- -
- 100%
- +
Какое на самом деле название носила эта столовая, я уже не припомню. Вероятно, что-то типа «Столовая № 7», или нечто в этом роде. Во времена Советского Союза пункты питания редко могли похвастаться вывеской имеющей хоть какое-то отношение к эпистолярному жанру. Поэтому находчивый студенческий народец щедро раздавал хлёсткие и ёмкие названия столовым № 7, прачечным самообслуживания, пунктам быстрого питания, рюмочным и т.д.
И вот, к этой столовой прилепилось название «Три Пятачка»… Почему? Может потому, что всё же она называлась Столовая № 15? Или, что более вероятно, потому, что в ней на 15 копеек голодному студенту можно было перекусить. Не шикуя, конечно. Какой-нибудь салатик из капусты, картофельное пюре, которое сердобольная баба Нина на раздаче (святой для нас голодных птенцов человек) обильно поливала густой подливой, конечно, без мяса. Стаканчик чая без сахара. И самое главное: ХЛЕБ!.. Бесплатно и без ограничений. Ну, и, конечно, для любителей поострее в изобилии ядрёная, настОянная на огуречном рассольчике горчица… Так что, жить можно!
Так!..
Про стипендию вроде всё!
Мы далеко улетели от основной мысли.
Дай свою руку, мой Друг! Мы возвращаемся!
Возвращаемся в небольшую, но очень уютную квартирку любимой учительницы, где она жила с родителями и маленькой, ужасно злой, пронзительно лающей собачонкой, периодически писающей на тряпочку в прихожей.
Это было прощальное чаепитие! Ибо мало кто из нас выбрал в качестве своей Альма-матер учебное заведение в родном городе. И буквально через несколько дней нам предстояло разлететься по разным городам СССР.
Начинало темнеть. На столе в пузатой зелёной кружке остывал чей-то недопитый чай. Залетевший в открытое окошко лёгкий летний ветерок гонял по полированному столику блестящие кораблики из конфетных фантиков.
Ветер дунул сильнее.
Ещё сильнее.
Слегка взъерошил наши мальчишеские, длинные (по той моде) волосы и, смахнув со стола кораблики-фантики, улетел, оставив в воздухе ауру какой-то благородной загадочности и холодок предчувствия великих изменений.
Это был Ветер Свободы.
Он звал!
Он манил нас в загадочное, неизведанное «завтра»…
Пора было расходиться. И тут наша любимая учительница вспомнила, что приготовила нам напоследок подарки. И вытащила из книжного шкафа книжки!
– Вчера, – с жаром заговорила она, – В Книжном "выбросили"! Очередь была жуткая… Я так долго стояла, что решила и вам купить по экземпляру.
В подарок…
На память от меня!
Она раздала нам книги. Это были небольшие брошюрки, немного удлинённого формата. Маленькие сборники японской поэзии в стиле хайку4 таких замечательных авторов как Дакоцу, Исса, Басё и ещё нескольких японских поэтов.
Вот несколько хайку из этой книги:
***
Цикаду поймал
Взглянул ей в глаза и понял…
Скоро Осень…
Иида Дакоцу
***
Тихо, тихо ползи,
Улитка, по склону Фудзи,
Вверх, до самых высот!
Кобаяси Исса
***
Срезал пион –
И себе настроение испортил
на целый вечер…
Ёса Бусон
В этом «хайку» речь идёт о конце июня начале июля именно в этот период цветут пионы.
Ну и далее в том же духе…
Мы несколько минут листали книги… Я украдкой взглянул на своих друзей. Если сказать, что на их лицах застыло недоумение – то не сказать ничего!
От учителя, с которым мы изучали Пушкина, Есенина, Маяковского и даже «Слово о полку Игореве» читали на древнерусском языке. От учителя, восторгавшегося на своих уроках Русской классической поэзией, получить столь необычный подарок! Ну… Просто – нет слов!
Да!.. Мы изучали и зарубежную поэзию! Но даже такого слова как «хайку», не звучало на занятиях Натальи Алексеевны.
