Тень чужака

Глава 6

Место у речного берега оказалось более оживленным, чем сам парк. Пляж был занят загорающими, расположившимися на шезлонгах, надувных матрасах и просто на полотенцах. Несколько пар крутились возле берега на водных велосипедах. Какой-то любитель взял напрокат каноэ. Причем, судя по движениям, в лодку такого типа он сел в первый раз. Купающихся видно не было, похоже, вода была холодной даже для того, чтобы зайти в нее на несколько секунд.

Вдоль пляжа тянулся выложенный каменными плитами парапет, огражденный перилами. Парапет был длинным.

Помимо ларька с рыбачьей снастью и наживкой, он увидел два павильона со съестным и спиртным, в которых можно было купить все, от цыплят на гриле до пачки сигарет. Особого скопления народа как у стоек, так и за стоящими у перил столиками Шутов не заметил. В основном здесь сидела, попивая коктейли и пиво, приезжая молодежь. Молодежи, видимо, было все равно, где сидеть за столиками – на юге или на севере.

Пройдя парапет до конца, он не заметил никого, кто хотя бы отдаленно мог напоминать Барри Редворта, резидента ФБР в Фэрбенксе.

Ступени в самом конце парапета вели в сторону пляжа. Спустившись по ним, он остановился возле строения, напоминавшего чем-то срубы первых поселенцев. Перед строением по дуге располагались столики и табуретки, изготовленные из необработанных пней. Вывеска над строением сообщала, что здесь подается настоящий турецкий кофе, мороженое и орешки. Площадка была пуста. В глубине строения стоял, неторопливо передвигая что-то у стойки, смуглый и усатый молодой человек. На нем были белые джинсы, белая рубашка и белая бейсболка. Подойдя, Шутов понял, что означают неторопливые движения молодого человека: стоя над наполненным раскаленным песком медным противнем, он ставил туда крохотные медные джезвы с кофе. Коричнево-бежевая пена, подрагивающая над каждой джезвой, напоминала бродящее тесто. Изредка парень передвигал сосуды.

– Привет, – сказал Шутов. – Что, кофе в самом деле турецкий?

– Конечно, сэр. Могу дать попробовать. Разумеется, бесплатно. Обещаю, вы попросите еще. – Юноша улыбнулся. – Вот тогда уже вам придется заплатить.

– Вообще торговля идет?

– Конечно. Просто сейчас утро. Кофе?

– Да. И орешков. Сколько это стоит по прейскуранту?

– По прейскуранту – два бакса.

– О'кей. – Взяв поднос с кофе и орешками, Шутов положил на стойку три доллара. – Надеюсь, не откажетесь? За находчивость?

– Спасибо, сэр. – Спрятав деньги в ящик под стойкой, парень снова улыбнулся. Улыбка у него была хорошей, и он, видно, это знал. – Если вы захотите еще, я вам сделаю арзрумский. Специально для вас.

– Спасибо.

Усевшись за столик у самой воды, Шутов стал неторопливо смаковать кофе. Он сидел спиной к срубу, разглядывая реку и изредка проносящиеся по ней катера. Кофе оказался отличным. Покончив с чашкой, решил было встать, чтобы заказать «арзрумский», но его остановило легкое покашливание. Поднял глаза. Рядом с ним, держа в руке поднос с кофе и орешками, стоял рыжеволосый парень в ковбойке и парусиновых брюках. По виду это был вылитый студент выпускного курса какого-нибудь американского колледжа в Йеле или Гарварде.

– Привет, – сказал парень.

– Привет, – отозвался Шутов.

– Майк?

Внимательно оглядев парня, Шутов понял: молодым этот человек кажется только с виду. На самом деле ему точно под сорок.

– Майк.

– О'кей. – Человек осторожно поставил на пень поднос. Сел. – Вы должны знать, как меня зовут.

– Мне сказали, вас зовут Барри.

– Правильно. Только вы, в отличие от меня, в невыгодном положении.

– Почему?

– Я видел вашу фотографию. Как вы можете догадаться. Вы же мою – нет.

– Я верю Дику. Это раз.

– Раз. – Отхлебнув, Редворт посмотрел на Шутова. – А что два?

– Два: если вы знаете Дика, то должны знать также, что люди вроде меня сумеют определить, тот ли вы, за кого себя выдаете. После третьей секунды разговора. О'кей?

– О'кей. Третья секунда разговора прошла. И что?

