла их сохранность.

– Так, хорошо, – пухлые ладони в удивительных перстнях легли на толстые коленки Кристины Леопольдовны. – Мне все понятно. Вы наш клиент. Понимаете, может, это вас покоробит. Но материальная стабильность претендентов – одно из главных требований у нас.

– Я понимаю.

Если честно, ей не терпелось взглянуть на фотографии. Вдруг появился какой-то странный азарт. Оживление в душе. Этого так давно с ней не случалось! И так приятно будоражило.

– Ну что же, посмотрим наших женихов?

Кристина Леопольдовна игриво подмигнула, выкарабкалась из кресла, тяжело шагнула к шкафу, достала средних размеров кожаный альбом. Положила его Вере на коленки и тут же отошла в сторону.

Вера открыла первую страницу…

Их было очень много. Человек, наверное, тридцать. На каждой странице две фотографии. Одна в полный рост, вторая – крупным планом лицо. Были всякие: молодые и не очень. Лысые, пузатые, стройные, высокие, низкорослые. В глазах рябило от обилия лиц.

– Вот это кто? – ткнула пальцем через полчаса Вера в портрет высокого кареглазого брюнета.

– Это у нас… – Кристина Леопольдовна стрельнула в ее сторону игривым взглядом. – А у вас замечательный вкус, Верочка. Это один из самых завидных наших женихов. Он… Он обойдется вам в кругленькую сумму, дорогая.

– А у вас на каждого претендента свой тариф?! – она опешила.

– А как же! Дополнительный бонус за спрос! Это рынок, милая! А вас что-то смущает?

Ее, если честно, смущало все! Ева шла бы к черту со своей затеей! Женихов и невест продают здесь по сортности и категорийности, как колбасу! Чем больше спрос, тем дороже кандидат обходится тому, кто его выберет, тому, кого он выберет! Чудовищно!

Но отступать уже было как-то некрасиво. Кристина Леопольдовна приняла ее. Согласилась провести бесплатную консультацию, если это можно так назвать. И что она теперь – откажется? Некрасиво.

И ведь схема-то работает! Сколько счастливых пар вышли из стен этого заведения! Одну из них она точно знает, хотя и знакома с ее половиной. Неважно, каким путем они шли до того, главное, каким вышли. А выходило все у всех просто замечательно. Отбор был тщательнейшим. Осечек не случалось.

– Нет, нет, все нормально, – Вера виновато улыбнулась. – Просто это для меня как-то ново.

– Коробит?

– Немного.

– Это не плохо и не хорошо, это нормально, – кивнула Кристина Леопольдовна, глаза ее сделались непроницаемыми, улыбка натянутой. – Так что, останавливаем ваш выбор на этом мужчине?

– Да, наверное. А кто он?

И вот тут сваха рассмеялась и посмотрела на нее, как на дуру. И Вере снова сделалось неуютно. Зачем она пришла?

– Милая, милая Вера! Если бы я сейчас же выложила вам все свои секреты, то… То смысла в моем присутствии тут просто не было бы, согласитесь!

Она кивнула, но не согласилась.

– Вы бы стали искать этого человека, звонить ему, напрашиваться на встречу. Вы обошли бы все милые условности, которые… Которые стоят денег, прежде всего. И которые и помогают создавать крепкие союзы. Вам понятно?

– Да.

– Этого выбираем? – пухлый палец уперся брюнету прямо в лоб.

– Да, – ответила Вера после минутного колебания.

– Хорошо. Посмотрим, что из этого может получиться… – Кристина Леопольдовна подышала в сложенные домиком ладони. – Ваши фото?

Вера послушно выложила из сумочки конверт с фотографиями на стол. Сваха бегло просмотрела их – одобрительно заулыбалась.

– Ваши контакты? Вообще-то анкету мы с вами должны будем заполнить завтра. Но так, на всякий случай.

Вера продиктовала адрес и номера телефонов: домашний, мобильный.

– Все. Жду вас завтра с вступительным взносом до полудня. Да… К слову… Если вдруг меня не будет – это случается крайне редко, но случается, – встретитесь с моей ассистенткой. Она же выполняет и функции кассира. Вас это не смущает?

– Нет, нет…

Ее смущало все! И анкета эта еще. Бегло полистав ее, состоящую из десяти (!) листов, она обнаружила там вопросы такие глубоко интимные, что не хотела, да покраснела. А ведь на них еще придется ответить! И правдиво ответить, иначе смысла в затее не было вовсе. Это Кристина Леопольдовна, заметив ее смущенный румянец, пояснила уже вдогонку.

– К слову, ваши родственники… – хозяйка замялась, провожая ее в холл. – Никто не будет против вашей затеи? Мать, отец, сестра? А то случаются истерики со стороны неподготовленной родни. Судами грозят, не поверите! И, хотя наш контракт составлен так грамотно, что ответственности за их гнев мы не несем вовсе, скандалов мы стараемся избегать.

– Нет, не будут. У меня никого нет.

– Ага. Понятно. Сирота?

– Практически. Отец жив, но… Но я с ним не общаюсь. Он живет очень далеко, даже не знаю, жив ли он?

Конечно, он был жив. Она поздравляла его с каждым праздником. Он не ленился, тоже отписывался. Подарками какими-то обменивались время от времени. Но все – посредством почты. Все через нее. Созванивались раз в год, редко чаще. Почему так? Потому что у отца давно уже была другая семья. Он жил хорошо и спокойно. Покоем своим дорожил и ее приучил к этому. Поэтому она и не волновалась за состояние его дел, равно как и он не волновался за нее. Он даже не знал, что она разведена с Семеном, до сих пор передавал ему приветы.