Царь Салима
- -
- 100%
- +
Бено посмотрел в ту сторону и вдруг узнал белую высокую вершину с раздвоенным шпилем, похожим на козьи рога, за который гора и получила свое название «Горной козы». Однако на этот раз шпиль выглядел несколько иначе, как будто его развернули в другую сторону.
«Я по другую сторону горы, – вдруг осенило Бено, – меня похитили разбойники, и мы в долине Зузимов».
Ему стало страшно. Он с опаской оглянулся, ожидая, что из темноты вот-вот появятся страшные люди-великаны.
Вдруг один из сидящих у костра встал и, вглядываясь вдаль, что-то взволнованно заговорил, показывая рукой в сторону гор.
Бено посмотрел в том направлении и увидел какое-то движение. Вскоре он разглядел несколько верблюдов и людей, человек двадцать, также одетых в звериные шкуры. Сидящие у костра разбойники встали навстречу приближающимся наездникам, оживленно переговариваясь между собой. Вскоре процессия приблизилась, и сидящие у костра стали подбегать к подошедшим разбойникам и приветствовать их на своем языке.
Бено внимательно наблюдал за происходящим. По лицам людей он догадывался, что они чем-то недовольны, а по их жестикуляции при разговоре понял, что они вступили в схватку с кем-то по ту сторону гор и получили серьезный отпор.
Верблюдов подвели к костру и сняли с них еще двух раненых разбойников. Один из присутствующих показал сломанную стрелу, которую он извлек из груди одного из раненых. У Бено сердце подпрыгнуло в груди; по оперению он узнал стрелу из своего племени.
«Ага, досталось вам от наших», – радостно подумал он. Судя по жестикуляции разбойников, они не смогли ничего достать или похитить у его племени, кроме него самого. Время от времени на него показывали пальцем и что-то обсуждали между собой. Бено понял, что, скорее всего, его хотят продать в рабство какому-нибудь народу. У него похолодело в груди. Больше всего на свете ему сейчас хотелось домой, в свой уютный шатер, к отцу, сидящему у костра. Все его существо затосковало по дому.
Один крупный человек из сидящих у костра, показывая на него пальцем, бил себя кулаком в грудь, и по его жестам Бено понял, что это его похититель. В ответ на его хвастливую речь один из прибывших разбойников тоже ударил себя кулаком в грудь и отошел к одному из верблюдов, стоящему в отдалении. Через минуту он вернулся, таща под мышкой девчонку, так будто он нес овцу.
У Бено все обмерло внутри. Он узнал девчонку из их племени по имени Иелума, или Ила, как звали ее дети. Бесцеремонно бросив девочку к ногам другого похитителя, будто это был мешок с зерном, разбойник отвратительно рассмеялся. Мальчишка стиснул зубы, чувствуя всей своей внутренностью, что сейчас переживает девочка.
Разбойники поговорили еще минут десять, после чего один из них сгреб Илу, лежащую на земле, поднял ее и принес к Бено, бросив ее рядом с ним. Затем он подошел к костру, взял из висящего над костром котелка кость, на которой было немного мяса, и вручил ее Бено, жестом показывая, что он должен поделиться с девчонкой.
Ила лежала, не поднимая головы, и тихо плакала. Разбойник отошел прочь, оставив детей одних. Впервые за все это время Бено ощутил, как он голоден. Он бы съел в десять раз больше мяса, если бы ему только дали, но в его руке была лишь обглоданная кость, а ему нужно было еще и поделиться со второй пленницей.
– Ила, поднимайся, Ила, давай поедим, – похлопал Бено ее по плечу.
Услышав родную речь, Ила вздрогнула и резко подняла голову. Увидев его, она удивленно расширила глаза, и ее заплаканное, измазанное грязью лицо озарилось радостной улыбкой.
– Бено?! Не может быть!
– Тсс, – он приложил палец к губам и протянул ей кость. – Потом поговорим, если удастся, на… поешь.
Ила с жадностью схватила кость и стала выгрызать мясо, оставшееся во впадинах кости, но потом остановилась и подняла глаза на Бено.
– А… ты?
– Я после тебя, ешь.
Ила кивнула, и отгрызла еще несколько кусочков, после чего протянула кость Бено. Он доел мясо, сгрыз хрящ, после чего положил кость на камень, ударил сверху другим камнем и раздробил ее, открыв доступ к сочному костному мозгу. Половину он съел сам, а другую половину мозга протянул Иелуме, которая с жадностью доела все, что осталось.
Затем Бено опять приложил палец к губам и незаметно засунул за пояс за спиной небольшой, но острый кусок разбитой кости. Ила понимающе кивнула.
– Что теперь с нами будет? – спросила она.
– Не знаю, но будем стараться убежать. Ты знаешь, где мы?
– Нет, а ты?
– Мы в долине Зузимов.
– Зузимов? А кто это?
– Это великаны, способные сожрать человека живьем.
– Нас что, сожрут?
