Не просить разрешения. Спокойная опора внутри себя, честные свидания и близость без зависимости
- -
- 100%
- +
Проверять это можно по усталости. После нормальной уступки бывает досада, но остается уважение к себе. После распродажи появляется мутное чувство, будто вас провели. Вы вроде сами согласились, жаловаться не на кого, но внутри кто-то сидит на табуретке и молча смотрит в стену. Этот внутренний молчаливый тип часто умнее всех ваших объяснений.
Не надо ругать себя за прошлые уступки. Человек редко сдает себя от хорошей жизни. Обычно он когда-то научился, что любовь безопаснее, если быть удобным. Что спорить опасно. Что просьба может обернуться стыдом. Что отказ портит отношения. Старые способы выживания нельзя просто выкинуть, как рваные носки. Сначала стоит признать: когда-то они помогали. Теперь мешают.
Хорошее основание строится без ненависти к прошлому себе. Тот человек делал как мог. Иногда плохо, иногда смешно, иногда с таким уровнем самообмана, что хочется подойти и мягко отобрать у него телефон. Но он тащил вас до этого места. Теперь можно взять управление взрослее.
Полезно отдельно разобраться с деньгами. Деньги в романтических разговорах часто прячут под коврик, а потом все спотыкаются. Финансовая зависимость делает человека уязвимым. Не всегда можно сразу стать полностью независимым, жизнь не банковская реклама. Но понимать свои расходы, долги, доходы, запас и риски нужно. Человек, который не знает, на что живет, легче соглашается на жизнь, которая ему не нравится.
Деньги не делают нас свободными автоматически. Полно несвободных людей с хорошими счетами. Но отсутствие денег часто сужает коридор решений. Труднее уйти. Труднее сказать нет. Труднее не терпеть. Поэтому финансовая ясность - часть личного основания, а не скучная тема для людей с таблицами. Таблица иногда романтичнее букета, если после нее вы понимаете, что можете выжить без человека, который обращается с вами как с мебелью.
Друзья тоже входят в основание. Не как запасные партнеры и не как бесплатная терапия круглосуточно. Друзья возвращают масштаб. Когда вся жизнь закручена вокруг одного человека, любой его жест становится судьбой. Не написал - катастрофа. Написал сухо - расследование. Поставил точку вместо смайла - экстренное собрание внутреннего парламента. Нормальные связи с другими людьми разбавляют этот концентрат.
Иногда друг нужен не для совета, а для обычной фразы: слушай, это звучит нехорошо. Или наоборот: ты сейчас накрутил, поешь и поспишь. Хорошие друзья не всегда гладят по голове. Они помогают не утонуть в собственном сюжете. Это особенно ценно, когда влюбленность выдает вам поддельные документы на человека, которого вы почти не знаете.
С хобби та же история. Увлечение кажется мелочью, пока не понимаешь, что оно держит кусок личности вне романтического рынка. Вы играете, учитесь, танцуете, поете, чините, фотографируете, бегаете, выращиваете помидоры на балконе не для того, чтобы стать привлекательнее. А потому что внутри вас есть жизнь, которой не нужен зритель с приложением для знакомств.
Поначалу хобби может не найтись. Вы попробуете язык, бросите на третьем уроке. Купите кисти, нарисуете яблоко, похожее на больной помидор, и спрячете. Сходите на танцы и обнаружите, что ваши ноги живут отдельно от музыки. Ничего. Поиск себя редко выглядит достойно. Обычно он выглядит как взрослый человек, который пробует новое и немного позорится. Это хороший вид позора, полезный.
Главное - не превращать каждую радость в проект успеха. Не надо немедленно становиться лучшим, монетизировать, вести страницу, покупать дорогую форму и объявлять всем, что теперь вы человек скалолазания. Можно просто делать. В мире, где от нас постоянно требуют результата, бесполезное удовольствие становится почти бунтом.
Теперь о просьбах. Человек с основанием умеет просить прямо. Не намекать с обидой. Не ждать, что другой догадается по температуре вашего молчания. Не устраивать экзамен: если любит, сам поймет. Просьба должна быть понятной. «Мне хочется видеться два раза в неделю». «Пожалуйста, предупреждай, если опаздываешь». «Я не готов обсуждать это при твоих друзьях». Прямая просьба не гарантирует согласия, зато прекращает туман.
