Последняя эволюция

– С чего ты взял?

– Ну, полноценного геральдического знака на этой тряпке нет, сохранилась лишь часть, но на ней, пусть и немного нечетко видна надпись «медицинский». Упс!

Последнее слово Вацлава сопровождало его неловкие движения, из-за которых тряпица, некогда бывшая флагом не то медицинского университета, не то больничного комплекса рассыпалась на пыль и мелкие кусочки обветшавшей и частично впитавшей массу химических веществ ткани.

– А зачем тогда здесь крест, если тут была медицинская организация?

– Ну, может на территории стояла церковь! Почему бы и нет?

Айкон заметил в руках одного скелета папку, завернутую с кучу тряпья. Папка оказалась запечатана в несколько слоев полиэтиленовых пакетов, так что ее особо не коснулись ни время, ни кислотные дожди. Аккуратно вытащив папку из предсмертных объятий ее покойного хозяина, Айкон бережно ее раскрыл. Широкие белые листы, вложенные в нее, пожелтели от времени, но на редкость хорошо сохранились.

− Какие-то конспекты! − заметил Айкон, осторожно перебирая находку

− Это не просто конспекты, − заметил Вацлав, взял в руки один из листов. − Здесь описаны медицинские манипуляции, течение заболеваний… Это самое настоящее сокровище! Ты нашел едва ли не самую грандиозную находку века!

− Серьезно?− переспросил Айкон, быстро запечатывая конспекты обратно.

− Серьезнее некуда, − Вацлав с одобрением похлопал Айкона по плечу.− Чтобы не произошло сегодня, в свою когорту ты вернешься героем. А потом тебя на персональном катере перевезут в Гренландию, чтобы ты мог передать эти сведения. Ты ведь хотел туда? Это твой билет. Билет в лучшую жизнь, чем выживание в наспех построенных когортах, где люди живут друг у друга на головах. Главное сохранить и донести все это добро в целости и сохранности.

− Нужно обыскать здесь все! − Айкон вошел в раж и, уже особо не заботясь о сохранности скелетов, начал активно копаться в развалинах, надеясь найти еще что-нибудь ценное.

– Смотри, предыдущие находки не потеряй! Если грамотно их толкнешь, то сможешь купить неплохую комнату в одном из домиков в Гренланде! А то и в целый дом. Смотря как будешь торговаться.

– Вот найду еще что-нибудь и точно куплю себе целый дом! – Айкон стал еще усерднее рыться в развалинах. – Где-нибудь в элитном районе Гренланда, поближе к побережью.

– Ты Аде еще не передумал предложение делать? – как бы невзначай поинтересовался Вацлав.

– Нет, а что?

– Так, ничего. Когда получишь свою награду, подумай о том, чтобы купить кольцо получше. А вообще, не стоит тебе пока распределять еще не заработанные деньги.

Предоставив поиски всякой мелочи более зорким молодым глазам своего ученика, Вацлав пошел дальше, продолжая разыскивать обломки упавшего когда-то самолета. Он прекрасно понимал, что за то время, которое прошло с момента его падения, могли остаться только куски обшивки, да черный ящик, но это не давало Вацлаву повода ослабить бдительность. В городских руинах кто-то затаился. Вацлав чувствовал на себе чей-то взгляд, по его спине начинали бегать мурашки, когда казалось, что этот некто смотрит прямо в упор. Пару раз где-то рядом внезапно и без видимой причины начинал осыпаться песок и съезжать камни, что только заставляло настораживаться лишний раз. Мужчина знал около сотни самых различных существ, которые могли притаиться в развалинах города, не считая упомянутых им в рассказе Айкону камазотца и встреченных волколаков. Каждый шорох, возникающий на обыскиваемой территории и совершенно не являющийся природными звуками, которые могли бы быть завыванием ветра, пролетающим сквозь пустые окна разбитых в хлам зданий или шелестом выросших среди завалов растений, заставлял Вацлава каждый раз прокручивать в голове названия всех известных ему убийственных тварей своего времени. Котолаки, беоры, ликои, крысиные короли, исполинские аподоры, тарасекты, бумсланги, гигантские пауки, сольпуги… При этом, из своего списка мужчина исключил тех жутких существ, которые в большом количестве водились на территории бывшей Москвы и ее ближайших окрестностей, эволюционировавших из тех многочисленных зверей, что некогда содержались в зоопарках. Правда, куда сильнее, Вацлав боялся людей. Обычные искатели, которые могли промышлять среди руин в поисках реликтов ушедших эпох и просто полезных в быту предметов, чудом оставшихся не обнаруженными, угрозы, естественно, не представляли. Такие встречи, по большей части, проходили мирно. А вот тех представителей человеческой расы, которые получили множество внешних и порой внутренних уродств, окрещенных тератоидами, мужчина опасался.

