Танцы без правил

Глава 10

— Я танцовщица, а не шлюха! И за деньги не продаюсь!

Тихомиров усмехается, словно не верит.

— Расскажи это кому-нибудь другому, девочка.

— Это правда, вы в моих башмаках не ходили и не вам меня судить!

Даю отпор, хотя внутри сердце так сильно бьется о ребра. Он смотрит на меня и, зажав сигарету в губах, бросает:

— Голос не повышай на старших, синичка. Иди танцуй свои танцы.

Синичка. Почему так назвал, не знаю. Хотя на мне это синее платье, девчонки птичкой зовут.

И так я получаю свой второй шанс, который хватаю обеими руками, ведь, по сути, каждый отработанный день здесь — это день жизни моей мамы.

Мы выступаем прекрасно, нам несут цветы и аплодируют стоя. Банкет проходит на ура, но в какой-то момент я чувствую, что меня буквально снимают сцены, больно схватив за руку.

— А-а-а!Я падаю в чужие объятия, чужие мужские руки. Узнаю его сразу — это тот самый влиятельный банкир, или кто он там такой.

— Привет.

— Вы что?! Отпустите!

— Я хочу приват. Станцуй для меня.

— Я не даю приватов. Пустите, больно!

— Заплачу. Не ори, хуже будет. Все равно со мной поедешь.

И вокруг куча народу, музыка орет, но девочки резко прекратили танец. Слышу, как за спиной кто-то из группы пытается за меня вступиться, но этот Сергей Григорьевич меня не отпускает, и мне становится страшно.

— Пусти девочку.

Это Анатолий, и я понятия не имею, откуда он вообще взялся, он вроде уже уходил домой.

— Я ее хочу. Сколько она стоит? Ты оплату принимаешь за нее?

— Не я. Вы, кажется, заведением ошиблись. На наших танцовщиц только смотреть можно. Трогать нельзя. Приваты тоже нельзя.

— Что ты мне тут чешешь?! Я снесу ваш клуб завтра же!

— Попробуй.

Он силен, и даже очень. Тащит меня, как котенка, на выход, но Тихомиров его останавливает.

— Она со мной едет!

— Руки убери от нее!

— А-а! — вскрикиваю, когда Анатолий замахивается и со всей дури бьет этого Сергея Григорьевича по лицу. Тот падает как подкошенный, у него брызжет кровь из носа, и он визжит, как раненая свинья.

— Леня! Прибери это говно!

— Закрою на хрен Закрою всех!

— Мы под Бакиром ходим все, так что даже не пытайся, не то голову медведь откусит.

Этого мужика берут под руки и уводят. Я же стою и дрожу, слезы застыли в глазах. Я испугалась. Думала, уже все.

— Иди в туалет и умойся!

— Хорошо, — все, что могу вымолвить, и скрываюсь от этого позора. В зеркале вижу свою растекшуюся тушь и быстро смываю косметику. Меня знобит, я ведь и правда испугалась, но, когда возвращаюсь, Анатолий сидит за самым дальним углом столика и пьет.

— Ты лучше не лезь к нему.

— Я хотела просто поблагодарить.

— Он не в настроении. А когда Толик такой, ты лучше его не трогай. Вот за сегодня. Отработала.

Анжела протягивает конверт, банкет резко заканчивается, и остаются лишь официанты, которые убирают столики и моют пол.

Я уже должна идти домой, но не могу, хочу поблагодарить его, но у меня не хватает смелости, потому я просто помогаю убирать со столов до поздней ночи.

Не знаю почему, но сегодня первый раз в жизни я ощутила, что я не одна, что мне тут безопаснее, чем дома даже, ведь Толик рядом.

Когда людей в клубе почти не остается и уходит даже Леня, я вижу, что Анатолий так и остался сидеть за столом. Рядом с ним открытая бутылка коньяка, но он выпил всего одну порцию. Он просто сидит и курит, а я не осмеливаюсь подойти к нему.

Не знаю даже почему, просто. Я иду в гримерку и открываю конверт. Того, что заплатила Анжела, мне не хватит. Отчим не хочет продавать квартиру, и все все навалилось просто.

И завтра будет точно такой же день. Я устала, мне страшно, я вымоталась, и я я не продалась этому мужику сегодня.

Потому что мне страшно представить, чтобы он меня касался, хотя представлять то, как Анатолий касается меня, мне не противно.

Глава 11

— Женька, отнеси эту посуду на кухню. Все, я пошла.

— Хорошо, Пока, Анжел.

Я иду на кухню. Оказываюсь здесь впервые. Небольшое помещение, все в белой плитке. Повара ушли, официанты тоже. Этот банкет почему-то вымотал нас всех.

— Здесь нельзя быть танцовщицам.

Оборачиваюсь резко, Анатолий стоит на входе, опираясь плечом о стену, смотрит на меня из-подо лба, он выпил.

— Сейчас уйду.

