Я не дам тебе уйти

Глава 1

Иван Капацкий

Дорога была скользкая, погода — мерзкая, а настроение — отвратительное. Бесило все: от первого снега, что валил уже второй день и почти сразу таял, до придурков на дорогах, которые не переобули свои тачки, а права, видимо, купили на ближайшей распродаже. Тяжело водить машину, когда вместо глаз — яйца, а реакция как у черепахи, то есть никакая!

Скрипя зубами и выдавая забористый мат, перестроился в правую полосу. На такой скорости я домой к ночи приеду, если повезет. Проще было бросить тачку и дойти пешком…

В висках застучало предчувствие чего-то… Звук удара, меня по инерции понесло вперед, в грудь больно уперся руль.

— Твою мать! — зло выругался я.

Заглушил мотор и устало вздохнул. Медленно покинул салон, чтобы оценить ущерб и завис. Меня, мать вашу, угораздило врезаться в крохотный ядовито-желтый «Матиз». Назвать это чудо «автомобилем» у меня язык не поворачивался, и я уже готовился встретиться с обладательницей ущербной недомашины.

Дальше стало еще хуже, потому что из салона «Матиза» вышла молодая и крайне экстравагантная девица. Из нового поколения тех, кто перся по аниме. Короткая плиссированная юбка, массивные ботинки, сверху вырвиглазная розовая шубка, яркий макияж, от которого глаза казались в пол-лица, два высоких хвоста на голове и презрительный взгляд, брошенный на мою машину.

Что за день?! Еще и на малолетку без царя в голове нарвался!

С тоской снова покосился на ее бампер и молча достал портмоне. Отсчитал несколько крупных купюр и протянул анимешнице:

— На. Хватит на ремонт, и шоколадку себе купи!

Девица спрятала руки в карман шубки и сузила глаза, при этом надув пузырь жвачки.

Ненавижу нарывистых малолеток!

— Простите, а вас хамить где-то учили или вы от природы нахал? — приподняв бровь, уточнила анимешница.

— Что? — переспросил я, сузив глаза.

— А очки вам доктор для красоты прописал или чтобы вы этот мир четче видели? — продолжала нарываться девчонка.

— Девочка, не хами! — предупредил я.

Очки я носил для солидности. И потому, что мой вид обычно заставлял таких вот барышень испуганно отшатываться в сторону. Я знал, как действую на людей, и уже привык вселять страх, лишь иногда пряча за стеклами очков тяжелый холодный взгляд.

— ГАИ будем вызывать? — спокойно уточнил я.

Обошел анимешницу по дуге, чтобы оценить ущерб.

— Ты бы на этом транспортном средстве зимой не каталась: порыв ветра чуть сильнее, и улетишь в Изумрудный Город, — посоветовал я.

— Позвольте мне самой решать, на чем и когда ездить, — обиделась девица. — ГАИ вызывать не будем, и деньги оставьте себе!

Гордо взмахнула рукой.

В тот момент пассажирская дверь ядовитого авто распахнулась и… Тело отреагировало быстрее мозга. Кадык дернулся, а меня бросило в холодный пот. ОНА стояла напротив меня, ежась от холодного ветра. Ее светлые волосы разметались, не позволяя рассмотреть черты лица, которые я помнил наизусть. Красная помада на удивленно приоткрытых губах и взгляд голубых глаз, не предвещающий для меня ничего хорошего.

«— Как тебя зовут?

— Регина…

— Редкое имя…»

Ноги приросли к земле, пока я пытался вспомнить, как дышать.

— Лиза, поехали, — громко позвала Регина свою спутницу.

— Тут господин НикогоКромеСебяНаДорогеНеВижу настаивает на ГАИ, — повернулась к ней анимешница.

Регина перевела взгляд на меня и нахмурила брови.

— Возможно, господину стоит сменить окулиста, чтобы прописал ему другие очки, — елейно улыбнулась она.

— Или сменить тачку на повозку, — подсказала ее подружка, пока я тщетно пытался прийти в себя.

— Да, это отличный вариант, — согласилась Регина, переводя взгляд на меня, — возможно, тебе стоит пересесть на лошадь. Может, хотя бы она заметит яркую машину на дороге и не станет в нее врезаться.

Коза!

— Ну привет, Регина, — ядовито процедил я, решив, что достаточно хлебнул яда.

— Капацкий!.. Сколько лет… — сузив глаза, саркастически произнесла Регина.

«Десять».

