Беда опера Тихого, или Женюсь на тебе, рыжая
- -
- 100%
- +
– Ты что, следил за мной? – вспыхнула я.
– Конечно, Хиросима, правосудие следит за каждым, – умничал он. – Юлька, ты в курсе, что врать нехорошо?
И перевел взгляд на мою подругу, которая уже успела побывать в его кабинете на допросе.
– В курсе, – устыдилась подруга и низко опустила голову.
Леха ждал продолжения речи, но его не последовало, поэтому он снова вернулся к тону отпетого воспитателя, продолжая отчитывать меня.
– Хиросима, у тебя брат в МВД служит, неужели ты не знаешь, что сокрытие улик карается законом? Римир же твой брат, я не ошибся?
– Служит, и что? Или ты думаешь, что мы за обедом традиционные чтения Уголовного кодекса устраиваем? Собираемся всей семье и читаем, читаем… – последние слова я говорила одними губами, без звука.
Оказывается, опер Леха умел очень строго смотреть. Поэтому я замолчала, а Алексей стал переводить этот свой фирменный взгляд с меня на друзей.
– Рассказывайте, – потребовал он.
– Да нечего рассказывать, – вздохнула я, – мы ехали с вечеринки, спустились в метро, а там этот в кепке. Пробежал мимо, сунул мне портфель в руки и убежал. Он пустой был, честно, поэтому мы его и выбросили.
– Пустой? – напряженно переспросил Леха.
– Да. Мы его весь выпотрошили, прежде чем выбросить, – опустила я голову, – правда. Что теперь с нами будет?
– Пожизненное влепят как пить дать, – пробурчал он.
Сплюнул и выдал замысловатую тираду. Примерно в духе папы, но сразу стало понятно, что он сильно раздосадован новостью. И смотрел он громко и матом.
Даже Каскадер притих, прижал уши к голове и не отсвечивал.
– Ты хоть лицо его запомнила? – доставая из кармана пачку сигарет, с надеждой спросил у меня Леха.
– Все слишком быстро случилось, я не ожидала. Не запомнила, он его кепкой скрыл.
– Серафима, подумай хорошо. Может, хоть что-то, хоть какие-то особые приметы? Шрам, родинка, – давил Леха.
– Черная кепка, черная толстовка, худой, длинные ноги, – напрягла я память.
– Ясно, – отрезал Леха, делая затяжку.
Он прикрыл глаза, выдохнул дым и со злостью пнул злополучный портфель, сиротливо лежащий на земле.
Мы с Юлькой переглянулись и сочувственно посмотрели на Леху, который ушел глубоко в свои мысли и не сразу заметил, как Каскадер совершил стратегическое отступление от него и увлеченно что-то раскапывал под мусорным баком.
– Мне жаль, что я ничем не могу тебе помочь, – призналась я, – и прости, что Юлька сразу не сказала. Мы испугались.
– Чего? – Леха еще и рычать умел!
Не иначе как по ночам у Каскадера уроки брал.
– Не знаю, – окончательно устыдилась я.
– Ой, бандиты детсадовские, – вздохнул Леха. – Может, вас посадить на пятнадцать суток, а? В воспитательных целях.
– За что? – ахнули мы.
– За хулиганку. Юлька вон вроде раскаивается, но это не точно, ты, рыжая, вообще не раскаиваешься, а третий ваш, подпольный махинатор, ушел в несознанку, но по глазам вижу, что готов повторить. Я вас превентивно задержу, пока еще чего не отчебучили.
– Скажи маме, что я завещаю ей мой любимый отрывной календарик, когда папа с Миром меня убьют, – прошептала я Марку. – И мне правда стыдно.
Последнюю фразу я адресовала Лехе.
– Ты, – Леха указал на Марка, – в магаз сгоняй, пакет мне большой купи.
– Понял, – кивнул Марк и умчался.
– Леш, а что украли? – подала голос Юлька.