– То, что я готов с вами разговаривать. – Шутов оглянулся. Молодой человек за стойкой стоял, по-прежнему сосредоточенно передвигая свои джезвы. Новых посетителей на площадке не было. – Думаете, мы можем говорить здесь?

Вместо ответа, Редворт всерьез занялся своим кофе. Прошла, наверное, минута, прежде чем он сказал:

– Понятия не имею. А вы что думаете?

– Не знаю.

– И я не знаю. Смотря о чем вы хотите со мной говорить.

– Я хочу поговорить с вами о том, что произошло.

– О том, что произошло?

– Да. А также о том, что происходит. И будет происходить.

– Произошло с кем?

Редворт смотрел на него как-то странно, то ли с полуулыбкой, то ли с полугримасой.

– Со мной. – Шутов усмехнулся. – Со мной, Барри.

Редворт достал сигареты и зажигалку. Показал пачку Шутову; затем, после того как Шутов покачал головой, щелкнул зажигалкой, закурил. Сказал, затянувшись:

– Вы серьезно вызвали меня только для этого?

– Серьезно.

– Да? – Редворт посмотрел на реку. – Жаль.

– Почему?

– Потому что вы допустили ошибку. В организацию, к которой я отношусь, люди вроде вас имеют право обращаться, лишь с серьезным сообщением, у вас же, насколько я понял, такого сообщения нет.

– А мне плевать. Плевать, на что я имею право и в какую организацию я обращаюсь. Мне нужен Дик, поняли, Редворт? Один Дик. Я достаточно поработал на эту страну, чтобы иметь право снять трубку, позвонить вам и сказать: мне нужен Дик. Один Дик. И только.

Редворт сидел, сосредоточенно разглядывая реку. Наконец сказал:

– Ладно, Майк. Ладно. Я вас понял. Только не горячитесь.

– Я не горячусь.

– С Диком… как бы вам сказать… некоторые неприятности.

– Неприятности?

– Да. Думаю, вы понимаете, какого рода. Говоря попросту, Дик сгорел.

– Сгорел?

– Да. – Повернувшись, Редворт загасил сигарету, сунув ее в кофейную гущу. – Во всяком случае, пока. Его сняли с оперативной работы, перевели в провинциальное отделение. В Штатах. Может быть, несправедливо.

– Да? – Шутов всмотрелся в Редворта. – Но ведь…

Редворт усмехнулся, как бы давая понять, что понимает все, что ему хотел бы сейчас сказать Шутов.

– Майк… Это общий порядок вещей. После того, что произошло… Ну, вы понимаете. После того, что произошло здесь, по-другому не могло и быть. Боюсь, что вы тоже скоро столкнетесь с тем же самым. С чем столкнулся он.

– Можете не бояться. Уже столкнулся. И знаете что, Барри?

– Что?

– У меня есть большое желание послать к черту все это. Все, понимаете?

Взяв орешек, Редворт кинул его в рот. Прожевав, сказал:

– Очень даже понимаю. Не волнуйтесь, я тоже получил втык. Приличный.

Они посидели молча. Редворт усмехнулся:

– Майк, если хотите знать мое мнение обо всем этом, скажу: история паскудная. Но не спешите с посланием всего и вся к черту. Все равно это ничего не даст. Поверьте мне.

– Ничего – кроме внутреннего удовлетворения.

– Внутреннего удовлетворения это тоже не даст. Поверьте моему опыту.

Понаблюдав за растущими сразу за пляжем кедрами, Шутов вздохнул:

– Ладно. Барри, можно задать вам пару вопросов?

– Пару вопросов? – Изучающе осмотрев Шутова, Редворт сморщил нос. – Задавайте. Господи, я час не мог заснуть ночью. После вашего звонка.

– Можете на них не отвечать. Если не хотите.

– Майк, задавайте свои вопросы. Я посмотрю.

– Ладно. Самолет не нашли?

– Самолет? – Взяв чашку с торчащим из нее окурком, Редворт внимательно осмотрел оставшуюся гущу. Поставил чашку на место. – Нет. Хотя были задействованы даже армейские радары.

– Ну а что с экипажем? Я имею в виду экипаж «боинга».

– С экипажем? – Прищурившись, Редворт посмотрел на солнце. – Ничего. Больше того, экипаж чувствует себя прекрасно.

– Прекрасно?

– Конечно. Они ведь теперь проходят как пострадавшие. В результате налета.