Когда стало понятно, что это не шутка то все мои друзья дружно в ожидании посмотрели на меня! За годы учёбы, я заслужил себе в школе репутацию «чудака», смело говорящего то, что думает. И выдающего, как говорят «на горА» то, что не решаются высказать другие, боясь попасть в неловкую ситуацию. Как некое подобие шута из «Короля Лира».
И, поэтому никто не удивился когда после небольшой паузы я наконец, высказался:
– Ерунда какая-то! Я тоже так могу!
– Точно? – спросила она, и какая-то провокационная хитринка сверкнула в её глазах.
– Конечно!.. Легко!.. – бросил я с заносчивой самоуверенностью.
После небольшой паузы Наталья Алексеевна как-то по-матерински улыбнулась и сказала:
– А ТЫ ПОПРОБУЙ!..
На протяжении всего оставшегося вечера я ломал себе голову, пытаясь вытащить из себя что-то, хоть немного похожее на эти великие японские произведения.
Но!.. Как я не старался, у меня не получалось ничего, кроме каких-то жалких пародий на прочитанное. Получалось что-то вроде:
Муху поймал
Взглянул ей в глаза и понял…
Кого поймал? Какую Муху? Что понял? Тьфу!.. Пропасть какая-то! Что ж ты будешь делать!
За окнами стемнело. Пора было прощаться! Наталья Алексеевна напоследок успокоила меня:
– Вовчик! Да ты не переживай! Сочинишь! Зато будет повод мне написать!.. Сочинишь и отправишь мне в письме! Заодно расскажешь, как у тебя дела. Как обустроился в Москве…
И с тех пор, где-то раз в месяц, я писал письмо своей любимой учительнице. И! Обязательно! В конце каждого письма я писал хайку…
***
Унылый дождь стучит по крыше.
К окну прилип кленовый лист.
А кошка смотрит вдаль…
Вот так, мой Друг, я и начал сочинять стихи!.. А может и Ты, милый мой Мыслитель, сочинишь хайку? А?! Что скажешь?
А ТЫ ПОПРОБУЙ!..
Прыжок в Лето
Лето!.. Почему же ты так быстро проносишься?!
Вот, казалось бы, только что было 31 мая! Мы с каким-то внутренним радостным трепетом смотрели на толстую стопку летних календарных листочков! И готовились, как прыгун в воду, набрав полные лёгкие воздуха, оттолкнуться что есть силы от обрывистого
края весны и полететь навстречу к тёплому, долгожданному, беззаботному летнему счастью! И орать при этом в полёте: «ЗДРАВСТВУЙ, ЛЕЕЕЕЕЭЭЭТООООООО!»
И вот мы нырнули в Лето!..А вынырнув, к своему великому удивлению обнаружили, что уже конец Августа! И небо, как будто, стало ниже. И невидимый всемогущий маляр с холодным сердцем, окрасил его тёмной свинцовой синью, поверх которой лёгкими, тонкими, быстрыми мазками, нанёс девственно-белые следы от улетаю
щих вдаль Летних Самолётиков.
***
Ветер подул холодный.
Со страхом взглянул на небо:
Неужто кончилось лето?
Самолётики (летний триптих)
Самолётики летние,
Да на нЕбушке полосы,
Как цветочные стебельки,
Между них с междометьями
Проползаю я полозом,
Рву небесные васильки.
Эх, вот мне бы столетнюю
Подарили бы молодость!
Не старели бы тело и дух,
Не дряхлели бы помыслы,
Не седели бы волосы,
И в постели сто лет бы был…
Ух!
Но летят самолётики
На конечные станции,
Мальчик мячик в кладовку отнёс…
Вот и лето состарилось,
Август щёлкает пальцами,
И не видно за тучами
Самолётных полос.
И вот 31 августа! И, возможно, завтра будет ещё тепло. Но то, что будет завтра, это уже будет не ЛЕТО!
И хотя сегодня мы ещё бегаем босиком по берегу озера и нежимся под августовским солнышком. Но! Вполне возможно. Уже завтра!.. Нам уже придётся надеть… КАЛОШИ…
Калоши
Тридцать первого,
Восьмого,
ровно в восемь,
Так сказать, у лета на краю
Постучались в двери…
– Кто там?
