Соблазнение на Коста-Рике

Глава 2

Бенуа приложил руку к голове, где боль ощущалась сильнее всего. На кончиках пальцев он увидел следы крови.

– Ты в порядке? – крикнул он.

Ответа не последовало.

– Ты сильно ударилась? – Его дыхание вырвалось из легких только тогда, когда он услышал ее стон.

– Я так не думаю, – раздался женский голос сзади. Она ответила по-английски. Хотя заговорил он с ней на французском, своем родном языке. – Мне просто нужно…

– Не двигайся! – скомандовал он по-английски, увидев, как она потянулась к двери. – Вы могли повредить шею. Просто… просто оставайтесь там.

Быстро просканировав повреждения на своем теле, то есть определив, где болит сильнее всего, он отметил порез на виске, ноющий, но, к счастью, не сломанный нос и боли в боку. В принципе, все было не так уж и плохо.

Бенуа вышиб ногой дверь и вывалился из джипа. Он открыл заднюю дверь и увидел растрепанную брюнетку, съежившуюся на заднем сиденье.

– Я просто хочу убедиться, что с тобой все в порядке. – Он наклонился и положил руку на ее шею, тонкую и длинную.

– Больно?

– Немного, но я в порядке. На самом деле.

Бегло осмотрев ее, он не увидел никаких порезов. Странно, что она была одета гораздо теплее, чем это было уместно для джунглей Коста-Рики.

– Хорошо. Тогда не могла бы ты рассказать мне, кто ты и что делаешь в моей машине?

Она вздрогнула.

– Мне нужно было поговорить с тобой, – сказала Скай, выбравшись из машины. Женщина не была миниатюрной, но ей все же пришлось вытянуть шею, чтобы взглянуть на него. – Речь идет об очень важном деле.

Она пыталась пригладить свои каштановые волосы длиной до плеч. Ее тело было полностью скрыто под джинсами, белой рубашкой, застегнутой до воротника, и серым пиджаком.

– Вы из «Странсен»? Речь идет о контракте?

Ее глаза метнулись к его лицу, и она покраснела так, что румянец, заливший ее кожу, было почти больно видеть.

– Нет никакого контракта, – сказала она наконец. – Нам нужно было поговорить…

– Ты хочешь сказать мне, что тридцать сотрудников два дня подряд искали какой-то несуществующий контракт только потому, что ты мечтаешь поболтать?

– Я не буду сейчас с тобой разговаривать. Ты злишься.

– Конечно, я злюсь, – рассмеялся он, не веря своим ушам. – Мы застряли посреди тропических лесов Коста-Рики, в десяти часах ходьбы от цивилизации, солнце садится, а машина явно не поедет дальше.

– Когда ты успокоишься, я с радостью расскажу, зачем приехала сюда и о чем хочу поговорить.

– С радостью расскажешь? – удивленно протянул он и пробормотал что-то по-французски.

– Ты только что назвал меня сумасшедшей? – спросила она.

– Я думал, что англичане забывают французский сразу после окончания средней школы.

– Это оскорбление.

– И правда, – сказал он себе под нос, решив, что им нужно перестать обмениваться колкостями и перейти к делу. Глубоко вздохнув, он протянул ей руку: – Бенуа Шалендар.

– Скай Сомс.

– У тебя есть телефон? – спросил он, хотя уже понимал, что шансы поймать здесь сигнал очень малы. Он отвел взгляд, когда Скай снова наклонилась в машину и ее пиджак и рубашка чуть задрались. С неудовольствием Бенуа отметил, как его пронзила искра нежелательного возбуждения.

– Нет сигнала, – донесся ее голос из глубины машины.

– Хорошо. Тогда нам лучше…

– А у тебя? У твоего телефона есть сигнал?

– У меня его нет, – сказал Бенуа, готовясь к ее довольно очевидному вопросу.

– Как это нет телефона? Это крайне безответственно!

Бенуа стало смешно.

– Я не обязан и не буду объяснять тебе свои решения, – пояснил он, обходя свою любимую машину и открывая багажник. – Кроме того, у нас нет времени, – сказал он, доставая холщовый мешок и наполняя его всем, что им могло понадобиться. – Дороги здесь ночью опасны. Наш единственный шанс – уйти.

Аптечка, вода, спички, еда, которую он купил на рынке этим утром. Бенуа взглянул на бутылку виски и решил, что она тоже будет необходима. В лечебных целях.