– О'кей. – Шутов встал. – Спасибо, что…

– Что? – Редворт встал вслед за ним.

– Что нашел у вас хотя бы понимание.

– О господи… – Поднявшись по ступеням, ведущим на парапет, Редворт спросил: – Вы сейчас в город?

– В город. В городское управление полиции. – Они медленно шли рядом. – Собираюсь взять такси.

– Понятно. Я на машине, но, думаю, нам лучше поехать отдельно.

– Я тоже так думаю. С Диком, конечно, у вас никакой связи?

– Никакой. И думаю, вряд ли она скоро появится. Я здесь, на Аляске, он там.

Пройдя несколько павильонов, Редворт остановился:

– Все. Спуск к моей машине. Счастливо, Майк. О'кей?

– О'кей.

Не глядя вслед Редворту, Шутов двинулся дальше. Выйдя из парка, остановил такси – и уже через пять минут входил в городское управление полиции.

Глава 7

В приемной Макнэлли сидели несколько человек, наверняка ожидая приема. Оглядевшись, Шутов сел на свободный стул, но просидел лишь секунду. Секретарша, заметив его, приложила ладони к щекам:

– Мистер Шутов, наконец-то. Куда вы пропали?

– Никуда. Пошел немного прогуляться после завтрака. Нельзя?

– Господи, мистер Шутов… Я прозвонила вам все утро. Ваш вертолет через час.

– Мой вертолет?

– Ну да. Вертолет в Дэмпарт. Он летает через день. Ведь, думаю, вы не хотите просидеть здесь еще сорок восемь часов?

– Нет, но… – Шутов замолчал. – Дэмпарт – это в Минтоукуке?

– Да. Секундочку… – Карин улыбнулась. – Позвоню шефу. – Нажала кнопку. Услышав отзыв Макнэлли, сказала: – Мистер Макнэлли, слава богу, появился мистер Шутов. Да. Здесь, в приемной. Хорошо. – Отключила селектор. Посмотрела на Шутова с совершенно потрясающей улыбкой: – Мистер Шутов, шеф ждет вас.

При виде Шутова Макнэлли, сидящий за своим столом, отодвинул в сторону бумаги. Потер руки, будто давая понять: его радости от того, что Шутов находится в кабинете, нет предела.

– Наконец-то. Поздравляю, Майк. Ваша кандидатура утверждена всюду. От Вашингтона до Жюно. Вот ваши бумаги, держите. – Протянул запечатанный конверт. Добавил, после того как Шутов, осмотрев конверт, положил его на колени: – Знаете что, Майк: сейчас, пока я коротко введу вас в курс дела, я пошлю человека за вашими вещами. В «Поларис». Иначе вы опоздаете на вертолет. Карин предупредила вас?

– Предупредила.

– Много у вас там вещей? В «Поларисе»?

– Две сумки. Но… – Шутов с трудом подавил желание встать и уйти.

– Да, но?.. – Макнэлли посмотрел на Шутова.

– Нет, ничего. Слушаю вас, Крис.

– Сумки собраны?

– Собраны, если не считать мелочей. Трое бритвенных принадлежностей и халат.

– Ну а… вещи, которые вы можете собрать только сами?

Ясно, Макнэлли имел в виду оружие, микрорацию и прочие приспособления, которыми мог быть снабжен секретный агент вроде Шутова.

– Это со мной.

– Отлично. – Макнэлли нажал кнопку. – Карин, свяжитесь с Вэнсом. Скажите, пусть захватит две сумки мистера Шутова в «Поларисе». Предупредите, пусть не поленится уложить в одну из сумок мелочи вроде бритвы и халата. Затем пусть заезжает вместе с сумками сюда, чтобы отвезти мистера Шутова в аэропорт. Как только он появится, сообщите мне, хорошо?

– Хорошо, сэр. Все будет сделано.

– Я жду. – Макнэлли отключил селектор. – Значит, Майк: ваше отделение в Минтоукуке по традиции территориально разделяется на две части. Начальник отделения с тремя подчиненными располагается в туристской части заповедника, в Кемп-Крике. Остальные пятеро – в Дэмпарте, в пяти милях от Кемп-Крика. Жить, во всяком случае первое время, вам лучше всего будет в Кемп-Крике. Там, прямо в здании отделения, есть отличная служебная квартира. Раньше ее занимал Келли. Но в последние месяцы, рассчитывая, что вот-вот уйдет на пенсию, Келли практически переехал в свой собственный дом, который построил на полпути между Дэмпартом и Кемп-Криком. Детей у него нет, но есть жена. Естественно, женатый человек лучше себя чувствует в собственном доме, чем в служебной квартире. Ну а для вас лучше, чем эта квартира, и придумать трудно. Как вы считаете?

