По секрету твоя

Глава 9

Я никогда такого не испытывала. Мой первый раз с Ильей прошел, потому что было уже пора.

«Ты думаешь, я буду верным ретривером ждать тебя вечно, Тая? Я мужчина, я хочу секса.»

«Илья, мне нужно время. Мы вместе всего два месяца…»

«Не доводи меня. Я мужик, объяснять тебе такие вещи нужным не считаю, почитай книжки. И лучше тебе отдаться мне самой…»

«Не то что? Что? Изнасилуешь меня!?»

«Мы встречаемся, Таисия, это не насилие. Я просто возьму то, что мне принадлежит.»

Он приехал домой на выходные. Я тогда ничего не ответила. Ушла домой, поплакала в комнате, матери не говорила. Я знала, что она скажет и хотела настроиться сама. Неоткуда ждать помощи, если Илья сделает то, что обещал: отец никогда не даст огласку – это ведь позор.

Я пошла к отцу сама. Тогда впервые пришла и рассказала всё, как на духу, перед этим с мыслями собравшись. Конечно, я немного смягчила, но о давлении со стороны Ильи рассказала, как и пересказала последнюю его фразу.

Он сидел в кресле своего кабинета и с каждым моим словом всё сильнее хмурился. «Он на моей стороне» – подумала.

Наивная…

«Сама довела мужика, а теперь справедливости ищешь?! – ударил кулаком по столу, – Сучка не захочет, кобель не вскочит, запомни! – он в пару шагов преодолел расстояние между столом и гостевым креслом, в котором я сидела и больно схватил за волосы на затылке. – И чтобы таких речей от тебя даже близко не слышал, поняла?! Поняла, я тебя спрашиваю!? В глаза потом людям как смотреть будешь?! Не стыдно!? Ты дочь полковника, а не девка подзаборная! – он замахнулся, но, словно пришел в себя, глядя в мои расширенные от ужаса глаза. Отпустив волосы, отошел на пару шагов и сделал два глубоких вдоха. Снова приблизился и схватил за скулы большим и указательным пальцами. Сжал. – И не смей реветь. Не хотела в кровать – нечего было по прогулкам с ним ходить. Люди всё видели. И как гуляли, и как в дом вхож был, а сейчас ныть нечего! У тебя дорога только одна теперь – к нему. И в койку прыгнешь, и детей родишь, и женой примерной будешь, поняла меня?! Это я тебе говорю! А по мужикам ходить вздумаешь, в казарму приведу, там солдафоны до баб голодные – быстро в себя придешь. А теперь иди!»

Уже потом, прокручивая весь разговор я поняла: Илья знал, что мне негде искать защиты.

Моё пробуждение можно назвать прекрасным. Открывать глаза не спешу, потому что не хочу обрывать сказку. Хочу чувствовать дальше. Дольше…

Я лежу на боку, когда мужская рука мягко перебирает мои волосы, пока губы рисуют только ему одному известные узоры на щеке, затем шее, после плече. Слабо улыбаюсь зная, что он не увидит, когда его рука перемещается на мою грудь, спускаясь вдоль рёбер и останавливается на бедрах, то сжимая, то нежно оглаживая. Губы, которые теперь гуляют по моему позвоночнику, дарят чарующее блаженство, и я чувствую огненный шар, который сейчас еще терпим, но вскоре, я помню со вчерашнего вечера, станет невозможным и превратит меня в дикую умоляющую кошку.

Издаю стон, когда Марк кусает меня за загривок и мелко дрожу. Вчера мы узнали, что это моё слабое место. Его губы, оказавшись на моём ушке, цепляют мочку и играют с ней. Погруженная в свои ощущения, не сразу разбираю его слова:

– Я знаю, что ты не спишь, Вишенка, – поворачивает мою голову и глубоко целует.

«В ванную не успела…» – обрывается еще не начавшая формулироваться мысль, когда я оказываюсь лежащей на спине.