– Много будешь знать – нос большой вырастет, – отмахнулся от нее Леха.
Подумал, хмыкнул и покачал головой.
– Деятели, мать вашу. Сутки из-за вас потерял.
– Юлька мне только сегодня сказала, что ты меня ищешь, мы хотели найти портфель и принести его тебе, честно, я за ним и шла. Ну хочешь, мы как-то исправимся, вину загладим? – примирительно предложила я.
– Да? – заинтересовался Леха. – И как же?
– Не знаю, – едва слышно пропищала я.
К тому моменту вернулся Марк с пакетом и передал его Лехе. Тот сложил в пакет портфель и покосился на нас:
– Пойдемте. Правильно Мир сказал, вы – дети Сатаны.
– Ой, нашел кого слушать, – закатила глаза Юлька, – Леш, а ты как понял, что это мы?
– Да проще простого – вы вышли на своей станции метро, – хмыкнул Леха.
– И что?
– И то, что здесь, кроме вас, выходили только три зеленых человечка мужского пола, а ты, кудрявая, явно бы стала подружку свою перед ее братом покрывать. Л – логика. Знаете такое слово? И еще чуйка. Кас, рядом!
К Лехе вернулся его привычный ехидный стиль общения.
Каскадер покорно подбежал к хозяину и, преданно заглядывая ему в глаза, шел шаг в шаг с Лехой, который о чем-то сосредоточенно размышлял.
– Значит так, подкидыши из ада, – наконец заговорил Леха, – о том, что портфель этот нашли вы, никому ни слова, ясно? Узнаю, что треплетесь, – посажу под замок до окончания расследования. Хиросима?
– Я поняла.
– Миру тоже ни слова, – вздохнул Леха, косясь на Юльку.
– Спасибо, – просияла подруга, с благодарностью глядя на опера.
– Хиросима, – снова пристал ко мне Леха, – постарайся вспомнить что-то еще. Не сейчас, может, дома в спокойной обстановке.
– Хорошо, – согласилась я.
– Номер мой запиши, и если что-то вспомнишь – звони в любое время, поняла?
– Да, – я несколько раз кивнула для правдоподобности.
Записала его номер, сохранила как «опер Леха» и ни капли не удивилась, когда он у себя нарек меня Хиросимой.
– Пятой точкой чувствую, что ни хрена ни «хорошо», – вздохнул Леха, пряча телефон в карман. – Свободны.
– Правда? – не поверила я. – А протокол составлять не будешь?
– Рыжая, если тебе сильно хочется на экскурсию в отдел, то могу просто так организовать, – криво ухмыльнулся Леха. – Поехали?
– Я лучше домой, – пошла я на попятную, но сердце пропустило пару ударов.
И точно не оттого, что мне предлагали увлекательную экскурсию, а потому, что взгляд у Лехи изменился. И тон стал такой, что у меня мурашки по всему телу забегали как ненормальные.
Я повела плечами, сбрасывая морок, который, казалось, окутывал сознание, когда я смотрела ему в глаза.
Леха отвернулся, мотнул головой и грубее, чем нужно, приказал:
– По домам, детишки. Если что – я на связи.
– Пока, – помахала ему рукой Юлька, пока я переваривала внезапно нахлынувшие и непонятно откуда взявшиеся новые чувства.
Леха пристегнул Каскадера на поводок и быстрым шагом ушел, оставляя нас стоять на аллее.
– Мне стыдно, – призналась я, глядя ему в спину.
– И мне. Интересно, мы можем ему как-то помочь? – с готовностью ответила Юлька.
– Как? Ну не помню я этого… Даже если мимо пройдет и поздоровается, вряд ли узнаю!
– Постарайся дома сделать, как сказал Леха. Успокойся и постарайся вспомнить.
– Ага, – кивнула я. – Мне домой нужно.