Многим страшно просить, потому что в просьбе есть риск отказа. Намек безопаснее: всегда можно сделать вид, что вы ничего не хотели. Но жизнь из намеков превращает отношения в комнату с плохим освещением. Все натыкаются на мебель и обвиняют друг друга в неуклюжести. Прямота иногда неловкая, зато она экономит годы.
При этом просьба - не требование. Другой человек имеет право не согласиться. И вот здесь появляется выбор. Если ваша важная потребность ему не подходит, вы не обязаны немедленно объявлять его плохим. Но обязаны честно спросить: могу ли я с этим жить? Не фантазировать, что он изменится от силы вашей любви. Не ждать, что однажды догадается. А смотреть на реальность, как на счет в кафе: неприятно, но платить придется.
Самоуважение часто проявляется тихо. Не в громком заявлении «я себя выбираю», а в том, что вы не отправляете пятое объяснение человеку, который понял с первого раза, просто ему невыгодно. В том, что не доказываете свою привлекательность тому, кто кормит вас сомнениями. В том, что не идете туда, где вас терпят, когда можно пойти туда, где вас рады видеть.
Иногда самое взрослое действие - уйти без финальной речи. Мы любим финальные речи, потому что в голове они звучат блестяще. Человек поражен, осознал, раскаялся, понял вашу глубину и пошел становиться лучше. В жизни он чаще отвечает «ну ок» или спорит о деталях. Не каждую историю надо закрывать красивым монологом. Достаточно закрыть дверь.
Крепкое основание не требует быть жестким со всеми. Мягкость не враг. Тепло не слабость. Доверие не глупость. Просто все это должно идти из наполненного места, а не из страха. Можно быть щедрым, если вы не покупаете щедростью право остаться. Можно заботиться, если забота не стирает вас. Можно любить сильно, если сила не превращается в зависимость.
Проверьте свой календарь. В нем обычно видно больше правды, чем в длинных размышлениях. Есть ли там вы? Не работа, не обязательства, не чужие дни рождения, не помощь всем, кто умеет вовремя вздохнуть в трубку. Вы. Время на отдых. На тело. На друзей. На скуку. На дело, которое не приносит пользы, кроме удовольствия. Если вас нет в собственном календаре, не удивляйтесь, что вас мало и в собственной жизни.
Проверьте переписки. С кем вы общаетесь из радости, а с кем из чувства долга? Кто пишет вам только когда плохо? Кому вы боитесь сказать правду, потому что начнется спектакль с обидами? Где вы всегда подбираете слова, как будто обезвреживаете гранату? Эти наблюдения не требуют немедленной революции. Но они показывают, где основание просело.
Проверьте дом. Не в смысле идеальной чистоты. Дом живого человека иногда выглядит так, будто вещи провели собрание и решили разойтись по разным углам. Но есть ли у вас место, где можно выдохнуть? Или все вокруг напоминает о незавершенном, чужом, стыдном? Иногда забота о себе начинается с того, что вы моете чашку, меняете постель и перестаете жить как временный гость у собственной усталости.
И наконец, проверьте свои мечты на чужие отпечатки. Вы правда хотите именно этого? Или вам когда-то объяснили, что без этого вас нельзя считать состоявшимся? Брак, должность, тело, квартира, дети, переезд, статус, дорогие часы, спокойный характер - все это может быть настоящим желанием. А может быть костюмом, который вам выдали для роли. Если костюм жмет, не надо всю жизнь худеть под него душой.
Крепкое основание не строится за неделю. Иногда вы будете возвращаться к старым привычкам. Снова согласитесь лишний раз. Снова будете ждать сообщение. Снова объясните тому, кто не слушает. Это не провал. Это старая дорожка, по ней легко идти. Новую приходится протаптывать. Неловко, медленно, иногда с матом. Зато потом по ней можно ходить не спотыкаясь.
В какой-то момент вы заметите, что стали менее удобным. Это может испугать. Раньше вас любили за готовность подстроиться, а теперь кому-то не нравится ваша форма. Пусть. Человек не обязан быть диваном, чтобы его ценили. Он может иметь углы, расписание, усталость, желания, мнение и день, когда он никуда не идет.