– Такая чувственная, что не можешь сдерживать свое тело. Как же сладко ты извиваешься, – продолжает шептать, нависая надо мной, снова поднимаясь по ребрам к груди, нежно касаясь, а я обвиваю рукой его шею.

И только сейчас, сосредоточившись на теле, а не ощущениях понимаю, что действительно извиваюсь в его руках.

Ох, игра не удалась. Как же приятно бывает проигрывать…

Его рука спускается туда, где копится мое желание, и я жажду этого. Каждое промедление – мука для меня. Я вся превращаюсь в напряженный нерв.

– Тёплая, сонная, готовая для меня… – поцелуи смещаются на щеку, останавливаясь около уголка губ. А я и думать забываю о нечищеных зубах, когда он прикусывает тонкую кожу на моей шее.

Жар его рук окутывает, проходится по телу, проникает под кожу, касается сердца, заставляя его биться чаще от охватившего удовольствия.

– Не больно? – хрипло спрашивает касаясь, проверяя, беспокоясь. Ему тяжело сдерживаться, он тоже на пределе.

Издаю стон, отрицательно мотая головой.

В попытках поторопить Марка, обвиваю мужчину руками, запускаю пальчики в его волосы, а он целует, лелеет, нежит, качая на грани чувственности, но не переходя к единению.

– Пожалуйста… – хнычу, и слышу его тихий смех, и он снова дразнит меня, наслаждаясь.

Черт. Сдерживать стоны становится невозможным, он просто издевается надо мной! Кажется, это длится вечно. Каждый раз я жду, но каждый раз тщетно; каждый раз пытаюсь сама хоть немного приблизить, но Марк контролирует мои движения. Ногти давно впились в его спину, оставляя царапины, вторая моя рука запуталась в его волосах, но это лишь заводит его сильнее, как и мои мольбы.

– Марк, позволь мне, пожалуйста… сейчас… – и снова не разрешает. Уже трижды до и теперь снова.

– Ну же, милая, еще немного… Еще совсем чуть-чуть… – не знаю, чего он добивается, но кажется, умру сейчас.

Хнычу. Почти плачу в непонимании, когда он отстраняется. Перевернув меня на спину, Марк наконец делает то, чего я больше всего жажду.

Издаю вскрик – так ярко, до вспышек, я ощущаю его.

– А теперь чувствуй, маленькая. Возьми всё.

Бешенный темп, вес его тела, рычание и мои крики.

Это потрясающе и ни с чем не сравнимо, настолько сильно и бурно, что поглощённая эмоциями, я захлебываюсь в наслаждении. Марк, покусывая шею именно там, где мне нравиться больше всего, замедляется, давая распробовать. Отдаюсь этому, благодарно обнимая за шею, заведя руки назад. Он надолго захватывает мои губы, словно успокаивая, и наконец сосредотачивается на себе.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Мелко подрагивая, я смакую нас, ощущаю, как по телу распространяется блаженство.

А после Марк прижимает меня к себе спиной, а я глажу его руку, расположившуюся на моем животе.

Глава 10

– С добрым утром, – улыбается Марк, перевернув меня на себя. Мы снова уснули, и вот, спустя несколько часов сна я чувствую себя бодрой.

– Доброе, – шепчу куда-то в грудь. Его руки мягко поглаживают мое тело, пока я обвожу ноготком его пресс.

– Надеюсь ты отдохнула, – поднимаю голову и вижу, как прячутся в его глазах бесята.

– К таким марафонам я не привыкла, – хмыкаю, пытаясь спрятать стеснение за ухмылкой, но щеки пылают так, что я ощущаю это, а улыбка чешырского кота на губах Марка подтверждает мою правоту.

– Смущённая и воинственная – дьявольское сочетание. И безумно возбуждающее, – Мурлычет, выгибая бровь, а я чувствую его руку, спускающуюся с поясницы ниже и ниже…Силюсь отважно переглядеть Марка, но когда его пальцы касаются низа живота, вскакиваю с кровати, пряча распаленное лицо в ладонях:

– Я в душ, – кричу прежде, чем захлопнуть дверь ванной и слышу его смех.