Глава 8
Алексей
Я просто шел, а мечтал найти бревно, которое грыз Кас, и от души в него вгрызться самому.
Рыжей прелестнице с криминально-бомжеватыми наклонностями я верил, хотя, судя по всему, рыжая тот еще маленький чертенок с рожками. Но забавный. И милый. И рыжий. У меня пунктик зрел на рыжем, да?
Я мотнул головой, прогоняя видение и снова заставляя себя мыслить здраво. Начнем с того, что она сестра Римира, а Мир мне друг и бывший сослуживец. После армии наши пути на время разошлись. Я женился на Вике и ушел с головой в работу, а Мир служил в «Громе» и наслаждался свободой. Но связь держали.
Теперь мы работали в одном отделении и старая дружба возобновилась, но его милая и слегка хулиганистая младшая сестра рыжим вихрем ворвалась в мою и так неспокойную жизнь.
И даже если отбросить тот факт, что проблем у меня вагон и прицеп тонн на десять, то она сестра моего друга, а значит – табу. Мир это четко обозначил совсем недавно. И отчасти я его понимал, потому что и свою малую не мог представить с кем-то, кто мужского пола.
Я закинул пакет с вещдоком в багажник, достал мобильный и набрал Сан Саныча.
– Что у тебя? – спросил он после второго гудка.
– Я нашел портфель, – отчитался я.
– Вези, – обрадовалось начальство.
Я кратко пересказал всю ситуацию, а Сан Саныч зло выругался.
– Какие мысли? – спросил он у меня. – Думаешь, Дима?
– Не знаю. Как-то слишком просто получается. Либо у него времени не было все хорошо продумать, и он подставился, либо его подставляют, но уже грамотно.
– Что это за девчонка, которой портфель передали?
Я напрягся.
– Студентка, к нашим делам отношения не имеет, – отрезал я, – она с вечеринки ушастых ехала, подвернулась под руку.
– Ты уверен? Ее надо проверить.
– Уже. Она ни при чем.
– Я хочу с ней поговорить, – настаивал Саныч.
А у меня все нутро сжалось от нежелания ее впутывать в наши проблемы.
– Она ни при чем, я уверен.
– И погонами поручиться можешь?
– Могу, – без раздумий ответил я, – ее подставили.
– Значит, последняя ниточка, – задумчиво пробормотал Саныч, – грамотно меня развели, ничего не скажешь.
– Я ищу вора, дайте еще время.
– Девчонка может его узнать? – Саныч явно воспрянул духом.
– Говорит, что нет. Я думаю, что мы копаем не туда. Нужно Диму вашего проверить. Либо колоть его, либо найти того, кто его подставил.
– Согласен, но было бы проще допросить вора. Ищи его, Леха. Дима моя проблема. До связи.
Он отключился, а я снова выругался, завел Каса домой, покормил и поехал на работу.
По дороге пытался размышлять, и мысли мои мне не нравились.
Если предположить, что Диму кто-то красиво подставляет, то Хиросима остается единственным свидетелем, который теоретически может опознать вора.
И если я нашел ее за сутки, то тем придуркам тоже не составит труда найти эльфийку в ее веснушчатом лице, просто потратят они больше времени.
И лучше бы ей молчать и делать, как говорил Мир: сидеть дома и не ходить гулять темными вечерами. Даже с друзьями, пока я во всем не разберусь.
Я надеялся, что троица вняла моему приказу и трепаться о том, кто стал обладателем пустого портфеля, не станет.
Краславский – не та фигура, которую можно воспринимать несерьезно, и свою репутацию он бережет всеми силами. Если на флешке был компромат – Краславский пойдет на все, чтобы его уничтожить. И все ниточки, даже такие короткие, как Хиросима, которые ведут к нему, – тоже.
Может, охрану ей нанять?
Или пока рано?
В крайнем случае привлеку к охране ее драгоценной пятой точки Мира и его пацанов.