– Наверное. – Честно говоря, Шутову было все равно. Сейчас, когда он понял, что даже летом до этого Минтоукука можно добраться лишь на вертолете, – какая разница, где он там будет жить?

– Не наверное, а точно. Служба рядом, со снабжением никаких проблем, в вашем распоряжении будет джип. Кроме того, вы всегда можете дать команду ребятам в Дэмпарте, располагающим собственной патрульной машиной. Они вам привезут хоть слона. Хотя вообще-то основным средством передвижения в Минтоукуке, как и в большинстве наших мест, летом служит вода. На этот случай отделение в Минтоукуке располагает двумя мощными катерами последней модели. Катера куплены на выделенные Минтоукуку средства полгода назад. Один катер стоит у вас, в Кемп-Крике, второй – в Дэмпарте. Кроме того, в вашем распоряжении будет вертолет дирекции заповедника. По существующей договоренности вы всегда можете его использовать. Вообще запомните: технически отделение в Минтоукуке оснащено на должном уровне. Как, впрочем, и все остальные отделения. Вообще, Майк, не знаю, как вам, но по мне – работать там одно удовольствие. Тишь да гладь, не то что здесь, в Фэрбенксе. Правда… – Макнэлли почесал за ухом. – Этот дурацкий случай с банком. Но поверьте, это эпизод. Думаю, вы разберетесь, как только окажетесь на месте. Утром я разговаривал с Келли, он обещал оказать вам всемерную помощь. Уверен, совместными усилиями вы в конце концов найдете грабителей. Оттуда, из Минтоукука, им просто не выбраться незамеченными. Уж поверьте мне.

– Сэр, Вэнс с машиной у подъезда, – раздался голос Карин. – Вещи мистера Шутова он взял. Все в порядке.

– Отлично. Не забудьте дать мистеру Шутову билет, о'кей?

– Конечно, сэр. Билет на моем столе.

Глава 8

Вэнс, молодой полицейский, поджидавший его в патрульной машине, сказал, как только Шутов сел рядом с ним:

– Мистер Шутов, все в порядке. Шлепанцы, халат, бритва, одеколон, остальное – все лежит в вашей серой сумке. Можно трогать?

– Давайте.

Выведя машину на шоссе, Вэнс включил полную скорость. Сказал, не глядя на машины, которые он играючи обгонял одну за другой:

– Слышал, вас назначили в Дэмпарт?

– Назначили.

– Я спрашиваю, сэр, потому что сам дэмпартский.

– Да? – Шутов посмотрел на парня. – И как там у вас? В Дэмпарте?

– Сэр, хотите честно?

– Конечно.

– Если честно, сэр, Дэмпарт – тощища.

– Тощища?

– Конечно. Тоска зеленая. Хуже некуда. Весь город можно обойти за пять минут.

– Я слышал, в Минтоукуке собираются развивать туризм.

– Мистер Шутов, скажите: здесь, в Фэрбенксе, вы много видели туристов?

– Ну… Кое-что все-таки есть.

– Кое-что, и все-таки по сравнению с другими местами кот наплакал. Это в Фэрбенксе, а ведь Фэрбенкс по сравнению с Дэмпартом – Париж.

– Так в чем же дело?

– В Дэмпарте, если хотите знать, никакого туризма никогда не будет.

– Почему?

– Дороги… – Вэнс присвистнул. – Сэр, согласитесь, чтобы в какое-то место ездили туристы, туда нужно сделать хотя бы одну дорогу. Более-менее приличную. А в Дэмпарт нет не только приличной, туда вообще нет никакой дороги. Попасть туда можно только по реке или по воздуху – как полетите вы.

– Неужели туда не пробовали проложить дорогу?

– Пробовали. Помню, я еще маленьким был, туда начинали строить дорогу. Несколько раз. Все провалилось.

– Почему?