— И я рад тебя видеть, — оскалился я, перекатываясь с пятки на носок.

— Кто сказал, что я рада? — приподняла бровь Регина.

— Регина, где твое воспитание? — неодобрительно качая головой, поинтересовался я.

— Дома забыла, — широко улыбнулась девушка. — Ваня, не нервничай, в твоем возрасте это особенно вредно!

И я снова, как и десять лет назад, взвился и сцепил зубы. Потому что это единственная женщина, которую хотелось трахнуть и пристрелить одновременно. Нет, сначала трахнуть, потом пристрелить. И именно в таком порядке.

Анимешница окинула меня с ног до головы презрительным взглядом и вернулась в салон «Матиза».

— До встречи, Регина… — зачем-то пообещал я.

Прозвучало угрожающе.

Она кинула на меня быстрый взгляд, на мгновение прикрыла глаза и суетливо вернулась в автомобиль. «Матиз» сорвался с места, виляя задом. В такую погоду рассекать на такой легкой тачке — самоубийство, я не шутил.

Сел в свою машину, вздохнул, отбросил очки в сторону и покатил, наконец, домой.

Добирался не меньше часа по пробкам и объехал три аварии, внимательно вглядываясь в каждую и страшась увидеть ярко-желтый помятый «Матиз»…

Войдя, наконец, в квартиру, скинул обувь и одежду, сразу прошел в кухню, нашел бутылку виски и сделал несколько больших глотков прямо из горлышка. Обжигающая жидкость прошла по пищеводу, не принося столь желанного облегчения.

Сел на диван, закинул ноги на журнальный стол и сделал новый глоток, отгораживаясь от воспоминаний.

Отключил мобильный, чтоб не дернули среди ночи, и включил телек, чтобы занять мысли какой-нибудь хренью. Но они упорно возвращались к заснеженной дороге, желтому «Матизу» и, мать вашу, к Регине…

Глава 2

Регина

Я села в машину, зажмурилась и обняла себя руками. Зачем я открыла дверь? Что пыталась доказать самой себе? Что Капацкий остался все тем же говнюком, что и десять лет назад? Десять лет и два месяца, если быть точной…

— Откуда ты его знаешь? — полюбопытствовала Лиза, на мгновение повернув голову в мою сторону.

Все ее внимание занимала дорога.

— Да так… — дернула я плечом.

— Он такой... — делилась эмоциями подруга. — Мурашки по коже и спрятаться под машину хотелось. Взгляд до костей пробирает.

Я только кивнула, подтверждая ее ощущения. Ваня или Капа, как его называли друзья, всегда вселял страх лишь одним своим присутствием. Даже отец его побаивался.

Грудь больно сжалась от непрошенных воспоминаний, а я отвернулась к окну, сильнее обнимая себя за плечи руками. Он почти не изменился. Только взгляд стал еще холоднее и, возможно, морщинки вокруг глаз стали чуть заметнее. Такой же высокий, самоуверенный и непрошибаемо-язвительный гад, каким был.

Я сразу же его узнала, стоило ему только выйти из своего внедорожника. Черного и зловещего, как и сам Капацкий. Не хотела попадаться ему на глаза, но какая-то неведомая сила заставила меня покинуть салон «Матиза», чтобы… что? Показать, что вот она я, жива и счастлива без него? Или мне хотелось увидеть в его глазах хоть что-то. Хоть отголоски чувства вины… Которых не было. Только обычное ледяное спокойствие и язвительная усмешка на губах.

— Мы почти приехали, — уведомила меня Лиза, выдыхая. — Ну и погода. Так и шепчет: «Займи, но выпей». Может, напьемся, а?

— Тебе завтра на работу, — напомнила я, — а мне на биржу труда.

— У тебя совсем нет денег? — сочувственно склонила голову Лиза.

— Есть немного наличных, — вздохнула я. — Влад заблокировал все мои карты.

— Гусь лапчатый, — припечатала Лиза, вызывая улыбку. — Ладно, прорвемся, у меня есть кое-какие запасы, — загадочно произнесла подруга.

— Не нужно. Я неплохой юрист. Надеюсь, что смогу найти работу, а с первой зарплаты сниму квартиру и съеду от тебя.

— Не торопись, мне все равно скучно одной, — легкомысленно махнула рукой Лиза и засмеялась. — ну что, пошли? Марш-бросок до подъезда.

Мы вышли на улицу, пряча лица за воротниками курток, и почти бегом бросились к подъезду. Лиза жила на втором этаже, спустя несколько мгновений мы уже стояли на ее пороге и дружно снимали верхнюю одежду.