Мне чуйка подсказывала, что все не так просто, как казалось с самого начала, и я заранее продумывал пути решения пока еще несуществующих проблем.
Хотелось бы верить, что рыжая просто оказалась не в том месте, не в то время и больше никого не заинтересует.
Но что-то не давало мне покоя.
Работа отвлекла, а парочка новых психов с осенними обострениями заставила меня на время выбросить рыжую бестию из головы.
Ночной вызов оптимизма не добавил, и пока я оформлял документы и вел прием страждущих, на часах уже было три часа дня.
Зевая, я поехал домой отсыпаться.
Кас встретил взглядом а-ля «я снова не ел три дня», Вареник была в университете, а я пошел выгуливать ушастого симулянта в уже полюбившийся ему парк.
Взял себе крепкий черный кофе, чтобы не уснуть стоя, и ждал, пока Каскадер набегается и выпустит пар, одним глазом лениво рассматривая округу.
Рыжую я не встретил и почувствовал легкий укол разочарования.
Напомнил себе, что разочаровываться мне по статусу не положено, но чувства в карман не спрячешь…
Я понял, что меня в ней зацепило. Хиросима другая. Она разительно отличалась от всех и не только внешне, но и своей эксцентричностью. А еще живым блеском глаз. Настоящим, не показным.
А еще была весьма оригинальной. Одна дружба с бомжом чего стоила.
Кас спрятался в кустах, исчезнув из поля зрения, но со мной он обычно себе вольностей не позволял. Я пил кофе, не чувствуя вкуса, когда услышал женский визг и счастливый лай Каса.
Неужели опять чудит?!
Я рванул с места на третьей скорости, пробрался прямо через куст, кажется, оцарапав щеку, и остановился. Потому что крик был явно Хиросимы, возможно, кричали они дуэтом с Юлькой.
Я подумал, что эта парочка в принципе неугомонная, с шилом в одном месте. Или не с шилом, а с хвостом?..
Интересно, чем они сегодня удивят?
Я присмотрелся и чуть не облизнулся. Сон точно прошел.
Рыжая Хиросима была одета в анимешный костюм: черные колготки с белыми полосками, короткая до безобразия юбочка с оборками, черная водолазка, которая обтягивала ее словно вторая кожа и так будоражила фантазию, что меня переклинило слегка.
На голове рыжей был какой-то бантик с розовыми ушами, которые качались в такт ее движениям.
И она, громко ругаясь, убегала от Каса, а тот, со счастливой мордой, высунув язык и свесив его набок, пытался поймать ее за… хвостик.
На юбке, сзади, был пришит розовый хвостик, который кокетливо торчал, вызывая у нас с Касом что-то похожее на охотничий азарт.
Каскадер этот хвостик пытался поймать зубами, а Хиросима вертелась из стороны в сторону, явно не желая быть пойманной.
– Это мое! – кричала она Касу, уворачиваясь. – Не смей, его Юлька полчаса пришивала!
Юлька робко пыталась дать ему команду, но пса она побаивалась с того дня, как залезла из-за него на дерево. Кудрявая прижимала к груди руки с зажатым в ладони мобильным.
Я же вместо того, чтобы безобразие прекратить, вдруг подумал, что фигурка у рыжей огонь.
Не худышка, а очень аппетитная. Грудь примерно двоечка, бедра…
Ладони закололо от желания прикоснуться, но вместо этого я прокашлялся и рявкнул:
– Кас!
Пес прижал уши к голове, но на хвостик продолжал коситься и облизываться. Кажется, эта малышка и ему очень нравилось, иначе бы он от меня к ней не сбежал.
И по-мужски я его очень понимал.
Любопытно, куда она так нарядилась?
Я сделал шаг вперед и пошел к девчонкам, намереваясь это выяснить.