И вот тогда свидания, отношения, любовь начинают выглядеть иначе. Вы уже не бегаете с пустой корзиной, надеясь, что кто-нибудь положит туда смысл. Вы приходите со своей жизнью. Не идеальной, местами смешной, местами неубранной, но своей. И смотрите: есть ли рядом место для другого человека, который тоже пришел не спасаться, а встречаться.
Вот зачем нужна первая глава. Не чтобы стать неприступным. Не чтобы никого не подпускать. А чтобы, подпуская, не исчезать. Чтобы любовь была встречей двух людей, а не переселением одного в жизнь другого. Чтобы на вопрос «кто ты?» у вас был ответ, который не зависит от того, кто сегодня написал или не написал.
Глава 3. Одному тоже можно быть целым
Вопрос «почему ты один?» почти всегда задают с лицом доброго врача, который уже увидел анализы и теперь старается не пугать пациента. Вроде бы человек хочет поддержать. Вроде бы даже комплимент делает: ты же нормальный, симпатичный, работа есть, зубы на месте, почему тебя до сих пор никто не забрал? Будто речь идет не о жизни, а о забытом чемодане на вокзале.
Я долго отвечал на такие вопросы неловко. Шутил. Отмахивался. Говорил, что занят, не встретил подходящего человека, сейчас не время. Иногда хотелось сказать правду: потому что я не хочу превращать свою жизнь в собеседование на должность чьей-то половины. Но такие ответы портят семейные ужины. После них кто-нибудь обязательно начинает резать салат слишком энергично.
В нашем языке одиночество звучит как диагноз. Одинокий мужчина. Одинокая женщина. Одинокая старость. Одинокий вечер. Слово будто сразу надевает на человека серый свитер, ставит рядом пустую чашку и включает за окном дождь. А ведь можно быть одному в солнечной кухне, с хорошим кофе, с планами на день, с друзьями в телефоне, с телом, которое наконец никто не трогает без спроса, и с тишиной, которая не давит, а дает место.
Но нас редко этому учат. Нас учат искать пару так, будто без нее взрослость не засчитана. В школе об этом шепчутся, в университете спрашивают, с кем ты встречаешься, на работе интересуются, когда свадьба, родственники считают годы, как бухгалтер считает недостачу. Если человек долго без пары, окружающие начинают искать причину. Слишком требовательный. Слишком закрытый. Слишком занятой. Слишком независимая. Слишком сложный. Слово «слишком» вообще часто означает: человек не помещается в удобную форму для чужого спокойствия.
Самое смешное, что никто не спрашивает у людей в плохих отношениях, почему они до сих пор там. По крайней мере, не так настойчиво. Сидят двое, разговаривают как соседи по очереди в ЖЭК, обижаются по расписанию, отдыхают отдельно, деньги прячут, секс вспоминают как старую песню, но зато пара. У общества к ним вопросов меньше. Формально галочка стоит.
Одиночество пугает не пустой кроватью. Кровать как раз прекрасна: можно лечь по диагонали и не отвоевывать одеяло у человека, который ночью превращается в морского ската. Одиночество пугает тем, что в нем нечем заглушить вопрос: а что у меня есть, кроме ожидания кого-то?
Многие отношения начинаются не от избытка любви, а от дефицита жизни. Человеку скучно с собой. Тревожно. Неясно, чем занять вечер. Неловко идти одному в кафе. Страшно путешествовать одному. Непонятно, кому рассказывать про странный сон, начальника, скидку на сыр и внезапную мысль, что пора купить нормальную сковородку. И тогда партнер кажется не человеком, а универсальным устройством: для смысла, для тепла, для статуса, для разговоров, для секса, для спасения от воскресенья.
Беда в том, что другой человек не выдерживает роль целой инфраструктуры. Даже если он добрый, умный и умеет вовремя покупать хлеб. Если на него повесить обязанность делать вашу жизнь живой, он быстро станет либо усталым, либо самодовольным. Усталый начнет отстраняться. Самодовольный решит, что раз без него вы пропадете, можно особенно не стараться.
Вот почему умение быть одному не противоположно любви. Оно как раз защищает любовь от жадности. Когда у вас есть своя жизнь, вы приходите к другому не с голодной ложкой, а с интересом. Вы не хватаете человека за рукав со словами «спаси меня от меня». Вы смотрите и спрашиваете: нам правда хорошо вместе? Мы добавляем друг другу жизни или просто боимся разойтись по домам?
