Тени прошлого. Узы на страницах времени

Глубоко в горах Загрос в Иране, в древнем аккадском храме, находилась команда морпехов. Война между Ираном и США продолжалась уже несколько недель. То, что они приняли за оружейный бункер, оказалось куда более смертоносным, и многие морпехи к этому времени погибли.

Элис и Джейсон

Джейсон Морган

Первый лейтенант разведки сил морской пехоты США

Командир отделения

– Эй, Элли! Оставайся со мной!

Джейсон кричал, слегка ударив меня по лицу.

– Ты не умрешь из-за меня, ты же боец.

Он начал волноваться, его сердце учащенно билось.

– Ну же, пожалуйста…

Он быстро дышал, не готовый потерять одного из самых близких друзей. Тяжело дыша, я пришла в себя, уставившись испуганными глазами на Джейсона.

Элис Рик

Главный врач военного госпиталя В личном составе команды Моргана

– Что… Что происходит?

Джейсон почувствовал невероятное облегчение от того, что я проснулась.

– О боже. Ты жива! Я думал, ты… умрешь у меня на руках… Никогда больше так не делай, не рискуй жизнью так… безрассудно.

Потерев голову, которая вся была заляпана кровью, я посмотрела на него.

– Я не могла иначе. Ты в порядке?

На теле Джейсона есть несколько синяков, но ничего серьезного для него нет.

– Я в порядке, в порядке. Побеспокойся лучше о себе.

Он обеспокоенно посмотрел на меня, я вся в крови и в таком состоянии, какого он никогда не видел. Его беспокоит, чья это кровь – моя собственная или чья-то еще.

– Ты в порядке? Ты выглядишь так, будто захлебнулась кровью…

– Похоже, было весело…

Я посмотрела на объект, который чуть не убил меня и Джейсона, но защитив его собой мы справились с этим существом. Это был не человек, вернее, уже не человек. Кровь текла по моему лицу и телу.

– Кажется, тут наша общая кровь.

Я даже смогла посмеяться в такой не простой ситуации. Джейсон почувствовал облегчение, когда я сказала, что со мной все в порядке. Он знал, что я не совсем честна, но в моем голосе чувствовался страх, и он догадался, что я притворяюсь. Когда я вдруг бросилась к нему в объятия, Джейсон на мгновение опешил.

– Эй, эй, все в порядке, полегче… Я в порядке, я в порядке…

Мягко сказал он, обхватывая меня руками и прижимая к себе. Было видно, что я напугана и ранима, и он хотел меня успокоить.

– Где все остальные?

Я решила резко сменить тему из-за смущения. Внезапно у меня закололо в боку, но я решила не подавать виду. Джейсон растерянно наблюдал за мной, но на вопрос не ответил, а лишь пожал плечами.

– Найдём безопасное место и там подлечимся, хорошо?

Окинув его взглядом, я заметила, что его плечо было покрыто ссадинами и зияла достаточно глубокая открытая рана, это все нужно было срочно обработать. Находясь в объятиях Джейсона, я украдкой посмотрела на него, смущенным взглядом, затем отстранилась. Он не знал, что я уже давно привязалась к нему. Мы достаточно давно находимся в одной команде и большинство миссий выполняли рука об руку, так что нам не в первой оказываться на поле боя вдвоем. Джейсон заметил, как на моем лице мелькнула боль, когда я пошевелилась, но предпочел ничего не говорить об этом, заметив мою попытку сменить тему. Он кивнул в знак согласия с моим предложением.

– Хорошая идея. Нам нужно найти безопасное место, чтобы проверить наши раны.

Когда я посмотрела на его царапины и порезы на плече, он понял, как ему больно, но отбросил эту мысль.

– Я в порядке, это ты нуждаешься во внимании.

– Идём.