Глава 9
Алексей
Хиросима смотрела на меня как на врага народа. Она скрестила руки на груди и надула пухлые губки. И с опаской косилась в сторону Каса, который гипнотизировал взглядом ее хвостик. Вполне легально, кстати, я бы тоже посмотрел, если бы мог…
О чем я опять думаю?
– Доброго дня, – протянул я, приближаясь.
Демонстративно окинул взглядом рыжую с ног до головы и вопросительно поднял бровь:
– И куда мы в таком виде собрались?
– Это что, воздушно-капельным передается? – всплеснула руками веснушчатая бестия. – На тебя Римир не чихал, случайно?
– И специально не чихал. Куда собрались, красавицы?
– Никуда, по парку гуляли.
– Стесняюсь спросить…
– Стесняешься, опер Леха, – не спрашивай, – отрезала Хиросима.
– Ты в таком виде гулять по парку вышла? – спросил я уже строже, но куда там.
Рыжая только глаза закатила, а к нам уже шла Юлька, но огородами, сделав большой крюк, чтобы обойти Каса.
– А что такого? Нормальный вид, – она тряхнула головой, отчего два розовых уха на ее макушке воинственно затряслись.
– Для ролевых игр… – Я это вслух сказал?
– Ты слышала? – иронично обернулась к подруге Хиросима.
– Алексей, если ты не специалист из «Модного приговора», то твое мнение не учитывается. А у меня такие костюмы – хит продаж.
– А рыжая у тебя – ходячая реклама? – не удержался я.
– Единственная модель, – вежливо ответила Юлька. – Мне нужны были фото для портфолио и для страницы в интернете, а дома в этом костюме получилось как-то по́шло.
– А на улицу ходить нормально, – завелся я хрен знает с чего.
Но завелся. И психанул. Потому что нефиг фоткаться в таком виде. Вообще так на улицу выходить не стоит. Только дома ходить, под неусыпным контролем!
Она еще и в интернет этот полупорнокостюм выставлять собралась? С рыжей?
– Я без лица выкладываю, – словно прочитав мои мысли, объяснила Юлька, – иначе Римира удар хватит, если увидит.
Не только Римира. Там всех, кто носит штаны, если не удар, то стояк надолго хватит и не отпустит.
Я начинал понимать, почему Соколов так бесится в последнее время.
С виду – два милейших ангелочка с крылышками. По факту – два дьяволенка, но с ангельской внешностью, невинными взглядами и характерами, словно их сам Люцифер воспитывал.
А мой не совсем юный друг Римир запал на кудрявую красотку, которая шьет занимательные костюмы и фоткает в них его же родную сестру.
Еще он что-то говорил о том, что две милые прелестницы задались целью отыскать принцев, выбрав крайне экстравагантную тактику: посетить сто свиданий с разными парнями, дабы выбрать из сотни лучшего. Соколов от этого факта стены в моем кабинете пару часов грыз на ночном дежурстве и только что по потолку от ярости не бегал.
Кажется, даже запретил им выходить из дома.
А сегодня и меня проняло! Я бы тоже запретил, особенно в таком виде.
Волновать меня это было не должно, но почему-то очень волновало! И не только меня, но и младшего товарища, который, несмотря на мою смертельную усталость и недосып, очень даже взбодрился.
Давно меня девчонки так не заводили.
Да и не смотрел я по сторонам, пока с Викой жил. На нее смотрел, а она – налево.
Впервые за пять лет я осознал, что меня девчонка зацепила. И сильно. Неправильная девчонка, не та, да и время неподходящее.
И пока я переваривал собственные мысли, Кас медленно двигался в сторону Хиросимы, подцепил-таки хвостик зубами, дернул и дунул прочь, довольный своей каверзой.
– Ах ты… Вор! – вспыхнула Серафима, потрясая розовыми ушами. – Леха!
– Что? Кас просто посчитал, что хвостик там лишний, да и сам костюм надо переделать, – хмыкнул я.
– Ах, лишний. Ах, переделать, значит, – зло процедила Юлька, обиженная в лучших чувствах.
