- -
- 100%
- +
Во рту у меня резиновая соска. Обычно такие надевали на бутылочку, но я совала в неё палец и сосала. Мама говорила, что если я продолжу, то палец будет кривой.
Проспект Серова, мои ясли, в 1990-е годы их разрушили
В ясли-сад на проспекте Серова меня водила мама. Заведующей яслями работала наша соседка Медведева Зинаида Михайловна (свекровь маминой подруги Вали Медведевой).
Мне очень не нравилось, что зимой нас укладывали спать на веранде. Я очень ругалась, (говорят, даже матом), мешала всем и поэтому меня «наказывали» и разрешали играть в большой группе под предлогом приборки игрушек. Я и сейчас помню, то чувство несказанной радости и превосходства, от того, что меня не уложили на веранде и я добилась своего.
В сквере противотуберкулёзной больницы, где работала баба Дуся – мать отца
Мои фотографии, сделанные Раей Гафаровой
Сзади наш дом. Иду к Рае. К нам на машине приехали Медведевы
От Гафаровых – домой. Позже, мы купили этот дом дяде Коле.
Городилова Лиана Васильевна (в браке Романова)
Первый день в яслях, 1, 5 года
Мама привела меня и сказала, что будет весело, так как здесь много детей, с которыми я подружусь. В эти радужные перспективы мне сразу как-то не поверилось. Меня подвели к ёлке, чтобы сфотографировать. Я старалась отойти от неё подальше, т.к. ветки кололи спину, но воспитатель настояла, и ёлка впилась мне в руку (ну или мне так, казалось). Эмоции на лице у меня соответствующие. На попытки возразить нахождению в неприятном суетливом месте мне показали девочку и сказали, что она будет моей подругой, и её зовут Аста. (На заднем фоне моя предполагаемая подруга Аста, с которой мы так и не подружились).
Городиловы Василий Николаевич (18.02.1946 года рождения), Лиана Васильевна (29.05.1969 года рождения, в браке Романова) и (в девичестве Петухова) Тамара Александровна (11.06.1948 года рождения).
На фотографии, где мы все вместе – на маме желтое платье и яркие прозрачные такого же цвета бусы, актуальная причёска из длинных рыжих волос. Мама забирала волосы на макушке в хвост и равномерно распределяла волосы по голове. У меня свитерок под кофтой с изображением Чебурашки (жаль не видно), сверху полосатая кофта в любимом зелёном цвете.
На отце галстук из парчи – писк моды, дефицит. Папа был очень модным и всегда всё самое лучшее из одежды и обуви было у него. Он отдавал в мастерскую шить себе костюмы (один из кримплена шоколадного цвета, второй – цвета кофе с молоком). Носил шляпы. Первый в Серове щеголял в шортах (в то время их никто не носил). Также у него была кримпленовая рубаха апельсинового цвета с ажурно выбитым контуром растительного орнамента с острыми краями воротника.
Мамины бусы
Городилов Василий Николаевич – мой отец, мама Тамара Александровна и я – в заячьей шапочке и в синей вязаной феске с белой полосочкой посредине. На улице конец ноября 1973 года и сильный мороз. Пальто у мамы цвета кофе с молоком. Воротник соболий, подстрелил на охоте дедушка Саша. У нас дома даже на тапочках были помпоны из соболя. И мои куклы носили одежду из этого дорого меха. Сквер железнодорожного вокзала в г. Серове. За спиной отца виднеется часть здания милиции, где впоследствии работала мама. Фотография сделана во время проводов маминого брата Коли в армию. Мне 4 года. Я помню этот день, как будто это происходило сегодня. Помню гостей в нашем маленьком однокомнатном домишке, Колькиных друзей и заплаканные глаза бабы Кати.
На групповой фотографии на следующей странице – праздник, мы пришли на демонстрацию, посвященную 1 Мая.
Стало очень холодно и мама дала бабушке своё пальто.
Как всегда, к нашей фотографии присоседились посторонние люди, которые тоже захотели сфотографироваться (три женщины слева).
Моя мама Городилова Тамара Александровна справа в зеленом кримпленовом пальто и странной, но модной меховой шапке.
Рядом её смеющаяся мама (моя бабушка Катя).
Отец, как всегда в шляпе, с причёсанными усами (иногда подкрашенными), в пальто с каракулевым воротником. Самый высокий Николай Степанович Иванчик – муж маминой сестры Гали.
Был вместе с нами и муж маминой сестры Нэлли – Виктор Сергеев. Но в момент фотографирования он куда-то решил срочно отойти и его нет на фото. Ему кричали: «Виктор! Виктор! Иди скорее сюда!»