Отвечают:
– Осень!
Открывай!
Калоши продаю!
Покупай!
Почти неношеные,
Лак блестит,
подклада греет бязь.
А то ходишь, бедолага,
бескалошенный,
С мокрыми ногами
в дождь и грязь…
– Что ж…
Купить?!
Купить, конечно, можно!
А что хочешь ты за эту крутотень?
Отвечала Осень:
– За калоши
Я хочу последний летний день!
Я опешил:
Дня лишится лето!
За калоши! Не за смертные грехи!
И уже сегодня мрачные поэты
Застрочат дождливые стихи!
И будильник –
Тролль!
Безжалостный и строгий,
Разбивая лето на куски,
Как на бой!
Отправит педагогов
На святую вахту у доски.
На Голгофу!..
Вовсе не на праздник,
Как сулили папы, мамы, няньки,
Побредёт понуро в школу
первоклассник,
Грустно поправляя ранца лямки.
Отпуска закончатся внезапно,
Раньше встанут у причалов корабли.
На день раньше вдаль на юго-запад
Улетят, курлыча, журавли.
И в предчувствии грядущих обострений
На день раньше, сдвинув разума сукно,
Глянет в мир унылый шизофреник
Сквозь души немытое окно.
– Нет!
Не надо мне калош!
Ступай-ка, Осень, с Богом!
Завтра можно!..
Завтра приходи!
Ну а мне по слякотным дорогам
Без калош придётся походить,
И пускай холодная квартира,
И мозги немного набекрень,
Только я за все калоши мира
Не продам последний лет
ний день!
Ну что ж, милый Друг! Нам пора прощаться с Летом.
Так давай же вольёмся с тобой в вокзальную суету разъезжающихся из санаториев и пансионатов отдыхающих, или, лучше сказать, отдохнувших пассажиров, спешащих к своим поездам.
И скоро из вокзального громкоговорителя прозвучит что-то вроде: «Бумлямбаемые блямбажиры, спроры троист припра приттцать прять пропрасляется с препьей пропормы».
И побегут пассажиры каждый к своему поезду! И разнесут эти поезда пассажиров по скучным офисам и серым конторкам! И сотрётся Летнее настроение в нервных клаксонах дождливых многокилометровых пробок, в троллейбусных давках и сутолоках заводских проходных.
Ну, и ты тоже беги, мой Дорогой, к свое
му поезду, вот тебе на дорожку целлофановый пакет с отварной курочкой, двумя яичками вкрутую и полураздавленной помидоркой. Покури напоследок в тамбуре. И!.. В добрый путь! Следующая станция – Осень!
Последний Летний поезд
С потного неба упала
Крупинка осеннего льда,
Уезжают с летних вокзалов
Последние поезда…
Звёзды висят частоколом,
Мой дом стал похож на сейф,
И мне на свой летний поезд,
Наверное, не успеть.
Образы наших мыслей
Воплотятся в пространстве сна.
Нужно только успеть проснуться
И кому-нибудь рассказать
О том, как с потного неба
Осенний падает лёд,
Как последний поезд уехал
Оставив меня, И вот!..
Я стою один на перроне,
В руках сжимая билет,
А над местом моим в вагоне
Уже погасили свет…
Размышления 3
Мысли под звуки Осеннего блюза
А ты знаешь, Читатель! Каждое Время Года звучит по-своему.
Так, например, Зима.
Для музыки Зимы много инструментов не нужно. Достаточно одного… Что-нибудь – попроще! Балалайка, пожалуй, подойдёт!