Поднявшись с пола, я взяла Джейсона за руку и потянула в полную темноту. Легко постучала пальцами по наушнику на правом ухе, от чего включился фонарик, который был встроен на нем и стало слегка видно, куда мы идём. Пещера была длинной и тёмной, стены будто были покрыты влагой, стоял запах пыли и подземелья отдавая холодом.

– Ты правда так испугался за меня? На тебе лица не было!

Я решила, что при разговоре будет не так страшно идти по этому туннелю. Джейсон позволил мне потянуть его за собой. Темнота пещеры пугала, но он оценил свет импровизированного налобного фонаря. Он тихонько захихикал в ответ на мой вопрос- смесь облегчения и смущения.

– Да, я волновался за тебя. Я… Я не могу тебя потерять.

Он заколебался, потом признался, его голос был тихим и уязвимым в тишине пещеры.

– Ты единственная, кто… мне близок здесь. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

На секунду я остановилась, посмотрев на него, сердце забилось от услышанных слов, но момент испортила боль в боку. Решила вновь проигнорировать её, сейчас не время. Просто продолжила идти вперед, увлекая его за собой.

– Спасибо, Джейсон… Ты спас мне жизнь.

Джейсон почувствовал укол сочувствия, увидев, как я поморщилась от боли. Он знал, что я пытаюсь скрыть это, но от его внимания это не ускользнуло. Он знал, что так же ранен сам, но отодвинул свою боль на второй план и сосредоточился на моей боли. Он последовал моему примеру, продолжая идти рядом со мной по темной пещере.

– Тебе не нужно благодарить меня. Это то, что я должен делать, – прикрывать твою спину.

Он взглянул на меня, его голос был мягким и обеспокоенным.

– Нам действительно нужно найти место, чтобы проверить твои раны.

– Ладно.

Я согласилась только потому, что нам обоим нужна была помощь, но пещера была тёмная и неизвестно через сколько мы бы нашли светлое место. Остановилась в небольшом закутке пещеры. Выдолбленный участок стены создавал небольшую площадку, на которой можно было расположится. Самодельный медицинский пункт.

– Тут, вроде, ничего.

Я указала на площадку. Всё было хуже некуда, но время было не на нашей стороне. Скинула с плеч рюкзак и стала извлекать из него медикаменты и бинты. Достала бокс, в котором я как доктор всегда хранила инструменты для зашивания ран при необходимости. Это то, что сейчас было нужно

– Садись

Сказала я с волнением, нашим единственным источником света был лишь налобный фонарик на моей голове. Джейсон кивнул, доверяя моему медицинскому мнению. Он наблюдал, как я обустраиваю небольшой импровизированный медицинский пункт в укромном уголке пещеры, прихватив из рюкзака инструменты. Он видел беспокойство в моих глазах и решимость в моих действиях. Он знал, что я все-таки врач. Присев по моему указанию, он постарался сохранить спокойствие, хотя его собственные раны уже начали болеть.

– Хорошо, док. Делай то, что тебе нужно.

Я разложила все инструменты, приготовилась. Проводить такие процедуры в полевых условиях уже приходилось, но собственная боль не давала покоя, а все руки и тело были в крови.

– Да уж, стерильность на уровне…

Я слегка хохотнула, скривив лицо от новой порции боли. Джейсон взглянул на разложенные мною инструменты и медицинские принадлежности, в выражении его лица смешались благодарность и трепет. Несмотря на ситуацию, он тихонько захихикал над моей шуткой о стерильности ситуации, но тут же его выражение сменилось озабоченностью, когда он увидел дискомфорт на моем лице, когда меня охватила очередная волна боли.

– Эй, постарайся дышать, хорошо? С тобой все будет в порядке. Просто сосредоточься на мне.

– Да, это точно поможет. Мы уже много лет вместе. Знаю все твои шутки.

Улыбнувшись, я не удержалась от сарказма, прекрасно понимая, что и так полностью поглощена им, хоть и не выдавала себя. Джейсон не мог не улыбнуться моим шуткам. Это была правда, мы вместе прошли через ад и хорошо знали друг друга. Знакомый юмор приятно отвлекал от боли и страха, которые мы оба испытывали.