– Не злись, Юлек, но юбку надо подлиннее! – Я поднял ладони вверх.
– Хвост верни, блюститель морали, – сквозь зубы процедило кудрявое наваждение моего друга.
– Зачем? Смотри, как хорошо играют, – улыбнулся я и взглядом указал на Хиросиму.
Кас, держа в зубах пушистый хвост, всем видом звал рыжую поиграть: то подбегал к ней и поддразнивал, то отбегал в сторону, припадая на передние лапы, и от счастья вертел всем задом.
Серафима ругалась, но в игру включилась и даже заулыбалась.
Красивая у нее улыбка. И сама она как яркое солнышко в хмурый день. И Каскадер к ней явно дышал неровно. С Викой он так не играл.
С бывшей женой мой пес в принципе контактировал немного, предпочитая компанию меня или Варьки. А Вика всегда ворчала, что его шерсть на всей ее новой брендовой одежде…
– Пришивать сам будешь, я его уже продала, для заказчицы фотки делала, – угрюмо грозила мне Юлька.
– Ну, хочешь, я у тебя его куплю? – предложил я. – Касу вместо новой игрушки.
– Ладно, дарю! Но не тебе, а Касу. И только потому, что в вашей компании он самый симпатичный!
– Да? А я думал, я в нашей паре красивее, – насмешливо ответил я, наблюдая, как рыжая перестала дуться и вовсю веселилась с Касом, играя в догонялки.
Каскадер далеко не убегал, кружа вокруг Хиросимы на расстоянии полуметра.
А я залип на ней.
И я бы еще смотрел, если бы к нам не присоединилась компания из двух придурков, которые сели на лавку и смотрели шоу.
Мне срочно захотелось сломать пару челюстей.
– Кас! – позвал я и протянул руку ладонью вверх.
Пес подбежал и вложил мне в ладонь хвостик.
– Сидеть! Рыжая?
– Что? – отозвалась Серафима.
– Пойдем, домой провожу.
– Зачем? Я сама…
– В таком виде ты никуда не пойдешь, – душевно сообщил я, взглядом показывая на двух озабоченных оленей на лавке.
– Я к Юльке пойду, там переоденусь, – отмахнулась она.
– Значит, провожу до Юльки. А если вы еще раз в таком виде в парк придете – расскажу Миру. Ясно?
– Предельно, – бросила мне рыжая. – Да нормальный костюм, в таких полгорода ходит. И еще откровеннее. Все же закрыто!
– Вперед и с песней! – не стал я продолжать занимательный диалог.
Жестом показал девчонкам, чтобы шли вперед, пристегнул Каса и пошел за ними.
И только у дороги понял, что взгляд мой так и не отлип от того места, откуда оторвали розовый хвостик, который я продолжал сжимать в ладони.
Плохо, Тихий, плохо. Тянет на серьезный залет и разборки с другом.
Мы с Касом проводили двух нимф до Юлькиного дома. Всю дорогу девчонки шли на шаг впереди и о чем-то перешептывались.
Я не прислушивался, другие мысли занимали.
У подъезда обе развернулись, а Юлька вежливо уведомила:
– Мы пришли.
– Идите, – махнул я рукой.
Две пары взгляд проследили за хвостиком в руке.
– Серафима, ты ничего не вспомнила? – напоследок уточнил я.
Просто на всякий случай.
– Нет, но я пытаюсь, правда, – она даже ладонь к груди приложила.
Я перевел на нее взгляд, сглотнул и решил: может, надо меньше работать и начать жить? Развлечься как-то, а то от невинного жеста в стойку встаю.
Кивнул, развернулся и пошел к себе.
Спать!
…Нет, для начала в холодный душ, а потом спать.
Глава 10
Леха
Родные пенаты встретили запахом еды. Мы с Касом переглянулись и дружной толпой устроили паломничество на кухню, где Вареник уже что-то кашеварила.