Потом всегда, когда глядели на фотографию, жалели, что Виктор отсутствует. Он вскоре умер, ему было чуть больше 30 лет.
Меня на фото нет: я с кем-то (по-моему, это была тётя Нэлли) пошла в сторону магазина «Россия» звать дядю Виктора фотографироваться.
Брак мама с отцом расторгли 27.09.1977 года5.
Демонстрация 1 мая 1974 года. г. Серов
ул. Ленина, Кинотеатр Родина, г. Серов, 1970-е годы
Справа фото кинотеатра Родина, г. Серов, именно таким я его и запомнила: с изображением Карла Маркса, Фридриха Энгельса и Владимира Ленина. Справа где тополя, афиша, она рисовалась к каждому фильму художником и все с любопытством разглядывали, гадая о чём фильм, узнавая актёров. Чуть-чуть правее, за афишей, парикмахерская, а на заднем плане пятиэтажный дом, где жили родители моего отца: Городиловы Евдокия Сергеевна и Николай Ефимович.
Когда мне было 4 года мама привела меня в эту парикмахерскую стричься, так как у меня были очень тонкие и плохие волосы. В парикмахерской маме сказали, чтобы она делала мне хвостики на резиночки от воздушных шариков и не стригла, так как, по их мнению, у меня должны быть очень хорошие волосы.
Мама послушала парикмахера, и их прогноз оправдался.
г. Серов, парикмахерская
Вот такую косу вырастили мы с мамой. На проспекте Серова во дворе дома маминой одногруппницы по педагогическому училищу Людмилы Пироговой (она преподавала в моей школе «труд»). После моей стрижки мама сохранила косу.
Рядом с парикмахерской была Пельменная (позднее магазин «Весна»), где работала какое-то время тётя Нина Мещерякова (сестра моего отца Городилова Василия Николаевича).
Мы очень любили заходить в Пельменную. Особенно после кинотеатра, когда посмотрели фильм. Пельмени были очень вкусные, жирные, к ним подавался уксус, в который макали пельмешки.
Однажды в этой пельменной я забыла золотой сундучок, который мне купили мама и папа, он стоил целых 25 копеек. Маме стало меня жалко, и она снова купила мне такой же.
Город Серов, улица Красноармейская (микрорайон механического завода) с установленными баннерами вдоль дороги. 1979 год6
За баннером почтовое отделение, где мы с мамой получали учебники, посланные тётей Нэллей к моему поступлению в 1 класс (они пришли только 31 августа 1977 года.)
Мне так нравились эти стелы. Они были установлены по всей улице и содержали статьи из Конституции: про право на жизнь и здоровье, на труд и учебу. Проезжая на автобусе «из города на Сортировку», я всегда читала их. Также мы часто ходили пешком на улицу Короленко, д. 79, где мы жили до 1976 года с отцом (примерно за тем местом где едет автобус переходили дорогу). Рядом 9-ти этажка и магазин «Книги», где жила тётя Нина Мещерякова (Городилова в девичестве, сестра моего отца Городилова Василия Николаевича).
Магазин «Книги», г. Серов, дом где жила папина сестра тётя Нина Мещерякова
г. Серов, первый этаж 9-ти этажного жилого дома. Слева от входа был самый интересный для меня отдел, там на витрине были разложены ручки, карандаши, блокнотики…
Справа в отделах музыкальная литература, книги. Я была мала и это привлекало не так сильно, как отдел слева
Свидетельство о расторжении брака родителей Городиловых Василия Николаевича и Тамары Александровны
Городилова Тамара Александровна
РАЗВОД
После расторжения брака мама говорила, что она стала счастливой.
Ниже я поставлю несколько рассказов, которые написала при жизни мамы, о том периоде, когда она разошлась с отцом, и мы стали жить отдельно.
Может показаться, что это написано обо мне, но на самом деле – о маме. Да и по сути, мы с ней всегда были неразделимы.
ПОТЕРЯ
Мне не нравится жить в общежитии, в нём неуютно, я хочу домой. Около нашего дома палисадник, где я могла поваляться на зелёной травке. Там можно ходить босиком и наблюдать, как между травинками бегают маленькие мурашики. Травка щекочет и колет ноги.
А однажды, к нам прилетел майский жук. Папа посадил его в банку, насыпал на дно опилки, и я наблюдала, как огромное насекомое шевелит своими рожками и лапками.