– Правда? Тогда ты должна знать мою любимую шутку.

Он ухмыльнулся, стараясь сохранить легкомысленный тон, несмотря на то что его собственные раны пульсировали.

– Расскажи её снова.

Я глубоко вздохнула, чтобы немного себя успокоить и принялась за дело. Осмотрела плечо Джейсона, подняв край футболки, которая торчала из-под бронежилета, увидела рванул рану, её срочно нужно было зашить. Я смочила ватный шарик спиртом, бережно обработав инъекционное поле, после взяла шприц с новокаином, который лежал на импровизированной подстилке с инструментами, слегка дрожащими руками и расположив его под правильным углом сделала укол в плечо. Пока мы ждали действие анестезии, я достала иглу и иглодержатель, они были в стерильной упаковке и дополнительных манипуляций не потребовалось. Как только все было сделано как по инструкции, я продела шовную нить в иглу и принялась осторожно зашивать зияющую рваную рану на его плече. Это было достаточно больно, но новокаин сделал свое дело. Джейсон стиснул зубы, пока я осматривала и обрабатывала его раны. Он старался сохранять самообладание, пока я готовила иглу для наложения швов на его плечо: резкая боль от раны немного притупилась благодаря действию анестетика. Он стоически наблюдал, как я приступаю к работе, и мерцающий свет фонаря у меня на лбу освещал процедуру в темной пещере.

– Знаешь… пожалуй, это одно из лучших мест, где меня могли бы зашить…

Сухо сказал он, стараясь сохранить легкое настроение, хотя не мог не чувствовать дискомфорта.

– Сейчас бы в мой кабинет…

Я хохотнула, сложно было сосредоточится из-за боли и страха.

– Да, выбор не самый лучший.

Я продолжала накладывать швы, рана перестала кровоточит и заметно стала меньше, в это время по пещере пронеслась череда странных звуков и достаточно далеко был слышен крик. Он эхом пронесся по пещере отражаясь от стен и насылая еще больший ужас. Они на мгновение мы замерли и обернулись на шум. Я посмотрела на Джейсона, страх был в глазах обоих. После небольшой паузу, я продолжила делать свое дело, периодически смачивая рану раствором и подтирая кровь. Мы оба приостановились, наши взгляды встретились в знак взаимного беспокойства после того, как мы услышали серию зловещих звуков, которые эхом отражались от стен пещеры. От леденящих кровь криков у Джейсона по позвоночнику пробежала дрожь, и он увидел, что в моих глазах отразился страх. Он с тревогой ждал, пока я возобновлю работу, стараясь сохранять самообладание, но напряжение было ощутимым. Каждая пауза, которую я делала, чтобы вытереть кровь или очистить рану, напоминала о том, что наше положение небезопасно.

– Какого черта…

Пробормотал он себе под нос.

– И как мы вообще оказались в этой заднице? Проговорила я достаточно недовольно.

– Без паники, Джейсон, мы выберемся из этого ада, надо только немного потерпеть и найти хоть кого-нибудь.

Я уставила взгляд на его лицо, оно было без эмоций, но я знала его достаточно давно и видела все через его маски, он тоже был напуган, он тоже человек. Наложив последний шов, я обрезала шовную нить, осторожно затянув, приступила к наложению бинта. Было хорошо заметно, как плечо стало чище. Он не мог не почувствовать прилив благодарности, когда я успокоила его, но мои слова мало способствовали ослаблению напряжения, грызущего его нутро. Он знал, что я вижу его маску, знал, что я вижу его страх, скрывающийся под поверхностью. Когда я закончила накладывать швы на его плечо и начала надежно обматывать его бинтом, он наблюдал за мной со смесью восхищения и беспокойства.

– Ты потрясающая, ты знаешь это? Не знаю, как тебе удается сохранять спокойствие в таких ситуациях…

– Мы оба хлебнули дерьма, да? Ты видел куда больше, чем я… Хоть я и не отстаю.

