Дракон по обмену

Глава 1. Когда вдруг оказываешься в странном месте и чувствуешь себя Алисой в кроличьей норе

– Куда?! С дороги! – злобный окрик у меня над головой. Истерично заржала лошадь и мужской голос снова яростно выругался, используя какие-то непонятные, но явно идиоматические выражения.

Затем мощный толчок в спину, и не удержавшись на ногах, я с размаху полетела на землю, знатно приложившись всем телом.

Я лежала в толстом слое дорожной пыли и ошалело таращилась на лошадиные копыта с тяжелыми шипастыми подковами, нервно переступающие в полуметре от моего лица.

– Да чтоб тебя! Стоять, бэзилово племя! – прорычал тот же злобный голос и копыта поднялись в воздух, а затем с грохотом, показавшимся мне оглушительным, приземлились еще ближе к моей голове.

– Мама! – в ужасе заорала я, и крутнулась, откатываясь в сторону.

Быстро-быстро перебирая конечностями и не обращая внимания на камушки и острые травинки, впивающиеся в ладони, поползла на четвереньках, стараясь убраться подальше от этого места. И только когда копыта остались далеко за спиной, плюхнулась на попу и с облегчением выдохнула.

Выдохнула, а вдохнуть забыла . Потому как меня вдруг торкнуло, что здесь не может быть никаких лошадиных копыт. И пыли, и травы, об которую я исколола ладони, пока ползла. И сердитых мужских окриков тоже быть не может, потому что…

Я закрыла глаза и принялась глубоко дышать и считать:

– Вдох, пауза, выдох… Пауза, вдох, выдох… Лиза, тебе это снится…. Или мерещится… Вдох, выдох… Сейчас ты откроешь глаза, и все это исчезнет, а ты снова окажешься там, где должна быть…

Но, нет, не исчезло, и не оказалась – я все так же сидела на попе в мягкой траве. Вокруг, насколько хватало глаз, красовался идиллический сельский пейзаж – зеленый луг, вдали изумрудная рощица. Пушистые облачка лениво плывут по голубому небу, подсвеченные красноватым солнцем, а в траве стрекочут кузнечики. И пыльная проселочная дорога, посреди которой стоит всадник на громадной лошади.

Вернее, уже не стоит, а целенаправленно движется в мою сторону. Вот гадство – меня до сих пор мутит от воспоминания о лошадиных копытах возле моей головы, а он всю лошадь ко мне тащит.

Однако, подобравшись ближе, всадник спешился и последние метры прошел пешком. Так что я вздохнула с облегчением и принялась его разглядывать. А когда он подошел вплотную и встал, нависая надо мной, я откинулась назад, задрала голову и продолжила откровенно на него пялиться.

Таращилась во все глаза и не могла заставить себя не смотреть, потому что он был… сногсшибательный. Я таких мужчин только в кино видела, и на обложках журналов. Да и то не таких, а гораздо хуже. А одежда средневеково-военного образца только подчеркивала его ошеломляющий внешний вид.

А сногсшибательный мужчина смерил меня тяжелым взглядом и раздраженно спросил:

– Какого птухла ты кидаешься под копыта моей лошади?

Ну что ему сказать? Сама в шоке. Поэтому я развела руками и ответила предельно честно:

– Так получилось.

Вот есть такие мужчины, под взглядом которых кажешься себе раздетой. И не потому, что вызываешь у них мужской интерес, нет. Просто появляется чувство, что ты все делаешь плохо, глупо и несуразно. А он смотрит на тебя как на тупую букашку, и все твои недостатки видит невооруженным глазом.

Примерно таким взглядом этот мужчина и смерил меня, так что мне захотелось смутиться, прикрыть коленки юбкой и немедленно стать идеальной.

К счастью, вспомнила, что на мне не юбка, а новенький спортивный костюмчик, поэтому смущаться передумала. Вместо этого посмотрела хмурому типу в глаза, в надежде, что он поймет, что чихать я хотела на его недовольство моей персоной.

Нет, не понял. Еще более неприятным голосом недоуменно спросил:

– Так ты женщина?

Нет, блин, Папа Римский! Я, конечно, пышностью форм не отличаюсь, но перепутать меня с мужчиной может только слепой идиот!

И уже собралась выдать этому близорукому тупице все, что думаю о его словах. Но в этот момент он наклонился, ухватил меня за ворот толстовки и дернул вверх. И удерживая на вытянутой руке так, что я еле доставала ногами до земли, принялся внимательно разглядывать.

