Долг чести

Глава 3

– Ты не выйдешь замуж за гнусного насильника! – закричала ее тетя Стелла, как только услышала новость.

– Я – глава семьи и если я одобрил этот брак, то так и будет, – возмутился Джино.

 Стелла побагровела от гнева. Она устроилась работать в семью Дона в молодом возрасте, овдовев в двадцать лет, и уже отвыкла от того, что решения за нее принимают мужчины и ее слово ничего не значит в их мире.

– Дай нам поговорить наедине, – поспешила вмешаться Бьянка, предупреждая неминуемую ссору. – Пожалуйста, Джино!

 Ее брат был упрям и самолюбив. Он все еще негодовал из-за того, что не получил пост Капитана, как их отец в свое время, а вызов своему авторитету, тем более от членов семьи, воспринимал в штыки.

– Пока ты живешь под моей крышей, будь добра уважать мои решения, – с нескрываемой угрозой прошипел он тете, прежде чем выйти из кухни.

– Глупый мальчишка! – раздраженно воскликнула Стелла. – Он заставил тебя дать согласие, милая?

– Нет, – возразила Бьянка. – У меня нет другого выхода, кроме как выйти за Дона, тетя. Или брак, или аборт. А я не могу избавиться от ребенка. Не могу, понимаешь!?

 Гнев в глазах Стеллы сменило сочувствие.

– Бедная моя девочка, – вздохнула она, протягивая к ней руки и заключая в крепкие объятия.

 Бьянка прижалась к ней, вдыхая успокаивающий аромат лимонной туалетной воды, и закрыла глаза.

– Это не выход, Бьянка. Ты будешь несчастна. Викензо показал своим поступком, что ничуть не отличается от своего отца, а ведь он был таким хорошим мальчиком когда-то! Видимо, за те годы, что мы не общались, он слишком изменился и превратился в неправильного мужчину. Жизнь с таким человеком будет похожа на ад. Поверь мне, мой муж был таким же. Он – женоубийца, Бьянка! Никогда раньше в это не верила, но после того, что он сделал… Не могу больше его оправдывать. А самое страшное – однажды, с тобой может случиться то же самое. Его отец был очень жесток со своими женами и не исключено, что Викензо такой же. Выбор здесь стоит между твоей жизнью и жизнью неродившегося ребенка. Думаю, Бог простит тебя, если ты искренне раскаешься, ведь ты должна думать о своем будущем.

 Бьянка застыла в ее объятиях.

– О чем ты говоришь, тетя?

 Женщина тяжело вздохнула и, отстранившись, серьезно посмотрела ей в глаза.

– Думаю, будет лучше, если ты сделаешь аборт.

 Это слова подействовали на нее, как пощечина. Бьянка не могла поверить в то, что слышала. Ее тетя была очень религиозной и именно она всегда учила девушку тому, что ничем нельзя оправдать грех. Будто читая ее мысли, тетя Стелла продолжила:

– Знаю, это противоречит всему, чему я тебя учила, но я просто хочу, чтобы ты была счастлива, – вытирая катящиеся по щекам слезы, прошептала она. – Жизнь с подобным монстром похожа на ад, Бьянка. Я предпочту, чтобы ты сейчас убила ребенка и двигалась дальше, чем через несколько лет решилась убить себя. Невозможно терпеть издевательства и насилие вечно. В первом браке Викензо были проблемы и никто не даст гарантию, что во втором, он начнет вести себя иначе.

– Он дал слово, что не обидит меня, – слабым голосом возразила девушка. – Ты ведь знаешь, что Дон никогда не нарушает своего слова.

Она и сама не верила ему, но тетю необходимо было успокоить и убедить.

– Знаю, – согласилась Стелла. – Но все когда-то случается впервые. Когда он станет твоим мужем, вся власть будет в его руках. Тебе никто не сможет помочь, Бьянка. И ты никогда не сможешь уйти от него. Живой, по крайней мере. Неужели ради ребенка, который даже пока не ребенок, ты готова пожертвовать своим счастьем?

Слова тети Стеллы напугали ее и заставили задуматься о том, действительно ли она сможет это сделать.

– Мне надо подумать, – сказала Бьянка. – Я, пожалуй, пойду к себе.

К счастью, тетя не стала ее останавливать. Бьянка заперлась в своей спальне и присев за туалетный столик, уставилась на себя в зеркало. Сможет ли она смотреть на себя в будущем, если сделает это? Станет убийцей собственного ребенка. Совершит грех, который не смыть.