Около общежития травки почти нет, её маленькие клочочки торчат между узкой полоски берез, которые посажены строчкой и ограждают асфальтовую тропинку от пыльной дороги. Я пытаюсь воткнуть палочку в землю рядом с деревом, но земля очень твердая и веточка ломается. Поиграть в «огород» не получилось.
ул. Железнодорожников, г. Серов, май 2023, общежитие
Дома у меня есть качели. Отец на дерево привязал толстые канаты и прикрепил на них длинную доску. Такого развлечения нет ни у кого в округе. Дети со всех дворов приходят к нам в палисадник. Тополь скрывает солнце и там никогда не жарко. Иногда мы с мамой сидели под раскидистой кроной, и она пела мне красивые песни.
Почему-то все песни печальные. Мама пела, а я представляла, как в низенькой светелке горел огонёк, и молодая пряха грустила под окном. А ещё она пела мне про удалого Хас – Булата и «Там, вдали за рекой». Когда мне было что-то непонятно, она объясняла смысл, и рассказывала замечательные истории, про то, как жили люди много-много лет назад.
У меня в палисаднике свой настоящий домик, сколоченный из досок, в нём есть и столик и лавочки. Мы с подружками играли в магазин и больницу.
Сейчас мои подружки далеко, я давно их не видела.
В общежитии скучно. Я уже прочитала все-все книжки, которые у меня были, на улице жарко и играть негде и не с кем.
Мама сказала, что домой мы больше не вернёмся и будем жить отдельно от отца. Пока она на работе, я слоняюсь из угла в угол по комнате, в которую мы недавно заселились, пытаясь найти себе занятие. Все, кто живут в нашем общежитии, уехали на каникулы по домам.
Мама думает, что в общежитии хорошо, так как за мной могут приглядеть дежурные работники.
Чего, уж тут хорошего, двора никакого нет, тишина такая, что уши режет, скучно. Даже прохожих нет.
Неожиданно среди дня, с работы приезжает мама и просит меня выйти на улицу. Она смотрит как-то подозрительно загадочно, и почему-то ничего не объясняет.
– Зачем? Не хочу. Я там только что была. Или папа пришёл? Я на секунду, оживлюсь, представляя встречу с отцом.
– Давай, выйди на секунду.
Что там может быть интересного? Жаркий асфальт, пыль от дороги. Я нехотя выхожу на крыльцо. Зачем это мама сказала выйти?
Хоть бы папа пришёл! Я с тайной надеждой озираюсь, но улица, по – прежнему пуста, и отца не видно.
Разочарованная я собираюсь развернуться обратно, как вдруг, из-за угла дома он всё-таки выходит.
Я была права в своих догадках! Он специально спрятался от меня, чтобы сделать сюрприз!
Перед собой отец катит яркий оранжевый велосипед!
– Это мне? – я не могу поверить в своё счастье, – Мне? Волна необыкновенной радости подхватывает меня, и я становлюсь, невесомой, от образовавшихся во мне огромных воздушных облаков. Я сразу же забываю о скуке, жаре, противном общежитии.
– Конечно тебе, смеётся отец.
– Какой красивый! Настоящий! Двухколёсный!
На раме велосипеда крупными буквами написано «Школьник». Сзади пристегнута небольшая кожаная сумочка. Папа открыл её и показал, что там хранятся инструменты – ключи, отвертки.
Велосипедная сумочка
Велосипед «Школьник»
А ещё, справа на руле, блестит круглый звоночек, похожий на бочоночек с лопаточкой. Нажмешь на лопаточку и сразу услышишь прекрасный звук, предупреждающий пешеходов: «Дзынь! Дзынь!»
От восторга я даже задохнулась, и все слова вылетели и потерялись из головы.
– Господи, я и мечтать, не смела о такой радости!
– Ездить нужно аккуратно. Здесь во дворах много подростков на мопедах, чтобы не сбили, и ты смотри никого не сбей – волнуется мама.
Папа объясняет, как тормозить, как держать руль.
Я уже их не слышу, так как мне скорее хочется мчать на этом велосипеде вперёд, по узкой дорожке вдоль общежития.
– Садись скорее, я буду тебя учить, предлагает отец. И тут я с огорчением понимаю, что не умею ездить.
– Ничего, ты быстро научишься, я буду тебя держать – обещает папа.
Отец помог мне усесться, отрегулировал сиденье, и мы поехали! Вернее, поехала я, а папа побежал за мной, держа то за сиденье, то за спину, то выпрямляя руль.
Сначала велосипед качается из стороны в сторону, пока я не понимаю, что нужно ехать быстрее.