Да уж, котенком, которого хозяин держит за шкирку и оценивает на предмет наличия блох или других гадостей, я себя еще ни разу не чувствовала. Что же, Лиза, получи новый опыт и невиданные ощущения.

– Отпусти немедленно! – потребовала я придушено, потому что ворот толстовки передавил горло. Нахал не впечатлился и все так же молча скользил по мне темно-карими, в густых ресницах глазами.

Изловчившись, я пнула его по ноге, но похоже недостаточно сильно, потому что он даже не дрогнул. Только спросил с недоумением:

– Почему волос нет? Ты наемница? – и отпустил меня, будто грязную тряпку отбросил.

Нет, ну до чего раздражающий тип. Не «волос нет», а креативная стрижка, за которую я, между прочим, в салоне свою недельную зарплату отдала!

Я зажмурилась, стиснула кулаки и начала считать до десяти, пытаясь успокоиться. А когда открыла глаза, обнаружила, что наглец повернулся ко мне спиной и пошел к своей лошади. Э-э, он что, собрался уехать и оставить меня здесь одну?

Похоже на то, потому что мужчина подтянул подпругу, одним движением взлетел в седло и начал разворачивать лошадь в сторону дороги.

– Эй, подожди! – завопила я, кидаясь за ним. – Где здесь ближайший город?

Мужчина приостановился и показал в сторону невысокого холма, за которым терялся край дороги:

– Там.

– А сколько до него идти?

Он снова смерил меня оценивающим взглядом и нехотя проговорил:

– Тебе – три дня.

– Возьми меня с собой – помоги добраться до города. – попросила я как можно вежливее.

Не отвечая, он тронул лошадь.

– Пожалуйста! – прокричала я в медленно удаляющуюся спину.

Лошадь набирала ход, и с каждым ее шагом нарастало мое отчаяние – мне на самом деле было страшно остаться здесь одной. Неизвестно, с чем я могу столкнуться в этом подозрительно пустынном месте, а у меня ни оружия, ни приемов карате в активе. Понятно, что отсюда надо убираться – не сидеть же в траве, дожидаясь, что появится добрый волшебник и спасет меня.

– Помоги мне! – предприняла я еще одну попытку, и схватив ком засохшей земли, в отчаянии швырнула его в удаляющуюся бездушную спину. Никогда меткостью не страдала, но тут каким-то чудом попала ровнехонько ему между лопаток. Только его спине мой удар, как слону дробина – даже не дрогнул, зараза.

Я всхлипнула, и медленно побрела в сторону дороги – значит пойду в том направлении, которое показал этот гад. Три дня, так три дня. Погода теплая – судя по всему, сейчас здесь лето, значит по дороге не замерзну. Кроссовки у меня удобные – как-нибудь доберусь. А в большом городе всегда легче выжить. Устроюсь и буду думать, как мне со своим попаданством разбираться.

А то, что я попала, причем конкретно, уже не вызывало сомнений. Хотя мою расчетливую голову вместе с душой махровой атеистки просто разрывало от неверия в реальность произошедшего.

Я так задумалась о своих печалях, что не сразу сообразила, что за моей спиной уже довольно долго слышен стук копыт. И с визгом подпрыгнула, когда над головой прозвучал все тот же раздраженный голос:

– Долго мне за тобой гнаться?

Я остановилась и отодвинувшись, на всякий случай, от его копытной зверюги, независимо вздернула подбородок:

– Забыл попрощаться? Ну так гуд бай, скатертью дорога, попутного тебе ветра в горбатую спину…

Гад, не отвечая смотрел на меня сверху вниз – видимо опять выискивал во мне дефекты. Потом разомкнул губы и снизошел до ответа:

– Это ты кое-что забыла. – и протянул мой рюкзак.

От радости я аж подпрыгнула – родненький мой рюкзачок, бежевый в зеленый цветочек! Я-то думала, он потерялся где-то между мирами, а он здесь. А ведь в нем столько добра полезнейшего, с которым мне в любом месте обустраиваться не страшно будет! Я даже приободрилась, будто джек-пот на Земле выиграла.

– Заберешь? – поинтересовался гад снисходительно.

– Конечно! Давай сюда. – Я потянулась к своему добру, на радостях позабыв про копытную зверюгу.