Наложив повязку, я приподнялась, перебравшись через Джейсона на другую сторону, чтобы осмотреть другие раны. Он тихонько захихикал, кивнув в знак согласия. Я была права, по его мнению, мы оба видели больше, чем свою долю ужасов.

– Да, мы вместе прошли через ад и обратно. И ты чертовски права, ты не отстаешь, когда речь заходит о том дерьме, которое мы видели.

Он слегка поморщился, когда я перешла к лечению других его ран, но остался сидеть на месте, позволяя мне осмотреть его.

– Руки в норме…

Начала говорить я сама себе, словно записывая изменения в его теле в невидимый блокнот у себя в голове, поставив галочку. Я начала скользить взглядом по его телу, голова, шея, руки, туловище, ноги, все было скрыто под одеждой и не позволяло полноценно убедится, что больше нет серьезных ранений.

– Что-то ещё беспокоит?

Я посмотрела на него, склонив голову на бок. Он наблюдал, как мои глаза перемещаются по его телу, проверяя, нет ли на нем дополнительных повреждений. Он чувствовал на себе мой пристальный взгляд и ощущал странную уязвимость под моим пристальным взглядом. Он пожал плечами, пытаясь преуменьшить свои травмы, хотя все еще чувствовал боль и жжение в нескольких местах.

– Я в порядке, наверное. Просто несколько шишек и синяков.

Он поморщился, слегка пошевелив рукой, и резкая боль в плече напомнила ему, что он не так уж и без травм, как пытался изобразить.

– Кажется, ты переиграл немного…

Я мягко улыбнулась. Я видела все до мельчайших подробностей. Как же мы читали друг друга.

– На, поешь пока, это поможет, а я все ещё раз проверю.

Я достала из рюкзака протеиновый батончик, протянув его Джейсон. Он усмехнулся моему замечанию, понимая, что я слишком внимательно слежу за его состоянием. Я слишком хорошо его знала.

– Да, ты меня поняла, док. Я, наверное, немного больше травмирован, чем могу предположить. Он с благодарностью принял от меня протеиновый батончик.

– Спасибо. Ты всегда знаешь, что мне нужно.

Он наблюдал за тем, как я продолжаю его осматривать, испытывая раздражение от моей суеты и благодарность за заботу.

– Семпер Фай1!

Проговорила я с улыбкой, затем села на землю, туловищем склонившись к вытянутой ноге Джейсона. Приподняла край штанов над ботинком, обнаружив ещё одну рану на голени. Кажется, тварь, что напала на нас, крепко держала его за эту ногу. Следы когтей были очевидны и достаточно сильно повредили участок его ноги. Я лишь поцокала, словно подтверждая свои опасения.

– Кажется, нам придётся тут задержаться.

Я осмотрелась вокруг, дальше фонарика за правым ухом не было видно ничего, прищурилась от собственной боли положив руку на бок.

– Черт…

На мне был длинный черный плащ с длинными рукавами, под ним медицинский бронежилет, осторожно стянула с рук плащ, пытаясь расстегнуть жилет, от движения тело пронзила новая порция боли, я, поморщившись слегка вскрикнула. Освободившись от одежды, я осталась в одном чёрном топе, приподняла край, пришлось посмотреть, что же беспокоило меня все это время. В боку торчало что-то похожее на коготь, достаточно глубоко, почти протыкая мое тело на сквозь, глаза расширились от удивления и ужаса. Его лицо потемнело, когда я поморщилась от боли, снимая медицинский жилет, и его глаза расширились, когда он увидел острый предмет, впившийся в мой бок.

1 Semper fidelis – это латинское выражение, которое означает «всегда верный».

Это девиз Корпуса морской пехоты Соединенных Штатов, обычно сокращённый до Semper Fi. Также он используется в качестве девиза для городов, семей, школ и других воинских частей. Считается, что фраза возникла из фразы, которую сенаторы Древнего Рима произносили в конце своей интервенции.