– Ха… – Вэнс закатил глаза под лоб. – При нашем законодательстве, штата Аляска, чтобы пробить дорогу через горы и тайгу, надо, наверное, быть магом, чтобы не нарушить окружающую среду. Современным же машинам, бульдозерам, скреперам там делать нечего. Штрафами задавят. По-моему, на моей памяти лопнуло пять компаний, строивших дорогу. Все из-за штрафов. Вертолетами же туристы летать не желают. Не знаю уж почему. Боятся, наверное. Раньше вертолетное сообщение в Дэмпарт финансировал штат, а теперь отступился. Так что теперь, наверное, легче достать билеты в рай, чем на этот вертолет. Он ведь практически бесплатный. А если на коммерческих летать, разоришься. Знаете, кто брал вам билеты на этот вертолет?

– Не знаю. Кто?

– Я. Добывать пришлось перед самым вылетом. Пришлось нажать на мэра и отобрать у него резерв. Все, приехали. – Свернув к аэропорту, Вэнс лихо затормозил у входа. – Давайте скорей. Посадка уже идет.

Контрольную раму, после того как Вэнс шепнул что-то на ухо полицейскому, они обошли стороной. Вертолет Шутов увидел сразу, как только они вышли на летное поле: машина стояла метрах в пятидесяти от них, на небольшой стартовой площадке. У спущенного на землю трапа парень в летной форме проверял билеты. В момент, когда Шутов подошел к концу очереди, летчик, проверив билет у старушки в длинной пестрядевой юбке и ситцевой кофте, занялся двумя мощными парнями в одинаковых красных майках и «вареных» джинсах. Если бы Шутова спросили, кто эти парни, он бы не колеблясь сказал: лесорубы. Парней от Шутова отделял старичок в шортах, обвешенный рыболовными снастями, и девушка в сером твидовом пиджаке и такой же юбке, стоявшая прямо перед Шутовым.

Передвинув поставленные Вэнсом на землю сумки ближе к трапу, он мельком взглянул на девушку. Этот первый взгляд ничего ему не сказал, разве что он обратил внимание на светлые волосы, свободной волной спадающие на спину. Когда же он посмотрел на стоящую к нему вполоборота девушку второй раз, то ощутил внезапно появившуюся сухость во рту. За свою жизнь он повидал немало красивых женщин. Но такой красоты, спокойной, мягкой, по-настоящему русской – он почему-то сразу убедил себя в том, что девушка русская, – не видел никогда.

Линии лица девушки, подбородок, губы, нос были каким-то чудесным образом закруглены, смягчены; мягкими показались ему и глаза, когда девушка, видимо заметив его взгляд, на мгновение покосилась в его сторону. Цвет глаз был удивительным: серые с легкой добавкой зеленого. Посмотрев на него, девушка тут же сделала вид, что произошло это случайно. Поправив висящую на плече спортивную сумку, шагнула вперед, к трапу, что заставило его застыть окончательно, поскольку он тут же смог убедиться, как прекрасно она сложена.

– Мистер Шутов…

Он слышал голос Вэнса, но не обернулся. Лишь когда полицейский дотронулся до его плеча, посмотрел в его сторону. Вэнс улыбнулся:

– Счастливого пути, мистер Шутов.

– Спасибо, Вэнс. Счастливой службы.

– Как-нибудь. Я пойду?

– Конечно.

Пока они переговаривались с Вэнсом, девушка успела передать билет стоящему у трапа летчику. Затем, взяв билет и сказав по-английски «спасибо», стала подниматься по трапу. Подтянув сумки и отдав свой билет, Шутов покосился в ее сторону: девушка явно ехала одна. Сколько лететь до Минтоукука, он не знал, но наверняка не меньше получаса. Господи, подумал он, как бы повезло, если бы удалось сесть с ней рядом. Тогда он запросто мог бы в полете заговорить с ней. На вид девушке лет девятнадцать- двадцать. По внешнему виду, поведению, вообще по всему, она явно не замужем. И неизвестно еще, может быть, он смог бы в дальнейшем рассчитывать на нечто большее, чем случайный разговор.

Пока он размышлял обо всем этом, девушка исчезла в проеме двери.

– О'кей. – Проверив его билет, летчик крикнул: – Сэм, у меня все! – Посмотрел на Шутова: – Давайте наверх, сэр, вылетаем.

В салоне было четыре ряда для пассажиров, по три места в каждом; два места от третьего отделял проход, ведущий к пилотам. Девушка сидела во втором ряду, у прохода, место же Шутова, единственное, оставшееся сейчас свободным, было в четвертом ряду. Поставив сумки в узкое пространство за своим рядом, он сел на это место.