Начав обход территории университета по периметру, Вацлав совершенно случайно заметил приличных размеров провал, прорезавший собой напополам просевшую дорогу. Все бы ничего, таких провалов по всему городу было бессчетное количество, но вот только из этого торчал большой кусок покореженного металла, который внешним видом очень сильно напоминал крыло самолета.

− Айкон! − прокричал Вацлав, подойдя к краю провала и посмотрев вниз.

− Я здесь! − голова Айкона показалась уже над руинами другого здания.

− Что там у тебя? − поинтересовался Вацлав, вглядываясь в тени на дне провала, которые, как ему показалось, шевельнулись.

− Нашел еще пару бумажек, − ответил Айкон. – На медицинские записи не похоже, скорее на подсчеты какие-то. Зато мелочей прихватил, лично для себя. Вроде бы хлам, но, может, потом обменяю на что-нибудь.

− Закругляйся, − помахал ему Вацлав. – Кажется, я нашел тот самолет. Придется спускаться в канализацию.

− А как мы туда спустимся? − Айкон довольно быстро подскочил к учителю. − Там на дне полно торчащих вверх железок; вода, наверное, настолько отравлена, что даже фильтр не поможет.

− Нам придется спуститься, − Вацлав перезарядил свой пистолет. − Будем аккуратно съезжать вдоль стенки. Я не знаю, что там внизу, поэтому будет лучше, если мы прикроем друг другу спины.

Чтобы не потерять или не испортить драгоценные находки, Айкон оставил свой рюкзак рядом с провалом, повесив его на древесный сук небольшого каштана, судя по всему, засохшего. Вацлав начал спуск первым, периодически останавливаясь, чтобы оценить ситуацию, однако, все его тревоги оказались в какой-то мере ложными. На дне провала их никто не ждал, даже огромные тараканы, которых люди уже успели навидаться не только в своем путешествии, но и в своих собственных когортах. Самой канализации как таковой уже не было. Отходы, стекающие раньше по узеньким коллекторам, конечно, намертво укоренились в земле, уже успев окаменеть, но вода, льющаяся по дну провала, явно была иного происхождения. Айкон зачерпнул немного ладонью и выпил, после чего, с видом дипломированного дегустатора заявил, что вода качественная, годится для употребления, хотя имеется специфический привкус. Юноша выдвинул свою теорию насчет того, что вода шла из подземного источника, но Вацлав развеял его радужные предположения, сказав, что все дело в окаменевших экскрементах на стенках провала. Айкон еле сдержал рвотный позыв, и пить больше не стал.

Самолет, за которым, собственно, люди и спустились, действительно выглядел весьма печально: от него практически ничего не осталось. Вацлав первым делом нашел черный ящик, но он, увы, уже был настолько изувечен, что можно было и не мечтать о том, чтобы восстановит данные. Особо напрягали следы зубов на коробке, в которой он хранился. Тяжело вздохнув, Вацлав выбросил непригодную для дела находку в воду и продолжил дальше копаться в хламе и железном остове самолета, предоставив Айкону следить за ситуацией

Юноша не сразу заметил угрозу. Крысы, хоть и были размером с немецкую овчарку, выучились маскироваться так, что их пятнистую желто-бурую шкуру было трудно отличить от песка и камней. Внешне они выглядели как самые обыкновенные крысы, селящиеся среди зерновых складов и в курятниках, но их мелкие злобные глазки заставляли вздрагивать. Одна из крыс, сняв свою маскировку, вышла на свет и, выгнув ощетинившуюся спину, зашипела, показывая Айкону, кто здесь хозяин. Одно из ушей этой крысы напоминало разорванную тряпку, а типичный для этого грызуна голый хвост был жестоко отгрызен примерно на половину. Облезлая шкура так часто контактировала с различного рода химикатами и влагой, что местами окрасилась в зеленоватый оттенок, благодаря миллиметровым плесневым грибкам. Крыса уставилась на замершего Айкона своими маленькими, по сравнению с размерами тела, глазками и продемонстрировала кривые зубы. Они были не в самом лучшем состоянии: множество сколов эмали, налеты и кровоточащие десны. Все это безобразие было щедро сдобрено вязкой слюной, которая растягивалась во рту животного, подобно мягкой жевательной резинке.