Я не сразу это понял. Был период, когда любое свободное окно в календаре казалось мне проблемой, которую надо срочно закрыть. Вечер без планов? Значит, надо кому-то написать. Выходные без встречи? Надо назначить свидание, даже если человек в переписке уже вызывает желание выключить интернет в стране. Я не выбирал, я заполнял пустоты.
Пустоты вообще опасны тем, что в них эхом звучат чужие голоса. «Надо строить личную жизнь». «Все нормальные люди к твоему возрасту уже определились». «Потом будет поздно». «Хороших разбирают». Как будто люди лежат на полке в магазине, а вы опоздали к утренней выкладке. Удивительно, сколько паники помещается в обычную фразу «потом будет поздно». Поздно для чего? Для любви? Для уважения? Для того, чтобы перестать встречаться с теми, от кого мутит? На это поздно не бывает.
Один знакомый женился в тридцать один только потому, что «пора». Хорошая была свадьба. Торт, ведущий, слезы мамы, первый танец под песню, которую они оба теперь ненавидят. Через два года они развелись. Он потом сказал мне очень тихо: «Я понял, что хотел не жениться, а перестать отвечать на вопросы». Это дорогой способ закрыть рот родственникам. Можно было дешевле: не прийти на юбилей тети Лены.
Конечно, брак может быть прекрасным. Совместная жизнь тоже. Я не из тех, кто стоит на табуретке и кричит, что все семейные люди обманули себя. Есть пары, рядом с которыми хочется верить в человеческий вид. Они спорят, мирятся, чинят быт, смеются над одним и тем же, умеют быть рядом и не душить друг друга заботой. Вопрос не в том, плох ли брак. Вопрос в том, почему мы часто считаем его доказательством состоявшейся жизни.
Человек может прожить глубокую, полезную, смешную, насыщенную жизнь без кольца, общей ипотеки и совместной фотографии на фоне моря. Он может любить друзей, работать, путешествовать, помогать, создавать, заботиться о племянниках, растить растения, спасать животных, писать музыку, делать ремонт, учиться печь хлеб, разбираться в налогах, болеть за ужасную футбольную команду и быть совершенно настоящим. Но стоит ему сказать «я не в отношениях», как у некоторых слушателей в глазах появляется жалость. Странная штука. Люди готовы пожалеть человека, который сам себе принадлежит.
Часть этой жалости идет из страха. Если принять, что одному можно жить хорошо, придется пересмотреть много привычных решений. Придется спросить себя: а я здесь потому, что люблю, или потому что боюсь иначе? Мне правда подходит этот человек, или я слишком устал начинать заново? Я хочу семью с ним, или хочу, чтобы на меня перестали смотреть как на незавершенный проект?
Самостоятельность неприятна тем, что снимает удобные оправдания. Если без партнера тоже можно, значит, оставаться в плохих отношениях становится не судьбой, а выбором. Тяжелым, сложным, часто связанным с деньгами, детьми, жильем, страхом, травмой, но все же выбором, который когда-то придется увидеть без украшений. Никто не обязан уходить завтра с пакетом носков и гордым лицом. Но полезно хотя бы знать: одиночество не пустыня с волками. Иногда это дорога из дома, где давно нечем дышать.
Давайте поговорим о деньгах, потому что без них разговор об одиночестве быстро превращается в открытку с красивой ложью. Жить одному часто дорого. Одна аренда, один холодильник, один счет за интернет, одна зарплата против мира, который любит продавать все семейными упаковками. Даже шпинат в пакете будто издевается: или ешь три дня подряд, или смотри, как он превращается в мокрую зеленую тряпку.
Финансовая сторона одиночества может быть тяжелой, особенно если есть дети, кредиты, больные родственники или работа, где платят так, будто зарплату считают не в деньгах, а в похлопываниях по плечу. Глупо говорить человеку «просто наслаждайся свободой», если он каждый месяц выбирает между стоматологом и зимней обувью. Свобода без денег часто напоминает красивую птицу, которую держат на короткой веревке.