Ставлю посуду и хочу пройти мимо, но решаю больше не трусить. Останавливаюсь и смотрю на него.

— Анатолий, спасибо, что защитили меня. Хоть вы и не были обязаны.

— Я говорил, что тебе тут не место.

— Мне нигде места нет.

Быстро вытираю слезы. Не знаю, почему расплакалась, дала слабину. Перед ним впервые.

— Что с тобой?

— Ничего. Просто нужны деньги.

— Так любишь деньги. Все время о них только и говоришь.

— Да, именно так. Я такая. И я я не продалась тому Сергею.

— Почему?

Сглатываю, или так, или все равно меня купит другой. А я не хочу другого.

— Потому что хочу, чтобы меня купили вы, Анатолий. Одна ночь. За деньги.

Тихомиров сканирует меня вмиг ставшим тяжелым взглядом, но я не пасую. Безысходность это делает со мной.

Я снимаю с себя платье, оставаясь в одном лишь белье. Да, я предлагаю ему себя. Я это делаю.

— Повтори, чего ты хочешь, Евгения?

— Я хочу быть вашей. За деньги. У меня есть опыт, я все умею. Все сделаю.

Боже, такого позора и ужаса я еще никогда в своей жизни не испытывала, но, пожалуй, настолько смелой я еще тоже не была.

Думаю, сейчас он что-то скажет или попросту рассмеется, но Анатолий не смеется.

— Хорошо. Я куплю тебя. Стой спокойно. Без прикосновений с твоей стороны.

— Поняла.

И все, так я становлюсь продажной девкой, той, кем меньше чего хотела бы стать.

Сглатываю. Вот и все, назад дороги нет. Анатолий медленно идет ко мне.

***

Я смелая и сильная, я выдержу все. Могло быть и хуже, это ведь мой личный выбор. Он.

Анатолий подходит ко мне. Я в одном только белье, он смотрит на меня потемневшим пьяным взглядом.

И все было бы проще, если бы у меня был реальный опыт, а не выдуманный.

— Что мне делать?

— Иди к столу.

Он выставляет меня как куклу под себя. Я опираюсь о столешницу руками и голым животом. Анатолий подходит сзади, а после я чувствую, как он быстро расстегивает мой лифчик и накрывает мои груди руками.

Он высокий против меня, хоть я и на каблуках, и что хуже — он мне не противен. Да, я его побаиваюсь, он меня бесит, но он точно мне не противен.

— Прогнись.

— Хорошо.

Анатолий точно знает, что делать, и, хоть он пьян, твердо стоит на ногах.

Я же едва сдерживаю дрожь. Но бояться поздно, и вот мои трусики оказываются на щиколотках.

— Кто-то войдет.

— Здесь нет никого. Много клиентов так принимаешь?

— Немного, — вру, сама не знаю почему. Просто. Так легче. И ему, и мне тоже.

— Какие проблемы заставляют тебя заниматься этим?

— У меня нет проблем. Я просто люблю секс.

Боже, Женя, остановись, но уже поздно. Ему это неинтересно, а мне слишком больно рассказать правду.

От страха перехватывает дыхание, и все, что могу, — сжать руки в кулаки, когда Анатолий нагибает меня прямо на эту столешницу и коленом разводит мои бедра. Никакой прелюдии, поцелуев, нежных слов. Я продалась ему за деньги.

— А-а-ай! — шиплю, когда чувствую сильное давление, а после и боль. Он входит в меня медленно, с силой сжав мою талию руками.

— Больно?

— Нет — снова вру, боль просто адская, печет там все, но ведь я сама, сама предложила.

Сцепляю зубы и терплю. Анатолий двигается быстро, рывками, крепко держа меня. Никаких нежностей, чистая техника, а я терплю, но в какой-то момент боль отпускает, и я инстинктивно прогибаю спину, подстраиваясь под него.

На кухне полутьма, мы тут одни. Анатолий берет меня без жестокости, но и без ласки тоже. Просто как робот, он тяжело дышит и хочет сбить напряжение.

Под конец мне становится так стыдно. И больно, и все вместе просто, но я молчу. Когда он кончает и выходит из меня, я так и остаюсь стоять у столешницы неподвижно. Меня колотит, я вся дрожу, он лишил меня девственности только что.

Слышу, как Анатолий оделся, а после зашуршали деньги, он положил их рядом со мной.

— Достаточно?

Смотрю на сумму. Она в двадцать раз больше той, которую заплатила мне сегодня Анжела.

— Да, — лепечу, едва сдерживаясь от истерики. Анатолий застегивает ремень и выходит. Я же сгребаю эти бумажки дрожащими руками и тоже одеваюсь. Не помню, как добираюсь домой, как принимаю душ и вижу кровавые подтеки воды, красные отметины от его рук на своих бедрах.

Я была невинной и продалась Анатолию за несколько бумажек. Чтобы моя мама прожила еще, а так-то у меня нет проблем. Все хорошо у меня. Как обычно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.