Я ни в коей мере не умаляю возможностей этого замечательного Русского инструмента, с которым настоящий мастер может показывать поистине виртуозные чудеса. Но именно благодаря уникальному Русскому характеру балалайки и можно сыграть неповторимую Зимнюю песню! – То монотонно «тренькая» по одной струне, наводя на слушателей безграничную тоску, то срываясь в праздничное безудержное тремоло с бешенными, ярмарочными переборами… И вдруг!.. Ррраз!.. – Резкая остановка! Нависает пауза!.. И непросто пауза, а какое-то искривлённое во времени мгновение абсолютной тишины. Как будто ноты, которые только что бешено, беспорядочно метались в залихватском Русском танце, вдруг наткнулись на супер-холодную зону «Абсолютного Нуля» и мгновенно застыли в полёте! Застыли!.. Неподвижно зависли на некоторое время в воздухе, как будто задумавшись о чём-то бесконечном…, и…, превратившись в лёгкие, почти невесомые снежинки медленно начали опускаться на землю!.. И балалайка вновь перешла на тоскливый, однострунный рассказ о бескрайних заснеженных Российских просторах… И это продолжается долгие четыре – пять месяцев, а в некоторых регионах нашей Великой Страны, другая музыка и вовсе не играет…
А как звучит Весна?!
Весна для меня всегда ассоциируется с каким-то мажорным концертом для фортепиано, скрипки, виолончели и флейты… Концертом, немного печальным, немного задумчивым, но с восторженным и светлым финалом. И для весны этого квартета вполне достаточно…
Чего не скажешь о Лете…
Для Лета не должно быть слова – Хватит!.. Лета должно быть много! Очень много! Много, как только возможно! И! Всё же! Ещё больше!
И вот, разрывая пасторальную весеннюю ручьистую звонкость, на наши головы единым аккордом обрушиваются звуки Летнего оркестра, с великим множеством инструментов и обильной аранжировкой. Звучит настоящая, заполняющая собой весь окружающий мир Летняя Симфония. Всеобъемлющая и всепоглощающая. Когда кажется, что каждая молекула воздуха в окружающем пространстве вибрирует вместе с музыкой! Музыка заполняет собой ВСЁ! Или лучше сказать – ВСЁ становится Музыкой!
Но вот затихает Летняя какофония.
Промозглый, порывистый, ветер гоняет по опустевшему, после концерта зрительному залу цветастую мишуру недоигранных летних ноток!.. Наступает… Мучительное похмелье… Звон в голове, оставшийся после оглушительного Летнего музыкального буйства, нестерпим. Он накатывает на нас неотвратимыми импульсами!
Но эти импульсы становятся реже!
Ещё реже!
Ещё!
Всё!..
Похмельные страдания ушли. Облегчённый вдох! Выдох! Короткая пауза! И вот за дирижёрский пульт неторопливо, но уверенно и неотвратимо, как трёхпалый ленивец, вскарабкалась, отвратительно изгибаясь, бледная сморщенная Осень. С вывернутыми артритными суставами и торчащими в разные стороны, как обрубки крыльев, лопатками! Она взяла своими холодными, корявыми, обескровленными пальцами дирижёрскую палочку, покрытую пожелтевшим мхом. Медленный, тяжёлый взмах! И на нас полилась осенняя музыка… Вернее не полилась, а потекла. Потекла. Медленно… Как густая, заиленная болотная жижа. И нас, как в эту болотную жижу, начал засасывать в себя холодный, вязкий, тягучий и нескончаемый Блюз… Блюз Осеннего Сна.
Блюз Осеннего Сна 5
Уходит
уставшее лето,
Закрыв
за собою
дверь
На задвижку дождя.
И, словно…
Бабочки в клетке,
Мечутся
звуки
блюза
Осеннего сна.
Блюз
осеннего сна -
Монотонная
Грусть дождей.
Торопливые
Летние сны
Вдогонку за летом
Спешат,
Оставив сухие глаза
И сырую постель.
Сон…
Нам нужен сон,
Ведь только во сне
Мы сможем уйти от дождя.
Дождь
больше не будет дождём,
Когда жизнь
отразится
в кривом зеркале сна.
Эй!
Ты куда спешишь?
Ты
почему не спишь?
Ляг в постель и закрой глаза
И во сне
попытайся постичь
философию сна.
Надолго ли
этот дождь?
Быть может, на год,
А быть может,
всего лишь на день.
Пароходы
уходят к Солнцу,
На земле оставляя лишь дым
И круги на воде.
Горький
коктейль страданий
Сделает чище кровь.
Мысленный хаос
пройдёт,
когда кончится дождь,
Но дождь не проходит,
И всё начинается вновь.
