- -
- 100%
- +
– Ой, нет… Один к солдатикам не пойду… Опять оружием тыкать будут! – Косой испуганно прижал к себе узелок, и к его глазам подступили слезы. – А вам, уважаемая Ягиня, не нужен слуга? Я могу и одежду почистить, и постель заправить, и еду подать! Деток нянчить могу…
Я внимательно слушала зайца. В его глазах читалась такая искренняя надежда и печаль, что я не смогла отказать.
Тут-то я догадалась, что это никакой не заяц. Зайчихи ведь никому не нужны… А вот зайца в слуги почему бы не взять? Да, хоть и мало пользы, зато перед соседями и гостями похвастаться можно! Вот, мол, смотри, какое мне чудо лесное прислуживает.
– Прасковья, значит? – склонив голову, присмотрелась к крупной и весьма упитанной зайчихе. – Иди ко мне служить, батюшка у меня щедрый, деньгой и едой не обидит!
– Я готова вам служить, уважаемая Ягиня!
– Злата я – Златоцвета! Тогда пойдем, поможешь мне в лесу…
Честно говоря, я была рада Прасковье. Хоть одна женская душа будет в шатре Кощея. Злой он… Вся его магия спрятана, особо не видно свечения, но что-то чуждое в нем есть. А еще… я испытываю к нему странные чувства. Гложут меня сомнения: хочется его пристукнуть чем-то тяжелым… и в то же время пожалеть, по головушке погладить. Наверняка у него волосы нежные, шелковистые…
Я тяжело вздохнула. Зайчиха все еще поглядывала на меня, боясь, что ее прогонят.
– Идем, Прасковья, работы много.
Но далеко мы не ушли. На ближайшей полянке было такое количество разнообразных трав, что я тут же присела на корточки, не в силах сдержать любопытство. Высокие стебли с яркими цветками манили меня.
Я начала собирать их в пучки. Один пучок – для чая; растения, собранные в него, источали сладкий аромат, напоминающий о доме. Другой – от желудочной хвори; эти горьковатые травы помогут успокоить желудок и снять боль. Третий – от ожогов; сочные листья с прохладным соком снимут жжение и ускорят заживление. А в четвертый – травы, при помощи которых можно останавливать кровотечения.
Я аккуратно укладывала пучки в сумку, чувствуя себя защищенной в диком лесу.
– Ой-ой-ой! – вдруг заверещала зайчиха, о которой я совсем забыла, ползая по поляне.
Вскочив, я увидела, как в тени под раскидистым кустом появляется темное облако, распухая и обретая форму… черного человека!
– Вороги у границы! – испуганно прохрипела я, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди.
– Чего орешь, рыжая? – раздался знакомый надменный голос, и из тьмы появился Кощей. Его глаза сверкали злобой, а губы растянулись в хищной ухмылке. – Поохотиться вышел, вон какая удача! Такая жирная, прямо сама в руки прыгнула!
– Кто жирный?! – возмутилась Прасковья, пытаясь вырваться из его хватки. – Отпусти, гад тощий! – И, извернувшись, со всей силы лягнула его лапками…
Сами знаете куда.
Охнув, царевич согнулся пополам и отпустил зайчиху, а та бегом за меня прятаться. Я прикрыла ее подолом сарафана, едва сдерживая смех и пряча лицо за букетом растений.
– Познакомьтесь, ваше царское высочество… моя служанка Прасковья! – не выдержав, все же прыснула со смеху.
– Ах ты… вы… – Венцеслав подскочил ко мне, схватил за плечи и встряхнул. Да так, что из моих рук цветы посыпались!
Но я не испугалась, а только удивленно посмотрела на него. Не привык Кощеюшка, чтобы над ним так потешались!
– Я предупреждала, чтобы ты меня руками своими не лапал? – уточнила я, смотря на него снизу вверх.
Венцеслав не ответил. Уставился на меня с каким-то странным голодом, а затем опустил взгляд на губы и замер… Я покраснела, пытаясь вырваться, но куда там?
А он взял и поцеловал, жадно впившись в мои губы. Ноги тут же подкосились, руки повисли как плети, и я зажмурилась от стыда…
Или нет от стыда?
Сердце забилось так сильно, словно желало сообщить мне что-то важное…
Глава 6
Я смогла очнуться только благодаря тому, что зайчиха, дрожа от волнения, потянула меня за сарафан, словно пытаясь разбудить.
– Только после свадьбы! – строго, но в то же время заботливо сказала она.
Открыв глаза, я с размаху влепила Кощею пощечину. Его лицо исказилось от боли и ярости, будто он только что почувствовал, как его самомнение разлетелось вдребезги. Но я не могла остановиться. Собрав всю свою магию, я отправила его… Не знаю, куда отправила! Просто пожелала, чтобы он оказался как можно дальше, где его никто не найдет, да еще и в грязи. Пусть почувствует всю горечь поражения!