Бьянка представила себе такую жизнь и содрогнулась. Вечные муки совести. У нее больше никогда не будет детей. Она не выйдет замуж, не вернется на работу в дом Дона. Проживет всю жизнь с Джино, одинокая и несчастная, если они не поубивают друг друга раньше.

Нет, этому не бывать!

Бьянка оставит ребенка. Она не могла от него отказаться. Выбор был между тем, верить слову Дона или нет. Она собиралась рискнуть. Если он не будет ее трогать, она будет счастлива и довольна своей жизнью. В качестве матери. Состояться, как жена, девушка уже и не мечтала. После того, что сделал Дон, она не желала подпускать к своему телу ни одного мужчину. Если их брак действительно будет фиктивным, она это переживет. Привыкнет постепенно к обществу Дона и перестанет дрожать при его приближении. В глазах людей они будут обычной парой. В семьях Боссов и Капитанов все равно все браки заключались ради взаимной выгоды, и, никто не станет удивляться отсутствию между супругами теплых чувств, если они будут придерживаться приличий.

***

На следующий день к ним заехала Вивиана Гвидиче со своей личной охраной. Бьянка была очень рада ее видеть, ведь, несмотря на то, что девушке было всего шестнадцать лет, она была ее единственной подругой. К счастью, тетя Стелла поехала по магазинам и не застала гостью. Бьянка боялась, как бы она не наговорила Виви лишнего, ведь та не была виновата в том, что сделал ее брат.

– Бьянка, как ты могла скрыть от меня это? – накинулась на нее с вопросами девушка, едва зайдя в дом и выглядя до нелепости счастливой. – Я и представить не могла, что ты выйдешь замуж за Энзо! Ты просто обязана рассказать мне подробности! Вы встречались тайком? Это любовь? Когда все началось и почему ты мне ничего не говорила?

Бьянка поняла, что Дон рассказал ей о помолвке, но не о том, что послужило ее причиной. Что же, она не собиралась посвящать Виви в грязные подробности. Не стоит разочаровывать девушку, которая умудряется оставаться наивной и сохранять детскую невинность, даже растя вместе с братьями-мафиози. Тео не просто так звал ее солнышком. Виви была самым добрым существом из всех, кого когда-либо встречала Бьянка. Она не хотела быть той, кто откроет ей глаза на реалии их жизни, в которой не было места мечтам и счастью.

– Это брак по расчету, – сказала она полуправду, когда уселись на кухне. – Дону пора задуматься о семье, и, как ты знаешь, ко мне не стоит очередь из женихов, так что я приняла его неожиданное предложение.

Виви не слишком разочаровал ее ответ.

– Но он тебе нравится? – допытывалась она. – Наверняка нравится. Не станешь же ты выходить замуж за того, кто тебе несимпатичен?

– Не хочешь какао? – надеясь отвлечь ее от неудобных вопросов, спросила Бьянка, вставая и включая чайник греться.

– Нет, – отмахнулась рыжая заноза в заднице. – Ну, расскажи мне хоть что-нибудь! Это так волнительно!

– Мне нечего рассказывать, – сказала Бьянка. – Я почти не знаю Дона, мы редко общались. И да, я рада, что выхожу замуж, но поверь мне, ничего романтичного в таких браках не бывает. Возможно, я покажусь тебе расчетливой, но когда ты станешь старше, то поймешь. Тебе придется выйти замуж за одного из Младших Боссов или его наследника и это будет такой же договорной брак. В нашем мире нет того, о чем ты мечтаешь, Виви.

К счастью, Вивиана совсем не казалась расстроенной ее словами. Вечная оптимистка.

– Я уверена, что можно полюбить мужа и после свадьбы, – заявила она. – К тому же, Энзо обещал, что я смогу сама выбрать жениха среди тех, кто подходит мне по социальному положению. Если парень будет красивым и интересным, то почему бы и нет? Сам Энзо, конечно, не так молод, но он симпатичный. Неужели он ни капельки тебе не нравится?

Нет, не нравился. Он приводил ее в ужас. Но Бьянка заставила себя кивнуть. К счастью, Виви списала ее реакцию на смущение и продолжала болтать о свадьбе и приготовлениях, о том, как она ждет праздника и как ей не терпится увидеть свадебное платье Бьянки.

– Ты ведь возьмешь меня с собой, когда пойдешь выбирать?

– Конечно, – улыбнулась она. – У меня ведь нет других подружек.