А зря. Потому-что лошадь, по размерам больше похожая на слона, мотнула башкой, и я опять оказалась на попе, в пыли и под насмешливым взглядом высокомерного гада.

А он, вместо того, чтобы помочь бедной девушке, бесцеремонно бросил рюкзак мне на колени и тронув поводья, неспешно поехал по дороге в обратную сторону, с каждым шагом лошади унося мою иллюзию, что не перевелись на свете доблестные мужчины.

Ну и шут с тобой, рыцарь – хреницарь. Хотя, конечно, обидно было. Вот вроде бы и не должен он мне ничего, а все равно в душе горечь какая-то поселилась, что он взял и вот так запросто оставил меня посреди пустынной дороги на поругание всем ветрам.

Решив забить на всех мужиков в общем, и на этого конкретного в частности, я полезла в свой чудо-рюкзак и первым делом достала косметичку и влажные салфетки.

Обозрела себя в зеркале и присвистнула – зеленая тушь с ресниц растеклась, нарисовав чудесные круги вокруг глаз. Пыль вперемешку со следами от травы легла на кожу фигурными разводами, украсив лицо серо-зелеными пятнами, ровно в тон моему костюму милитари-расцветки. Идеальный камуфляж получился – не мудрено, что гад меня за наемницу принял.

Я принялась энергично приводить себя в порядок, и уже через десять минут из зеркала смотрела привычная я: бледная кожа, светло-серые глаза, аккуратный носик и короткие золотисто-рыжие волосы.

Облегченно вздохнув, я тщательно отряхнула запыленную одежду. И сочтя свой внешний вид вполне презентабельным, повернулась спиной к тому направлению, куда уехал гад и грубиян в одном лице.

Забросила на спину рюкзачок и решительно зашагала вперед, с твердым намерением не знаю как, но обязательно выбраться из этой передряги.

Глава 2. Как хорошо, что смысл не в пункте назначения, а в самом приключении

Я энергично переставляла ноги, стремясь до темноты добраться до каких-нибудь обжитых мест. И вспоминала события, в результате которых я, Елизавета Дворцова двадцати девяти лет, кандидат технических наук, преподаватель скромного, но вполне приличного вуза, не прочитавшая в жизни ни одной книги на тему фэнтези и не верящая в параллельные миры, очутилась на этой пыльной дороге.

Все началось со звонка Марины. Это моя двоюродная тетушка, после гибели моих родителей заменившая нам с сестрой мать. Конечно, «заменила мать» – это громко сказано, так как на момент нашего с сестрой сиротства Марине только-только исполнилось двадцать, и она была нам скорее старшей подругой, нежели родительницей.

Если вы удивитесь, что двадцатилетней пигалице позволили взять опеку над двумя девочками-подростками, то это потому, что вы не знаете мою тетушку. Уж коли она что-то решила, то это будет сделано. И органы опеки, как ни старались, не смогли отправить нас с сестрой в детский дом, потому что на их пути встала скала по имени Марина Мещерская.

Все ее методы воспитания сводились к тому, чтобы время от времени говорить, что хорошее образование – залог независимости для современной женщины и активно демонстрировать это на личном примере.

Поэтому сейчас, в свои тридцать четыре года, Марина Александровна является главой всей финансовой службы в одной немаленькой корпорации нашего города. И комфортно, и независимо живет на свою зарплату, исчисляемую суммой с шестью нулями.

Еще у Марины есть хобби – в свободное от финансов время она занимается рукоделием. Мастерит шарфы и палантины, настолько креативные, что носить их решается далеко не каждая, даже самая безбашенная дама. Вот по этому поводу она мне и позвонила.

– Лизыч, я слышала, ты направляешься в славный город на Неве? – с места в карьер понеслась тетушка. – Возьмешь у меня пакетик и отвезешь Ярославе. Помнишь, я тебе про нее рассказывала? Такая умненькая девочка, и красавица, но, на мой взгляд, ужасно закомплексованная. Встретишься с ней завтра – Яра устраивает костюмированную вечеринку где-то в центре, адрес я тебе скину. Передашь ей мой подарок – я для нее та-акой эксклюзивчик смастерила, закачаешься!

Представив этот шедевр, я от души посочувствовала бедной незнакомой мне Ярославе, и попыталась отделаться от поручения, намекнув, что в Питере у меня дел много, а времени мало.