– Стыдно-то как… – прошептала я, прижав ладони к горящим щекам.
Сердце бешено колотилось, словно хотело выпрыгнуть из груди, а глаза наполнились слезами. Куда деваться? Хорошо хоть, никто не видел моего позора.
– Не говори никому… И вообще, нам нужно искать место для ночлега! Палатка Венцеслава нам точно не подойдет! – Я огляделась, чувствуя, как внутри поднимается волна бессилия.
– Ягини живут в лесу… – Прасковья задумчиво потерла нос. – А вот там, – указала лапкой в сторону ручейка, который извивался среди густых деревьев, – есть речка небольшая. Можно построить дом.
– Для этого нужна сила мужская… И хоть пару деревень рядом, а тут совсем их не осталось! – Я с горечью посмотрела на опустевшие поля и леса, и грудь сдавила боль.
– Да, не осталось… Все пожгли вороги, уничтожили! – Прасковья кивнула, ее глаза наполнились печалью. – Мне тут матушка на дорожку дала кой-чего. Сказала, что хранится давно, но зачем – знать не знаем. Прабабуля жила у лесной травницы, а та ей много чего оставила на память. Может, пригодится что…
С этими словами она, стесняясь, развязала узелок, словно боялась, что я отвергну ее помощь, а затем аккуратно положила его к моим ногам. У меня внутри все сжалось от жалости.
– Думала, обменяю на что-то в столице. Там же магов много, поймут, что это…
Я присела на корточки и начала перебирать предметы. Каменные колышки со знаками. Всматривалась в них, пытаясь угадать значение. Некоторые казались знакомыми, другие же я видела впервые.
– Вот, смотри, – показала зайчихе пять колышков. – Вроде как дом, переносной… Но магии в них нет – они пустые. А это, кажется, чтобы воду добыть. Но как – тоже непонятно. Надо в книге знаний поискать. Может, там что-то найдется… А вот это… – взяла в руки несколько разноцветных голышей из кучи таких же, – похоже на бусы. Вон и дырочки есть. Хочешь, сделаем тебе украшение на шею?
Я посмотрела на зайчиху. Ее глаза светились любопытством и благодарностью. Она явно думала о чем-то своем.
– А давайте, – тихо сказала Прасковья. – Я же рядом с вами, значит, меня не обидят? А остальное себе забирайте, все равно не знаю, что это… и вообще, купят ли.
Я улыбнулась. Сначала собрала рассыпавшиеся травы, потом достала из сумки веревочки. Перевязала их и быстро нанизала камешки. Протянула самодельные бусы Прасковье, которая подставила шею, не боясь. Аккуратно надела на нее украшение.
– Красиво! – подбодрила я зайчиху. – А мы потом зарядим камешки с домом, и у нас будет своя избушка. А пока можно и на сене поспать. Ночи теплые, не замерзнем!
– Конечно! – обрадовалась она.
Платок, в котором были камешки, Прасковья повязала на голову. Я все сложила в сумку. Решила сорвать еще немного трав, собрала их в охапку и так понесла в лагерь. Воевода ведь обещал выделить место для сушки и приготовления зелий.
Первым делом я разложила пучки на столе, после чего пошла в палатку Кощея, чтобы забрать свои вещи. Села и, достав книгу из узелка, привезенного из дома, начала искать сведения о том, что мне отдала зайчиха.
Прасковья ушла осматривать лагерь. Он жил своей жизнью: в самой середине женщины готовили обед, перекрикивая друг друга и смеясь; солдаты рубили дрова, чистили лошадей. Откуда-то доносился звон – наверное, тренировались на мечах.
Сердце от волнения билось чересчур часто. Все здесь было для меня в новинку, и каждая мелочь казалась значимой. Но в то же время я ощущала благодарность за предоставленную возможность быть частью необычного отряда. Эти люди должны были стать мне второй семьей, и я готова была сделать все, чтобы помочь им.
Моя решимость росла с каждым шагом. Я знала, что впереди нас ждут испытания, но не боялась их.
Вскоре всех позвали на обед. Я взяла миску для себя и для Прасковьи, которая несла две кружки горячего чая, источающего аромат свежей мяты и меда. В воздухе витали аппетитные запахи, но что-то все равно не давало мне покоя.
Венцеслав до сих пор не появился…
В душе стала нарастать тревога. Что, если он заблудился? Или, не дай бог, попал в беду? Я представила, как он, одинокий и растерянный, бродит по глухим тропам, не зная, куда идти. Сердце сжалось от страха за него.