Пока шел подъем и затем, после того как вертолет лег на курс, Шутов подумал: конечно, в идеале он хотел бы, чтобы его место оказалось рядом с девушкой. Но не так уж плохо и то, что у него есть сейчас. Он сидит сзади, она – чуть впереди. Он хорошо видит ее профиль. И будет видеть его в течение всего полета. Этого ему пока вполне достаточно. Дежурное «спасибо», брошенное ею контролеру, было сказано с характерным местным акцентом. Значит, насчет того, что она русская, он ошибся. Но одно он знает точно: русская она или нет, девушек вроде этой он не встречал еще ни разу.

Примерно через час по работе мотора, а также по оживлению, охватившему пассажиров, он понял: они у места. Река внизу, разрезавшая светло-зеленую с бурыми пятнами лесотундры тайгу, прямо под вертолетом была усеяна россыпью разноцветных домиков. Смотревший в тот же иллюминатор парень в красной майке, поймав его вопросительный взгляд, пояснил коротко: «Дэмпарт». Домики, начавшие по мере снижения вертолета быстро увеличиваться, вскоре оказались совсем рядом. Мягкий толчок показал: они на земле. Вглядевшись в иллюминатор, Шутов понял: площадка, на которой они приземлились, расположена у самой воды. Об этом говорили дебаркадер, служивший пристанью, и длинный мол. На всем протяжении мола вплотную друг к другу были пришвартованы катера и яхты. Чуть поодаль стояли машины с высыпавшими из них людьми, явно встречающими.

– Леди и джентльмены, просьба до остановки винтов никому не выходить, – сказал один из летчиков. – Потерпите, это минута.

Пассажиры, несмотря на предупреждение, начали выходить почти сразу же. Первыми, попрощавшись с летчиками, бывшими, видимо, их приятелями, вышли парни в красных майках, за ними спустился пожилой рыболов. Пока Шутов, ругая себя за непредусмотрительное размещение сумок, доставал их из-за сидений, салон оказался пустым. Быстро спустившись по трапу, посмотрел в сторону машин. Две, «джип-чероки» и «шевроле», стояли на месте, остальные разъехались. Понадеявшись, что девушка находится именно в одной из этих двух машин, подошел к ним и проклял все на свете, и прежде всего себя, потому что надо быть полным идиотом, чтобы так бездарно упустить человека, на которого ты целый час таращился во время полета. В том же, что он упустил девушку, не было сомнений. «Шевроле» был пуст, сидящий же за рулем «джипа-чероки» человек был в машине один. Некоторое время этот человек, загорелый, с обветренным лицом, наблюдал, как Шутов оглядывается. Наконец сказал:

– Вы мистер Шутов?

– Я мистер Шутов. – Подумав, что, скорее всего, это кто-то из местной полиции, Шутов подошел ближе.

– Очень приятно. Я Келли, бывший начальник местной полиции. Садитесь, мистер Шутов. Меня вы можете называть просто Джеймс.

– Меня – тоже просто Майк. – Поставив сумки у заднего сиденья, Шутов сел рядом с Келли. – Спасибо, что встретили.

– Не стоит разговора. – Дав газу, Келли развернулся. – Мне показалось, вы кого-то искали?

– Просто осматривался. Как-никак, я в этих местах впервые. – Покосившись, Шутов понял: Келли из тех, у кого и в преклонном возрасте каждая мышца дрожит, как хорошо натянутая пружина.

У бывшего начальника полиции были густые светлые брови и глубоко запавшие голубые глаза. Большой, несколько островатый нос, выделяющиеся скулы и подбородок были иссечены сетью морщин, разрезавших загоревшую кожу так, будто по ней прошлись резцом. Пожалуй, если бы Келли не спросил его, кто он, он смог бы заметить, куда ушла девушка. «Ничего, – подумал Шутов, – девушку я еще найду. Никуда она не денется». Все же на всякий случай спросил:

– Вертолет возвращается в Фэрбенкс сегодня же?

– Завтра утром. Кстати, я полечу на нем, чтобы оформить бумаги. Пробуду в Фэрбенксе несколько дней. Вернусь вертолетом ровно через неделю. Но до завтрашнего утра я вам все покажу. И поселю в Кемп-Крике. Жена постаралась, так что на первое время у вас там будет все. Во всяком случае, на неделю вы будете обеспечены.

– Спасибо. Вертолеты прилетают сюда круглый год?

– Смотря какие. Рейсовые, на котором вы прилетели, только до зимы.