Даже кузины не желали общаться с ней из-за ее репутации, что причиняло огромную боль, ведь они росли вместе и Бьянка их очень любила когда-то. Она не разделяла энтузиазма Виви и не хотела никаких праздников и платьев, но заставила себя выслушать ее восторги по поводу свадьбы. После двадцати минут непрерывной болтовни, раздался звонок телефона Вивианы, и Бьянка облегченно выдохнула, когда та начала собираться.

– Совсем забыла о занятиях, – суетилась девушка, собирая свои распущенные длинные волосы в хвост и направляясь к выходу. – Но мы еще пообщаемся. Ты же зайдешь? Или вы со Стеллой вернетесь в дом еще до свадьбы? Я уже начала бояться, что вы и вправду уволились, а это, оказывается, из-за брака. Глупые правила приличия!

– До свадьбы я не вернусь в ваш дом, – заявила Бьянка, подавляя тревогу даже при мысли об этом.

Вивиана, вдруг, остановилась у двери и повернулась к ней лицом, становясь серьезной.

– Знаешь, я всегда думала, что тебе нравится Тео, – нерешительно сказала она. – Но, будь это так, ты бы не согласилась выйти за Энзо, правда?

Бьянка проигнорировала укол боли и заставила себя улыбнуться. Даже закатила глаза.

– Какие же глупости приходят тебе в голову! Не вздумай сказать эту чушь при своих братьях!

На лице Виви отразилось облегчение. Она расплылась в улыбке и шлепнула себя по лбу.

– Уфф… Рада, что ошиблась. Ну, я тогда точно пойду, а то опоздаю. Пока, Бьянка! Я рада, что ты станешь моей невесткой.

– Пока, Виви.

Ее уход принес ей огромное облегчение. Бьянка и представить не могла, как трудно делать вид, что все хорошо, когда тебе на самом деле так плохо.

Глава 4

Тетя Стелла ничего не сказала, когда Бьянка объявила, что не будет делать аборт и выйдет замуж за Дона. Просто крепко обняла ее и, будто ничего особенного не произошло, продолжила готовить канолли, за что девушка была ей очень благодарна. С того дня, тетя поддерживала ее во всем, ведь приготовления к свадьбе шли полным ходом.

К счастью, в течении следующей недели, пока организовывали вечеринку в честь помолвки, Бьянка больше не виделась с Доном. Не могла представить, как это переживет, ведь ужас перед ним все еще был силен. Организацией всех мероприятий, связанных со свадьбой, занимались люди Дона, не спрашивая ее мнения, за что Бьянка чувствовала благодарность. Она не хотела принимать в этом участия, у нее не было ни сил, ни желания. Вивиана заезжала к ней два раза на этой неделе и, к ее облегчению, тетя Стелла вела себя с ней, как и раньше, не перенося свою неприязнь к ее брату на саму девушку. Бьянка попросила ее не посвящать Виви в правду об их с Доном браке и тетя согласилась, заметив, что вряд ли этим нанесет урон Викензо, а Вивиану, наверняка, травмирует.

За день до вечеринки, водитель Дона завез коробку с нарядом для нее. В ней обнаружилось шикарное вечернее платье в пол нежно-персикового цвета, с открытыми плечами, но довольно скромным декольте. Ткань платья была жесткой и сохраняющей форму, расшитая сотней мелких кристаллов и стеклярусом. Бьянка такое видела только в журналах, на кинозвездах. Наверное, оно очень дорогое. На миг, как и каждая девушка, она забыла о причине и сосредоточилась только на великолепном наряде, прикладывая его к своему телу и любуясь в зеркало. Обводила восхищенным взглядом свой силуэт и поглаживала изысканную ткань, любуясь солнечными бликами, отскакивающими от кристаллов Сваровски. А потом, вспомнила, кто и почему прислал ей это платье и всю радость, как рукой сняло.

Повесив его на плечики, она убрала наряд в гардероб и, решив убрать пустую коробку, с удивлением поняла, что в ней есть еще и другие вещи. На дне лежала еще одна коробка, поменьше, в которой обнаружились изящные лодочки того же цвета, что и платье, на каблуках среднего размера, а также футляр с бриллиантовым ожерельем и серьгами из одного комплекта. Их Бьянка тоже убрала в шкаф, уже не чувствуя благоговения. Роскошь не могла заменить ей счастье. После свадьбы с Доном, такие наряды станут для нее обыденностью, но, к сожалению, она не была из тех женщин, которые ради материальных ценностей могли пожертвовать собой, выйдя замуж за обладателя этих самых ценностей.