Но Марине намекать – что по воробьям из пушки палить. Поэтому, прибыв в Северную столицу, я взяла ноги в руки и поехала по указанному адресу, встречаться с Ярославой. Если бы я только знала, во что выльется это свидание…

Приехав на место, я сначала решила, что ошиблась адресом, потому что карта вывела меня к ярко освещенному, очень пафосному старинному зданию. К его дверям непрерывно подъезжали дорогущие автомобили, из которых выходили дамы в вечерних платьях и мехах, и мужчины в смокингах.

На их блестящем фоне моя персона в милитари-костюмчике, куртке и кроссовках на толстой подошве смотрелась довольно странно.

Я покопалась в телефоне – может, перепутала адрес? Нет, приехала правильно, особняк Трубецких – Нарышкиных. На всякий случай набрала Ярославу.

– Лиза, ты точно по адресу! Поднимайся по лестнице и налево. Наверху я тебя встречу. Давай скорее, у нас тут та-ак интересно…– судя по заплетающемуся голосу, Ярослава уже хорошо надегустировалась крепкими и не очень, напитками.

На входе ко мне подскочил молодой человек в белой рубашке и вежливо предложил отдать ему верхнюю одежду. Хотел и мой рюкзачок куда-то унести, но я не далась. Закинула его на спину и пошла вперед.

Наверху беломраморной лестницы нетерпеливо подпрыгивала девушка в черно-белых гольфах и огромной ведьминской шляпе. В руках она держала толстую книгу, по виду точную копию тех, которыми пользовались волшебники в Хогвардсе для чтения заклинаний.

– Лиза, Лиза! – замахала мне ведьмочка.

Я сунула ей пакет с Марининым подарком и уже собралась уходить, как девчонка цапнула меня за руку и потащила за собой:

– Лиза, как ты вовремя. Мы отмечаем Хеллоуин, и нам нужна тринадцатая девушка для очень интересного дела.

– Вот, выбери себе… – она подтолкнула меня к столу, на котором лежали маски зайчиков, белочек и прочих детсадовских персонажей. – У нас костюмированная вечеринка, без маски нельзя.

Честно не знаю какая нечистая сила дернула меня поддаться на эту провокацию. Может, в этом была виновата маска китайского дракона, привлекательно пестреющая среди несуразных кошечек и мышек. Но моя рука сама потянулась схватить ее и прижать к себе…

– О, дракон, отлично! – воскликнула пьяненькая ведьмочка. – Костюмчик у тебя как раз пятнистый а-ля чешуя дракона. Скорее надевай маску и пошли – мы сейчас демона вызывать будем. – девушка потрясла перед моим носом своей старинной книгой и решительно потащила меня дальше.

В большой бело-розовой комнате, украшенной зверскими тыквенными рожами, черными свечами и другой хеллоуинской атрибутикой, тусила веселая девичья компания в масках и костюмах разномастных персонажей.

Одна красотка щеголяла в образе мыши, другая сверкала нарисованными на черном фоне костями. Цыганка с колодой карт, фея, женщина-кошка, эффектная красотка с рожками в алом секси-платье, и другая, в скучном наряде отчаявшейся старой девы с гулькой на макушке. В общем, персонажи на любой вкус и цвет.

Ярослава махнула на стоящий у стены стол, уставленный едой и напитками, уже немного разорённый:

– Лиза, там закуски и выпивка, если хочешь, ешь-пей и давай к нам.

И громко объявила:

– Девочки, давайте вызовем демона? Я тут кое-что нашла.

Я аккуратно отползла к столу, подцепила бутерброд и принялась его жевать, наблюдая за происходящим.

А девчонки на полном серьезе взялись готовить ритуал: хихикая, споря и толкаясь, начали песком высыпать на полу звезду с тринадцатью лучами. Сверяясь с рисунком в книге, расставили свечи в углах рисунка и посыпали пространство вокруг какими-то специями.

Когда, на их взгляд, все было готово, и кривенькая пентаграмма украшала собой дорогущий наборный паркет, Ярослава схватила меня за руку:

– Лаза, у нас тринадцать лучей и нужно тринадцать девушек для круга.

Пришлось оставлять недоеденный бутерброд и, от души удивляясь своему поведению, замыкать круг вместе с остальными. Свет в зале погасили, свечи по углам звезды зажгли, а Ярослава встала в центре и замогильным голосом принялась читать какую-то абракадабру из своей потрепанной книги.