Резко выдохнув, попыталась успокоиться. Чем дольше его нет, тем меньше у меня проблем. В конце концов, если царевич не вернется до утра, нам придется разбираться с этим… А сейчас нужно поесть и отвлечься.
Я села за стол, чувствуя, как напряжение постепенно отпускает. Прасковья поставила передо мной кружку чая, и я с благодарностью кивнула.
Надо думать о себе, о новых заботах, о зайчихе, которая смотрит на меня с немым обожанием… а не об этой бледной поганке!
Глава 7
День прошел быстро, суетливо. Мы несколько раз сходили в лес за травами, прежде чем закрылись ворота. Вечер наступил незаметно, и на лагерь опустилась прохлада.
– Ого… Урожайно! – похвалил меня воевода после ужина. – Печку мы тебе смастерили, навес для сушки и стол тоже готовы. Пошли покажу!
– Вот спасибо! – поклонилась ему, чувствуя, как от его добрых слов проходит усталость. – Мне бы еще посуду, чтобы зелья варить могла про запас.
– Завтра дам список солдатам и отправлю за провизией с утренней подводой, – кивнул он, ободряюще улыбаясь.
Я подхватила букетики, которые могла унести за раз, и поспешила за воеводой.
Место мне выделили перед самым забором, в укромном уголке. Здесь было тихо, никто не мешал, и искры из печи не долетали до палаток. Вокруг росли невысокие кусты, которые слегка шелестели на ветру, создавая ощущение уюта и защищенности.
Возле небольшой печи, сложенной из грубо обтесанных камней, стоял стол, наспех сооруженный из нескольких досок и толстых бревен. Над столом была натянута плотная ткань в качестве навеса и еще с десяток веревок, на которых я могла сушить травы.
Мы с Прасковьей быстро развесили собранное добро. Некоторые из трав, такие как мята и ромашка, приятно пахли, и я невольно улыбнулась, вдыхая их аромат. Затем мы принесли из конюшни охапки свежего сена. Мой плащ подошел для того, чтобы застелить импровизированный стол, мы же накрылись стеганым одеялом, которое мне дала матушка.
Так мы и устроились спать, прижавшись друг к дружке. Обе утомились, но завтра нас ждал новый день, полный забот. Мы собирались приступить к варке зелий, если найдутся подходящие емкости, а до того, как вернутся солдаты, можно было заняться сбором трав и насладиться последними мгновениями покоя.
Над лагерем светила луна, заливая все вокруг мягким серебристым светом. К небу поднимался дым костра, который развели стражники.
Теплое одеяло согрело меня, я закрыла глаза и уже вскоре погрузилась в сон. Совесть меня ничуть не мучила. Чувствовала я, что с Кощеем все в порядке, да и никто не кинулся его искать… Мне это было только на руку. Нечего лезть целоваться!
***
Утро выдалось ясным, но прохладным. Лес окутал легкий туман. Птицы весело щебетали, приветствуя новый день, но в воздухе витало напряжение, словно кто-то натянул гигантскую струну.
Умывшись, я переплела косу и уже хотела присоединиться к завтраку, но все принесла Прасковья. Я решила, что после обеда сяду шить ей сарафан – обещала ведь, что сделаю его к следующему празднику.
Вдруг тишину прорезал громкий крик:
– Где она?!
Кажется, пропажа вернулась…
Сердце пропустило удар, а затем забилось быстрее, как пойманная птица в клетке. Голос был странным, но в то же время знакомым. Он точно принадлежал Венцеславу, но что-то в его интонации заставило меня похолодеть. Я быстро огляделась, соображая, куда можно спрятаться, чтобы не попасться ему на глаза.
Но Венцеслав опередил меня, выскочив из-за палаток. Его появление было стремительным, как порыв ветра, неожиданным, как гром среди ясного неба. На удивление выглядел он иначе, чем я себе представляла: одежда была чистой, свежевыглаженной, кафтан он тоже сменил.
Но что-то в облике царевича настораживало. Под глазами залегли глубокие тени, словно он не спал несколько ночей, кожа казалась бледной, как у призрака, а взгляд – потухшим, как у человека, который потерял что-то важное. Венцеслав тяжело дышал, словно только что пробежал марафон. Его грудь вздымалась и опускалась, как будто он пытался унять внутреннюю бурю. В его движениях, обычно уверенных и точных, чувствовалась нервозность.
По спине пробежал холодок, словно ледяная змея скользнула между лопаток. Что-то было не так, и все мое нутро кричало об этом. Царевич словно пытался проникнуть взглядом в самую глубину моей души, заставляя сердце сжиматься от страха.
– Ты… – зарычал он так угрожающе, что я невольно вздрогнула. – Почему не ночевала в палатке? Кто позволил тебе уйти?!
Неужели никто не спасет меня от его ярости?..
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.