Прислоняюсь спиной к двери, глубоко вдыхаю и расплываюсь в глупой, какой –то блаженной улыбке.

Случайный прохожий наверняка решил бы, что я сошла с ума и вызвал бы больничку, но откуда в ванне взяться случайному прохожему? Это же не аэропорт и не горнолыжный курорт…

Предусмотрительно замыкаю за собой дверь на замок. Возможно, Марк поймет, что мне нужно остаться наедине с собой, однако оставлять ему выбор не стану.

Мысли о моем предательстве не оставляют в покое, но я принимаю реальность: мне хотелось забыться, уйти от прошлого, раствориться в этих мгновениях и пусть сейчас я ощущаю себя мерзко, знаю: оно того стоило. Стоило даже горечи в дальнем углу моей совести, потому что я так же осознаю и то, что повела себя, как последняя проститутка.

Кутаюсь в халат, пытаясь оставить все мрачные мысли в мрачной комнате, как я нарекла ванну; расчесываю волосы и выхожу.

Марк лежит на кровати и клацает в ноутбуке. При виде меня на губах возникает улыбка, и я улыбаюсь в ответ, немного смущенно отводя глаза.

Да. Глупо стесняться человека, с которым было… многое, но я не умею по-другому.

– Наш рейс перенесли на завтра, туман не рассеялся, так что сегодня ты моя. Иди ко мне, – откладывает ноутбук на прикроватную тумбу, и хлопает по постели, приглашая.

Аккуратно присаживаюсь, но меня сграбастывают в объятия.

– Удивительно приятно просыпаться с тобой, Вишня, – говорит, целуя в висок.

– Мне с тобой тоже… – шепчу. И это чистая правда: с Ильей мы никогда не ночевали вместе, но мне и не хотелось никогда. Хотелось исчезнуть.

– Моя юная девочка, от чего ты бежишь в своей красивой головке? – этот вопрос вводит меня в ступор.

– Марк, – заглядывая в его глаза, дотрагиваюсь до щеки, потому что так я ближе к нему и так мне спокойнее, – не хочу врать тебе, но и отвечать не хочу. Пожалуйста, не заставляй меня…

– А ты умеешь врать, Тая? – заправляет прядь за ухо, и я веду головой, чтобы его ладонь оказалась на моей щеке.

Прижавшись, жмурюсь от чувства доверия, заполняющего мою душу. Приоткрываю глаза и пожимаю плечами. В его глазах что-то мелькает. Что-то, что делает его образ чуть мягче, уязвимее. Только лишь на миг.

– Иди сюда, – он садит меня на бедра лицом к себе, опираясь спиной на изголовье кровати, обнимает за талию, а я укладываю голову на его плечо. Знаю, что доверие наказуемо, но слишком сильно хочу верить в лучшее. Поэтому здесь, в этой гостинице хочу оставаться собой до конца.

Хочу, чтобы мне было что вспоминать, если вдруг мой план не выгорит.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 11

Из здания аэропорта мы выходим, держась за руки.

Не знаю, о чем думал Марк, но мне было хорошо. Я понятия не имела, куда заведет нас дорога. Останемся мы вместе или сейчас он посадит меня в машину, и мы больше не встретимся. Зато я точно знала, что никогда не забуду его.

– Поехали, Вишня, – говорит, и мое сердце пропускает удар.

Сейчас. Вот сейчас всё и решится.

Он усаживает меня в мерседес, обходит машину и садится рядом, расположив руку на моём бедре. Только мои джинсы и водитель отделяют меня от первого в жизни секса в машине.

Молчание. Оно давит. Кажется, я никогда не чувствовала себя более живой, чем за эти дни с ним. И сейчас я не знаю, могу ли мечтать о большем. Я старалась не накручивать себя в гостинице и самолете, но сейчас чувства захлестывают и руки начинают подрагивать.

Марк ловит мои ладони и целует, а после притягивает меня к себе, чтобы коснуться губами виска. Остаток дороги я нежусь в объятиях, наслаждаясь его теплом. Интересно, а он моим наслаждается?