Вообще, антураж был довольно атмосферным: полная луна светила в круглое окно, как огромный, мертвенно-белый фонарь. Свечи тревожно потрескивали. Даже неестественно стылый ветерок гулял по комнате, неприятно холодя затылок.

Ярослава дочитала текст. Ровно в этот миг громко и тревожно пробили напольные часы в углу, и наступила тишина. А я с досадой подумала, что надо быстрей отсюда исчезать, так как дел у меня и правда невпроворот, а я тут ерундой занимаюсь.

Девчонки зашевелились, заговорили, начали облегченно переглядываться – поняли, что ритуал не удался. В душе я посмеялась над их наивностью – ну какой призыв дьявола? Детский сад какой-то! И начала потихоньку сдвигаться в сторону выхода, когда Ярослава воскликнула:

– Ой, мы ведь не написали желания! Девочки, скорее берите листочки и ручки – на столе лежат. Пусть не Новый год, но сегодня День Всех Святых – тоже магическое время, и мы обязаны загадать желания!

Все забегали, засуетились. А я застыла в каком-то трансе и не отрываясь смотрела на окно, где на белый шар луны медленно и жутко наползала темно-бордовая тень.

«Точно, сегодня ведь лунное затмение. – мелькнула мысль. – Полнолуние, ночь Всех Святых и затмение – все одновременно…». И опять стылый ветер шевельнул мне волосы.

– Лиза, ну что ты стоишь?! – из оцепенения меня вывел голос Ярославы. Она сунула мне ручку с листочком, бокал с шампанским и подтолкнула к одному из лучей пентаграммы:

– Вот свечка – пиши, сжигай, и пепел в бокал. Выпить до дна. Лиза, шевелись!

Не знаю, что произошло такого, что я, Елизавета Константиновна Дворцова, страшный вузовский препод, от одного голоса которой у студентов начинали дрожать пятки, вдруг послушно опустилась на колени возле свечи на луче пентаграммы. И почти не думая написала то, о чем действительно мечтала:

– «Хочу участвовать в программе обмена между вузами, и получить должность преподавателя в МАИ(*)». Поставила жирную точку. Потом подумала, хихикнув, исправила точку на запятую, и приписала: – «…и выйти замуж за молодого и красивого ректора».

Хотела еще добавить «по большой и страстной любви», но решила, что нелепостей в происходящем и так достаточно.

– Лиза, сжигай быстро, пепел в бокал и выпей! – раздался над ухом требовательный шепот Ярославы. Да что она ко мне привязалась? Мстит за то, что привезла ей очередной шедевр «от Марины»?

Махнув на все рукой, я сожгла бумажку и, стряхнув пепел в бокал, парой глотков осушила его.

И тут… тут случилось то, чего не ожидала не только я, материалистка до мозга костей, но и, похоже, никто…

(*) МАИ– Московский институт авиации, один из крупнейших ВУЗов страны.

Глава 3. В которой Лиза начинает жалеть, что всю жизнь была атеисткой

– Как посмели, смертные!? – в центре нарисованной пентаграммы буквально из воздуха возник огромный, с красной кожей, черными витыми рогами и широкими крыльями…демон. Да быть не может!

Я оторопело рассматривала здоровенного мужика с демоническими причиндалами, в уверенности, что нас кто-то разыграл. Потом покосилась на окно, где от белой луны не осталось ничего – жутковатый багровый свет заполнил собой весь проем и, казалось, перетекал через стекло, расползаясь по стенам и полу неприятным мерцающим маревом.

Под ногами демона в центре пентаграммы пыхнуло огненными искрами, он расправил свои кожистые крылья и утробно, очень зло прорычал:

– В такую ночь вы призвали меня, человечки! – прищурил красные глаза и по очереди оглядел нас. Когда его жуткий взгляд дошел до меня, моя бедная душа бегом умчалась в пятки, до того страшно стало. Я бы, наверное, даже креститься начала, если бы знала, как правильно.

А Ярослава, смелая девочка, с вызовом поинтересовалась:

– Простите, а вы кто?

К сожалению, в этот момент девушка в костюме то ли Бэтмена, то ли черной кошки захихикала и радостно закричала:

– Кто стриптизера вызывал?

От ее вопроса наш гость озверело зарычал, и дернул Ярославу за руку, так что вино из ее бокала облило и его самого, и девушку, и даже меня слегка забрызгало. Я начала отряхиваться и на автомате, выработанном пятью годами работы со студентами, рявкнула:

– Ну-ка тихо!