— Можно, я первая в душ? — взмолилась подруга.

— Конечно, — натянуто улыбнулась я.

Единственное, чего мне хотелось в тот момент, — лечь спать. Я прошла в гостиную, плюхнулась на мягкий диван и уставилась в потолок. Образ Капацкого маячил перед мысленным взором, а я сцепила зубы и приказала себе о нем не думать.

В тот момент в кармане завибрировал мобильный. На экране высветилось «муж»; я снова скрипнула зубами, но вызов приняла.

— Регина, вернись домой, — вместо приветствия объявил Влад.

— Нет, — отрезала я, рассматривая потолок, словно там было что-то интересное.

— Рина, пожалуйста, хватит уже ночевать у подружек. Вернись домой, мы спокойно поговорим, — взмолился Влад, что было на него совсем не похоже.

— Не зови меня Риной, — устало попросила я. — Ты знаешь, что я ненавижу, когда ты коверкаешь мое имя.

«Ррррегина» — зазвучал в голове совсем другой голос. Властный, вкрадчивый, взбешенный. Мне так нравилось выводить его на эмоции…

— Хорошо, я больше не буду, — покорно согласился муж. — Где ты? Я приеду и заберу тебя домой.

— Нет, — повторила я.

— Регина, малышка, ты уже достаточно меня наказала, — вздохнул Влад, — я люблю тебя и только тебя, слышишь?

«— Я люблю тебя… — Капацкий почти рычит.

— Сильно? — захлебываясь от счастья, шепчу я.

— Хотелось бы меньше…»

Мотнула головой, снова прогоняя воспоминания. И поняла, что пропустила важную часть пламенной речи супруга:

—…я вообще не знаю, откуда взялась она и ребенок, — горячился Влад, — и даже если этот ребенок мой, он мне не нужен!

— Откажешься от собственного сына? — вспылила я.

— У нас семья, и она важнее, — снова тяжело вздохнул Влад.

— Если бы семья была тебе так важна — ты бы не изменил мне четыре года назад, а потом не скрыл, что у тебя появился сын, — в который раз повторила я.

Влад замолчал, понимая, что мы уже в тысячный раз ведем один и тот же разговор. Но я не смогла принять факт, что у супруга, с которым прожила пять лет, обнаружился трехлетний щекастый сыночек, как две капли воды похожий на своего отца. Не нужен был тест ДНК, чтобы понять, что это сын Влада.

— Разблокируй мои карты, — ровно попросила я.

— Разблокировал час назад, — устало произнес муж. — Хотя бы не скитайся по подругам, ладно?

— Спокойной ночи, Влад, — выдавила я и отключила телефон.

Отбросила мобильный в сторону и зло поднялась. Подошла к окну, всматриваясь в темноту улицы. В свете фонаря хаотично танцевали снежинки, сбиваемые порывами ветра.

— Здравствуй, новая жизнь, — прошептала я, решив, что начинать что-либо с первым снегом — это довольно символично.

— Я все, — раздался жизнерадостный голос подруги за спиной, — ты иди в душ, а я постелю тебе на диване.

— Спасибо, — кивнула я, еще не подозревая, что моя новая жизнь будет тесно сплетена со старой…

Глава 3

Я вышла из здания очередной компании, спрятала руки в карманы пальто и посмотрела в затянутое черными тучами небо. Стихия немного успокоилась, но злой, холодный ветер сбивал с ног и заставлял ежиться от холода.

Чертыхнулась, глянула на часы, поняла, что потеряла большую половину дня, и решила, что на сегодня с меня хватит. Оказалось, что найти работу, даже имея красный диплом, но не имея опыта, — задача почти невыполнимая.

Все работодатели, как один, мило улыбались, скептически рассматривая мое резюме, задавали вопросы и вежливо обещали позвонить, тут же приглашая к себе в кабинет следующую претендентку на теплое местечко. Последний же «большой босс» прямо сказал, что ему нужен не делопроизводитель, а личный секретарь, который должен время от времени раздвигать перед боссом ноги. В тот же момент я гордо удалилась, предложив несостоявшемуся шефу искать секретутку в другом месте.

И что мне делать?

Я быстро огляделась по сторонам, соображая, где нахожусь. В нескольких кварталах от меня находился цветочный магазин, где работала Лиза, к ней я и решила заглянуть.