***

– Ты очень красивая, – заметила тетя Стелла, прикрепляя последнюю прядь ее волос шпилькой.

– Спасибо, – улыбнулась Бьянка, стараясь не показать, в каком ужасе находится от предстоящей встречи с Доном.

Она сделала легкий макияж, прежде чем оделась, а тетя Стелла сделала ей прическу, собрав ее локоны в изысканный узел на затылке. Челка совсем не портила вид, хотя изначально, Бьянка собиралась собрать ее вверх.

Девушка встала перед зеркалом в полный рост, любуясь своим отражением и всеми способами пытаясь отвлечься от тревожных мыслей. Платье сидело на ней прекрасно, облегая стройную фигуру, которая совсем скоро изменится из-за беременности. Бьянка задумчиво погладила живот, представляя, как будет выглядеть, когда он вырастет. Она ждала этого с нетерпением, ведь пока, единственным признаком ее беременности была только утренняя тошнота.

– Машина уже здесь, спускайся, – постучал в ее дверь Джино, отвлекая от мыслей о ребенке.

Ее снова охватила нервозность. Бьянка спустилась и они, вместе с тетей и Джино, сели в автомобиль, который прислал за ними Дон. Всю дорогу тетя Стелла сжимала ее ладонь, зная, как она боится, но это, к сожалению, совсем не помогало. Бьянка дрожала от страха перед новой встречей с Доном.

***

Викензо сообщил Младшим Боссам о своей помолвке и о том, на ком именно женится, что вызвало несколько недоуменных и даже пару обиженных взглядов, но вопросов задавать никто, разумеется, не осмелился. Тео сообщил, что слухи расползлись со скоростью света. Люди гадали, почему он выбрал Бьянку, не только из-за ее репутации, но и из-за низкого положения, которое не могло принести ему никакой выгоды. Викензо было плевать. Они будут уважать его жену, хотят того или нет. Остальное не имело значения. Люди всегда будут болтать и, он не имел привычки объяснять свои действия и решения перед кем бы то ни было.

Викензо велел собрать полное досье на свою невесту и, изучил его вдоль и поперек, с удивлением отмечая, что снова и снова возвращается к ее фотографиям. Бьянка была милой. Настоящей красавицей, но слишком мягкой и невинной, чтобы привлечь его. Тем не менее, она все чаще прокрадывалась в его мысли, мучая фантазиями о том, каково было бы, будь она ему настоящей женой. Его возбуждала одна мысль о том, что он будет иметь на нее все права, как только она скажет «Согласна» перед алтарем. Его жена, в его полном распоряжении.

Каково будет целовать ее мягкие губы? Ощущать их на своем теле. Пробовать на вкус ее нежную кожу, упиваясь ее стонами и криками, пока она будет кончать, сжимаясь вокруг его члена своей тесной киской. Он заводился, как подросток, от мыслей о ней, мечтая воплотить в жизнь все свои желания, но, конечно, это были только фантазии. Он не собирался ее принуждать. Викензо не был святым, но насильником он не станет. Снова.

«Черт бы тебя побрал, Мария! В кого ты меня превратила?»

***

Викензо никогда не отказывал себе в женском внимании, но это было связано скорее с желанием сбросить напряжение. Занимаясь сексом, он просто выполнял физиологическую функцию, которая была необходима его телу. Конечно, он наслаждался им. Получал удовольствие от ласк, которыми они обменивались с партнершей, но стоило оргазму утихнуть, как его ничто не держало рядом. Викензо не хотелось общения. Женщины не интересовали его вне постели, не вызывали у него эмоций, не заставляли его думать о них. Ни одна, кроме Марии. И он ненавидел это.

До своего брака он вел довольно разгульный образ жизни, наслаждался в полной мере женским вниманием и не отказывал себе в развлечениях, если они не мешали его обязанностям. О его браке с Марией отец договорился, когда Викензо было шестнадцать, а ей двенадцать лет. В этом не было ничего странного, ведь все браки в семьях высших чинов заключались согласно единственному критерию – взаимной выгоде. Викензо не имел ничего против. Настоящей неожиданностью оказалось то, что он по уши влюбился в свою невесту после того, как увидел ее спустя годы, в день их официальной помолвки, когда девушке исполнилось семнадцать лет.