Плоскость
становится сферой,
Форма
стала
объектом
воображения,
Плотность
Теряет тело,
И если
Закрыта
дверь,
То ломаются стены.
Эй!
Ты опять не спишь?
Я же просил тебя спать!
Если ты не уснёшь,
то ты можешь
сойти с ума.
И тоже
будешь
петь блюз
осеннего сна.
Пароходы
Входят в пике
С последними
звуками
блюза,
Падают
вниз,
и что-то
звенит
в голове.
Ведь сон – это жизнь,
ПреломлЁнная в призме иллюзий.
ПреломлЁнная в призме иллюзий.
в призме иллюзий…
Иллюзий
Иллюзий
Иллюзий
Иллюзий
Иллюзий
Иллюзий
Иллюзий…
Ещё вчера…
Ещё вчера мы полоскали ноги в озере,
Ещё вчера казалось: лето на века.
Сегодня –
первый снег
ласкает
землю…
И елозят
свинцовые по небу облака.
Вот так и мы,
Зажатые в тисках погоды жизненной:
Вчера – тепло от встреч,
сегодня – расставаний лёд.
И от того, что мы ещё вчера считали истиной,
Сегодня слякотью нелепости несёт.
Ещё вчера песком Надежды посыпали мы дороги,
Под солнцем Веры смело шли вперёд –
Сегодня застилает путь туман тревоги
И изморось неверия гнетёт.
Ещё вчера смеялись над прогнозами:
Нас веселили зависти ветра.
Ещё вчера мы полоскали ноги в озере,
Ещё вчера
Ещё вчера…
Пустые вёдра
Осень – старая сука безродная –
Поскользнувшись, на землю упала.
Ткнулась в грязь беспородною мордою,
Вёдра с красками расплескала.
Распласталась на брюхе ободранном,
Брызнув в морось унылые слёзы.
И качали холодными бёдрами
оголённых стволов
Берёзы…
Скоро снежною безнадёгою
Запорошит осеннюю суку.
Что останется? Лишь немногое:
Встреч калитка, замОк разлуки,
Печь натопленная воспоминаний,
Дом мечты у дороги млечной,
Незакрытый сарай страданий
И души опустевший скворечник…
Одиночество
Гитара с одной струной
Висит на стене холодной,
В одиноком шкафу пиджак
Сохнет на плечиках сломанных.
На кровати, тихо поющей,
Одинокий сидит человек
И стержнем от сломанной ручки
О своём одиночестве пишет.
В окошко с одним стеклом
Залетел одинокий ветер,
Он подсел на кровать к человеку,
По спине погладил согнувшейся
И запел заунывную песню
Об одинокой жизни
На Земле – одинокой планете…
Осенняя зарисовка
Я словно пешеход неторопливый
Иду… Бреду… И каждой встрече рад.
Бреду, гремя ключами от квартиры,
В которой сроду деньги не лежат.
А в голове бесцельно, суетливо
Словесный вновь кипит эксперимент.
А я бреду, бреду один, бреду уныло,
«Больницы Счастья» вечный пациент.
На улице дождит.
Промозгло.
Сыро…
Обычный день в унылой средней полосе,
И лишь два одиноких пассажира
На чёртовом кружатся колесе…
Весна и осень – периоды начала или обострения ряда психических заболеваний. В том числе депрессий и расстройств, связанных с тревогой…
Эти изменения проходят незаметно, или в виде колебаний настроения, которые легко преодолеваются деятельностью и смещением фокуса…
[из интервью с главным психотерапевтом Свердловской области Михаилом Перцель. Еженедельник "Аргументы и Факты" № 41. «АиФ-Урал» 10/10/2018]
Появился на лицах румянец,
Закружил листопад сомнений,
Отражает лУжевый глянец
Депрессивные настроения.
Кто-то смеётся, а кто-то плачет,
Кто-то любовь предает забвению -
Всё это вместе зовут не иначе
Как «осеннее обострение».
R:
Ах!.. Осеннее обострение!
КрУжит на колесе обозрения.
С каждым днём всё острее оно,
Но!..