Быстро сбежала по ступенькам, прикрываясь шарфом от пронизывающего ветра, и потопала в нужную сторону, продолжая посыпать голову пеплом и снова зарываясь в воспоминания.

Влада я знала, казалось, всю жизнь: он был подчиненным отца и лучшим другом моего брата. Папа открыто говорил, что хотел бы видеть его моим мужем и своим преемником. Я же воспринимала его скорее как старшего наставника, возможно, друга. А потом в моей жизни случился Капацкий, чтоб ему… Как и вчера вечером, ворвался на черном внедорожнике, перевернул все с ног на голову, оставив от моей жизни только осколки, и исчез. Именно тот день разделил жизнь на «до» и «после». Что-то надломилось тогда внутри. Но рядом всегда был верный Влад, который еще три года покорно исполнял роль моего друга и спасательной жилетки, а еще папа, который каждый день упорно твердил, что Влад станет для меня отличным мужем. И брат, который приглашал лучшего друга к нам в гости почти каждый день… Просто поужинать, просто позавтракать, просто поработать…

Я чуть было не поскользнулась, с трудом удержав равновесие на высоких каблуках. Выдохнула, покрепче перехватила ремешок сумки и заметила невдалеке кофейню. Влетела внутрь, купила две чашки кофе и потопала к подруге.

Над головой звякнул колокольчик, а в нос ударил запах цветов и прохлады. Лиза стояла у прилавка, сосредоточенно собирая букет. При моем появлении подруга вскинулась, машинально выдавая профессиональную улыбку. Мгновение, и улыбка превратилась в искреннюю.

— Как дела? — откладывая розу в сторону, заинтересовалась Лиза.

— Прорвемся, — выдохнула я, отряхивая снег с волос, и объявила, ставя стаканчики на стойку. — Я кофе принесла.

— Спасибо, — обрадовалась Лиза, протягивая руку и цепляя свою порцию кофе. — Вкусный. За углом покупала?

— Да, я тут недалеко была на собеседовании, — вздохнула я.

— И как? Взяли? — глаза подруги горели живым любопытством.

— Взяли. Но я отказалась.

— Почему?

— Потому что еще не настолько отчаялась, чтобы соглашаться на роль любовницы босса, — отпивая большой глоток латте с карамелью, сообщила я.

— А босс симпатичный? — весело хмыкнула Лиза. — А что? Я девушка свободная…

— Ну если толстячки под метр пятьдесят с залысинами и масленым взглядом — эталон твоей личной красоты, то скину адресок, — улыбнулась я, наблюдая, как Лиза брезгливо морщит нос.

— Спасибо, не надо, — открестилась подруга, махнула рукой и чуть было не уронила на пол горшок с сидящим в нем кактусом.

— У, зараза! — возмутилась Лиза, обращаясь, собственно, к кактусу. — Этот товарищ уже пару лет живет в магазине. Его никто брать не хочет. Мы уже даже акцию организовали: «Купи кактус — получи второй в подарок», но его даже даром не берут. Может, его сглазили? — предположила Лиза и тут же выдала свежую идею. — А давай я его тебе на новоселье подарю?

— А давай, — согласилась я, неожиданно развеселившись.

— Регин, ты торопишься? — вдруг жалобно обратилась ко мне Лиза.

— Я совершенно свободна.

— Постой тут пятнадцать минут, а? У нас курьер зашивается, а тут заказ совсем рядом с магазином. Я быстренько цветы отвезу и вернусь. Погода плохая, покупателей нет, — взмолилась подруга. — Клим с Кариной не узнают, они за городом с детьми.

— Беги, — подмигнула я.

— Цены везде стоят, не запутаешься, — просияла Лиза и ускакала в подсобку — переодеваться.

Я же вздохнула, сняла пальто, повесила его на спинку стула и снова посмотрела на пресловутый кактус.

— Я быстро, — снова уведомила подруга, вжикая молнией на куртке.

Подхватила букет с витрины, быстро упаковала его в специальную бумагу, призванную защитить от ветра, и умчалась.

От нечего делать я просто уселась на стул, достала из кармана мобильный и снова сосредоточила все свое внимание на сайте с объявлениями по поиску работы.

Звякнул колокольчик, оповещая, что в помещение вошел покупатель, я машинально вскинулась и чуть было со стула не рухнула. Мобильный выпал из рук на столешницу, а я нахмурилась, встречаясь взглядом со знакомыми до боли ледяными глазами. На его русых волосах медленно таяли снежинки, очки запотели, но Иван стоял на месте неподвижной статуей, тоже обескураженный очередной встречей. У меня перед глазами все поплыло, лишь его силуэт оставался четким.