Машина останавливается, и Марк помогает мне выйти. Мы стоим друг напротив друга. Я протягиваю руку и очерчиваю его бровь, спускаюсь к щеке, провожу кончиком указательного пальца по губам и кладу руку на его шею.

Я запоминаю его, я прощаюсь с ним. И я так этого не хочу.

Лить слёзы и просить остаться не буду. Слышала, как взрослые мужчины относятся к курортным романам, а у нас именно такой. Не хочу, чтобы он запомнил меня жалкой. Мне уже не пятнадцать, чтобы искать скрытые намеки, почему Марк лично доставил меня домой. Может быть и банальная вежливость, но это еще одно очко в команду Айболита. Илья ведь даже не предложил меня встретить. И проводить тоже.

Он наблюдает за моими действиями серьезным взглядом, а потом кладет ладонь на затылок и подталкивает к себе, целуя. Я снова чувствую это: жар его тела и пчелы в моём животе.

– Ты что, сбежать от меня собралась, Вишенка? – шепчет, водя носом по моей щеке. Я киваю, а потом отрицательно машу головой, прячу лицо, касаясь губами мужской шеи. Я не знаю ответа, потому что Марк даёт мне выбор. А я не хочу выбора, но и признаться ему не могу, – Что же за мысли занимают твой разум, сладкая? – проходится губами от скулы до щеки, – Ты сплошное искушение… – он отрывается от меня и глубоко вдыхает пару раз, – Дай свой телефон.

Передаю ему мобильник, и через пару минут нашу тишину пронзает звонок.

– Теперь не отвертишься, – притягивает, закусывая мочку уха, а после ещё раз целует мои губы. – А теперь иди. Иди, иначе я поднимусь в твою квартиру.

– Думаешь, я буду препятствовать тебе? – мой голос, охрипший и словно чужой.

– Не искушай судьбу, сладкая. – Проводит рукой по моей спине, прощаясь.

Я забираю чемодан, сумку и, не оборачиваясь, шествую к подъезду. Я знаю, что он смотрит. Чувствую. И больше не выдерживаю. Ставлю вещи, оборачиваюсь и бегу к нему. Марк сразу же подхватывает меня на руки и вгрызается в губы.

Возбуждение накатывает волнами, пчёлы беснуются, а мы не можем оторваться друг от друга. Но только что я решила, что он не войдет в мою квартиру сегодня. Хочу, чтобы он вернулся, поэтому поднимусь к себе одна. Знаю, что это плохая идея, но ничего не могу с собой поделать.

– Пожалуй, я воспользуюсь беспрепятственным проникновением в твою квартиру.

– Не искушай судьбу, сладкий, – чмокаю его в губы и ухожу, виляя задницей, которую не видно под курткой.

– Дьяволица, – доносится до меня. И надеюсь, это не воображение.

Интересно, а водителю понравилось кино?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 12

Я просыпаюсь от звонка. Илья. Черт. И хоть я осознаю, что веду себя как страус, пряча голову в песок, желание принять вызов и разыгрывать радушие это знание не придаёт. Я хочу продлить чувство эйфории, которое нашла с Марком, поэтому сбрасываю звонок. Смелею.

Скажу, что спала и сбросила по инерции. Отметив, что на сердце кошки из-за этого не скребут, иду делать себе кофе.

Сегодня последний день каникул, так что сейчас релакс, а завтра универ.

Релакс выходит довольно-таки условным, потому что через пару часов в чате университетской группы в соц. сети вижу настоятельный совет старосты Кати повторить предмет финансовый аудит с припиской, что это не её личная прихоть. И это становится напоминанием, что отдых закончился. Участников беседы я видела лишь мельком, когда пару раз забегала в деканат по поводу академ. разницы.

Сессию, с отличием сданную в родном ВУЗе, легко тут защитали. Но это не значит, что родители покивают головой. Мне кровь из носа нужно будет подтверждать свои знания. Отцу хватит и одной четверки, чтобы не только голову мне оторвать, но и вернуть к себе поближе.