Но именно поэтому важно учиться не делать романтического партнера финансовым спасательным кругом. Когда отношения держатся на страхе не потянуть жизнь, любовь начинает пахнуть бухгалтерией. Человек терпит то, что не стал бы терпеть, если бы у него был запас. Молчит, потому что квартира общая. Прощает, потому что ипотека. Делает вид, что все нормально, потому что одна зарплата не вывезет. Это не слабость. Это реальность. Но чем раньше вы начинаете строить свою опору, тем меньше шансов, что однажды придется выбирать между самоуважением и оплатой коммуналки.
Своя финансовая опора не обязательно выглядит как огромный счет в банке. Иногда это маленький резерв, отдельная карта, понимание своих расходов, навык зарабатывать, список людей, к которым можно обратиться, документы в порядке, ясность, что вы умеете делать и за что вам готовы платить. Неромантично? Да. Зато очень сексуально в зрелом смысле. Ничто так не охлаждает чужую власть над вами, как возможность сказать: я справлюсь.
Но одиночество состоит не только из денег. Есть еще бытовая сторона, и она часто смешнее, чем хотелось бы. Когда живешь один, никто не обязан замечать, что лампочка перегорела, мусор пахнет, а в холодильнике поселилась банка, происхождение которой утрачено историей. Никто не скажет: «Может, хватит ужинать хлопьями над раковиной?» Никто не спросит, почему вы третий вечер смотрите ролики про людей, которые строят бассейны в джунглях голыми руками.
Самостоятельная жизнь требует навыков, которые в паре можно годами перекладывать. Готовить. Чинить мелочи. Записываться к врачу. Разбираться с квитанциями. Планировать отдых. Вызывать мастера и не делать вид, что вы понимаете слово «эксцентриковая муфта». Эти навыки не делают человека менее романтичным. Они делают его взрослым. А взрослый человек в отношениях намного приятнее, чем тот, кто ищет себе не партнера, а бесплатную управляющую компанию.
Особенно это касается мужчин. Нас часто воспитывают так, будто быт - не наша территория, а временная полоса препятствий до появления женщины, которая «лучше понимает». Сколько взрослых мужчин искренне не знают, где у них лежат документы, как записаться к врачу, чем чистить плиту и почему полотенце не должно пахнуть подвалом. Потом они называют это мужской беспомощностью с улыбкой, будто очаровательная черта. Ничего очаровательного. Это чужая работа, которую кто-то обычно делает за них.
Если мужчина не умеет заботиться о себе, он почти неизбежно начнет искать женщину, которая возьмет эту заботу на себя. И назовет это любовью. Она напомнит про день рождения его матери. Она купит подарок. Она заметит, что закончился стиральный порошок. Она запишет его к врачу. Она выслушает, успокоит, объяснит, где лежат чистые носки. Потом он будет удивляться, почему она устала и «стала какой-то раздражительной».
Быть одному полезно хотя бы для того, чтобы познакомиться с последствиями собственной неорганизованности без невиновных свидетелей. Не купил еду - ешь гречку с вопросами к самому себе. Не постирал - иди в том, что осталось, и не делай вид, что это стиль. Забыл записаться к врачу - сам сиди в очереди с острой проблемой. Одиночество в этом смысле хороший преподаватель. Строгий, но справедливый. Домашнее задание проверяет каждый день.
Есть еще эмоциональная работа. В паре очень легко назначить другого человека ответственным за ваше настроение. Вам тревожно - пусть успокоит. Вам скучно - пусть развлечет. Вам плохо - пусть угадает. Вам не хватает уверенности - пусть докажет, что любит. Но партнер не круглосуточная служба поддержки. У него тоже есть усталость, страхи, глупые мысли, больная спина и желание иногда молчать без обвинений.
Одиночество учит задавать себе вопрос: что я могу сделать для себя до того, как требовать это от другого? Я могу лечь спать? Позвонить другу? Выйти пройтись? Поесть? Записать мысли? Сходить к специалисту? Признать, что мне страшно, вместо того чтобы устраивать проверку чужой любви? Это не отменяет потребности в поддержке. Это убирает из нее шантаж.
Люди, которые умеют быть одни, обычно лучше дружат. Потому что не сливают всю потребность в близости в одного романтического партнера. У них есть несколько нитей связи с миром: друзья, коллеги, соседи, родные, знакомый бариста, который помнит, что вы берете кофе без сахара, и почему-то это каждый раз немного спасает утро. Жизнь держится не только на большой любви. Иногда она держится на коротком сообщении от друга: «Ты ел?»