– Держи руль прямо! Если ты его поворачиваешь, то и колёса тоже будут поворачивать, и ты влепишься в стену! – на бегу рассказывает отец.
– Я боюсь! – громко хохочу я.
– Я тебя не отпущу! Буду держать крепко-крепко!
Мама, посмотрев немного, как мы двигаемся вдоль тротуара туда-сюда, оставила нас с папой одних.
Я до вечера крутила педали. Училась держать руль прямо, тормозить поворачивать и испытывала величайшее в мире счастье.
Наверное, это самый счастливый день в моей маленькой жизни.
Папа бегал за мной тоже очень весёлый и счастливый.
Я так рада, что он пришёл и мы вместе. Я очень по нему соскучилась.
После того, как мы с мамой ушли жить в общежитие, я отца до этого дня ещё не видела.
Мне очень жаль, что мама с отцом развелись.
Но сегодня, всё кажется таким же, как всегда. Только очень плохо, что кататься нужно вокруг этого противного общежития, асфальта совсем мало, а чуть подальше уже грунтовая дорога и камни.
улица Железнодорожников, г. Серов. Почти всё как – тогда, ни души, кроме собак. Фото сделано в мае 2023
Научив меня ездить на велосипеде, папа все-таки ушёл домой. Мне тоже хотелось домой, но пришлось возвращаться с улицы обратно в наше с мамой новое неуютное жилище.
Вечером кожа на моих коленях и ладонях была содрана до сине – красных дыр и горела. Мама, поохав, обработала раны, чтобы наутро я могла продолжить испытывать свой транспорт снова.
Отец больше не приходил, и я каталась одна.
Как хорошо, что у меня теперь есть велосипед. Мои подружки Люда и Лиля, которые остались в старой жизни даже и не знают, что я уже научилась управлять своим транспортом. Как жаль, что я не могу дать им прокатиться и поделиться с ними радостью.
Постепенно круг моих поездок становится шире, я приобретаю уверенность и катаюсь всё дальше и дальше.
Микрорайон и остановка транспорта «Треугольник», проспект Серова. Машина едет по ул. Крупской. Справа (белого цвета) был магазин «Хлеб», а в другом крыле – мясо – рыбный. В магазине «Хлеб» мама покупала свежайшие жирные слоёные булочки «Свердловские». Нижняя корочка была сильно поджарена и пропитана маслом. Когда мы выходили на улицу, мама отрывала мне это вкуснейшее «дно» булочки. А из отдела, который находился слева мы выходили с копчеными свиными ребрами, (их производили на Серовском мясокомбинате) и тоже начинали есть прямо на улице, так как их запах не давал идти спокойно. В 1990-е годы очередь за хлебом стояла прямо на площади. На втором этаже был детский клуб, куда можно было зайти и поиграть в настольные игры. Слева (в желтом здании) была бакалея, колбасный и соки-воды. Конечно никаких аляпых вывесок, как сейчас не было.
Магазин «Треугольник», на первом этаже которого, справа был отдел с соком. На прилавке стояли емкости с краниками, и продавец наливала сок. Мама покупала мне самый дорогой – по 25 копеек – гранатовый, 10 копеек стоил томатный, 15 – яблочный. Слева был отдел с крупами, но конечно же в этом отделе самым главным был такой товар, как конфеты, чай и халва. На втором этаже продавали ткани, и всякие товары лёгкой промышленности. Вход на второй этаж был со двора. Окна – большие и прозрачные, не испорченные рекламой. Светофоров и металлических заборов не было.
Мама разрешила мне ездить до бабушки, конечно с условием, что через дорогу я должна переходить пешком и быть очень внимательной.
Сегодня бабушка очень занята. У нее много работы и она попросила меня сходить в магазин и купить пачку индийского чая.
– Я быстро сгоняю!
– Подожди, зачем на велосипеде, сбегай, так.
– Но, я уже кручу, педали и мчу за покупкой.
Дорога до магазина каменистая, машин нет.
Три минуты – и я в магазине, минута – чай в желтой пачке с синим слоном, куплен.
Я выхожу из магазина на улицу и не вижу моего велосипеда.
Где он? Я растерянно смотрю на большое окно, украшенное лепниной из крупных белых колосьев, на подоконник, которого навалила свой красивый оранжевый «Школьник».
Оборачиваюсь, на другое окно.
Нет нигде! Сердце испуганно начинает колотиться в горле.
Я заскакиваю в магазин, но там ни единого покупателя.