Мария была очаровательна. Высокая и стройная, с каштановыми волосами и большими зелеными глазами, смотревшими на мир сквозь розовые очки. Девушка оказалась очень застенчивой и робкой, стеснялась хоть слово сказать в его присутствии и, хотя обычно его такие тихони только раздражали, при одном взгляде на Марию в груди Викензо что-то сжималось. К тому времени, как ей исполнилось восемнадцать и они смогли пожениться, он был полностью покорен и влюблен в нее.

Их брак был счастливым. Мария раскрепостилась с его помощью, стала более общительной с другими людьми и помогала заботиться о его малышке-сестре Вивиане, мать которой – вторая жена его отца – умерла вскоре после родов. Вся его семья, даже прислуга, полюбила ее, кроме отца, который в принципе не любил никого, кроме себя. Конечно, ее излишняя религиозность на грани фанатизма приводила к проблемам в их отношениях из-за его криминального образа жизни, но Викензо научился обходить острые углы и успокаивать свою жену ложными обещаниями. Мария настаивала, что они должны бросить все и уехать, пока Бог не покарал их. Викензо лгал ей, что не занимается ничем противозаконным и их бизнес давно стал легальным. Слишком поздно он понял, что их жизнь была не такой безоблачной, как ему казалось. Мария вырвала сердце из его груди, сделав его из самого счастливого человека в мире отчаявшимся куском плоти, потерявшим смысл жизни. Только плач Вивианы остановил его в тот день от намерения пустить себе пулю в голову. К счастью, он успел перехватить ее прежде, чем она, испуганная звуками выстрелов в доме, ворвалась в их с Марией спальню и увидела, что он натворил.

С того дня Викензо больше не испытывал чувств по отношению к другим женщинам. Только похоть, которая никогда не перерастала в настоящий интерес. До появления крошки-повара Бьянки Марино.

Глава 5

Прием по случаю их помолвки был организован в его особняке на Манхеттене, где Викензо жил большую часть года. Это было официальное событие, на которое были приглашены не только члены Фамильи, но также их деловые и политические партнеры. Он распорядился, чтобы Бьянку привезли пораньше, ведь им предстояло вместе встречать гостей.

Когда она вошла в комнату, в сопровождении своей тети и брата, у мужчины на миг перехватило дыхание. Что в ней было такого, что заставляло его реагировать на нее таким образом? Он все еще не мог понять. Бьянка была прекрасна в платье, облегающем ее роскошные изгибы, с украшениями, которые он лично выбирал, на шее и в ушах, и, с его обручальным кольцом на пальце. А также, напугана до смерти, судя по взгляду, мечущемуся по огромному залу для приемов.

Викензо подошел к ним, здороваясь, на что Стелла только пренебрежительно фыркнула и отвернулась, а Джино расплылся в подобострастной улыбке. Бьянка стояла, замерев, словно каменное изваяние, опустив глаза в пол и часто дыша, словно находилась в ужасе. Если она будет вести себя так весь вечер, это будет полный провал.

– Бьянка, могу я с тобой поговорить? – спросил он.

Она отшатнулась, наконец, подняв на него свои испуганные глазищи.

– Ни в коем случае! – ответила за нее Стелла.

Викензо сжал зубы, чтобы не нагрубить.

– Мы быстро, – сказал он, хватая свою невесту за руку и тяня ее в сторону двери, ведущую на балкон.

К счастью, она не стала упираться. Выведя девушку наружу, он закрыл за собой стеклянные двери и прислонился спиной к перилам. Бьянка отошла от него на максимально далекое расстояние, которое позволяло площадь балкона.

– Ты дрожишь и не смотришь на меня. Так не пойдет, Бьянка, – раздраженно сказал он. – Мы весь вечер будем принимать поздравления по случаю помолвки. Ты хочешь, чтобы люди говорили, что я запугал тебя до смерти?

– Я ничего не могу с собой поделать, – прошептала она, смотря ему за спину.

Викензо медленно приблизился к ней, остановившись на расстоянии вытянутой руки, и осторожно, будто приручал дикого зверька, протянул руку, приподнимая пальцами опущенный подбородок и заставляя ее смотреть на себя.

– Я ничего тебе не сделаю, Бьянка, – убедительно сказал он. – Пожалуйста, попытайся взять себя в руки. И смотри на меня, когда я к тебе обращаюсь.

Она кивнула и облизала пухлые губы. Дьявол! Всего одно невинное действие и он уже думает только о том, как будет сминать эти губки в поцелуе.

Викензо убрал руку и быстро отстранился.

– Для того, чтобы ты привыкла ко мне, следующие десять минут мы проведем здесь, наедине, – прочистив горло, заявил он.