— Регина? — изумился Капацкий, прокашлялся, поправил очки на носу и выдал свою самую гадкую ухмылку.

В его арсенале их было полно.

— Ваня, — с той же интонацией, что и он, произнесла я, решив, что меня, как и бедняжку кактуса, сглазили.

Две встречи за два дня — слишком много для моей и так расшатанной нервной системы. Он что, следит за мной?

— Как жизнь? — делая шаг ко мне, холодно поинтересовался Иван.

— Радует, — оскалилась я, вставая на ноги и сильно сжимая ладонями край столешницы.

Капацкий прошелся по мне взглядом, вызывая дрожь во всем теле и стаю мурашек на позвоночнике, и сделал еще шаг.

— Опять «свисток» намазала? — вдруг выдал он, снова возвращая меня в прошлое.

Ваня не разделял мою любовь к алой помаде и каждый раз говорил именно эту фразу, после которой протягивал руку и большим пальцем стирал ее с моих губ, размазывая по всему лицу.

— Фу как грубо, — фыркнула я, испуганно отшатываясь.

Кажется, Капацкий сам был в шоке от своей реплики, потому что снова поправил очки и опустил голову. Но быстро взял себя в руки, спрятал ладони в карманы джинсов и сделал шаг вперед, стремительно сокращая между нами расстояние.

— Я вежливость сегодня дома оставил, — ухмыльнулся он.

— Ты за цветами пришел? — разозлилась я. — Вот и выбирай. То, в какой цвет я крашу губы, — не твое дело!

— Отвратительный сервис, — пожаловался он… кактусу!

— Ваня, тебе срочно нужен врач, — с притворным участием произнесла я, — ты разговариваешь с цветком! Себя нужно беречь, сейчас куча всяких программ, призванных остановить возрастные изменения мозга!

— Ррррегина, — прорычал Ваня.

— Что? — захлопала я глазами, — я по-человечески волнуюсь. Вчера ты не заметил яркую машину на дороге. Сегодня разговариваешь с неодушевленным предметом, а завтра забудешь свой адрес, заблудишься и замерзнешь.

— Даже не мечтай, — расплылся он в широкой улыбке, — я буду жить еще долго. А букетик мне все-таки собери. Самый красивый.

— Доставка или сам заберешь? — хмуро уточнила я.

— Сам, — довольно сообщил Ваня.

— Какие цветы предпочитает твоя вторая половинка? — уточнила я.

— Желтые подсолнухи. Декоративные такие, с крохотными бутонами, — хрипло ответил он, а у меня снова подкосились ноги.

Потому что желтые подсолнухи любила я! Именно декоративные, которые очень сложно было достать в нашем городе.

Я резко развернулась, прожигая Капацкого взглядом. И разозлилась.

— Подсолнухов нет, — сообщила сухо, сдерживая внутреннюю дрожь.

— Какая досада. Я же говорил, что сервис у вас хромает просто на обе ноги. Инвалид, а не сервис, — Ваня неодобрительно покачал головой и заозирался по сторонам.

— Отличный сервис, — вспыхнула я. — На вот лучше кактус купи, — посоветовала ему, хватая горшок и обходя витрину.

Встала напротив Капацкого, свободной рукой опираясь на стойку.

— Зачем он мне? — приподнял он бровь.

— Он станет для тебя отличным собеседником. Можешь ему пожаловаться на отсутствие подсолнухов в нашей полосе в это время года, он с удовольствием выслушает и поймет тебя. Но если вдруг начнет отвечать — срочно вызывай «неотложку»!

— Может, стоит попросить у тебя жалобную книгу?

— «Муму» подойдет? Или еще жалобнее? — уточнила я, склонив голову.

— Коза! — не выдержал Иван. — Давай сюда свой кактус.

— На! — я протянула ему горшок с несчастным растением и только что ногой не топнула от злости.

Ваня взял суккулент с таким видом, будто тот сейчас выберется из горшка и покусает его. Вздохнул, достал портмоне, отсчитал несколько крупных купюр, положил их на столешницу и повернулся ко мне.

— Что-то забыл? — уточнила я.

Капацкий сжал губы, заиграл желваками и процедил:

— Нет. Всего хорошего, Рррегина…

— И тебе не хворать, — от души пожелала я, наблюдая, как лицо моего собеседника стремительно бледнеет.