− Нашел! − Вацлав, ничего еще не подозревая, выбросил из самолета обшарпанное и погрызенное сиденье. − Я нашел документы!

− Вацлав, − жалобно позвал учителя Айкон, не сводя глаз с крысы, которая явно заинтересовалась новым источником звука.

− Контейнер не тронут, такое чувство, что его только что сюда положили, − Вацлав выбрался из обломков самолета с улыбкой на лице и продолговатым черным ящичком, герметично запертым.

Сложно было сказать, кто больше испугался: крыса или Вацлав. Мужчина явно не ожидал, что рядом его будет поджидать очередной результат мутации и прогресса эволюции, а крыса, в свою очередь, явно не была готова нападать на двух людей, вместо одного. Прежде, чем Вацлав успел выстрелить из своего пистолета, крыса громко пискнула и юркнула в разломанную трубу коллектора, еле пропихнувшись в ее отверстие своей тушей.

− Кажется, пронесло! − с облегчением вздохнул Айкон. − Я уж было думал, что она меня съест.

− Одна крыса ничего не сделает, − заметил Вацлав, держа отверстие трубы под прицелом. − Они трусливы по своей сущности, но вот если крысы собьются в стаи…

− Можешь не продолжать, − Айкон внимательно осмотрел стены провала, выискивая глазами удобный подъем.

− Айкон, − Вацлав щелкнул затвором пистолета. − Будь готов бежать так, как никогда не бегал.

Юноша повернулся и замер на месте, не в силах пошевелиться. Около двух десятков огромных злобных крыс выстроились на дне провала. Сложно было сказать, сидели ли они там все это время, или же примчались тотчас же, как их собрат подал свой писклявый сигнал. В глазах этих животных, как впрочем, и у любого другого вида, светилась злоба и вечный голод. Однако не в крысах была проблема. Вацлав смог бы перестрелять половину, а вторая бы часть крысиного войска сбежала бы, но у этих кровожадных грызунов действовал тот же принцип сообщества, что и у волколаков. Их вел вожак. Крыса, перещеголявшая по своим габаритам своих подчиненных. И не только в размерах. Неподготовленный глаз увидел бы не одну крысу, а целых двадцать или тридцать, однако вся эта масса переплетенных голов и хвостов была одним единым организмом. Из всей этой массы сросшихся крыс на ранних этапах сращения выделялся кто-то один, наиболее здоровый, с хорошо развитым организмом без каких-либо серьезных отклонений. К нему прирастали остальные, причем не всегда в правильном направлении. Какие-то головы росли на спине, другие выглядывали с живота. Только все их хвосты срастались в одном месте наподобие запутавшихся нитей. Если представиться случай пустить такое животное на биологическое и гистологическое исследование, то вполне наверняка выясниться, что от головного мозга ведущей головы в тела остальных крыс, ставших придатками, проросли нервные волокна в полной своей комплектации вместе с ганглиями, нейронами и рецепторами. Единственное, что, пожалуй, не стоило изучать или считать у этого существа, то это, пожалуй, его конечности. Если голов Айкон насчитал как минимум семнадцать, то лап было куда больше. Из расчета по четыре лапы на одну голову, их должно было быть шестьдесят восемь, но сосчитать их вручную было весьма затруднительно.

− Крысиный король, − Вацлав направил пистолет на эту ужасающую тварь, хотя прекрасно понимал, что толку от его оружия не будет. − Вот и верь после этого всяких сказкам. Омерзительнее этого я в жизни не видел.

− А как же тот омерзительный слизень, который выполз из болота в начале нашего похода? − Айкон пытался пошутить, но при виде крысиного короля, это было совершенно неуместно.

− Айкон, у меня в рюкзаке есть граната, − Вацлав с напряжение наблюдал, как крысиный король вразвалку подходит ближе. − Нашел?

− Ага, − Айкон осторожно, стараясь не делать резких движений, протянул руку к рюкзаку, висевшему за спиной у Вацлава, и нащупал в нем гранату.

− Отлично, − Вацлав продолжал давать инструкции. − Теперь крепко возьми ее в руку. Быстрым движением выдерни чеку. Не нервничай. Держи. Держи. А теперь бросай!

Айкон первый раз в своей жизни держал в руках боевую гранату. До этого ему не доверяли оружие, считая, что в когорте оно ни к чему. Поэтому, когда Вацлав сказал не нервничать, Айкон занервничал еще больше. В своей когорте ему приходилось видеть одного старика лет ста двадцати, у которого вместо правой руки был протез. Еще мальчишкой Айкон слышал историю о том, как этот старик засунул гранату в пасть черногривому лигру, попытавшемуся его сожрать. Дважды упрашивать Айкона не пришлось, поэтому, когда Вацлав приказал кидать гранату, юноша изо всех сил швырнул ее в толпу крыс.