Демон неспешно, как в замедленной съемке, повернул голову и уставился на меня. Поняв, что сейчас меня будут убивать, я вежливо добавила:

– Простите, не могли бы вы вести себя потише.

– Простить? – он понизил голос, но от этого его слова стали звучать еще страшнее. – Да вы знаете, кто я?

Он повернулся к Ярославе, а она спокойно перешагнула через пентаграмму, подошла к нему ближе и с решительно заявила:

– Нет, не знаем. Мы провели ритуал, а значит, ты тот, кто исполнит наши желания!

– «Вот ведь смелая самоубийца!» – восхитилась я. Лично у меня поджилки тряслись от страха, а она так спокойненько с ним разговаривает…

– Желания? – демон фыркнул, и внезапно успокоился. – Забавно.

Он снова задумчиво оглядел нас, подолгу останавливая взгляд на каждой, и повернулся к Ярославе:

– Что же, да, вы загадали желания. – глаза у него уже не сверкали так страшно, но в них появился нехороший ехидный блеск. – Но вы неопытные, глупые смертные. Бестолковые человечки. Ваша пентаграмма нарисована неровно, линии прерываются, а значит, не смогут удержать меня и заставить подчиниться. Печально для вас, смертные, и шанс для меня разобраться с вами быстро.

Глаза демона засияли ярко-алым, и он хлопнул в ладоши. Свечи на пентаграмме пыхнули, с треском погасли, и мы очутились в темноте, подсвеченной только багровым светом луны из окна, да жутким алым сиянием глаз демона.

– Пусть будут исполнены ваши желания. Но исполните вы их сами, смертные. Да будет так! – заревел демон и вокруг меня закружили тысячи алых искр, все ускоряясь и ускоряясь, затягивая меня в какой-то безумный водоворот. Раздался громкий хлопок – и я отключилась.

А в следующий миг уже стояла на пыльной дороге и с ужасом смотрела, как прямо на меня бешеным галопом несётся огромная лошадь.

Глава 4. Где героиня познает мудрость того, что любое попадалово – всегда палка о двух концах

Вынырнув из воспоминаний, я притормозила и вытерла пот со лба – местное солнце стояло почти в зените, и хоть и отличалось по цвету, но пекло вполне по земному, так что воздух уже тонко звенел от зноя. А на мне теплый костюм с подкладкой – я-то сюда попала из октябрьского Питера, где температура воздуха стремилась к нулю.

Решив отдохнуть, покрутила головой в поисках, где можно присесть, и обнаружила два больших плоских камня метрах в десяти от обочины, аккурат под раскидистым деревом, похожим на земной клен.

Расположившись на камне, достала из рюкзака пластиковую бутылку с водой и сделала пару глотков. Больше не стала, решив экономить жидкость, так как неизвестно, когда я смогу пополнить её запас.

Начала снимать толстовку, а когда выпуталась головой из ворота, то от неожиданности заорала дурным голосом – на соседнем камне, нога на ногу, расслабленно сидел давешний краснокожий и красноглазый знакомец демон.

От моего вопля он скривился и торопливо зажал уши:

– Что ты вечно орешь?

Пока я приходила в себя, демон подался вперед и впился взглядом в мое лицо.

– Что?! – я нервно дернулась и попыталась отползти на дальний край камня. – Что еще? Это ведь ты меня сюда забросил. Может, уже домой вернешь, а? Пошутил, и хватит.

– Я пошутил? – зашипел демон, краснее еще больше. – Это вы пошутили, бестолковые, тупые идиотки, ведьмы-недоучки. А я теперь расхлебывай эту кашу!

– Но-но, повежливей. – попросила я. – Ты пришел, чтобы просто пообзывать меня? Так я и без тебя знаю, что дура, раз во всей этой ерунде принимала участие. Но я уже все осознала, раскаялась и обещаю больше так не делать. Можешь возвращать меня обратно.

Демон устало вздохнул и потер лицо ладонями, совсем как обычный, смертельно утомленный человек, и негромко заговорил, будто сам с собой:

– Тринадцать дурочек в единственную за тысячу лет ночь Самайна, совпавшую с лунным затмением и полнолунием, притащились к месту силы и провели ритуал призыва высшего демона. Облезлые хвосты! Еще и желания загадали. И за что мне все это?