– Что – то еще забыла? – спрашивает меня продавец.
– Велосипед украли – с ужасом поняла я.
– Как так? Ты же на секунду зашла! Продавец выскакивает на улицу, я за ней, в надежде, что мой верный конь всё еще стоит у окна магазина. Но, к сожалению, на месте мы его не обнаруживаем.
Продавец обращается с вопросами к редким прохожим, но никто ничего не видел.
Я стою около магазина и не знаю, что делать. Мне, кажется, что такого просто не может быть, что я сейчас закрою глаза, и он снова будет стоять рядом.
Я так была счастлива, что у меня был велосипед. Мама с папой потратили огромную кучу денег, когда купили мне его за 35 рублей, это почти половина зарплаты. Слезы начинают течь по моему лицу.
Не плачь, иди домой, может, найдётся, – успокаивает меня продавец. Придёт мама с работы и поищет. Я тоже поспрашиваю. Вечером будет много покупателей, я узнаю, может, кто и видел.
Обратно к бабушке я пришла, уже рыдая в голос. Какая же я глупая. Зачем я не послушала её и не пошла пешком? Как так можно в одну секунду потерять своё счастье?
– Не реви, мать придёт с работы, найдет – приговаривает то и дело бабушка.
Но мне-то понятно, что велосипедик пропал. Папка так старался, бегал за мной по жаре, учил меня. Какая я разиня! Ну, кто же знал?
И я снова, упав на кровать, громко и безостановочно рыдаю.
Мама, придя с работы, узнав о моём безысходном горе, написала какие-то объявления и ушла: «Не плачь! Мы его обязательно найдём!»
Она повесила объявление о краже велосипеда на магазин и автобусную остановку рядом с местом пропажи.
На следующий день велосипед вернулся домой. Его нашли люди, недалеко во дворе дома и по объявлению привели моего коня назад.
Тот – кто украл его, покатавшись, бросил недалеко от магазина, где я его потеряла.
Наверное, это были мальчишки, ведь домой они краденое не могли принести, вот и оставили на улице.
Счастье снова вернулось ко мне. И я себе дала слово никогда своё далеко не отпускать.
К жизни в общежитии я немного привыкла. Жаль, что отец надолго исчез из вида. Мама сказала, что он снова женился и у него будет новая дочка.
Проспект Серова, снято в мае 2023 года. Всё тоже, как и в детстве, только меньше зелени. Деревья обрезаны и вырублены. Маленькие города меняются медленнее. Микрорайон «Треугольник»
Желтое здание – бывший противотуберкулезный диспенсер, когда-то в нём работала баба Дуся (мать моего отца Городилова Евдокия Сергеевна). Фото сделано весной 2023 года. В конце улицы – дом с «графином», там в школьные годы жила моя подружка Таня Голендухина.
Проспект Серова, «Цыганские ворота», сквозь которые мне запрещала ходить бабушка. В то время, когда мы здесь жили не было металлического ограждения и остановка автобуса была другой. Где-то в этих дворах и был брошен украденный у меня велосипед.
ул. Крупской ведёт к 10 школе, а далее к ул. Еловской, к дому, где жила баба Катя. По этой улице я возвращалась после того, как украли мой велосипед.
НАКАНУНЕ
Мы с мамой каждый день ходим на почту, чтобы получить учебники, которые мамина сестра Неля (правильно Нэлли) послала для меня. Тётя – учитель школы в городе Нижней Туре, и она смогла купить книги на своей работе. В нашем городе нет того, что нужно.
Мы ходим, ходим, и всё время, оказывается, что посылка не пришла. Добираться далеко, так как недавно мы переехали в общежитие, а посылка должна прийти на почту по старому адресу, где остался жить отец, от которого мы уехали несколько месяцев назад.
Сегодня мама заказала переговоры на телеграфе, вызвав сестру на разговор, чтобы узнать успеем ли мы получить к 1 сентября необходимое.
Телеграф очень интересное место. Мы бываем здесь часто и разговариваем по телефону, в основном, конечно, мама обсуждает что-то с бабушкой, но она всегда дает мне на несколько секунд трубку поздороваться. Говорить надо быстро, чтобы заказанное время не истекло и нас не разъединили. Если время заканчивается, в трубке раздается голос девушки с коммутатора и предупреждает об этом; а иногда, когда разговор не закончен его можно немного продлить, еще раз заплатив. Соединиться получается не всегда, и бывает совсем плохо слышно. Перед тем, как идти на переговоры, приносят телеграмму, где указано время, когда нужно прийти на телеграф.