– Господи… Боже мой. Ты ранена, тебе очень больно?

Вопрос был глупым и риторическим, он сам это знал. Его голос был наполнен беспокойством, когда он наклонился ближе, чтобы осмотреть мою рану, и чувство беспомощности охватило его. Он хотел помочь, но понимал, что его собственные травмы могут ограничить его возможности.

– Нормально… Ничего страшного.

Я глубоко вдохнула, проговорив слова по отдельности и медленно. Попытка сохранить самообладание была ничтожной, все было написано на моем лице.

– Помоги мне.

Взяв кусок ткани в руку, я чуть приложила к месту прокола, пискнув от боли.

– Придержи, пожалуйста, мои ноги, чтобы я не крутилась.

Я села спиной к стене, подставив бок под свет налобного фонарика, чтобы можно было с ним работать. Он наблюдал за мной со смесью беспокойства и разочарования, понимая, что я преуменьшаю серьезность своей травмы. Когда я попросила о помощи, он кивнул и забрал у меня ткань, расположившись так, чтобы держать мои ноги неподвижно.

– Хорошо, я держу тебя. Постарайся не шевелиться, хорошо? Я буду держать тебя на месте.

Он крепко обхватил мои ноги, удерживая их в неподвижном состоянии, и выражение его лица показывало беспокойство и предвкушение, пока я готовилась заняться своей раной. Прикрывая рот рукой, чтобы не закричать, я осторожно принялась вытягивать из своего бока острый чёрный коготь, боль была адская, ноги сразу же стали трястись, но благодаря Джейсону удавалось сохранить почти неподвижно положение. Темнота пещеры сгущалась, глаза расширились от боли, но выбора не было. Тишина пространства нарушалась вскрикиваниями, на лице выступили капли пота. Прикусив свою ладонь, я вскрикнула вновь, но крики были приглушены, эта штука была достаточно большой. Вытянув половину, я остановилась, тяжело и часто дыша, из раны полилась кровь. Убедившись, что почти достала эту штуку, я дёрнула её достаточно резко, вскрикнув и с силой прикусив свою ладонь, ноги тряслись словно у меня был приступ эпилепсии. Дыхание было частым, тяжёлым и очень-очень быстрым, оторвав руку от лица, я увидела достаточно глубокие следы от зубов на своей руке и от этого когтя, как же это было больно. Коготь представлял собой крупный отросток, который расширялся у основания и закруглялся к концу заостряя его. Джейсон с тревогой наблюдал за тем, как я пыталась извлечь острый предмет из своего бока, и мучился от боли, наблюдая как я пытаюсь вытеснить предмет из своей плоти. Он непроизвольно сжал мои ноги, костяшки пальцев побелели, когда он попытался удержать меня в неподвижности, несмотря на мою дрожь. Он слышал приглушенные звуки моей боли сквозь стиснутые зубы и следы укусов на руке. Наконец, когда я вытащила предмет и из раны потекла кровь, он понял, что я в плохом состоянии. Он заговорил мягко, но настоятельно.

– Тише, тише… ты вытащила его. Дай мне посмотреть…

Шумно выдохнув, я чуть повернулась, подставляя бок, чтобы Джейсон мог посмотреть. Я дрожащими руками, измазанными свежей кровью, положила чёрный как эта пещера коготь рядом, он был весь в крови, как и я сама. У основания он был достаточно толстый, а к концу уменьшался и заострялся. Был бы он поменьше, проткнул бы меня на сквозь и вылетел бы как пуля.

– Сувенир…

Дрожащим голосом проговорила я, попытавшись улыбнуться, лицо горело, по лбу стекал пот. Он наклонился ближе, чтобы осмотреть рану, и его глаза расширились от тревоги, когда он увидел, насколько она глубока. Вид окровавленного оружия и кровь, покрывающая мою кожу, только усилили его беспокойство.