Когда он решил не брать с собой свой телефон в таких поездках, он знал, что могут произойти несчастные случаи. Отчасти привлекательность такого решения заключалась в том, что он будет полностью недоступен – никаких электронных писем, телефонных звонков или чего-либо еще, связанного с «Шалендар энтерпрайсис». – С другой стороны, это было испытанием. Ему было важно знать, что он может выжить, используя свои собственные навыки и свой разум.

– Это все, что у тебя с собой? – спросил он, кивая на ее сумочку. – Что в ней? Вода?

Она опустила глаза.

– Нет, там нет ничего. Я… я оставила свой чемодан в аэропорту перед тем, как заселиться в отель, потому что хотела увидеть тебя, прежде чем ты… уедешь.

– Тогда ладно. Пошли, – сказал он, закидывая рюкзак за спину.

Скай нахмурилась, чувствуя себя явно неуверенно.

– Я не… я не думаю, что мне стоит куда-то идти с незнакомым мужчиной, – сказала она, сразу испугавшись собственных слов.

– Значит, ты хочешь остаться здесь, на дороге, и просто надеяться, что к тебе на помощь придет другой незнакомец?

– У меня есть перцовый баллончик.

– Повезло тебе. Но это не Англия, животные здесь кусаются, и они ядовиты. И эта рубашка с застегнутыми пуговицами их не отпугнет.

Она не могла не дотронуться до наглухо застегнутого воротника на своей шее.

– Что не так с моей…

– Если ты не снимешь пиджак и не расстегнешь пуговицу, то, скорее всего, потеряешь как минимум половину своего веса только за следующие пять минут. Просто с потом. Ты одета как монахиня…

– Извини, я не знала, что здесь нужен какой-то дресс-код, – прервала она его, обрадовавшись, что на него можно разозлиться. Она уверяла себя, что с ее одеждой все в порядке. Но ей стало очень жарко. – Ты бы предпочел блестки, юбку, которая едва закрывает мою попу, и туфли на шпильке?

– Лично я? Да. Но сейчас я бы предпочел не иметь безбилетного пассажира, который заставил меня разбить мою машину!

– Это было не намеренно!

– О, так ты случайно попала в мою машину?

– Да! Нет. Что-то вроде того.

– Если ты не можешь решить, как ты попал в эту ситуацию, как ты собираешься выбраться из нее?

– Иди, – сказала она.

Бенуа подошел к ней, взял ее за плечи и развернул так, чтобы она смотрела на дорогу в том направлении, в котором они ехали в машине.

– Если пойдешь туда, то доберешься до следующего города примерно через сто пятьдесят километров.

Он развернул ее лицом в противоположном направлении, и она попыталась сосредоточиться на дороге, а не на том, что чувствовала его руки на своих плечах.

– Если пойдешь туда, то доберешься до следующего города примерно через восемьдесят километров. Удачи! – сказал он и шагнул с дороги снова в джунгли.

– Куда ты идешь? – крикнула ему вслед Скай.

– Домой.

Скай почувствовала, как внутри ее нарастает паника. Если бы она осталась, она могла бы ждать несколько дней, прежде чем кто-нибудь ее найдет. Но если она пойдет за Бенуа в джунгли, это унесет ее еще дальше от… от… Она покачала головой. У него была карта. Он был ключом к лечению ее матери.

– Подожди!

Он остановился.

– Что это, мисс Сомс? Я маньяк-убийца или твое спасение?

Она прикусила язык.

– Оставь пиджак в машине. Он тебе не понадобится, – крикнул он, направляясь в джунгли.

Скай швырнула блейзер на заднее сиденье машины и сразу почувствовала себя лучше, как только толстый слой ткани перестал удерживать столько тепла тела на ее коже.

Бенуа шел впереди нее, пробираясь через завалы деревьев, и она не могла не смотреть на его мышцы. Его движения были быстрыми и точными. А Скай становилось все хуже. Ноги в ботинках намокли от пота, обувь стала натирать. Комары ели ее заживо.

Бенуа Шалендар сумел произвести на нее впечатление в Интернете, но при личном общении? Как только шок от аварии прошел и минуты в лесу превратились в часы, у нее было время по-настоящему рассмотреть его… На нем были брюки цвета хаки. Странно, увидев его таким, она просто не могла представить, что он может быть одет в сшитый на заказ костюм ручной работы и кожаные туфли. Идея показалась такой абсурдной, что она чуть не рассмеялась.

Звук, который она издала, должно быть, привлек его внимание. Когда Бенуа снова повернулся к ней, она увидела удивление в его потрясающих голубых глазах. И какое-то время она просто смотрела на него. Его песочно-светлые волосы были немного длиннее, чем необходимо, и немного вились на концах. Скай захотелось дотянуться до них. У него была аккуратно подстриженная небольшая бородка… нос показался немного длинным, но в целом Бенуа был красавцем.