Мы идём вместе с ним в кино.
Мы с тобою опять этим летом
Не смогли побывать на море,
Но таких, как мы, на всём белом свете
Только двое нас, только двое.
Только двое нас – это значит,
Не важны нам чужие мнения,
Ведь друг друга мы с тобою
зовём не иначе,
Как «осенние обострения».
R:
Ведь осеннее обострение
Кружит на колесе обозрения.
Под дождём жуёт эскимо оно
И по лужам идёт в кино!
Осень… Но вдруг… Сверкнула Мысль о Лете
И всё же, как любит лето наш загадочный Русский народ!..
Вероятно потому, что на доброй половине территории нашей великой Родины лето совсем короткое. А кое-где его и вовсе не бывает…
Мы так любим лето, что даже придумали новое время года. Придумали, вставили его в середину осени и назвали «Бабьим летом».
Бабье Лето
Слушай, поколение «Васаби»,
Что поведали мне наши старики!
Как-то раз простой российской бабе
Сделали подарок мужики.
Подарили не духи и не конфеты,
Не ведро, не коромысло и не бак.
Подарили бабе «Бабье лето»,
Подарили бескорыстно, просто так.
Баба надушилась, нарядилась
В ситцевый цветастый сарафан.
Распрямила, словно гибкая осина,
Свой уставший непослушный стан.
Осень жизни будто отступила,
С листопадом годы унесла.
Закружило
лето
бабу,
закружило!
И по новой, баба расцвела!
Я к чему веду рассказ об этом?
И к чему мой стихотворный шаг?
Мужики! Дарите бабам лето!
Каждый день!
И бескорыстно!
Просто так!
Завершающая строка6
Снова осень дождём прогоняет лето,
Зашуршал опавшей листвой
суетливый ветер,
Снова низкие облака
Прячут мою звезду…
И уснуть до утра не могу…
Через тысячу лет на том же месте
Кто-то снова вспомнит куплет
Из забытой песни…
Но немыслимо далека
Завершающая строка.
Где же мне отыскать ту строку?
R:
Месяц и год,
А может, даже века
Мимо пройдут
И не заметят меня,
И немыслимо далека
Завершающая строка.
Где же мне отыскать ту строку?
Только в мире теней не бывает тесно,
Всё прошло, и логичный финал
Завершает пьесу.
Только Осень, забыв про сон,
Надрывается за окном
И смеётся дождём мне в лицо
За окошком
За окошком плакала
Осень золотая,
ЛУжевой заплатою
Душу мне латая.
Скоро уж с оказией
К нам Зима притопает,
Ледяною вязью
Душу мне заштопает.
Размышления 4
Мысли из следов на снегу
***
Хлопья первого снега
Похожи на перья
Подстреленной птицы…
Не люблю я зимы и не верю тому, кто говорит, что любит ее. Холодно на улице, дымно в комнатах, мокро в калошах. То суровая, как свекровь, то плаксивая, как старая дева, со своими волшебными лунными ночами, тройками, охотой, концертами и балами, зима надоедает очень быстро и слишком долго тянется для того, чтобы отравить не одну бесприютную, чахоточную жизнь.
[А. П. Чехов. «Цветы запоздалые»]
А ты, дорогой Читатель, согласен с Антоном Павловичем?
Лично я могу сказать следующее:
– Зима для меня время духовной перезагрузки.
– Время переосмысления жизненных ценностей.
– Творческое время! Время РАЗМЫШЛЕНИЙ!..
И не страшен суровый мороз за окном… Страшно, когда в душе наступает ЗИМА!
Холодная!
Безысходная!
И!..
Беспощадная!.
Зима 7
Зима,
даже если дождь.
Тьма,
даже если свет.
Тишина,
даже если крик.
Бесконечность,
даже если миг.
Ты всё время куда-то спешил
И не заметил в суете,
Что ты остался один
Вечный хаос
на планете Слов,
Снова Осень
на планете Весны,
Вечный поиск
планеты Любви.
Успокойся,
просто ляг и спи.
А когда ты проснёшься,
то увидишь,
Что начинается пожар
На планете вещей!