Дружбу часто недооценивают, особенно когда появляется роман. Влюбился - и исчез. Был человек, с которым можно было гулять, спорить, присылать глупые картинки, а потом он растворился в паре и вернулся только после расставания, как потерянный турист с разряженным телефоном. Мы все либо делали так, либо были на месте оставленных друзей. Неприятно в обе стороны.
Романтическая любовь не должна выжигать остальную жизнь. Если после начала отношений у вас исчезли друзья, хобби, деньги, сон и способность принимать решения без согласования, это не любовь заняла много места. Это вы отдали ей ключи от склада и не проверили, что она там устроила. Хорошая близость не требует, чтобы вокруг нее умерли все остальные связи.
Одинокая жизнь помогает увидеть, сколько разных форм любви вообще существует. Друг, который приезжает помочь собрать шкаф и ругается с инструкцией громче вас. Сестра, которая присылает голосовое на семь минут, где первые пять она ищет наушники. Племянник, который дарит рисунок, где вы похожи на картошку в очках. Коллега, который прикрывает вас на совещании. Соседка, которая поливает цветы, пока вы уехали. Это все не запасные варианты до настоящей любви. Это и есть жизнь.
Если человек признает только романтическую любовь, он обедняет себя. Он стоит возле одного окна и жалуется, что мало света, хотя в доме есть еще двери, балкон и, возможно, дырка в крыше, через которую тоже что-то видно. Да, романтическая любовь особенная. В ней есть тело, выбор, страсть, совместное будущее, странная радость от того, что кто-то знает, как вы чистите мандарин. Но она не обязана быть единственным доказательством, что вы кому-то нужны.
Теперь о теле и сексе, потому что вокруг одиночества здесь тоже много вранья. Одинокого человека часто представляют либо несчастным и сухим, как забытый сухарь, либо наоборот подозрительно распущенным. Особенно если речь о женщине. Мужчине еще могут сказать «гуляет», иногда даже с завистью. Женщине быстро выдадут моральный протокол. Хотя правда проще: у разных людей разные потребности, и наличие партнера не гарантирует ни хорошего секса, ни его наличия вообще.
Можно быть в браке и годами не чувствовать желанности. Можно быть одному и знать свое тело лучше, чем многие пары знают друг друга. Можно не хотеть секса какое-то время. Можно хотеть. Можно искать близость без обещаний вечности, если все взрослые, честные и согласные. Можно выбрать воздержание и не превращать это в трагедию. В сексуальной жизни меньше универсальных правил, чем любят думать люди, которые почему-то особенно интересуются чужими простынями.
Самостоятельность в сексе начинается с честности. Что мне нравится? Что мне неприятно? Где я соглашаюсь из любопытства, а где из страха потерять внимание? Умею ли я сказать «нет»? Умею ли сказать «медленнее», «не так», «давай остановимся», «мне нужно иначе»? Стыдно не иметь предпочтения. Стыдно годами изображать удовольствие, чтобы другой не расстроился, а потом злиться на весь человеческий род.
Тело не должно быть платой за возможность остаться рядом с кем-то. Если вам кажется, что отказ от секса разрушит отношения, возможно, проблема не в отказе. Если человек обижается на вашу границу так, будто у него отняли собственность, это очень ценная информация. Неприятная, но ценная. Лучше узнать ее раньше, чем после того, как вы уже вложили в эту историю годы, отпускные и любимую кружку.
Одиночество дает шанс вернуть себе тело без зрителей. Не оценивать его сразу глазами потенциального партнера. Не думать, достаточно ли оно стройное, гладкое, сильное, молодое, удобное, возбуждающее. Просто жить в нем. Кормить, мыть, лечить, двигать, укладывать спать. Иногда любоваться. Иногда ворчать. Иногда благодарить за то, что оно донесло вас до кухни в день, когда душевно вы были мокрой тряпкой.
Есть люди, которые боятся, что если они научатся жить одни, то уже никого не впустят. Мол, привыкну к свободе, стану жестким, разучусь уступать. Такое возможно, если свободу перепутать с обороной. Но здоровая самостоятельность не делает сердце каменным. Она просто ставит на дверь нормальный замок. Не стену с колючей проволокой, а замок. Кто-то хороший сможет войти, если вы откроете. Кто-то наглый не сможет просто вломиться.