Скай отмахнулась от не высказанного им вопроса, и он снова начал прорубать дорогу через лес, а она вернулась к…

Она отвела взгляд от его ягодиц и покраснела. Она с трудом узнавала себя. Внезапно пошел дождь.

– Поторопись, – скомандовал он, и на этот раз она безоговорочно подчинилась.

Пробежавшись по тропинке из последних сил, она споткнулась, когда догнала его. Дождь заглушал звуки ее резкого дыхания. Бенуа схватил ее за руку и потащил глубже в лес под кроны деревьев.

Ее ноги утопали в грязи. Джинсы прилипли к коже. Тонкая ветка вылетела и оцарапала ее руку, и она не смогла сдержать стон, сорвавшийся с ее губ.

Грязные, обтянутые джинсами бедра и белая, почти прозрачная рубашка скользят по плоскому подтянутому животу. Бенуа все же обернулся на Скай в надежде, что реальная картина поможет прогнать навязчивые видения. Нет, не помогло. Она просто зачесала свои темные мокрые волосы назад, глаза смотрели куда-то вдаль, рот был чуть-чуть приоткрыт… Ему пришло в голову, что именно так она должна выглядеть после горячего, страстного секса.

Он проигнорировал прилив крови к лицу и другим участкам тела. Надо было сосредоточиться на движении вперед.

Скай ни разу не пожаловалась, что ей тяжело идти. Она спорила с ним, обвинила его в том, что он не взял с собой телефон. Как она сказала? «Это крайне безответственно!» Он чуть не рассмеялся вслух.

Он подумал о том, что сделала бы в этой ситуации любая из множества красивых женщин, с которыми он имел удовольствие общаться. Наверное, расплакалась бы. Да, определенно, были бы слезы. Может быть, даже крики и истерика. Но Скай Сомс? Она не была похожа на его дам сердца. Даже во внешности.

– Говори!

Он не думал, что эта фраза прозвучит так резко, но она не выглядела обиженной.

– О чем?

– Чем ты занимаешься? Откуда ты? Как ты выучила французский? – сказал он, отрезая мачете еще одну ветку. Ему нужно было отвлечься.

– Я… я выучила французский, когда помогала сестрам с домашними заданиями. И да, это была домашняя работа по программе средней школы. Я офис-менеджер в строительной фирме.

– В какой из?

Она фыркнула.

– Ты даже не слышал о ней.

– Ну. Давай попробуем, может быть, я ее знаю.

– «Пи Коул Билдерс». Это небольшая фирма в районе Нью-Форест.

– Ты оттуда?

– Ну да…

– И как там?

– Там все отличается от местных условий.

– В каком смысле?

– Ты действительно хочешь услышать о моем детстве в арендованном доме с двумя спальнями недалеко от Солсбери? Где я жила с двумя сводными сестрами, матерью-одиночкой, которая больше всего в жизни сожалела о том, что не может поехать на Вудсток, и с отцом, которого по факту и не было? Потому что он быстро исчез из моей жизни и создал новую семью?

Бенуа замедлил шаг. История о детстве была ему знакома.

Но тут они вышли на красивую поляну.

– Не верь своим глазам. У него пятизвездочный рейтинг на «ТрипЭдвайзоре», – цинично сообщил Бенуа.

Глава 3

Бенуа изучал обломки старого самолета и чувствовал, как пропадает напряжение в его голове и теле.

– Просто позволь мне войти первым.

Бенуа не сообщил ей, что среди обломков могут быть такие сюрпризы, как змеи или ядовитые пауки, которые представляли собой реальный риск. Он вытащил из сумки фонарик и нырнул в зазубренную дыру в борту самолета, где когда-то была дверь. Стукнув фонариком об потолок, чтобы отпугнуть животных, он проверил, можно ли укрыться здесь на время от дождя и переночевать.

Здесь можно было развести небольшой костер.

Бенуа должен был вытащить Скай Сомс из этой мокрой одежды. Она стояла снаружи, ожидая разрешения войти и явно пытаясь скрыть дрожь. Будь то холод от дождя, или шок, наконец нахлынувший на нее после аварии, или мысль о том, что ей придется провести ночь в тропическом лесу с совершенно незнакомым человеком, но он внезапно почувствовал себя виноватым.

Он позвал ее внутрь и начал разводить костер, не упуская из виду то, как она устроилась на краю сиденья, словно готовая бежать при любом признаке опасности.