Он сжал в ладонях горшок так, что, казалось, тот сейчас рассыплется на мелкие осколки. Я отшатнулась, не в силах сделать вдох. Тело само отреагировало, подобно собаке Павлова. Низ живота налился тяжестью, а во рту пересохло. Я сжала ладони в кулаки, вжимаясь бедрами в столешницу.

Ваня зло выдохнул, резко развернулся на пятках и, чеканя шаг, прошел к выходу. Но у самого порога обернулся, хищно улыбнулся и произнес:

— До встречи, Регина…

Звякнул колокольчик, хлопнула дверь, а я все еще пялилась туда, где пару мгновений назад стояла моя первая любовь…

Глава 4

Капацкий

Сука-а-а!

Я сел в машину, со всей дури захлопнул дверь и уставился на чертов кактус, который все еще сжимал в руках.

Как ей это удается, как?! Довести меня до белого каления за несколько минут — для этого нужен особый талант.

У Регины он был. Я, как и десять лет назад, готов был лезть на стену… Но тогда у меня было право заткнуть ей рот поцелуем, утащить в свою квартиру и получить свою сатисфакцию во всех известных мне позах и слушать ее стоны вместо очередной колкости.

В глазах потемнело, а я чуть не сорвался на ни в чем неповинном кактусе. Зло глянул на горшок и аккуратно поставил его на пассажирское сиденье.

Завел мотор и рванул с места, сам себе напоминая быка на корриде — потому что меня так же сильно бесила ее красная помада. Бесила и возбуждала одновременно.

Из всего обилия женщин вокруг меня я продолжаю сходить с ума от той, которая десять лет назад меня предала… Вместе со своим братцем и папочкой. Папа, кстати, на этом не остановился: это по его милости я отправился в такое место, откуда мы с Дэном только чудом выбрались живыми. И даже почти целыми…

Снова, сука!

Подъехал к зданию отдела полиции, где несколько лет назад я и четверо моих друзей приобрели рабочие места в отделе собственной безопасности. Я же еще и двух крестников приобрел, одного из которых назвали в мою честь.

Я снова сжал руль, выругался и взвился на сидении, вспоминая последнюю СМС, пришедшую от Регины. Тогда я разбил телефон и всю свою квартиру. От ошибки меня уберег только Дэн — ценой сломанного носа, сбитых костяшек пальцев и синяками под обоими глазами.

Мне тоже досталось, но это уберегло меня от тройного убийства. А на следующее утро нас отправили на верную смерть…

Ненавижу три гребаных буквы в аббревиатуре…

Ненавижу!

Вышел из машины, зачем-то прихватив с собой треклятый кактус. Хотел выбросить его в урну, но рука не поднялась.

Регина за два дня умудрилась выбить почву из-под ног, хотя я искренне считал, что уже достаточно стар для такого урагана эмоций и что меня уже ничем было не пронять.

Но до сих пор больно. Там, в груди. Где сердце. Я не ангел и никогда им не был, но зачем она так? Я любил ее как никого и никогда. Я ей под ноги мир бы положил, выкрал бы из дома, разгреб бы с ее папашей. Как-нибудь… Я бы нашел способ. Но она не оставила мне выбора, просто и хладнокровно избавившись от всего, что ей мешало. И хуже того — сообщила мне об этом сухо, в СМС…

Коллеги испуганно шарахались, пока я чеканил шаг по коридору. Они и в обычном состоянии меня побаивались, но в тот день я был над собой не властен.

Влетел в свой кабинет, поставил кактус в центр стола и, не раздеваясь, включил компьютер. Я четыре года работал над программой, позволяющей мне получать доступ ко всем возможным базам данных. Я мог нарыть информацию о ком угодно, но только одну фамилию я никогда не мог ввести в поисковую строку.

Пока комп включался, я снял пальто, сел на свое кресло и запустил программу…

— Ну, ты был в магазине? — без стука влетел Клим в мой кабинет. — Забрал документы?

Я зарычал, заметив заинтересованный взгляд Клима на гребаном кактусе. Друг поднял на меня глаза и заржал:

— Тебе Лиза нашего инвалида всучила или ты сам решил беднягу пожалеть?

— Чего? — хрипло переспросил я.

Какая, к чертям, Лиза?

— Того. Кактус этот никто брать не хотел. Тебе он нафига нужен?

— Это мой новый друг, — снова зарычал я.

— О как! — хмыкнул Клим и снова заржал.