Ее глаза испуганно расширились, но к счастью для себя, она согласно кивнула.

– Работай языком, Бьянка, – злой и на себя, и на нее, рявкнул он. – Ты же не немая!

Эта девчонка совершенно лишала его терпения. Как они смогут прийти хоть к чему-нибудь, если его бросало из крайности в крайность, а она только и могла, что испуганно дрожать рядом с ним?

***

Бьянку била привычная дрожь от присутствия Дона, но после первых пяти минут на балконе, наедине с ним, девушка начала успокаиваться. Дон Гвидиче не делал попыток прикоснуться к ней. Он стоял, опираясь бедрами о перила, и молча смотрел на нее. Прямо, даже не скрывая того, что рассматривает ее, как червя под микроскопом. От этого взгляда ей становилось не по себе.

– Со мной что-то не так? – наконец, не выдержав напряжения, спросила она.

Он вопросительно приподнял бровь.

– Вы пялитесь на меня, – пояснила девушка.

– Нет, ты прекрасно выглядишь Бьянка, – ответил он. – И можешь обращаться ко мне без формальностей. Я твой жених. Люди сочтут твое поведение странным.

– Я постараюсь, – сказала она.

Он сделал шаг вперед и протянул ей руку. Бьянка не могла заставить себя прикоснуться к нему и непроизвольно отшатнулась.

– Так не годится, Бьянка, – разочарованно сказал он. – Дай мне свою руку.

Когда она все же подала ему ладонь, он резко притянул ее к себе, ложа вторую руку ей на талию.

– Расслабься. На приеме мы будем танцевать. Ты должна прекратить шарахаться от меня.

Она ничего не могла поделать с реакцией своего тела. Глубоко вдохнув, девушка подняла голову, чтобы посмотреть Дону в лицо, и, случайно задев кончиком носа его густую, и довольно длинную, бороду, удивленно округлила глаза. А Дон, неожиданно, расплылся в улыбке, совершенно преобразившей его суровое лицо, делая его более человечным, что только усилило ее растерянность.

– Ты умеешь танцевать, Бьянка? – спросил он, глядя на нее мягким взглядом, которого она никогда у него не замечала.

Девушка нехотя кивнула. Вивиана научила ее. Она брала частные уроки и практиковалась вместе с Бьянкой, когда у нее выдавалось свободное время.

– Прекрасно, – сказал Дон. – Я тебя сейчас отпущу. Однако, когда мы окажемся в окружении гостей, я ожидаю, что ты перестанешь дергаться из-за моего присутствия и спокойно выдержишь несколько танцев перед ужином. Сможешь?

– Да, – сглотнула она, желая поскорее отстраниться от его пугающе высокого и мощного тела.

– Можешь идти, – отпуская ее, сказал он. – Я присоединюсь к тебе через пару минут.

Стараясь не сорваться на бег, она поспешно открыла дверь и скользнула обратно в зал, в окружение своей семьи, которая дарила иллюзию безопасности. Бьянка не знала, сможет ли выполнить требование Дона и вести себя нормально этим вечером. Это был не ее выбор. Она просто боялась и не могла совладать со своим подсознанием, кричавшим, что находиться рядом с ним опасно.

***

Бьянка едва держалась на ногах уже после первого часа с начала приема. Они с Доном приветствовали гостей, число которых перевалило за сотню, весь этот час, стоя на ногах. Не привыкшая так долго ходить на каблуках, девушка чувствовала себя обессиленной. Когда в зале заиграла музыка и пары начали выходить на танцпол, она напряглась. Не представляла, как будет танцевать, если готова была заснуть прямо на ходу.

– Что с тобой? – спросил Дон, заметив ее состояние.

Странно, но она уже почти привыкла к его постоянному присутствию рядом.

– Я устала, – призналась она. – Думаю, это из-за…

Бьянка осеклась, поняв, что не стоило говорить о беременности в зале, полном людей, но Дон, видимо, понял, что она хотела сказать.

– Мы сейчас потанцуем и я усажу тебя за стол, – сказал он, протягивая ей руку и взглядом предупреждая не отталкивать его.

Она приняла ее, и, они направились в сторону танцующих, на ходу вливаясь в их ряды. Его рука, стискивающая ее талию, жгла даже сквозь одежду. Со второй рукой, держащей ее кисть, дело обстояло не лучше. Она никогда не сможет привыкнуть к его прикосновениям, сколько бы времени им не пришлось проводить на таких мероприятиях, играя роль настоящей пары.