Когда огонь разгорелся и дым начал рассеиваться, Скай подошла ближе. Свет падал на мокрые пряди ее волос цвета красного золота.

Царапины. Он встал, не во весь свой рост – угол кабины самолета был слишком мал, чтобы он мог полностью выпрямиться, – и осторожно приобнял ее, чтобы внимательнее разглядеть следы, оставленные аварией и путешествием через лес на ее теле.

Бенуа выругал себя за то, что не понял раньше, насколько ей было плохо, и потянулся за аптечкой в своей сумке. Открыв ее, он достал бутылку с настойкой гамамелиса – единственное дополнение, которое он добавил в свой небольшой набор лекарственных средств год назад. Двоюродная бабушка Анаис уповала только на это средство, когда они с Ксандером были детьми и попадали в переделки в их замке в Дордони. Отбросив темные мысли, которые всегда настигали его при воспоминаниях о его брате, он повернулся и увидел, как Скай скручивает в руке волосы, выжимая капли воды.

Он понятия не имел, почему этот невинный жест вызвал такое возбуждение.

– Вот. Тебе нужно промыть эти царапины и порезы.

– И укусы, – ответила Скай. – Я действительно сожалею о том, что произошло. Я, должно быть, заснула в машине, потому что планировала сообщить тебе о своем присутствии гораздо раньше. Но это не оправдание.

Она все время смотрела ему в глаза, и он был впечатлен. Обычно люди, допустившие какую-то ошибку, старались уйти от ответственности и пытались свалить свою вину на кого-то другого.

– Давай переживем сегодняшний вечер и разберемся во всем позже, – сказал он, мысленно отсчитывая часы, пока они доберутся до его дома, и она сможет позвонить…

Ей ведь надо было как-то вернуться домой. А он все еще был полон решимости побыть в Коста-Рике в одиночестве.

Он вытащил из рюкзака запасную футболку и бросил ей.

– Поменяй одежду, – сказал он.

– Тебе есть во что переодеться? – спросила она, глядя на мокрую футболку, прилипшую к его телу.

Он вышел наружу и поставил свои пустые бутылки из-под воды под большие листья кустарников, чтобы собрать дождевую воду. При этом он поклялся себе, что должен выяснить, как можно скорее, чего она хочет. Он не хотел, чтобы она задержалась, когда они окажутся у него дома.

С тихим стоном Скай стянула рубашку и вздрогнула, когда почувствовала, как по ее щеке покатилась слеза. Слеза не от боли, но от отчаяния.

Снимая мокрые джинсы, Скай окинула взглядом обломки самолета, гадая, кому он принадлежал и смог ли кто-то остаться в живых после крушения. При этой мысли она вздрогнула. Дождь утих, но она все еще слышала стук капель по корпусу самолета, и этот звук успокаивал ее.

От костра ей стало тепло, и, если бы она не была так голодна, она могла бы заснуть. Вместо этого она повесила свои джинсы, носки и рубашку сушиться на сиденья в искореженной кабине, а когда вернулся Бенуа, она была уже одета в его футболку.

Ей стало неловко, когда она увидела его промокшую от дождя одежду… Пока он не стянул с себя футболку, а затем… А затем она просто перестала думать. Он был великолепно сложен. Четко выраженный пресс свидетельствовал о часах, проведенных в тренажерном зале. Это не был ленивый плейбой-миллиардер.

Скай приложила ватный диск, пропитанный гамамелисом, к укусу на локте. Он в это время копался в сумке спиной к ней, и на мгновение она позволила себе понаблюдать за игрой его мускулов в отблесках огня. Он повернулся к ней, держа что-то в руке, и она ахнула.

– У тебя кровь течет!

Бенуа нахмурился, коснулся головы и тоже увидел кровь на кончиках пальцев.

– Ничего страшного.

– Это рана на голове.

– Вряд ли.

– Садись, – решительно сказала она. Затем встала. Подошла к сиденью, которое он выбрал, и начала разглядывать порез у линии его волос.

Бенуа напрягся.

– Я не причиню тебе вреда, – сказала Скай. Она протянула руку, чтобы поднять бутылку с гамамелисом с пола.

Скай прищурилась в тусклом свете кабины и увидела разрез длиной около двух сантиметров, но, к счастью, неглубокий. Порезы на голове всегда обильно кровоточили. Скай хорошо разбиралась в обработке ран и использовании лекарственных средств.

– Я удивлена, что в твоей аптечке есть гамамелис.

– Моя двоюродная бабушка считает это единственно правильным лекарством.

Скай осмотрела рану.