Поэтому вооружившись полученными в библиотеке книгами, чистой и прошлой тетрадями, я беру ноутбук и располагаюсь на своей маленькой, но уютной кухне. У нас пару первых месяцев занимали только лекции с несложным домашним заданием, практические были после. Тут, возможно, по-другому? Предмет я знаю довольно неплохо, все свои оценки заработала сама и честно, но, если преподаватель отнесется предвзято к моему переводу… М-да, эти полгода мне придётся изрядно попотеть, чтобы всех убедить в незаурядности моего мозга.

Повторение дисциплины – дело не слишком уж увлекательное, но в моей ситуации просто необходимое. Собственная лень подбивает пойти поваляться под сериал, но здравомыслие удерживает, и я убеждаю себя в том, что моё завтра пройдет намного легче, если заставить мозги работать в направлении учебы сегодня, а не в первый же день в незнакомом месте. Особенно, если это подчеркнул преподаватель.

Где-то ближе к семи мне снова звонит Илья. На этот раз по скайпу. Мысли о проверке от себя отгоняю. Можно было бы решить, что я помешана на теме контроля, но собственным ушам пока доверяю, так что папиному прихвостню не ответить снова не могу:

– Привет, как ты? – говорю, как можно приветливее и поправляю волосы в попытке успокоиться.

– Вау, ты взяла трубку. Рад тебя видеть, Таисия. Правда, хотел для начала услышать утром, но ты не удостоила меня такой честью. – И сразу претензия.

Я знаю, что он папин прихвостень, но также знаю, что любит меня. Неужели это действительно такой грех – не перезвонить? И дело даже не в том, что я не перезвонила. Мы не виделись довольно долго, и первое, что он говорит мне – это не искреннее «я скучал» с улыбкой, а фыркающая фраза. Почему? Или правда, у всех так?

– Я спала, сбросила по инерции, а потом села за учебу. В группе посоветовали повторить предмет, – не хочу выяснять отношения. Я просто хочу закончить разговор.

– Ты должна сначала думать обо мне, а потом уже о предмете, – серьезно заявляет Илья, а у меня даже глаза распахиваются.

– Мой отец поспорил бы с тобой, – парирую, – Ты ведь знаешь уговор с родителями: учеба – наше все.

– Никак не могу понять зачем тебе учиться, если после замужества ты все-равно будешь заниматься детьми, – кривит он губы в пренебрежительном жесте.

– Рано или поздно я выйду из декрета и тогда пойду работать по профессии, – аккуратно вставляю свои мысли. Этот разговор – минное поле, а я на нём – сапёр.

– Прекрати, – фыркает за тем ноутбуком Илья, и как только камеру не оплевал, – а кто будет жрать готовить, шмотки стирать, обувь чистить да детей уму разуму учить?

– Домработница, – вспыхиваю я.

– А жена тогда на что? – уже вовсю веселиться Илья, явно считая меня отсталой недотепой.

– Жена для… – не успокаиваюсь я, но договорить мне не дают.

– Прекрати, Тайка, – терпеть не могу это «Тайка» и он знает. – Жена нужна для комфорта. Приходишь домой, а там убрано, постирано, пахнет вкусно. Комфортно, короче. Вот для этого жена нужна.

– А муж тогда для чего нужен? – вздыхаю я, а спрашиваю чисто для праформы. Его ведь все-равно не переубедить.

– Муж деньги зарабатывает, детей наказывает и за женой следит, чтобы вела себя… нормально, короче себя вела! Запомни, Тайка, мужчина – единица, а женщина – ноль. Вот если единица стоит перед нулём, то это десятка, а если ноль перед единицей, то это ничего. Вот на своих родителей посмотри, идеально твой батя женился и живут люди по сей день. И всё устраивает. Он занимался работой и карьеру построил, потому что голову себе не ломал как там твоя мать и кто на неё косо – криво смотрит, в целях безопасности, конечно, а она не выкабенивалась и занималась тем, чем должна заниматься женщина – семьей. И все довольны. Вот мне такой вариант идеально подходит.