Запахи – умереть не встать.
– Может, тебя у меня на постоянку оставить? – задумчиво предложил я, когда сестра развернулась в мою сторону.
Кас скромностью не страдал и сразу ткнулся носом ей в ноги, намекая, что он голоден.
Варя достала мешок с его кормом, зачерпнула порцию миской прямо из мешка и поставила перед наглой мордой.
– А ты жди! – отрезала сестрица, сдувая с лица белобрысую прядь.
– Нафига ты покрасилась? – в который раз уточнил я. – Брюнеткой лучше было.
– Захотела и покрасилась, – задрала она нос.
Развернулась и стала перемешивать что-то похожее на мясное рагу.
У меня инфаркт слюнной железы приключился от голода.
– А вот одному тебе точно жить нельзя. Ты с голода умрешь. Или будешь с Касом его кормом хрустеть.
Пес услышал свое имя и «корм» в одном предложении и подозрительно уставился на меня, всем видом намекая, что кормом он делиться не собирается.
– Оставайся! – махнул я рукой.
Налил себе воды и залпом выпил, стараясь заглушить чувство голода.
– Как дела в универе? Никто не обижает?
– Нет.
– А этот ушастый, как там его? – припомнил я.
– Васечкин, – прыснула Варя.
– Васечкин тебя больше не достает?
– В любви признавался.
– А ты? – я поперхнулся воздухом.
– Леша, – укоризненно наклонила она голову вбок, – у него лицо, как будто по нему лопатой долго били, а еще он говорит он только о сексе. Думаешь, меня это волнует? И, знаешь, парни сейчас – обнять и плакать. Алкоголики, криптаны и перекупы. Или эти, которые опасные, что куда деваться. «Не влюбись в меня!» Думал, что впечатление произведет, а нафига он мне нужен, проблемный? Время еще на него тратить.
Варя бурчала, а я хвалил сам себя за то, что когда-то именно так ее и воспитал. Гордой, неприступной и с характером.
С детства знал, что Вареник из парней шнурки будет строгать.
– Я просто спрашиваю, – сдался я. – Блин, Вареник, просто расскажи мне что-нибудь, голову надо занять.
– Проблемы? Опять Вика с этим козлом тебе неприятности генерирует? – занервничала Варя, размахивая в воздухе лопаткой. – Я с ней сама поговорю.
– Так, Варя-воин, не лезь! – потребовал я. – Я сам разберусь. Давай про твои дела, в мои тебе лучше не соваться, помогать еще полезешь, я потом вообще не разгребу.
– Я тебя хоть раз подводила? – обиделась Вареник.
– Что в универе нового? – Я сжал переносицу двумя пальцами.
– Да ничего. Учеба и еще раз учеба. А, еще у нас препод по криминалистике уволился. А это мой любимый профильный предмет!
– Нового найдут. Варя, нафига тебе криминалистика? Иди в медицинский.
– Не хочу, – снова помешивая свое зелье в кастрюле, отрезала сестра. – Леша, блин, ты сам опер, это же так интересно – копаться в уликах, разбираться в психологии преступника, копаться в его голове, чтобы понять, почему он так…
– Вареник, сгоняй в наш парк, найди там бомжа дядю Борю. Зуб даю, он тебе и про криминалистику, и про поведение преступников лучше любого твоего профессора расскажет.
– Да? – заинтересовалась Варька, – а где искать?
– В парке, – «подсказал» я.
– И что, правда психологию знает?
– Он что-то про триаду Макдональда говорил, – припомнил я.
– Хороший бомж, надо с ним подружиться. А ты его откуда знаешь?
– Да так, с ученицей его познакомился. Даже с двумя.
– Симпатичные? Тебе кто из них понравился? – сразу же оживилась Варя.
– Никто. Не сгорит рагу? – отвлек я сестру от довольно удачных попыток в допрос.