– Если попадемся великанам, могут. А если не попадемся, то нас, скорее всего, продадут в рабство, …если, конечно, нам не удастся удрать.
– Да, но как мы сможем убежать?
– Ты лучше говори потише, вдруг кто-нибудь из них понимает наш язык, – приложил Бено палец к губам, оглянувших на сидящих в отдалении разбойников. – Если удастся, попробуем что-нибудь придумать, только ты лучше делай вид, что устала или заболела, чтобы к себе меньше внимания привлекать, а там видно будет.
Иелума действительно устала. Она была чуть моложе его и, к тому же, она была девчонкой. Хотя и сам Бено чувствовал очень сильную усталость и, если бы не мысль о побеге, он бы тоже с радостью поспал. Свернувшись калачиком и положив руки под голову, Ила сразу же уснула, а он, чтобы не заснуть, остался сидеть, хотя время от времени все же впадал в дремоту.
Вскоре разбойники стали укладываться спать. Двое из них подошли к детям и, посадив их спиной друг к другу, связали им вместе руки, после чего легли с двух сторон к ним вплотную, так, чтобы ни Бено, ни Иелума не могли даже пошевелиться незаметно от них. В таком положении о побеге не могло быть и речи, и Бено, безнадежно вздохнув, решил, что нет ничего лучшего, чем хорошенько отдохнуть. Так они и заснули, полусидя, полулежа, прижатые с двух сторон двумя прихрапывающими разбойниками.
4. Зузимы
Проснулся он оттого, что у него страшно затекли руки, завернутые за спину. Он попробовал ими пошевелить, но это было бесполезно. Руки были плотно связаны и затекли так, что Бено их почти не чувствовал. Разбойники все еще спали. Судя по всему, Иелума тоже спала, но Бено почему-то было не до сна; он чувствовал в своем сердце необъяснимую тревогу.
Он попробовал снова уснуть, но не смог. Смутное чувство тревоги не оставляло его. Он осмотрелся. Занимался рассвет. Над равниной стоял густой туман, который понемногу начинал рассеиваться. Откуда-то издалека доносился странный металлический звук, напоминающий скрип жернова. Именно этот странный звук и навевал чувство тревоги.
«Неужели Зузимы?», – со страхом подумал он.
Странный звук понемногу приближался. Можно было все более явственно различить, как что-то железное ритмично бьется обо что-то каменное, и при этом противно скрежещет.
Бено стал беспокойно шевелиться, стараясь разбудить спящего рядом разбойника. Наконец тот проснулся и недовольно уставился на него злым жестоким взглядом, что-то спрашивая его на своем языке. Пленник молча указал головой по направлению звука, и разбойник прислушался. На его лице отразился неописуемый ужас. Он тут же вскочил и стал будить всех остальных, давая им знак молчать, и жестом указывая на приближающийся звук.
У каждого из разбойников, когда они слышали звук, отражался на лице все тот же неподдельный страх. Очень скоро они все уже были на ногах и спешно навьючивали верблюдов, чтобы, как понял Бено, поскорее отправиться в путь.
Звук был уже совсем близко. Один из разбойников подошел к детям, разрезал веревку у них на руках, помог подняться и дал им знак идти за ним. Стараясь действовать бесшумно, несколько разбойников повели верблюдов, а остальные шли следом.
Оглянувшись на звук, Бено смутно увидел далеко в тумане огромную фигуру человека, мерно размахивающего чем-то, что он держал в своей огромной руке. Именно от этого предмета и исходил этот странный скрежещущий звук. Великан смотрел прямо перед собой. Если бы он посмотрел в сторону Бено то, скорее всего, он увидел бы его и всех остальных. У Бено волосы на голове встали дыбом. Стараясь ступать тихо, но быстро, он шел, держась за седло на верблюде, желая лучше быть с разбойниками, чем попасться в руки Зузима.
Исполин наверняка бы услышал их, если бы не скрежещущий звук, который издавал его странный инструмент, и не его монотонное бормотание. Глядя прямо перед собой, Зузим шел, делая огромные шаги, и что-то бубнил, равномерно взмахивая своим инструментом, как будто он читал какое-то заклинание. Едва видимый сквозь туман, он был похож на смерть, обходящую свои пределы.
Бено стало так жутко, что, когда фигура великана, наконец, скрылась в тумане, он облегченно вздохнул. Они шли несколько минут, слыша только равномерный шаркающий звук, когда неожиданно скрежет прекратился, и Зузим громко воскликнул:
– Хах!
У Бено пробежал мороз по коже. Неужели гигант набрел на место их стоянки?
– Хах! – снова воскликнул Зузим, и грубо проговорил что-то еще, прозвучавшее как ругательство, после чего скрежещущий звук возобновился и стал приближаться к ним.
Выражение неописуемого ужаса появилось на лицах разбойников, и они бросились бежать вместе с верблюдами. Некоторые вскочили на верблюдов верхом. Бено и Иелума тоже побежали, что было сил, не решаясь посмотреть назад, но скрежещущий звук неумолимо приближался.