– Мне очень жаль, что ты пострадал в аварии, и я понимаю, что это произошло по моей вине.

– Ты уже извинилась. Больше не нужно.

Бенуа всего лишь протянул руку, чтобы забрать футболку, висящую позади нее, и все эти искры и энергия вдруг исчезли.

Когда Скай сделала шаг назад, пряча лицо за своими длинными волосами, Бенуа подумал, что он настоящий идиот. Но, с другой стороны, ему нужно было соблюдать осторожность. Необходимо было оставить какое-то расстояние между ними, прежде чем кто-то из них сделает то, о чем пожалеет впоследствии.

Но в тот момент, когда она стояла между его ног, он обхватил ладонями свои колени, чтобы его руки не смели тянуться к ее бедрам, не пытались забраться под ее хлопковую футболку…

О нет, он чувствовал, как будто его сердце вот-вот взорвется в груди. Он не был таким с подросткового возраста.

Бенуа потянулся за яблоком, которое достал из рюкзака для нее в тот момент, когда она заметила порез на его голове.

– Вот, – сказал он, привлекая внимание Скай, прежде чем бросить ей яблоко. – Это не тот стейк, который я должен был съесть сегодня вечером, но это лучше, чем ничего.

Наклонившись и сцепив зубы от боли в боку, он достал сумку с едой, которую купил на рынке сегодня утром. Он не купил ничего существенного, зная, что экономка заполнит холодильник к его приезду. Бенуа разделил еду на две порции и повернулся к Скай. Она стояла у костра.

Глядя, как она кусает яблоко, он подумал, что она либо самая искусная соблазнительница, которую он когда-либо встречал, либо совершенно невинная девушка. И Бенуа, честно говоря, не знал, что может быть хуже. Он приехал в Коста-Рику, чтобы привести свои мысли в порядок и найти способ обойти устав. Он, честно говоря, не думал, что ему это нужно, он был уверен, что совет в конечном итоге пойдет ему на уступки. Но они этого не сделали. И если он не найдет жену в течение двух недель, должность генерального директора перейдет к его брату просто потому, что тот женат. Бенуа рефлекторно сжал кулаки. Нет, он никогда бы этого не допустил. Особенно после предательства Ксандера.

Бенуа отдал все и даже больше «Шалендар энтерпрайсис». Когда он был ребенком, слова его двоюродной бабушки глубоко проникли ему в душу. «У нас есть долг перед прошлым. Ответственность перед будущими поколениями». Бенуа чувствовал тяжесть ответственности за компанию, которая принадлежала его семье более ста пятидесяти лет. Вся его жизнь вращалась вокруг этого бизнеса. Он изучал прикладные науки, математику, экономику, работал в компании во время летних каникул и во время учебы в университете. Он успел поработать в каждом отделе, обучаясь с нуля, вывел компанию из-под угрозы банкротства. И при этом правление хотело обеспечить соблюдение закона, который гласил, что он должен жениться! Всего лишь потому, что он немного повеселился в течение двух последних лет!

Он передал Скай ее порцию еды, прежде чем потянулся за виски для себя.

Бенуа сделал большой глоток и с удовольствием проглотил янтарную жидкость.

– Хочешь? – предложил он.

Скай поджала нижнюю губу. Соблазнительница.

– Я никогда раньше не пила виски.

Невинная девушка.

– Сейчас, наверное, не самое лучшее…

Она оборвала его, протянув руку к бутылке. Увидев решительное выражение ее лица, Бенуа постарался не рассмеяться. В выражении ее глаз было упрямство мула, и у него было чувство, что, если он не выполнит ее просьбу, она допьет всю бутылку просто назло ему.

Бенуа передал ей бутылку и наблюдал, как она осторожно глотнула виски, а затем изо всех сил постаралась не раскашляться, когда алкоголь обжег ей горло. На секунду воспоминания из детства о рейде вместе с братом в алкогольный шкаф Анаис всплыли в его голове, как дым от костра. Одиннадцатилетний Бенуа был сосредоточен не на острых ощущениях от первого глотка алкоголя, а на том, чтобы его младшему брату не стало плохо.

Скай, наконец, закашлялась и отдала бутылку.

– Это не так уж и смешно, – сказала она.

– Нет. Ты права, извини, – сказал он так фальшиво, что она швырнула в него огрызок яблока. Который он поймал одной рукой и бросил в огонь.

На какое-то время воцарилась тишина, когда каждый из них практически проглотил свой протеиновый батончик, орехи и фрукты. Бенуа выглянул наружу, чтобы убедиться, что их бутылки с водой наполняются.