Граната закатилась под многочисленные лапы крысиного короля. Монстр заинтересованно наклонился, чтобы обнюхать новый для него предмет, как вдруг раздался оглушительный взрыв. Вместе с кусками земли, водой со дна и песком в воздух взметнулось несколько оторванных лап и голов крысиного короля. Визг стоял такой, что, наверное, перекрывал шум самого взрыва. Пока крысиный король истекал кровью и отходил от перенесенного шока, Вацлав и Айкон со всех ног пустились наутек, начав взбираться по почти вертикальным стенкам провала. Айкона страх подгонял сильнее, чем навидавшегося кошмаров за свою жизнь Вацлава, поэтому юноша справлялся с весьма непростой задачей лучше своего учителя.

− Айкон! − голос Вацлава заставил юношу обернуться.

Вацлав из последних сил карабкался на очередной уступ, а за ним, как тень, тянулась тонка непрерывная струйка алой крови. Айкон не мог точно сказать, был ли это новый укус, либо это открылась старая рана, оставленная волколаком прошлой ночью, но это было явно плохо, с какой стороны не посмотреть. Юноше оставалось сделать всего несколько хороших прыжков, и он оказался бы на поверхности, оставив тяжелых крыс внизу.

− Давайте руку! – Айкон, уцепившись за прочный выступ, протянул руку своему учителю.

− Ты спрашивал, что в тех бумагах, − Вацлав вместо руки подал Айкону свой рюкзак. − Это схемы, чертежи, созданные учеными двадцать первого века. По ним можно создать устройство, которое стабилизирует ядро планеты. Это может нас спасти. Обещай, что доставишь все в целости и сохранности!

− Я вас не оставлю! − прокричал Айкон, не на шутку перепугавшись. − Давайте руку! Осталось совсем чуть-чуть. Если мы выберемся, то крысы за нами не пойдут!

− Коллекторы идут под всем городом! − Вацлав намеренно съехал немного ниже, чтобы Айкон не смог до него дотянуться. − Они буду нас преследовать. А мы приведем из прямо к когорте. Твоей когорте. Если там окажутся эти крысы, то погибнет много хороших людей. Иди, Айкон. Я закончу свое последнее путешествие здесь.

− Не надо…, − начал было Айкон, но голос перестал его слушаться, заставив юношу молча наблюдать за последним сражением своего учителя на дне провала, среди старого коллектора.

Вацлав мог бы долго отбиваться от наседающих на него крыс, но рана ослабила его. Крысиный король же, наоборот, от причиненных ему гранатой повреждений стал еще свирепее и проворнее. Главная голова канализационного монстра схватила Вацлава за раненную ногу и потащила вниз, раздирая прочную кожу человека о стену провала. Другие крысы в спешке разбегались в стороны, пропуская своего вожака в надежде, что им тоже перепадет немного добычи.

Вацлав, не собираясь так легко сдаваться, выхватил кинжал, спрятанный у него на поясе. Крысиный король не заметил, как холодная сталь впилась ему прямо в правый глаз. Обиженно завизжав, зверь выпустил свою добычу. Крысы кинулись на человека; каждая стремилась раньше других уцепиться за потенциальную добычу, чтобы наверняка отхватить себе кусок, но Вацлав оказался хитрее. Нырнув под брюхо крысиного короля, он начал быстро, несколькими точными ударами отрубать ему головы, которые были настолько вялыми, что не пытались укусить незваного гостя. Некоторые крысы попытались вытащить наглого человечка из под своего вожака, но оказались раздавленными громоздкой тушей крысиного короля, вращающегося по кругу от боли и пытаясь отвязаться от скачущего под ним человека.

− Беги, Айкон! − голос Вацлава последний раз раздался над руинами города.

Айкон, осознав, что он уже ничем не сможет помочь своему учителю, быстро выбрался из провала и, схватив оба рюкзака в руки, побежал. Он спотыкался, падал, раздирал руки в кровь, но продолжал бежать, не оглядываясь. Он уже не видел, как Вацлав, в последнем героическом прыжке, выскочил из под брюха крысиного короля и вонзил свой кинжал прямо в горло мутанта, а потом, обессилев, упал на окровавленный песок, на радость визжащим крысам.