Судя по звуку, который стал издавать инструмент Зузима, он услышал их топот и тоже побежал за ними.
Бено охватил страх, он помчался, как только мог, держа за руку Иелуму, но куда было им угнаться за взрослыми мужчинами. Через несколько секунд тяжелое дыхание и лязгающий звук были уже у них за спиной. Зузим настигал их. Вот он уже рядом. Расстояние между ними сокращалось с каждой секундой. Бено оглянулся и, увидев огромную фигуру великана, нависшего над ними, закричал, не в силах сдержать свой ужас. Его крик слился с криком Иелумы, также завопившей от ужаса.
Злорадно захохотав, Зузим схватил детей, как двух куропаток, в две огромные руки, и поднял перед собой, довольно разглядывая их. Бено и Ила кричали и дрыгали ногами и руками, но Великан не обращал на это внимания. Он посмотрел в сторону убегавших разбойников и что-то со злостью прокричал им вслед. Затем он засунул свой инструмент за пояс и понес детей в двух руках, держа их за ноги, так же как сам Бено носил куропаток, но даже в таком положении дети не доставали руками до земли.
Некоторое время Зузим шел сквозь туман в направлении, известном ему одному, и что-то то ли бормотал, то ли напевал себе под нос. Бено плохо воспринимал происходящее, в его голове шумело, и от всего случившегося он был как бы в полузабытьи. Было непонятно, сколько времени ему пришлось висеть вот так, вниз головой, в руке у великана. Опомнился он только, когда Зузим остановился около места, предназначенного, как видно, для огромного костра, обложенного большими обугленными камнями. Рядом валялись то тут, то там, вывороченные с корнем или обломанные высохшие деревья.
Бросив ребят около камней, Зузим привязал их ноги к огромной коряге, лежащей здесь же, и стал ломать дрова, бросая их в середину обложенного камнями места для костра. Бено и Иелума с ужасом смотрели, как толстые ветки деревьев ломаются как щепки в его огромных руках.
– Бено! Он хочет нас зажарить и съесть. Бено! – с ужасом прошептала Ила.
Паренек лишь молча, со страхом взирал на ломающего ветки исполина.
Вдруг откуда-то сбоку послышался знакомый уже скрежещущий звук. Великан не обратил на него никакого внимания, продолжая ломать дрова и бросать их в будущий костер. Звук приближался, и вскоре из тумана вышел еще один великан, размахивая таким же точно инструментом, как у первого Зузима. Единственным отличием был окрас этой штуковины. У первого гиганта на ней была характерная темная зигзагообразная полоса сбоку
– Хах! – сказал великан и остановился, недоуменно взирая на происходящее.
Первый гигант, не оборачиваясь, что-то грубо сказал в ответ и со злостью сплюнул на землю. Похоже, он был явно недоволен приходом второго Зузима.
– Хах! – снова сказал второй исполин с какой-то презрительной усмешкой и подошел к Бено и Иелуме, облизываясь и разглядывая их с явным любопытством и удовольствием.
5. Побег
Бено впервые ощущал себя в качестве предполагаемого завтрака, и ему стало не по себе. То же самое, наверное, ощущала и Иелума, потому что она прижалась к Бено и заплакала, уткнувшись ему в плечо. Под жестким взглядом Зузима Бено бросило в пот. Он попятился и ощутил что-то острое своей спиной в области пояса.
Первый исполин взял тяжелое бревно и, подойдя ко второму, сказал ему что-то угрожающее. Он явно хотел, чтобы тот ушел, но второй, еще более огромный, чем первый, явно игнорируя желание первого, ответил первому с такой ненавистью, что тот моментально вспыхнул от злости и разразился ужасной бранью. Никогда ребятам еще не приходилось наблюдать такой ненависти, исходящей от двух людей, тем более, таких огромных. Через несколько секунд первый великан замахнулся бревном на второго, но тот неожиданно проворно отскочил в сторону и тоже схватился за бревно. Последовала ужасная драка, при этом каждый из Зузимов был невероятно искусен во владении своим деревянным оружием.
Мальчуган попятился от страха и снова ощутил укол в области спины.
Вспомнив, что там, он быстро протянул руку и вытащил из-за пояса острый кусок кости, который незаметно спрятал туда вчера вечером. Не особенно задумываясь над тем, что он делает, он стал поспешно разрезать веревку, которой они были привязаны к коряге.
Через минуту веревка была разрезана, и Бено, воспользовавшись тем, что Зузимы в ожесточенной схватке совершенно забыли про них, схватил Илу за руку, и они, что было сил, помчались в туман, не разбирая дороги.
Они бежали и бежали, подгоняемые ужасом быть снова схваченными. Позади все еще слышались звуки борьбы и грубые крики дерущихся Зузимов, когда вдруг один из них издал изумленный возглас, и шум борьбы прекратился: побег был обнаружен.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.