Следующие минут десять мы обсуждаем его каникулы, празднование Нового года и мою поездку с задержкой рейса. Но всё это время я не тут, а в том нашем разговоре.

Я-то думала, я осмелела – хохма. Нет уж, осмелел Илья, а это значит, что он знает что-то, чего не знаю я, потому что раньше такого откровения о моей реализации, точнее, её отсутствия, себе не позволял.

Да, он всегда был грубоватым, местами неотёсанным, но никогда ещё так пренебрежительно не распоряжался моим будущим. Он ведь и странный такой, властный, потому что любит меня… Так мама говорит… Постоянно… И я мирюсь с этой любовью… А что мне остается?

Когда он потребовал секс, я смирилась, потому что деваться было некуда, но план обдумывать начала уже тогда. Мой отец дал ему карт-бланш, и я об этом знала, однако перевод в столичный ВУЗ и строгое отношение отца к учебе считала гарантией не только окончания университета, но и работы в будущем. Что бы я могла себя обеспечить в случае чего и вообще… Я думала, Илья знает и принимает эти, как мне казалось, если не мои, то отцовские условия. А я слишком много, оказывается, себе надумала!

Очерченные перспективы угадывались еще ужаснее той засаленной ломовой лошади, которой я видела себя через десять лет брака с ним: готовка – ребенка в сад – работа – ребенка из сада – в магазин – готовка – спать и супружеский долг раз в месяц. А теперь выясняется, что я буду сбрасывать свои волосы ему из башни, когда он захочет подняться ко мне. А остальным ни в коем случае нельзя будет видеть ручную зверушку Тайку. И это не хохма с Марком, это моя вероятная реальность. Бррр, даже озноб по коже прошел.

Что-то грядет и это что-то меня очень сильно пугает. Еще раз успокоив себя тем, что у меня пока всё идет по плану и ничего еще не случилось, кроме раздувшегося в миг эго Ильи, снова сажусь за учебу в надежде переключиться и немного успокоиться.

Глава 13

Отрываюсь от ноутбука, когда время перевалило за одиннадцать и понимаю, что если не лягу спать сейчас, то утром точно не смогу проснуться. Выставляю на телефоне будильник, когда всплывает сообщение от Марка, сопровождаемое моим нездоровым волнением. Это, в конце концов, просто сообщение!

«Хочу снова слушать твой голос и целовать твои губы. Вспоминаю вкус.»

Желание. Вот моя единственная эмоция сейчас. Оно рождается внизу живота и встречается с теплом в солнечном сплетении, будоража мою кровь.

«Не хочу, чтобы ты забывал его. Хочу напомнить» – Я несколько раз стираю второе предложение, кажущееся мне слишком откровенным. Я никогда такого не писала, никогда так не общалась, с ним я чувствую себя другой. Мне не нужно сдерживаться и судя по ответу, ему это нравится.

«Скажи мне это в глаза, и я помечу каждый участок твоей кожи и снова присвою тебя себе.»

Дышу ли я? Конечно, нет. Я воображаю. Потому что хочу этого каждой клеточкой своего тела. Хочу снова принадлежать ему. Не отвечаю, видимо, довольно долго, потому что приходит новое сообщение, и я вспыхиваю до кончиков ушей.

«А теперь ложись спать, Вишня. И не смей распускать пальчики. Только я могу прикасаться к тебе.»

Университет встречает меня шумным холлом, смеющимися студентами и строгими взглядами преподавателей. Нахожу свою аудиторию, около которой уже собрались студенты.

– А это ты наша новенькая? – спрашивает русоволосая красавица, словно со страниц сказки сошедшая.

– Эм, да, – теряюсь, – меня зовут Таисия, – протягиваю руку для знакомства.

Немного волнительно, примут ли меня здесь. Всё-таки новый человек, а все уже раззнакомились и по компаниям, наверняка, разбились. В прошлом университете я так ни с кем и не сдружилась.

– А я Арина! Рада познакомиться с тобой! – говорит с широкой радушной улыбкой и легко пожимает мою руку.