– Господи… у тебя сильное кровотечение… нужно остановить кровотечение.

Он порылся в рюкзаке, достал чистую ткань и прижал ее к ране, пытаясь остановить поток крови.

– Просто держись, хорошо? Я постараюсь остановить поток.

– Все нормально. Надо только прошить. Хочешь научится рукоделию?

Мой голос предательски дрожал и слабел, пот струился по лицу, оно все горело и бледнело одновременно. Но даже в такой ситуации я нашла над чем посмеяться, тряпка пропиталась кровью в считанные секунды. Он с облегчением вздохнул, услышав мой сухой юмор, даже в этой ситуации. Это была моя классическая черта – всегда находить способ сохранить легкость, даже когда ситуация была ужасной.

– Да, потому что именно об этом я и думал, когда решил попробовать новое хобби. Зашивать тебя. Может, мне лучше заняться вязанием?

Он с легким сарказмом заменил промокшую ткань на новую, надавливая сильнее, чтобы замедлить кровотечение.

– Тогда свяжи мне свитер…

Хрипло сказала я. Он закатил глаза на мою просьбу, но в его тоне слышалось веселье, он пытался всячески подбодрить меня, не давать сдаваться.

– Свитер, да? С узором или просто так?

Он продолжал надавливать на рану, пытаясь придать ситуации легкость, хотя осознание того, насколько все это серьезно, начало проникать в сознание.

– Пусть на нем будет котёнок.

Я склонила голову в бок, сил почти не оставалось, в голове словно кружили картинки, кровотечение было серьёзным, почему-то в мыслях все летало, я парила в невесомости и на вопрос Джейсона у меня в голове появился котенок, мягкий, ласковый и такой невинный, но я не могла позволить себе умереть, я не сделала ещё так много. Его глаза слегка сузились при упоминании кошки, но он сдержал улыбку, оценив мою попытку проявить легкомыслие, несмотря на всю серьезность ситуации.

– Котенок, да? Думаю, я смогу с этим справиться.

– Джейсон…

Я повернула голову в его сторону, посмотрев в его испуганные глаза.

– Прости. Я.…Я не справилась.

Мысли путались, они были словно под пеленой. Когда я повернулась и посмотрела на него, мои слова дошли до него, и его сердце сжалось при мысли о том, что он может меня потерять. Он наклонился ближе, встретив мой взгляд со своей собственной силой.

– Эй, нет. Не говори так. Ты справишься, слышишь? Мы пройдем через это.

– Да уж… Ситуация полное дерьмо. Попробуй заштопать, а я уже дома исправлю…

Я улыбнулась устало. Он все еще лелеял надежды на мое спасение, что ж, придется ему помочь.

– Возьми иглу и нить, продень нить через отверстия и возьми иглу держателем.

Я говорила достаточно медленно и хрипло, чтобы экономить силы. Силы стремительно покидали мое тело, лицо обливалось холодным потом. Он внимательно слушал мои указания, стараясь сосредоточиться на задаче, несмотря на панические мысли, роившиеся в его голове. Он взял иголку и нитку, на которые я указала, и, следуя моим указаниям, начал зашивать меня.

– Так, кажется, получилось… только не шевелись, хорошо?

Он работал быстро и как можно осторожнее, его руки тряслись, но были полны решимости, когда он пытался закрыть рану. Каждый раз, когда я вздрагивала от боли, он ощущал беспокойство, но продолжал работать, решив, что я справлюсь с этим. В этот раз пришлось обойтись без анестезии, не было лишнего времени и лишних рук. Я достаточно громко вскрикивала каждый раз, когда игла проходила сквозь мою кожу, тело дрожало и билось в конвульсиях, я с силой прижимала ладонь ко рту, приглушая крики, эхом разносившиеся по не безопасной пещере. Когда я тряслась или издавала сдавленный крик, сердце Джейсона сбивалось с ритма, но он продолжал, его руки двигались с отработанной точностью.